Постановление от 3 мая 2023 г. по делу № А43-14186/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А43-14186/2019

03 мая 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 25.04.2023.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Кузнецовой Л.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.,


в отсутствие участвующих в деле лиц


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1


на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.09.2022 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022

по делу № А43-14186/2019


по заявлению финансового управляющего

гражданина ФИО2 –

ФИО3

к ФИО1

о признании сделок должника недействительными и

применении последствий их недействительности


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

ФИО2


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Нижегородской областис заявлением о признании недействительными сделками перечислений, совершенных должником в период с 28.12.2016 по 31.12.2018 на счет своей супруги – ФИО4 на общую сумму 1 654 100 рублей, и применении последствий их недействительности.

Определением от 23.09.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022, заявление удовлетворено частично: признаны недействительными перечисления в сумме 1 293 990 рублей 56 копеек, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника денежных средств в указанной сумме.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО4 обратиласьв Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ФИО4 указывает, что все полученные от должника денежные средства израсходованы на содержание общих с должником несовершеннолетних детей. Утверждение судов о том, что она самостоятельно должна нести бремя по содержанию детей, располагая информацией о неплатежеспособности супруга, по ее мнению, не основано на законе, равно как и вывод о том, что алименты подлежат уплате исключительно за счет дохода должника.

В заседании окружного суда ФИО4 поддержала доводы, изложенныев кассационной жалобе.

Финансовый управляющий в письменном отзыве и в судебном заседании отклонил позицию ФИО4, указав на законность и обоснованность обжалованных судебных актов.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 22.03.2023 объявлялся перерыв до 09 часов 40 минут 29.03.2023.

Определением от 22.03.2023 суд округа в порядке части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложил рассмотрение настоящего обособленного спора до 25.04.2023.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 23.09.2022 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 по делу№ А43-14186/2019 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы обособленного спора, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, заслушав ФИО4 и финансового управляющего, суд округа пришел к выводу о наличии правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как установили суды, должник и ФИО4 состоят в зарегистрированном браке с 21.07.2000 и имеют двух несовершеннолетних детей.

Супругами заключен брачный договор от 19.02.2007, удостоверенный нотариусом, согласно которому установлен раздельный режим их собственности.

Пунктом 1.5 брачного договора определено, что расходы, связанные с затратамина содержание семьи и семейного жилища, воспитание и образование рожденных в браке детей, супруги несут в равных долях.

В период с 28.12.2016 по 31.12.2018 ФИО4 понесла на нужды семьи расходы на сумму 3 670 609 рублей. В состав произведенных расходов входит покупка детских товаров, оплата коммунальных услуг, услуг связи, услуг детского сада, медицинских услуг для детей, аренда квартир.

Должник в названный период перечислил своей супруге 50 платежами1 654 100 рублей.

После признания должника решением от 31.01.2020 несостоятельным (банкротом) и введения в отношении его имущества процедуры реализации финансовый управляющий оспорил указанные перечисления по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Заявление финансового управляющего мотивировано тем, что перечисления должником денежных средств в указанный период совершены с целью причинения вреда его кредиторам, поскольку направлены на вывод денежных средств из имущественной массы, за счет которой их требования могли быть удовлетворены.

Суды первой и апелляционной инстанций признали доказанным наличие совокупности оснований для признания перечислений на сумму 1 293 990 рублей56 копеек недействительными сделками по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и удовлетворили требование финансового управляющего в указанной части. В частности, суды установили, что в период перечисления денежных средств ФИО4 должник имел неисполненные обязательства перед ФИО5 (требование включенов реестр), и обществом с ограниченной ответственностью «Объединенный национальный банк» (требование предъявлено ко включению в реестр, но не рассмотрено судом). Платежи произведены должником в пользу супруги, а потому действует презумпция осведомленности последней о его финансовом положении, которая не опровергнута.

Проверив доводы ФИО4 о том, что оспоренные перечисления являются, по сути, алиментными выплатами на содержание их несовершеннолетних детей, суды указали на отсутствие у должника подтвержденного дохода, позволяющего произвести соответствующие выплаты.

Суды установили, что с декабря 2016 по июль 2018 года документально подтвержденный доход ФИО4, за счет которого могли производиться расходына содержание детей, составил 166 209 рублей 44 копейки. Оснований для признания недействительными перечислений в названной сумме судами не выявлено. Остальная часть платежей, как сочли суды, произведена с нарушением прав кредиторов, поскольку фактически спорные расходы произведены должником за их счет. Перечисление денежных средств супруге на содержание детей при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, не может быть расценено в качестве добросовестного и разумного поведения. По утверждению судов, в сложившейся ситуации ФИО4 должна была нести бремя содержания детей самостоятельно за счет собственного дохода от предпринимательской деятельности.

Суд округа не может согласиться с выводами судов в силу следующего.

Обязанность должника по содержанию несовершеннолетних детей возникает в силу закона, который предоставляет родителям право самостоятельного определения порядка и формы предоставления содержания (пункт 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

В том случае, если родитель имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой сумме (пункт 1статьи 83 Семейного кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм отсутствие у должника дохода не освобождает егоот обязанности содержать детей.

В рассмотренном случае порядок предоставления содержания несовершеннолетним детям определен супругами К-выми в пункте 1.5 брачного договора в равных долях. Указанный договор оспорен, однако недействительным не признан.

В период с 28.12.2016 по 31.12.2018 ФИО4 понесла на нужды общихс должником детей расходы на сумму 3 670 609 рублей. Факт осуществления данных расходов и их цель участвующими в деле лицами не оспорены.

По утверждению должника, денежные средства перечислены им супруге в качестве компенсации расходов на содержание детей в соответствии с пунктом 1.5 брачного договора.

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий в обоснование своего довода о направленности действий сторон оспоренных сделок на причинение вреда кредиторам должника указывал, что совершение ФИО4 платежей в адрес супруги имело целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания. Подобные действия по смыслу пункта 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 «127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» содержат в себе признаки злоупотребления правом и являются недопустимыми.

Вместе с тем, при сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.

Особенность же настоящего спора состоит в том, что интересу кредиторовв возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должникав уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному обязательству.

В определении от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2) Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что разрешая вопрос о допустимости оспаривания платежей, направленных на содержание детей, необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенкаот 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, – и установить между названными ценностями баланс.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством(часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Законао банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкротув отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность платежей, совершенных во исполнение алиментных обязательств, применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение в результате их произведения положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации платежей в качестве недействительных сделок необходимо установить их явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. В случае если сумма денежных средств, направленнаяна содержание детей, явно превышает разумно достаточные потребности ребенкав материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П), то платежи могут быть признаны недействительнымив части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке(статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). Если же признак явного превышения размера алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то платежи не могут быть квалифицированы в качестве причиняющих вред остальным кредиторам должника.

Подход, занятый судами, о недопустимости расходования должником денежных средств на содержание детей при отсутствии дохода и наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами, противоречит позиции высшей судебной инстанции о приоритетном соблюдении интересов детей как кредиторов должникапо алиментному обязательству.

Факт неплатежеспособности не освобождает должника от исполнения обязанности родителя по содержанию своих несовершеннолетних детей.

Ошибочные выводы судов первой и апелляционной инстанций привели к тому, что за период с 28.12.2016 по 26.07.2018 двум несовершеннолетним детям должника причитается 166 209 рублей 44 копейки, что значительно ниже прожиточного минимума, установленного на одного ребенка. При этом исполнение супругой должника обязанности по содержанию детей не освобождает самого должника от такой обязанности в силу пункта 1 статьи 61, пункта 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации.

В то же время расходование на потребности детей несостоятельным должником денежных средств в суммах, превышающих необходимые на их содержание суммы, нарушает права кредиторов.

В рассмотренном случае суды не проверили наличие явного превышения размера совершенных должником перечислений уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей детей.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

В связи с неправильным применением норм материального права и неполным выяснением существенных для обособленного спора обстоятельств определениеот 23.09.2022 и постановление от 13.12.2022 подлежат отмене, обособленный спор – передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления финансового управляющего, принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

При отмене судебных актов с передачей дела на новое рассмотрение вопросо взыскании государственной пошлины и распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело (часть 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 3 части 1), статьей 288 (частью 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.09.2022и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 по делу№ А43-14186/2019.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренномстатьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


Л.В. Кузнецова




Судьи


В.А. Ногтева

В.П. Прыткова