Решение от 12 мая 2023 г. по делу № А06-9780/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ

414014, г. Астрахань, пр. Губернатора Анатолия Гужвина, д. 6

Тел/факс (8512) 48-23-23, E-mail: astrahan.info@arbitr.ru

http://astrahan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А06-9780/2021
г. Астрахань
12 мая 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 мая 2023 года

Полный текст решения изготовлен 12 мая 2023 года

Арбитражный суд Астраханской области в составе судьи Рыбникова А.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Астраханской области, расположенного по адресу: <...>

дело по иску Акционерного общества «Теплоэлектроцентраль-Северная» (ОГРН <***>, ИНН3 018013285) и ФИО2

к Обществу с ограниченной ответственностью «Энергосистема» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо: Управление Федеральной антимонопольной службы по Астраханской области (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании договоров недействительными в части

при участии:

от истцов:

от Акционерного общества «ТЭЦ-Северная»: ФИО3, доверенность от 10.01.2023 года

от ФИО2: не явился

от ответчика: ФИО4, доверенность от 11.05.2022 года (учувствует с использованием системы веб-конференции)

от третьего лица: не явился






Акционерное общество «Теплоэлектроцентраль-Северная» обратилось в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Энергосистема» о признании договоров недействительными в части.


Истец просит признать недействительными договор аренды от 01.06.2017 года № 01/2017, заключенный между Акционерным обществом «ТЭЦ-Северная» и Обществом с ограниченной ответственностью «Энергосистема» и договор аренды от 30.04.2018 года № 02/2018, заключенный между Акционерным обществом «ТЭЦ-Северная» и Обществом с ограниченной ответственностью «Энергосистема» в части установления размера арендной платы.


В дальнейшем с заявлением о вступлении в дело в качестве соистца в суд обратился ФИО2.


Судом ФИО2 допущен к участию в деле в качестве соистца.


В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Управление Федеральной антимонопольной службы по Астраханской области.


В судебное заседание от Прокуратуры Астраханской области поступило ходатайство допустить прокурора к участию в деле, поскольку, по его мнению, рассматриваемый спор напрямую затрагивает публичные интересы, связанные с законностью предоставления в аренду объекта жилищно-коммунального хозяйства и выполнения конкурентного законодательства.


Суд оснований предусмотренных статьей 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для вступления прокурора в настоящее дело не находит, спор по настоящему делу не связан с предоставления в аренду объекта жилищно-коммунального хозяйства, поскольку предметом спора является оспаривание размера арендной платы. При этом прокурором не представлено обоснование того, какие конкретные публичные интересы затронуты настоящим спором.


Ответчик требования истцов не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск. Также ответчик заявил о применении исковой давности.


ФИО2 и третье лицо, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения предварительного судебного заседания в суд не явились.


Суд считает возможным в соответствии с частями 3 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие ФИО2 и третьего лица.


Суд, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, установил.


Как следует из материалов дела, 01.06.2017 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Энергосистема» (Арендодатель) и Акционерным обществом «ТЭЦ-Северная» (Арендатор) был заключен договор аренды движимого и недвижимого имущества № 01/2017, в соответствии с которым Арендодатель передает, а Арендатор принимает в возмездное и срочное пользование движимое и недвижимое имущество вместе со всеми его принадлежностями и необходимой для использования документацией согласно Приложению № 1 (Перечень недвижимого имущества) и Приложению № 2 (Перечень движимого имущества).


В соответствии с пунктом 2.1 договора договор заключен на срок до 30.04.2018 года.


Согласно пункту 4.1 договора размер арендной платы составил 14.135.667 руб. 97 коп. в месяц.


По окончании срока договора от 01.06.2017 года № 01/2017 стороны 30.04.2018 года на тех же условиях и в отношении того же имущества сроком до 31.03.2019 года заключили договор аренды движимого и недвижимого имущества № 02/2018.


Согласно пункту 4.1 договора размер арендной платы также составляет 14.135.667 руб. 97 коп. в месяц.


Истцы полагают, что договоры в части установления арендной платы в размере 14.135.667 руб. 97 коп. в месяц являются недействительными.


С учетом уточнений исковых требований (т. 4 л. д. 70), истцы считают, что:

1. договоры являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность, совершены с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (далее - сделки с заинтересованностью).

2. при заключении договоров в этой части со стороны ответчика имело место злоупотребление доминирующим положением на рынке, что является основанием для признания договоров недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.


Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и во взаимной связи, проанализировав нормы права, регулирующие спорные правоотношения, суд приходит к следующим выводам.


1. договоры являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность, совершены с нарушением предусмотренного Законом об акционерных обществах порядка совершения сделок с заинтересованностью.


В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей главы контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.


Судом установлено, что договоры от 01.06.2017 года № 01/2017 и от 30.04.2018 года № 02/2018 от имени Общества с ограниченной ответственностью «Энергосистема» заключены заместителем генерального директора ФИО5, от имени Акционерного общества «Теплоэлектроцентраль-Северная» - генеральным директором ФИО6


При этом, в обоснование исковых требований истцом не указано, какие лица и каким образом подпадают под критерии, установленные пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах для отнесения их к заинтересованным в совершении обществом сделок лицам, доказательств этому не представил.


Также, следует отметить, что в обоснование своих требований истец ссылается на положения пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах о том, что лицом, заинтересованным в совершении обществом сделки, признается, в том числе, акционер общества, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества.


Между тем, данные положения закона действовали до 01.01.2017 года и с указанной даты (то есть до момента заключения спорных договоров) указание на акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, из пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах исключено.


В силу пункта 1 статьи 83 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

На сделку, в совершении которой имеется заинтересованность, до ее совершения может быть получено согласие совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров в соответствии с настоящей статьей по требованию единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или акционера (акционеров), обладающего не менее чем одним процентом голосующих акций общества.


В случае, предусмотренном пунктом 1 настоящей статьи, в непубличном обществе решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается советом директоров (наблюдательным советом) общества большинством голосов директоров, если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества, не заинтересованных в ее совершении. Если количество незаинтересованных директоров составляет менее определенного уставом кворума для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества, решение по данному вопросу должно приниматься общим собранием акционеров в порядке, предусмотренном пунктом 4 настоящей статьи (пункт 2 статьи 83 Закона об акционерных обществах).


В соответствии с пунктом 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его акционеров (акционера), владеющих в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) о том, что согласие на ее совершение отсутствует. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.


Тем не менее, следует отметить, что как договор от 01.06.2017 года № 01/2017, так и договор от 30.04.2018 года № 02/2018 были одобрены не только решениями совета директоров Акционерного общества «ТЭЦ-Северная», но и общими собраниями акционеров Акционерного общества «ТЭЦ-Северная» от 30.05.2017 года и от 30.05.2018 года.


Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.


В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 года № 27 указано, что наличие решения об одобрении сделки с заинтересованностью не является основанием для отказа в удовлетворении требования о признании ее недействительной. При его наличии бремя доказывания того, что сделка причинила ущерб интересам общества, возлагается на истца (пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).


Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.


Названной нормой предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.


По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.


По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).


Для признания оспариваемой сделки недействительной по указанному основанию также необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало недобросовестность контрагента, которая может иметь место как в ситуациях, когда контрагент знал или должен был знать о явном ущербе для представляемого, так и в случае, когда имели место обстоятельства, которые свидетельствуют о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.


О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. Сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).


В пункте 27 постановлении Пленума Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 года № 27 разъяснено, что по смыслу пункта 1.1 статьи 84 Закона об акционерных обществах и абзацев четвертого – шестого пункта 6 статьи 45 Закона № 208-ФЗ содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах.

По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка сделкой с заинтересованностью для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению списков аффилированных лиц, контролирующих и подконтрольных лиц контрагента, устава общества). Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).


В обоснование своих требований о причинении Обществу ущерба истец ссылается на отчеты об оценке рыночной стоимости арендной платы за пользование объектами недвижимости и оборудованием, расположенных по адресу <...> № 27-09-22 от 03.10.2022 года, подготовленными Обществом с ограниченной ответственностью «Агентство независимой оценки и экспертизы», согласно которым рыночная стоимость арендной платы за пользование объектами недвижимости и оборудованием по состоянию на 20.11.2017 года составляет 558.000 руб. с НДС, на 20.11.2018 года составляет 656.000 руб. с НДС.




Возражая против предъявленных к нему требований, ответчик заявил о применении срока исковой давности.


Срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

В тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее:

1) когда иск предъявляется совместно несколькими участниками, исковая давность не считается пропущенной, если хотя бы один из таких участников не пропустил срок исковой давности на обращение с соответствующим требованием при условии, что этот участник (участники) имеет необходимое в соответствии с законом для предъявления такого требования количество голосующих акций общества (голосов) (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью);

2) если общество публично раскрывало сведения об оспариваемой сделке в порядке, предусмотренном законодательством о рынке ценных бумаг, считается, что его участники (акционеры) узнали об оспариваемой сделке с момента публичного раскрытия информации, когда из нее можно было сделать вывод о совершении такой сделки с нарушением порядка совершения;

3) предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом);

4) если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества (пункты 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 года № 27).


Переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 года № 27).


О совершении договоров от 01.06.2017 года № 01/2017 и от 30.04.2018 года № 02/2018 Общество в лице своего единоличного исполнительного органа (а, следовательно, и ФИО2), узнало не позднее дня их совершения.


Соответственно, срок исковой давности истек 01.06.2018 года и 30.04.2019 года.


Общество с настоящим иском обратилось в суд 05.10.2021 года, а ФИО2 вступил в дело в качестве соистца 08.09.2022 года.


Следовательно, требование заявлено истцами по истечении срока исковой давности.


Согласно пункту 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.


Статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.


В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.


Ответчик до вынесения судом решения заявил о применении срока исковой давности.


Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа истцам в иске в данной части требований.


Тем не менее, следует отметить, что как было указано выше, договоры от 01.06.2017 года № 01/2017 и от 30.04.2018 года № 02/2018 были одобрены не только решениями совета директоров Акционерного общества «ТЭЦ-Северная», но и общими собраниями акционеров Акционерного общества «ТЭЦ-Северная».


Тот факт, что рыночная стоимость арендной платы за пользование объектами недвижимости и оборудованием значительно превышает размер установленной договорами арендной платы, сам по себе не свидетельствует о наличии обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку акционеры Акционерного общества «ТЭЦ-Северная» выразили согласие на использование принадлежащего Обществу с ограниченной ответственностью «Энергосистема» имущества на условиях аренды и с размером подлежащей уплате за пользование имуществом арендной платы. Доказательств того, что размер арендной платы, установленный договорами, за аренду того имущество, которое в них поименовано, с учетом его специфики и ограниченности на рынке, был бы очевиден для любого участника договоров в момент их заключения, суду не представлено.


Также суду не представлено доказательств и судом не установлено, что договоры совершены в интересах только части акционеров и причиняют неоправданный вред остальным акционерам Общества, которые не выражали согласие на совершение данных договоров.


Обстоятельства, которые свидетельствовали бы о сговоре, либо об иных совместных действиях представителя Общества и другой стороны договоров в ущерб интересам Общества, истцом не доказаны и судом не установлены.


2. При заключении договоров в части установления арендной платы в размере 14.135.667 руб. 97 коп. в месяц со стороны ответчика имело место злоупотребление доминирующим положением на рынке, что является основанием для признания договоров недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.



Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, в том числе:

1) установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара;

2) изъятие товара из обращения, если результатом такого изъятия явилось повышение цены товара;

3) навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования);

4) экономически или технологически не обоснованные сокращение или прекращение производства товара, если на этот товар имеется спрос или размещены заказы на его поставки при наличии возможности его рентабельного производства, а также если такое сокращение или такое прекращение производства товара прямо не предусмотрено федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами;

5) экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами;

6) экономически, технологически и иным образом не обоснованное установление различных цен (тарифов) на один и тот же товар, если иное не установлено федеральным законом;

7) установление финансовой организацией необоснованно высокой или необоснованно низкой цены финансовой услуги;

8) создание дискриминационных условий;

9) создание препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам;

10) нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования;

11) манипулирование ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности).


По смыслу абзаца первого части 1 статьи 10 Закона во взаимосвязи с пунктами 3, 4 статьи 1 и абзацем вторым части 1 статьи 10 Гражданского кодекса злоупотреблением доминирующим положением признается поведение доминирующего на товарном рынке субъекта, если оно выражается в следующих формах, в том числе одной из них: недопущение, ограничение, устранение конкуренции на товарных рынках (например, устранение конкурентов с товарного рынка, затруднение доступа на рынок новых конкурентов); причинение вреда иным участникам рынка (хозяйствующим субъектам-конкурентам и потребителям, гражданам-потребителям как отдельной категории участников рынка), включая извлечение необоснованной (монопольной) выгоды за их счет, иное подобное ущемление прав участников рынка.

При возникновении спора антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта является злоупотреблением, допущенным в одной из указанных форм. В отношении действий (бездействия), прямо поименованных в пунктах 1 – 11 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта образует один из видов злоупотреблений, названных в указанных пунктах (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»).


Если нарушение антимонопольного законодательства не устанавливалось антимонопольным органом, бремя доказывания факта нарушения антимонопольного законодательства, в том числе по проведению анализа рынка, возлагается на истца (пункт 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»).


В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.


Однако, в нарушение положений, установленных статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцы не доказали, что ответчик занимал на рынке доминирующее положение.


Кроме того, суд полагает необходимым учесть следующие обстоятельства.


В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.


Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон.


Пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.


В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.


Пунктом 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно (пункт 5 части 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).


В пункте 72 Постановления № 25 разъяснено, что сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).


Таким образом, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.


Судом установлено, что Арбитражным судом Астраханской области рассматривается дело № А06-10425/2019 по иску Общества с ограниченной ответственностью «Энергосистема» к Акционерному обществу «Теплоэлектроцентраль-Северная» о взыскании задолженности по арендной плате по договорам аренды № 01/2017 от 01.06.2017 года и № 02/2018 от 30.04.2018 года в сумме 459 231 185 руб. 09 коп.


Определением Арбитражного суда Астраханской области от 11.12.2019 года утверждено мировое соглашение.


Согласно условиям мирового соглашения, ответчик признал свой долг перед истцом в размере 374.658.177,00 руб. и обязался исполнять свои обязательства в срок до 30.12.2030 года путем перечисления на расчетный счет истца каждый месяц не позднее 30 числа сумму согласно графику.


Вместе с тем, по кассационной жалобе временного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Энергосистема» постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 10.11.2020 года определение Арбитражного суда Астраханской области от 11.12.2019 года по делу № А06-10425/2019 было отменено, дело было направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Астраханской области.


Лишь после этого и спустя 2 года после обращения Общества с ограниченной ответственностью «Энергосистема» с иском в суд по делу № А06-10425/2019 Акционерным обществом «Теплоэлектроцентраль-Северная» было заявлено требование о признании договоров № 01/2017 от 01.06.2017 года и № 02/2018 от 30.04.2018 года недействительными.


Таким образом, на стороне Акционерного общества «Теплоэлектроцентраль-Северная» имеет место быть злоупотребление правом.


При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований.


На основании изложенного и, руководствуясь статьями 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

В иске отказать.


Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Астраханской области.





Судья

А.Н. Рыбников