Постановление от 6 мая 2022 г. по делу № А50-21315/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1541/22

Екатеринбург

06 мая 2022 г.


Дело № А50-21315/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 04 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 мая 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по делу № А50-21315/2020 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы надлежащим образом, в том числе публично,путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседаниене явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.10.2020ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2.

В арбитражный суд поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 с применением в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Кредитор индивидуальный предприниматель ФИО3 14.10.2021 представил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и о неосвобождении должникаот требований кредитора, основанных на признании сделки недействительной.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.11.2021 реализация имущества ФИО1 завершена с освобождением должника от обязательств перед кредиторами, в том числе теми, чьи требованияне заявлены в процедуре реализации имущества гражданина.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 25.01.2022 определение суда первой инстанции от 12.11.2021 измененов части освобождения должника от обязательств перед кредиторами,в этой части в отношении должника не применены правила об освобождении от исполнения обязательств перед предпринимателем ФИО3

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда от 25.01.2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. По мнению заявителя, делая вывод о недобросовестности должника со ссылкой на совершенную им с сыном ФИО4 сделку по отчуждению последним в пользу отца своего имущества – договор купли-продажи автомобиля от 17.08.2017, признанную недействительной определением суда от 21.02.2020 по делу № А50-17588/2019 о банкротстве ФИО4, апелляционный суд не учел пояснения должника в указанном споре, подтвержденные ФИО4, о том, что последний сам по доверенности на его имя реализовал соответствующий автомобиль и именно он, а не должник получил денежные средства, что подтверждается договором купли-продажи, при этом названным судебным актом действия ФИО1 незаконными (недобросовестными) не признаны, и фактически, оплатив этот автомобиль, но не получив ничего по сделке, в качестве реституции по которой с него взыскали денежные средства (1 290 000 руб.), что повлекло возбуждение исполнительного производства и арест его пенсии, должник сам пострадал от такой сделки финансово и морально. Заявитель считает, что делая вывод о том, что должник может требовать у сына обратно денежные средства, уплаченные по заключенному между ними договору купли-продажи земельного участка от 03.07.2017, признанному недействительным определением суда от 07.07.2020 по делу № А50-17588/2019, суд не учел, невозможность получения должником удовлетворения своих требований от ФИО4, находящегося в банкротстве с миллионным реестром требований кредиторов. Заявитель полагает, что, хотя все возникшие у должника негативные последствия являются результатом недобросовестных действий ФИО4, тем не менее, в деле о банкротстве последнего его действия недобросовестными не признаны, и процедура реализации имущества должника завершена 09.04.2021 с освобождением его от долгов, при этом и в банкротстве ФИО4 требования кредиторов в общей сумме 3 022 323 руб. 91 коп. погашены на 81,75 % (2 470 847 руб. 95 коп.), между тем, поскольку денежные средства от продажи автомобиля по вышеуказанной признанной недействительной сделке, полученные ФИО4 и подлежавшие взысканию непосредственно с него, взысканы с должника - ФИО1, которому они не передавались, и ввиду невозможности им уплатить соответствующую сумму, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве должника, где по результатам реализации имущества должника погашены требования кредиторов всего на сумму 490 367 руб. 79 коп., с учетом чего общая сумма погашенных требований кредиторов ФИО4 составила 2 961 215 руб. 74 коп., а остаток долга составил 61108 руб. 12 коп., с учетом чего заявитель считает, что апелляционный суд неверно определил остаток долга в размере 983 500 руб. 90 коп., при том, что какие-либо иные основания для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами отсутствуют.

Финансовый управляющий ФИО2 в отзыве поддерживает доводы кассационной жалобы, просит ее удовлетворить.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы только в части неосвобождения должника от исполнения обязательств.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.10.2020 ФИО1 признан банкротом с введением в отношении его имущества процедуры реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Из представленного финансовым управляющим отчета о своей деятельности следует, что реестр требований кредиторов должника сформирован на общую сумму 1 593 664 руб. 91 коп., из которых погашено требований на сумму 490 367 руб. 79 коп., а текущие расходы на проведение процедуры банкротства составили 12367 руб. 48 коп.

По результатам проведенных финансовым управляющим мероприятий, предусмотренных в процедуре реализации имущества должника, все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны, иное имущество для пополнения конкурсной массы и последующей его реализации не выявлено.

На дату рассмотрения ходатайства о завершении процедуры реализации имущества должника в производстве суда нет нерассмотренных требований к должнику, включая заявления об оспаривании сделок, и иные заявления.

В связи с завершением всех мероприятий в процедуре реализации имущества должника и отсутствием возможностей для расчета с кредиторами финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения реализации имущества ФИО1 на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО1 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Возражая против освобождения должника от обязательств, предприниматель ФИО3 ссылался на то, что его требования основаны на признании сделки должника недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (определения суда первой инстанции от 21.02.2020 и от 07.07.2020 по делу №А50-17588/2019).

Освобождая ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия оснований для неосвобождения должника от обязательств.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, отказывая в освобождении должника от исполнения обязательств перед предпринимателем ФИО3, апелляционный суд исходил из следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства (далее - освобождение гражданина от обязательств).

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» (далее - постановлении Пленума № 51), при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, в деле № А50-17588/2019 о банкротстве сына должника ФИО4 были оспорены сделки по отчуждению сыном своего имущества в пользу отца (ФИО1).

Так, определением суда от 21.02.2020 по делу № А50-17588/2019 признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 17.08.2017, заключенный между ФИО4 и должником, применены последствия его недействительности в виде взыскания с должника в конкурсную массу ФИО4 1 290 000 руб. долга и 9000 руб. судебных расходов.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2020 по делу №А50-17588/2019 признан недействительным договор купли-продажи земельного участка от 03.07.2017, заключенный между ФИО4 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО4 180 000 руб. и восстановления права требования ФИО1 к ФИО4 в размере уплаченных по сделке от 03.07.2017 денежных средств.

Финансовым управляющим имуществом ФИО4 - ФИО5 30.01.2021 проведены торги по продаже прав требований к ФИО1, возникших из определений суда от 21.02.2020 и 07.07.2020 по делу №А50-17588/2019, а победителем торгов признано общество с ограниченной ответственностью «ГК «Альфа и Омега», действующее в интересах ФИО3 по агентскому договору от 25.01.2021 №01/2021.

Между ФИО4 (цедент) и ФИО3 (цессионарий) 05.02.2021 заключен договор цессии № 1, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к ФИО1 в сумме 1 290 000 руб. и 180 000 руб., возникшие из определений Арбитражного суда Пермского края от 21.02.2020 и 07.07.2020 по делу №А50-17588/2019.

Определением суда от 02.04.2021 по настоящему делу требование ФИО4 в лице финансового управляющего его имуществом ФИО5 в размере 1 470 000 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1

Определением суда от 26.04.2021 произведена замена взыскателя ФИО4 на его правопреемника – предпринимателя ФИО3 в правоотношениях, установленных определениями Арбитражного суда Пермского края от 21.02.2020 и 07.07.2020 по делу № А50-17588/2019.

Определением от 09.06.2021 по настоящему делу ФИО4 в лице финансового управляющего его имуществом ФИО5 заменен в реестре требований кредиторов должника на ФИО3, при этом апелляционным судом установлено, что, признавая в деле № А50-17588/2019 недействительными сделки по отчуждению ФИО4 автомобиля и земельного участка в пользу ФИО1, суд установил признаки недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно наличие цели причинения вреда кредиторам ФИО4, осведомленность ФИО1 об этом и сам факт причинения вреда кредиторам ФИО4 путем совершения сделок, направленных на вывод имущества ФИО4

Учитывая изложенные установленные апелляционным судом обстоятельства, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, а также обстоятельств, установленных в деле № А50-17588/2019, в частности, приняв во внимание фактические обстоятельства, связанные с установлением в реестр требований кредиторов требований ФИО3 по отношению к должнику, возникших из определений суда от 21.02.2020 и 07.07.2020 по делу №А50-17588/2019, признавших недействительными сделки с участием должника и выявивших признаки недобросовестного поведения должника, учитывая, что названными судебными актами, имеющими преюдициальное значение для настоящего дела, установлено, что сделки по отчуждению сыном - ФИО4 в пользу своего отца - ФИО1 автомобиля и земельного участка совершены с противоправной целью, направленной на вывод имущества ФИО4 во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов последнего, и причинили вред кредиторам ФИО4, о чем знал и должен был знать его отец ФИО1, из чего следует, что последний при совершении указанных сделок действовал недобросовестно, а доказательства иного, позволяющие прийти к другим выводам, в материалы настоящего дела не представлены, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ФИО3 в непогашенной части в размере 983 500 руб. 90 коп. (абзац 4 пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При этом довод ФИО1 о том, что он претерпевает последствия сделок, совершенных в результате недобросовестного поведения его сына ФИО4, судом округа во внимание не принимается, поскольку само по себе наличие межличностного конфликта отца и сына Задворных не может являться основанием для возложения на кредитора негативных последствий совершения ими сделок, признанных судом недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как совершенных с целью причинения вреда кредиторам посредством вывода имущества для невозможности последующего обращения на него взыскания, при том, что ФИО1 знал о наличии такой противоправной цели.

Ссылка заявителя на то, что его сын, а не сам должник получил денежные средства от реализации автомобиля, отчужденного по признанной недействительно сделке, и фактически, оплатив этот автомобиль, но не получив ничего по сделке, в качестве реституции по которой с него взыскали 1 290 000 руб., должник сам пострадал от такой сделки финансово и морально, по результатам исследования и оценки доказательств не принята апелляционным судом во внимание, как имеющая предположительный характер, не подтвержденная соответствующими доказательствами, и, не соответствующая материалам дела, в том числе, с учетом того, что тот факт, что денежные средства от реализации автомобиля получил именно должник установлен вступившим в законную силу судебным актом и не опровергнут надлежащими и достаточными доказательствами, при этом ни должник, ни его сын не раскрыли суду информации о расходовании данных денежных средств, которые оказались безвозвратно утрачены для целей погашения требований кредиторов должника, в то время как при их наличии требования всех кредиторов должника могли бы быть погашены в полном объеме.

Довод заявителя о том, что судебными актами о признании сделок недействительными действия должника незаконными (недобросовестными) не признаны, отклонены апелляционным судом, как противоречащие материалам дела, поскольку определением суда первой инстанции от 21.02.2020 по делу №А50-17588/2019 установлено, что оспариваемая сделка совершена при наличии у ФИО4 признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества с целью безвозмедного вывода имущества ФИО4 для обеспечения невозможности обращения на него взыскания в пользу кредиторов, при отсутствии у ФИО1 финансовой возможности произвести оплату приобретаемого имущества и при недоказанности материалами дела факта оплаты спорного автомобиля, при том, что в результате совершения данной сделки из владения ФИО4 выбыло ликвидное имущество, что причинило вред его кредиторам, а ФИО1, являясь отцом ФИО4, знал и не мог не знать о заключении спорной сделки с целью причинения вреда кредиторам, при том, что в дальнейшем ФИО1 продал спорный автомобиль иному лицу, получив за данный автомобиль эквивалентное встречное предоставление, и иное не доказано, а доводы ФИО1 о том, что денежные средства от продажи спорного автомобиля получил его сын, ничем не подтверждены и соответствующих требований ФИО1 к сыну не предъявил, в связи с чем суд именно с ФИО1 как с фактического получателя соответствующих денежных средств, взыскал рыночную стоимость спорного автомобиля.

Таким образом, отказывая в освобождении должника от исполнения обязательств перед ФИО3, апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения должника от исполнения названных обязательств, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Ссылка заявителя на невозможность требовать у сына обратно денежные средства, уплаченные по признанным недействительными сделкам, ввиду нахождения ФИО4 в банкротстве с миллионным реестром требований кредиторов, судом округа во внимание не принимается, поскольку в период с момента вступления в законную силу определения от 21.02.2020 по делу № А50-17588/2019 (03.06.2020) ФИО1 имел реальную возможность предъявить в деле о банкротстве ФИО4 требование о возврате денежных средств о реализации спорного автомобиля, которые, по мнению ФИО1, в действительности получил не он, а его сын, однако ФИО1 не предъявил такое требование, в отсутствие к тому каких-либо препятствий, при том, что дело о банкротстве ФИО4 завершено только 09.04.2021 и в рамках данного дела № А50-17588/2019 требования кредиторов удовлетворены более, чем на 81 %, а, напротив, 02.09.2020, то есть через три после вступления в силу определения от 21.02.2020, должник подал заявление о признании себя банкротом.

Довод заявителя о том, что возникшие у него негативные последствия являются результатом недобросовестных действий его сына, но в деле о банкротстве сына его действия недобросовестными не признаны, и он освобожден от долгов, судом округа во внимание не принимается, поскольку доводы должника о том, что все негативные последствия связаны только с действиями его сына, ничем не подтверждены и противоречат материалам дела, включая вступившие в законную силу судебные акты, которыми установлено, что именно должник, заведомо зная о финансовом положении своего сына и о противоправной цели заключения сделки по отчуждению автомобиля, получил денежные средства от продажи спорного автомобиля и обязанность по их возврату не исполнил, в то время как иное не доказано, а тот факт, что в деле о банкротстве сына, с учетом конкретных обстоятельств дела, включая объем погашенных требований, ФИО4 был освобожден от долгов и кредиторы не заявили по данному поводу никаких возражений, сам по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для неосвобождения от исполнения обязательств должника, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела о банкротстве.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом в обжалуемой части норм права, были заявлены в суде апелляционной инстанции и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом в обжалуемой части установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа в обжалуемой части не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по делу № А50-21315/2020 Арбитражного суда Пермского края оставитьбез изменения, кассационную жалобу ФИО1 –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



ПредседательствующийЮ.А. Оденцова


СудьиЮ.В. Кудинова


С.Н. Соловцов