Решение от 17 мая 2018 г. по делу № А20-4814/2017

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А20-4814/2017
г. Нальчик
17 мая 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 08 мая 2018 года Полный текст решения изготовлен 17 мая 2018 года

Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики

в составе судьи Х.Б. Газаева

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи З.Х. Докшоковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, с. Аушигер

к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №5 по Кабардино-Балкарской Республике, г. Тырныауз

об оспаривании ненормативного правового акта,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО1 (личность удостоверена), ФИО2 по доверенности от 06.02.2018,

от заинтересованного лица: ФИО3 по доверенности от 17.01.2018 №03-09/, ФИО4 по доверенности от 25.12.2017 №03-09/, ФИО5 по доверенности от 06.02.2018 №0060,

У С Т А Н О В И Л:

глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 обратился в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №5 по Кабардино-Балкарской Республике о признании недействительным решения №334 от 27.03.2017 о привлечении к налоговой ответственности.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме, заявил, что счет-фактура не может являться документом, подтверждающим получение дохода.

Представители налоговой инспекции поддержали доводы отзыва на заявление и дополнения к отзыву, просили оспариваемое решение оставить в силе как законное, заявили, что счет-фактура является первичным документом, подтверждающим договорные отношения и получение прибыли.

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу о необоснованности заявления по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России №5 по КБР проведена выездная налоговая проверка предпринимателя ФИО1 за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

Результаты проверки отражены в акте выездной налоговой проверки от 26.12.2016 №334, который вручен налогоплательщику.

Налогоплательщиком были представлены возражения по акту, которые были рассмотрены 02.02.2017.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки и представленных возражений вынесено решение от 02.02.2017 № 334 Д/М о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля.

По результатам рассмотрения материалов проверки, представленных возражений и справки о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля вынесено решение от 27.03.2017 № 334 о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого установлена неуплата ЕСХН в сумме 385 213 рублей, начислены пени по ЕСХН в сумме 99 558 рублей, предприниматель привлечен к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекса) в виде штрафа в сумме 77 042 рублей.

ФИО1 обжаловал указанное решение в Управление ФНС по КБР, которое по итогам рассмотрения апелляционной жалобы решением от 28.07.2017 №03/1-01/09002@ отменило решение инспекции от 27.03.2017 №334 в части доначисления ЕСХН за 2014 год в размере 31 708 рублей; решило произвести перерасчет размера штрафа и соответствующих пени, в связи с уменьшением суммы доначисленного налога, соответствующий расчет довести до ФИО1; уменьшило размер штрафа в два раза в связи с применением смягчающих обстоятельств. В остальной части жалоба ФИО1 оставлена без изменения.

Полагая, что решение инспекции от 27.03.2017 №334, принято с нарушением налогового законодательства и нарушает его права и законные интересы, предприниматель обратился в суд с требованием о признании их недействительным.

В своем заявлении ФИО1 ссылается на то обстоятельство, что требования от 06.07.2016 №974 о представлении документов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 не соответствуют требованиям и правилам проведения налоговой проверки.

Согласно п. 3 ст.93 НК РФ в случае, если проверяемое лицо не имеет возможности представить требующиеся документы в течение установленного настоящим пунктом срока, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым требующиеся документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить требующиеся документы.

В течение двух дней со дня получения такого уведомления руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе на основании этого уведомления продлить сроки представления документов или отказать в продлении сроков, о чем выносится отдельное решение.

Исходя из представленных материалов, заявитель не уведомил проверяющего о невозможности представления затребованных документов, а представил лишь пояснения от контрагентов, у которых закупался КРС в ходе проведения дополнительных мероприятий.

Кроме того, согласно протоколу допроса свидетеля от 15.02.2017 №48, документы не были представлены по причине того, что они сгорели при пожаре. Однако, какие-либо документы, подтверждающие утрату документов вследствие пожара налогоплательщиком так же не представлено.

Так же, ссылаясь на Постановление Президиума ВАС РФ от 08.04.2008 №15333/07, налогоплательщик указывает на несоответствие требования №23 о представлении документов нормам налогового законодательства. Следует отметить, что в данном постановлении речь идет о требованиях налогового органа в рамках камеральной проверки, где действительно необходимо указывать на индивидуальные признаки запрашиваемых документов. В то время как при организации работы выездной налоговой проверки (ВНП), при истребовании документов применяется ст. 93.1 Кодекса, где п.2, которая предусматривает, в случае, если вне рамок проведения налоговых проверок у налоговых органов возникает обоснованная необходимость получения документов (информации) относительно конкретной сделки, должностное лицо налогового органа вправе истребовать эти документы (информацию) у участников этой сделки или у иных лиц, располагающих документами (информацией) об этой сделке.

Таким образом, возражения налогоплательщика относительно ненадлежащего оформления требований о представлении документов не обоснованы, и не могут быть приняты судом.

Заявитель считает, что налоговый орган в нарушение законодательства не принял затраты в сумме 3 448 200 руб., произведенные в 2013 году.

Согласно результатам проведенной ВНП сумма расходов произведенных налогоплательщиком в 2013 году составляет 1 242 800 руб., в том числе денежные средства в размере 1 000 000 руб. на закупку КРС, денежные средства в размере 240 000 руб. на закупку корма, денежные средства в размере 2 800 руб. за банковские услуги. По данным налогоплательщика сумма расходов за 2013 год составляет 4 691 000 руб.

Разница в размере 3 448 200 руб. в расходах, отраженных налогоплательщиком в декларации, и в расходах, выявленных в ходе проведения выездной налоговой проверки, образовалась в результате того, что налогоплательщиком в нарушение п.1 ст.252 Кодекса приняты к учету расходы без надлежащего документального подтверждения.

Согласно п.1 ст.252 Кодекса расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. В исковом заявлении налогоплательщик указывает, что затраты на покупку нежилого помещения, купля-продажа которого состоялась 26.12.2012, а фактически введенного в строй в 2013 году, в составе расходов не учтены.

Порядок определения и признания доходов и расходов при определении объекта налогообложения лицом, применяющим ЕСХН, установлен статьей 346.5 Кодекса.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 346.5 Кодекса налогоплательщики ЕСХН при определении объекта налогообложения уменьшают полученные доходы на расходы на приобретение, сооружение и изготовление основных средств с учетом положений пункта 4 и абзаца 6 подпункта 2 пункта 5 статьи 346.5 Кодекса.

В подпункте 1 пункта 4 статьи 346.5 Кодекса предусмотрено, что в отношении расходов на приобретение (сооружение, изготовление) в период применения единого сельскохозяйственного налога основных средств, а также расходов на достройку, дооборудование, реконструкцию, модернизацию и техническое перевооружение основных средств, произведенных в указанном периоде, расходы принимаются с момента ввода этих основных средств в эксплуатацию.

Таким образом, расходы на основные средства, приобретенные в период применения ЕСХН, полностью учитываются в том налоговом периоде, когда выполнены следующие условия: объект основных средств приобретен, оплачен и введен в эксплуатацию.

При этом абзацем 9 подпункта 2 статьи 346.5 Кодекса установлено, что основные средства, права на которые подлежат государственной регистрации в соответствии с законодательством Российской Федерации, учитываются в расходах в соответствии с настоящей статьей с момента документально подтвержденного факта подачи документов на регистрацию указанных прав.

Порядок признания доходов и расходов в целях применения главы 26.1 Кодекса специально урегулирован пунктом 5 статьи 346.5 Кодекса.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 5 статьи 346.5 Кодекса расходами налогоплательщика признаются затраты после их фактической оплаты.

В целях главы 26.1 Кодекса оплатой товаров (работ, услуг) и (или) имущественных прав признается прекращение обязательства налогоплательщика-приобретателя указанных товаров (работ, услуг) и (или) имущественных прав перед продавцом, которое непосредственно связано с поставкой этих товаров (выполнением работ, оказанием услуг) и (или) передачей имущественных прав.

Расходы на приобретение (сооружение, изготовление), достройку, дооборудование, реконструкцию, модернизацию и техническое перевооружение основных средств, а также расходы на приобретение (создание самим налогоплательщиком) нематериальных активов, учитываемые в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 346.5 Кодекса, отражаются в последний день отчетного (налогового) периода в размере оплаченных сумм. При этом указанные расходы учитываются только по основным средствам и нематериальным активам, используемым при осуществлении предпринимательской деятельности.

Таким образом, затраты, понесенные ФИО1 на приобретение недвижимого имущества в виде коровника в 2012 году, подлежали включению в налогооблагаемую базу по ЕСХН за 2012.

Суд при этом отмечает то обстоятельство, что ФИО1 документов, подтверждающих фактический ввод в эксплуатацию данного недвижимого имущества в 2013 или 2014 годах, представлено не было.

ФИО1 указывает в заявлении, что налоговый орган в нарушение закона не принял расходы на покупку крупного рогатого скота и кормов.

Вместе с тем суд считает, что эти расходы являются необоснованными, так как надлежащим образом документально не подтверждаются. При этом суд учитывал, что имеются расхождения в закупочных актах на закупку КРС и пояснениях контрагентов, которые опрашивались в судебном заседании в качестве свидетелей.

Согласно пункту 1 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенному в постановлении от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее постановление N 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3 постановления N 53).

Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции (пункт 7 постановления N 53).

При этом о недобросовестности налогоплательщиков может также свидетельствовать ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что может привести к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков. Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности. Заключенные сделки должны не только формально не противоречить законодательству, но и не вступать в противоречие с общими запретами недопустимости недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Установив отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих как факт утраты документов, так и факт их восстановления, суд при исследовании документов, представленных предпринимателем, сделал вывод о том, что эти документы не могут считаться достоверными и не подтверждают реальность хозяйственных операций, с которыми ФИО1 связывает налоговые последствия.

Суд также соглашается с позицией инспекции о правомерном включении субсидий в доходную часть заявителя по следующим основаниям.

Субсидия в размере 1706238, 2 руб. была перечислена ФИО1, в 2013 году. Кроме того, в 2014 году ФИО1 также была перечислена субсидия в размере 238 132,05 руб. и в сумме составило 1944370,25 руб. При этом часть субсидии в размере 800 рублей была учтена пропорционально понесенным расходам в 2013 году, а сумма в размере 1943570 рублей отнесена инспекцией в состав доходов за 2014 год. Данная субсидия поступила ФИО1 с указанием назначения платежа «Субсидия на 1 литр реализованного товарного молока».

На основании подпункта 14 пункта 1 статьи 251 НК РФ при определении налоговой базы не учитываются доходы в виде имущества, полученного налогоплательщиком в рамках целевого финансирования. При этом налогоплательщики, получившие средства целевого финансирования, обязаны вести раздельный учет доходов, полученных в рамках целевого финансирования. При отсутствии такого учета у налогоплательщика, получившего средства целевого финансирования, указанные средства рассматриваются как подлежащие налогообложению с даты их получения.

В соответствии с п.2 ст.251 НК РФ при определении налоговой базы не учитываются целевые поступления. К ним относятся целевые поступления на содержание некоммерческих организации и ведение ими уставной деятельности, поступившие безвозмездно на основании решений органов управления государственной власти и органов местного самоуправления и решений органов управления государственных внебюджетных фондов, а также целевые поступления от других организации и физических лиц, использованные указанными получателями по назначению.

При этом доходы организации и индивидуальных предпринимателей, не соответствующие перечню средств и критериям целевого финансирования, учитываются при определении налоговой базы по ЕСХН в порядке, предусмотренном главой 26.1 НК РФ.

Полученные сельхозпроизводителями субсидии не соответствуют перечню средств и критериям целевого финансирования.

Следовательно, денежные средства, полученные сельхозпроизводителями в целях возмещения затрат на производство молока, должны учитываться при определении налоговой базы по ЕСХН.

В соответствии с п.п. 1 п.5 ст.346.5 НК РФ, средства финансовой поддержки в виде субсидий, полученные в соответствии с ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в РФ», отражаются в составе доходов пропорционально расходам, фактическим осуществленным за счет этого источника, но не более двух налоговых периодов с даты получения. Если по окончании второго налогового периода сумма полученных средств финансовой поддержки, указанных в настоящем пункте, превысит сумму признанных расходов, фактически осуществленных за счет этого источника, разница между указанными суммами в полном объеме отражается в составе доходов этого налогового периода.

В ходе проверки сотрудниками инспекции установлен факт отсутствия ведения раздельного учета полученных субсидий и учет произведенных за счет субсидий расходов. Также отсутствует учет доходов от продажи продукции, произведенной налогоплательщиком, что подтверждается материалами проверки.

Кроме того, согласно п.14 ст.250 НК РФ налогоплательщики получившие имущество, работы, услуги по благотворительной деятельности, целевые поступления или целевое финансирование, по окончании налогового периода представляют в налоговые органы по месту своего учета отчет о целевом использовании полученных средств по форме, утвержденной Министерством финансов РФ.

Между тем, данный отчет ФИО1 не представлялся в налоговый орган за 2013-2014 года.

По этим основаниям субсидий полученные ФИО1 правомерно отнесены инспекцией на доходы налогоплательщика.

В силу положений части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения требований о признании недействительными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходима совокупность двух условий: несоответствие закону или иному нормативному правовому акту оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает удовлетворение заявленных требований.

В связи с изложенными обстоятельствами суд не находит оснований для удовлетворения заявленного требования.

При обращении в суд с заявлением, предпринимателю была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины следует отнести на предпринимателя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 170-176,201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявления главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 отказать.

Взыскать с главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 в Федеральный бюджет государственную пошлину в размере 3000 (три тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд КБР.

Судья Х.Б. Газаев