Постановление от 25 марта 2024 г. по делу № А79-10268/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А79-10268/2020

25 марта 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 13.03.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.


при участии конкурсного управляющего

ФИО1,

представителей от ФИО2:

ФИО3 по доверенности от 22.02.2023,

ФИО4 по доверенности от 14.12.2023


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО2


на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023

по делу № А79-10268/2020 Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии


по заявлению конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «Шанары 1»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

ФИО1

к ФИО2

о признании сделки недействительной

и применении последствий её недействительности


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Шанары 1» (далее – Общество, должник) конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 03.12.2018 №03/12/18, заключенного Обществом и ФИО2, и применении последствий его недействительности.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, бюджетное учреждение Чувашской Республики «Чуваштехинвентаризация» Министерства экономического развития и имущественных отношений Чувашской Республики.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 22.05.2023 отказал в удовлетворении заявления.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 11.10.2023 отменил определение от 22.05.2023, принял новый судебный акт, которым признал договор от 03.12.2018 недействительной сделкой, применил последствия её недействительности в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу Общества денежных средств в размере 3 246 500 рублей.

Не согласившись с состоявшимся постановлением, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе определение от 22.05.2023.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что участники Общества ранее не приводили доводы о наличии дополнительных соглашений к договорам купли-продажи от 23.11.2018 и 22.11.2018, которыми согласованная стоимость земельных участков, аналогичных приобретенному ответчиком, была увеличена до 8 000 000 рублей.

По мнению ФИО2, апелляционный суд, сославшись на кадастровую стоимость спорного участка в размере 4 367 725 рублей, не учел, что такая стоимость установлена с 01.01.2019, в то время как на момент заключения договора от 03.12.2018 она составляла 65 145 рублей.

Заявитель обращает внимание окружного суда на то, что предметом предварительного договора купли-продажи от 12.07.2017 являлась не часть спорного земельного участка, а иной участок, не принадлежащий должнику.

Ответчик указывает, что денежные средства по сводному исполнительному производству должник перечислил 23.11.2018, и 30.11.2018 они были распределены между ФИО2 и ФИО8 Формальное прекращение исполнительного производства 06.12.2018 не подтверждает наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения договора от 03.12.2018. Задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Комфорт Строй» подтверждена судебным приказом от 21.09.2020, соответственно, при заключении договора купли-продажи ФИО2 не мог знать о ее существовании. По мнению заявителя, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что по состоянию на 03.12.2018 у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, так как стоимость его имущества позволяла исполнить имеющиеся обязательства.

В пояснениях к кассационной жалобе ФИО2 приводит доводы о том, что суд апелляционной инстанции неверно применил последствия недействительности сделки, взыскав с ответчика в конкурсную массу 3 246 500 рублей, то есть сумму, шестикратно превышающую размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества. В спорном случае подлежала применению правовая позиция, изложенная в пункте 29.4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), согласно которой сделка может быть признана недействительной в пределах суммы, соответствующей размеру требований кредиторов, предъявленных к должнику и признанных обоснованными.

По мнению ответчика, конкурсный управляющий бездействовал в части оспаривания аналогичных сделок должника, заключенных с иными контрагентами – контролирующими должника лицами. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что действительной целью возбуждения дела о банкротстве являлось желание участников должника возвратить в конкурсную массу спорный земельный участок.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе, пояснениях к ней и поддержаны его представителями в судебном заседании.

Конкурсный управляющий в отзыве и в судебном заседании отклонил доводы заявителя, сославшись на законность и обоснованность принятого постановления.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные заседания проведены путем использования систем видеоконференц-связи с Арбитражным судом Чувашской Республики – Чувашии.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемого постановления, заслушав конкурсного управляющего и представителей ответчика, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не установил правовых оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, Общество (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор купли-продажи земельного участка от 03.12.2018 № 03/12/18, по условиям которого продавец передал покупателю земельный участок общей площадью 21 500 +/- 1283 квадратных метров с кадастровым номером 21:21:076547:281, расположенный по адресу Чувашская Республика, Чебоксарский район, сельское поселение Синьяльское, <...>.

В соответствии с пунктом 1.2 договора категория земельного участка – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для сельскохозяйственного производства (пункт 1.2 договора).

Цена недвижимого имущества составила 65 145 рублей (пункт 1.4 договора).

В силу пункта 1.5 договора покупатель был уведомлен о том, что 02.10.2018 вынесено постановление судебного пристава-исполнителя 353089/18/21002-ИП о запрете на совершение регистрационных действий в отношении земельного участка, на основании которого Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике в ЕГРН внесена запись от 10.10.2018 № 21:21:076547:281-21/048/2018-1; запрет будет снят до конца регистрации настоящего договора.

Переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке 11.12.2018.

Впоследствии ФИО2 реализовал земельный участок ФИО5 за 65 145 рублей по договору от 27.11.2019.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 09.11.2020 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, решением от 08.02.2021 признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, утвердил конкурсным управляющим ФИО1

Конкурсный управляющий, посчитав, что договор купли-продажи от 03.12.2018 заключен в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

Отказав в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что на момент заключения договора должник не отвечал признаку неплатежеспособности, а доказательства совершения сделки в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов отсутствовали.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2 приобрел участок по заниженной стоимости в период, когда Общество прекратило исполнять обязательства перед кредиторами, о чем ответчик был осведомлен.

При этом суд исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что Общество (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили предварительный договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 21:21:076547:281 от 12.06.2017, по условиям которого продавец обязался передать покупателю часть указанного участка площадью 2000 квадратных метров за 500 000 рублей.

Неисполнение должником обязанности по передаче земельного участка послужило основанием для обращения ФИО2 в суд общей юрисдикции с иском о взыскании уплаченных денежных средств. Ленинский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики определением от 13.07.2018 по делу № 2-2237/2018 утвердил мировое соглашение, заключенное ответчиком и должником, по условиям которого ФИО2 обязался отказаться от иска к Обществу, а должник – выплатить ответчику 575 000 рублей до 14.09.2018.

В добровольном порядке решение суда Общество не исполнило, в связи с чем ФИО2 обратился в органы принудительного исполнения. На основании исполнительного листа от 20.09.2018 серии ФС № 021879179 в отношении должника возбуждено исполнительное производство.

Собрание депутатов Синьяльского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики решением от 29.08.2018 № 39-05 внесло изменения в генеральный план сельского поселения, установило границы населенного пункта «Шанары». Согласно указанному решению земельные участки, в том числе, с кадастровыми номерами 21:21:076547:283, 21:21:076547:287, 21:21:076547:281, вошли в границы населенного пункта «деревня Шанары» для размещения жилой застройки.

По заявлениям группы граждан ФИО9, ФИО8, ФИО2, ФИО10, ФИО11, ФИО12 06.11.2018 в МВД по Чувашской Республике поступил материал проверки о неправомерных действиях ФИО6, который заключил предварительные договоры купли-продажи земельных участков, принял денежные средства в кассу Общества, однако не передал названным лицам земельные участки и не вернул денежные средства. Предметом предварительных договоров явился земельный участок с кадастровым номером 21:21:076547:281, цена за сотку согласована в размере 25 000 рублей, с учетом того, что после изменения категории земельного участка с категории – «для сельскохозяйственного назначения» на «индивидуальное жилищное строительство» стоимость одной сотки значительно возрастет. В сроки, установленные заключенными с должником и утвержденными судом мировыми соглашениями, денежные средства возвращены не были.

Оперуполномоченный МРО УЭБиПК МВД по Чувашской Республике постановлением от 05.12.2018 отказал в возбуждении уголовного дела в связи с неполучением достаточных данных, указывающих на наличие или отсутствие в действиях ФИО6 признаков состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

После возбуждения исполнительного производства и обращения в органы внутренних дел ФИО2 заключил с должником договор купли-продажи от 03.12.2018, предметом которого являлся земельный участок общей площадью 21 500 +/- 1283 квадратных метра с кадастровым номером 21:21:076547:281 целиком, стоимость согласована сторонами в размере 65 145 рублей.

В кассационной жалобе заявитель указал, что предметом предварительного договора купли-продажи от 12.07.2017 являлся иной земельный участок, однако данный довод противоречит материалам дела.

Согласно предварительному договору купли-продажи от 12.07.2017 и оспоренному договору от 03.12.2018 их предметом является земельный участок с кадастровым номером 21:21:076547:281.

Руководитель должника оспорил договор от 03.12.2018 в Чебоксарском районном суде Чувашской Республики по мотиву безденежности и притворности сделки. В обоснование заявления ФИО6 указал, что договор был заключен фиктивно, в целях предоставления имущества в залог для обеспечения исполнения обязательств Общества перед ФИО10 и ФИО9 и снятия ареста с земельных участков, принадлежащих должнику. Суд решением от 29.01.2020 по делу № 2-173/2020 отказал в удовлетворении иска.

Участник Общества ФИО13 оспорила договор от 03.12.2018 в Арбитражном суде Чувашской Республики – Чувашии, сославшись на его заключение с нарушением корпоративных процедур согласования сделки. Суд первой инстанции решением от 05.02.2020 по делу № А79-7371/2020 отказал в удовлетворении иска, сославшись на то, что цена сделки не превышает 25 процентов стоимости имущества Общества. Несоответствие цены сделки рыночной цене не доказано, так как цена земельного участка соответствует кадастровой стоимости.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора суды установили, что кадастровая стоимость земельного участка с 01.01.2019 установлена в размере 4 367 725 рублей. Суд первой инстанции назначил судебную экспертизу для определения рыночной стоимости спорного участка по состоянию на 03.12.2018.

Согласно заключению эксперта от 27.06.2022 № 11-08-22СЭ рыночная стоимость земельного участка составляет 3 246 00 рублей.

Совокупность приведенных обстоятельств позволила апелляционному суду прийти к выводу о том, что стоимость недвижимого имущества, согласованная сторонами в договоре от 03.12.2018 существенно ниже его рыночной стоимости.

Приняв во внимание, что ФИО2 уже 12.06.2017 заключал с Обществом договор купли-продажи части спорного земельного участка, по условиям которого цена одной сотки составляла 25 000 рублей, суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что ответчику было доподлинно известно о заниженной стоимости участка общей площадью 21 500 квадратных метров, поскольку она объективно не могла составлять 65 145 рублей.

Ответчик в кассационной жалобе обратил внимание суда округа на то, что изменение кадастровой стоимости земельного участка обусловлено изменением категории разрешенного пользования с земель сельскохозяйственного назначения на земли для индивидуального жилищного строительства.

Вопреки мнению ФИО2, данное обстоятельство не может подтверждать добросовестность ответчика.

Напротив, из материалов дела и последовательности действий сторон усматривается, что ФИО2 было доподлинно известно о последующем изменении категории разрешенного пользования земельного участка и, соответственно, об его удорожании в связи с этим обстоятельством.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции установил, что на дату заключения договора от 03.12.2018 у должника имелись неисполненные обязательства перед обществом «Компания «Комфорт Строй» на сумму 486 000 рублей по акту выполненных работ от 29.12.2017 № 49.

ФИО2 настаивает на том, что не знал и не мог знать о неисполнении должником обязательств перед указанным кредитором.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции помимо наличия у Общества долга перед обществом «Компания «Комфорт Строй» установил, что в связи с неисполнением условий мировых соглашений, в том числе соглашения, заключенного с ФИО2, было возбуждено сводное исполнительное производство, которое окончено 06.12.2018.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной.

Следовательно, сама по себе недоказанность наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данный правовой подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

Само по себе отсутствие признака неплатежеспособности должника на момент совершения сделки не исключает цель причинения вреда в результате совершения такой сделки и не является достаточным и безусловным основанием для отказа в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки позиции ответчика, дата фактической выплаты ответчику и ФИО8 денежных средств в рамках исполнительного производства не имеет правового значения, поскольку сам по себе факт принудительного исполнения определений об утверждении мировых соглашений указывает на то, что должник не имел возможности осуществить возврат денежных средств, полученных от граждан по предварительным договорам купли-продажи частей земельного участка.

Оценив в совокупности установленные по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2 заключил с должником договор купли-продажи земельного участка по очевидно заниженной стоимости в ситуации, когда Общество не исполнило ранее принятые на себя обязательства перед ответчиком и иными гражданами. При этом договор предусматривал условие о том, что в отношении земельного участка установлен запрет на совершение регистрационных действий в связи с возбужденным исполнительным производством.

Суд счел, что ответчик, действуя разумно и добросовестно, должен был осознавать наличие у должника признаков неплатежеспособности и нерациональность заключения сделки с указанием цены, существенно ниже рыночной, при условии того, что по состоянию на 03.12.2018 решение о формировании населенного пункта «деревня Шанары» и изменению категории земель в отношении спорного участка уже было принято.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что договор от 03.12.2018 заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем ФИО2 не мог не знать, в связи с чем обоснованно признал сделку недействительной.

В качестве последствий недействительности сделки суд взыскал с ФИО2 3 426 500 рублей, составляющих рыночную стоимость спорного земельного участка, определенную по результатам судебной экспертизы.

Предметно сумму реституционного требования ответчик не оспаривает, однако считает, что апелляционный суд неправильно применил последствия недействительности договора купли-продажи.

По мнению ФИО2, в спорной ситуации подлежит применению пункт 29.4 Постановления № 63, согласно которому при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве платежа, размер которого существенно превышает разницу между стоимостью конкурсной массы и общим размером требований кредиторов (включенных в реестр требований кредиторов, в том числе опоздавших, а также имеющихся и разумно необходимых будущих текущих), суд признает платеж недействительным только в части суммы, равной такой разнице.

Указанный довод подлежит отклонению, как основанный на неверном толковании норм материального права.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом, общим последствием недействительности сделок является возврат полученного по сделке имущества. Ввиду того, что спорный земельный участок реализован ФИО2 в пользу ФИО5, ответчик обязан возместить должнику действительную стоимость недвижимого имущества.

Ссылка ответчика на разъяснения, данные в пункте 29.4 Постановления № 63, признана судом округа несостоятельной, поскольку указанные разъяснения не подлежат применению к спорным правоотношениям.

Особенностью платежей, как оспариваемых сделок, является возможность выделения из общей массы перечисленных контрагенту денежных средств сумм платежей, осуществленных в конкретную дату, относящуюся к тому или иному периоду подозрительности, или же их соотношение с суммой реестра требований кредиторов должника.

В настоящем деле предметом оспоренной сделки купли-продажи являлся земельный участок, который подлежал возврату в конкурсную массу, но в силу последующей его реализации ФИО2 ФИО5 ответчик в порядке реституции должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Применение разъяснений, изложенных в пункте 29.4 Постановления № 63, при признании недействительными сделками платежей, в том числе по основанию, установленному в статье 61.2 Закона о банкротстве, обусловлено их правовой природой, а именно возможностью дифференциации.

Гражданский кодекс Российской Федерации и Закон о банкротстве (в частности, статья 61.6) и Федерации не предусматривают последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника части недвижимого имущества в случае, если его стоимость превышает совокупный размер требований кредиторов.

Аргумент ФИО2 о недобросовестном использовании конкурсным управляющим института оспаривания договора от 03.12.2018 носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Тот факт, что иные аналогичные сделки с земельными участками не были оспорены, обусловлен тем, что с ФИО6 заключено мировое соглашение, по условиям которого земельный участок с кадастровым номером 21:21:076547:279 возвращен в конкурсную массу должника.

По условиям двух иных договоров, заключенных с ФИО6 и ФИО7, в редакции дополнительных соглашений от 22.11.2018 и 23.11.2018, стоимость земельных участков увеличена до 8 600 000 рублей.

В любом случае данные сделки не являются предметом настоящего обособленного спора, их условия и поведение ФИО6 и ФИО7 не влияют на квалификацию действий ФИО2 по заключению договора купли-продажи земельного участка от 03.12.2018 по стоимости, очевидно не соответствующей рыночной.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы суда и направлены на переоценку исследованных обстоятельств. Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Окружной суд не вправе переоценивать исследованные судом доказательства и сделанные на их основе выводы.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном постановлении выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебного акта по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены постановления, суд округа не установил.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и расходы по ее уплате относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 по делу № А79-10268/2020 Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


В.П. Прыткова




Судьи


Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева