Постановление от 9 августа 2023 г. по делу № А44-1373/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 августа 2023 года

Дело №

А44-1373/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 02 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 августа 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Казарян К.Г., Кравченко Т.В.,

рассмотрев 02.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 по делу № А44-1373/2021,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Новгородской области от 10.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «МАГМАнит», адрес: 173011, Великий Новгород, ул. Восточная, д. 15, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

ФИО2 04.07.2022 обратилась в суд с заявлением о взыскании со ФИО1 (город Ростов-на-Дону) в пользу Общества убытков в размере 2 863 757 руб. 70 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «Суперпласт», адрес: 111024, Москва, Перовский проезд, дом 35, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания).

Определением от 06.10.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, со ФИО1 в конкурсную массу взысканы убытки в размере 280 185 руб. 85 коп. и 3 651 руб. возмещения расходов по уплате государственной пошлины. С Общества в доход федерального бюджета взыскано 967 руб. государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023, определение отменено в части распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины и изменено в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Со ФИО1 в конкурсную массу Общества взыскано 142 065 руб. 51 коп. убытков. Государственная пошлина, уплаченная Обществом, возвращена в его пользу из федерального бюджета.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление от 24.04.2023 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Податель жалобы считает недостоверными отраженные в письме отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Новгородской области (далее - Отделение) от 31.03.2023 № ИШ-53-01/11842 о личном представлении ФИО1 в клиентскую службу отделения 14.12.2022 и 15.12.2022 сведений по формам СЗВ-ТД и СЗВ-М. По утверждению подателя жалобы, на момент предоставления спорных форм он находился в городе Ростове-на-Дону, что подтверждается сведениями о платежах, в частности, по оформлению полиса ОСАГО, которые необоснованно не приняты во внимание апелляционным судом.

По утверждению подателя жалобы, после введения в отношении должника конкурсного производства, он никаких документов от имени должника не подписывал.

В отзыве на кассационную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Суперпласт» против ее удовлетворения возражает.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, решением внеочередного собрания участников Общества, оформленным протоколом от 13.07.2021 № 3, ФИО1 избран генеральным директором Общества, с ним заключен трудовой договор от 14.07.2021 (далее – Трудовой договор).

Определением от 17.06.2022 Трудовой договор признан недействительным со ссылкой на отсутствие между ответчиком и Обществом реальных трудовых отношений, тем не менее, факт руководства Обществом ФИО1 не отрицает.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к ответственности в виде убытков, конкурсный управляющий ссылался на передачу Обществом в пользу Компании оборудования: крутильной машины, туннельной печи, бобин для намотки пряжи, шпулярника, ванны для фибронитей, магнитных фрикционов и глазков керамических, представляющих собой единую технологическую линию, без надлежащего оформления.

На основании обращения конкурсного управляющего третье лицо подтвердило наличие оборудование и согласие на его возврат. Тем не менее, по данным бухгалтерского учета, конкурсный управляющий пришел к выводу о наличии недостачи на общую сумму 2 509 818 руб. 97 коп., исходя из балансовой стоимости оборудования.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что, несмотря ранее сделанное Компанией утверждение о готовности вернуть спорное оборудование, оно к осмотру не предъявлено и Компания запрошенной конкурным управляющим документации в отношении спорного оборудования не представила.

Конкурсный управляющий при обращении в суд исходил из того, что оборудование не возвращено.

Конкурсный управляющий также сослался на предъявление Обществу налоговым органом и Пенсионным фондом России требований по текущим платежам об уплате штрафных санкций за несвоевременное предоставление отчетности и нарушение порядка ее представления за период с апреля по декабрь 2021 года в общей сумме 280 185 руб. 58 коп.

Полагая, что утрата имущества Общества, а также необходимость уплаты штрафных санкций явились следствием неразумного и недобросовестного поведения ответчика, конкурсный управляющий заявил к нему ответственность в виде убытков.

Возражая относительно заявленных к нему требований, ответчик пояснил, что был назначен руководителем Общества для вывода его из кризисной ситуации, при этом прежний руководитель – ФИО3 документации Общества новому руководителю не передал.

Частично удовлетворяя требование конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что возможность возврата оборудования от Компании или возвращения его стоимости не утрачена, в этой части убытки должнику не причинены.

В отношении привлечения Общества к публично-правовой ответственности в связи с ненадлежащим представлением отчетности, суд пришел к выводу о том, что данное обстоятельство имело место по вине руководителя, в том числе не оформившего своевременно электронную цифровую подпись (далее - ЭЦП).

Не согласившись с определением суда в части привлечения его к ответственности, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного акта в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции установил, что главный бухгалтер Общества ФИО4 сообщила ответчику о месте нахождения документации должника в городе Москва и о готовности передать документы после погашения в ее пользу задолженности по заработной плате, в то же время доказательства передачи документации вновь утвержденному руководителю от ФИО4 отсутствуют.

При этом в материалах дела имеется письмо от 28.07.2021, которым ФИО1 уведомил участника Общества ФИО5 о получении от временного управляющего ФИО2 документации Общества на материальном носителе, в том числе документов первичного бухгалтерского учета, расчетов по страховым взносам, сведений о застрахованных лицах (СВМ-М), о страховом стаже застрахованных лиц (СЗВ-ТД), среднесписочной численности работников, форм статистики. Документация передана ФИО5 23.09.2021 в электронном виде.

Исходя их изложенного, апелляционный суд посчитал, что в распоряжение ФИО1 документация, позволяющая ему представить необходимые сведения, получена не ранее 23.09.2021, но ответчик не доказал принятия разумных мер по истребованию спорной документации и ключа ЭП у предыдущего руководителя – ФИО3

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, апелляционный суд пришел к выводу о том, что нарушение срока представления отчетности в Пенсионный фонд Российской Федерации именно ответчиком подтверждено в отношении отчетности Общества, поступившей 14.12.2021 и 15.12.2021 и в отношении сведений за май, июнь 2021 года.

Апелляционный суд сослался на ответ Отделения от 31.03.2023 № ИШ-53-01/11842 на запрос суда, в котором отражено, что сведения, представленные 14.12.2021 и 15.12.2021 подписаны лично ФИО1 Возражения ответчика об обратном отклонены апелляционным судом с указанием на то, что им о фальсификации доказательств в установленном порядке не заявлено. Также, как установлено апелляционным судом, ответчиком подписаны сведения от 14.07.2021 и от 30.07.2021.

В отношении сведений за сентябрь и октябрь 2021 года апелляционный суд посчитал, что из материалов дела не следует невозможности их предоставления ответчиком.

С учетом дополнительно установленных обстоятельств, апелляционный суд определил размер ответственности ФИО1 в связи с наложением на Общество штрафов в сумме 142 065 руб. 51 коп.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В рамках рассматриваемого эпизода на стороне Общества имеет место реальный ущерб в виде предъявленных к нему контролирующими органами требований за нарушение сроков и порядка предоставления отчетности по начислению и уплате взносов на обязательное пенсионное страхование.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.

Основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков к руководителям юридических лиц предусмотрены пунктом 3 статьи 53 и пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как сказано в пунктах 17 и 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Порядок применения оснований ответственности руководителя юридических лиц помимо указанного, разъяснен постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», из пункта 1 которого следует, что бремя доказывания законности и разумности действий руководителя, наличия иных причин возникновения вменяемого ему ущерба, помимо ненадлежащего осуществления действий по управлению организацией, отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, возлагается на такого руководителя. При наличии подтверждения фактов причинения юридическому лицу реального ущерба и причинно-следственной связи между противоправным действиями (бездействием) юридического лица в лице руководителя с возникшим ущербом, наличие вины руководителя в наступлении убытков и его ответственность за возникший ущерб презюмируется.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Сроки и порядок предоставления отчетности в рамках правоотношений по уплате обязательных взносов на пенсионное и иное социальное страхование установлены нормативными актами, опубликованными надлежащим образом, и о необходимости их соблюдения известно любому добросовестному руководителю.

Как установлено судами, выводы которых не опровергаются в этой части подателем жалобы, объективных препятствий соблюдения сроков и порядка предоставления отчетности, нарушение которых расценено апелляционным судом в качестве основания для применения к бывшему руководителю должника мер ответственности, у ответчика не имелось. Нарушение сроков и порядка предоставления отчетности определено влечет к юридическому лицу применение ответственности в виде штрафа.

При таких обстоятельствах именно на ответчика возлагалось бремя доказывания принятия им всех разумных мер для соблюдения требований налогового законодательства и законодательства об уплате страховых взносов на обязательное страхование, в том числе, в части предоставления отчетности.

ФИО1 таких доказательств не представил.

Решения Отделения о привлечении Общества к ответственности за совершение правонарушения в сфере законодательства Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования не оспорены.

При рассмотрении дела апелляционным судом, достоверность сведений, отраженных в письме Отделения от 31.03.2023 № ИШ-53-01/11842 в порядке, установленном АПК РФ, не опровергнута.

Соответствующий документ поступил в суд апелляционной инстанции 31.03.2023, определением от 06.04.2023 рассмотрение дела было отложено на 17.04.2023 с предложением сторонам представить письменные позиции с учетом всех материалов обособленного спора, ФИО1 лично участвовал в этом судебном заседании, и именно он заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства для ознакомления с дополнительными доказательствами.

Ответчику представлен доступ к электронным документам дела 13.04.2023.

Тем не менее, возражения относительно возможности представления спорных сведений в указанные выше даты со ссылкой на то, что ответчик в этот период находится в ином городе – Ростове-на-Дону предъявлены в суд в электронном виде лишь в день судебного разбирательства - 17.04.2023 в 01:43. Объективных причин столь долгой подготовки электронных документов, которые должны были иметься в распоряжении ответчика, не приведено.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд протокольным определением от 17.04.2023 обоснованно отклонил дополнительные доказательства, не раскрытые заблаговременно суду и иным участникам процесса, правильно применив положения части 3 статьи 65 и части 1 статьи 66 АПК РФ.

Переоценка фактических обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций с соблюдением требований АПК РФ, выходит за пределы компетенции суда кассационной инстанции, ограниченной положениями статьи 286 АПК РФ.

Кроме того, факт подписания или неподписания указанных подателем кассационной жалобы отчетов не опровергает выводов судов о допущенном ответчиком противоправном бездействии, которое выразилось в нарушении порядка представления необходимой отчетности. Указанные выводы можно опровергнуть лишь доказательствами соблюдения установленного порядка или наличия объективных препятствий к совершению такого рода действий, которые не могли быть преодолены бывшим руководителем.

На такие доказательства податель кассационной жалобы не ссылается.

Оснований для отмены или изменения определения от 29.11.2022 и постановления от 03.05.2023 и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 по делу № А44-1373/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

К.Г. Казарян

Т.В. Кравченко