Решение от 26 ноября 2018 г. по делу № А57-14449/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А57-14449/2018
26 ноября 2018 года
город Саратов


Резолютивная часть решения оглашена 19 ноября 2018 года

Полный текст решения изготовлен 26 ноября 2018 года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Михайловой Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению

Федерального государственного унитарного предприятия «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации, (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Москва)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Агропродукт-С» (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Саратов)

об обязании прекратить неправомерное использование обозначения «КРЕМЛЕВСКАЯ», сходного с торговым знаком №283007«КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007), правообладателем которого является ФГУП «Торговый дом «Кремлевский», о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №283007«КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007) в размере 960 000 руб. и госпошлины в размере 28 200 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности № 6-Д от 15.01.2018 по 31.12.2018;

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности № б/н от 25.07.2018 по 27.07.2019,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное унитарное предприятие «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Агропродукт-С» об обязании прекратить неправомерное использование обозначения «КРЕМЛЕВСКАЯ», сходного с торговым знаком №283007«КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007), правообладателем которого является ФГУП «Торговый дом «Кремлевский», о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №283007«КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007) в размере 960 000 руб. и госпошлины в размере 28 200 руб.

Определением от 29.10.2018 судом с порядке ст.49 АПК РФ приняты уточнения исковых требований: обязать ООО "Агропродукт-С" прекратить неправомерное использование обозначения «КРЕМЛЕВСКАЯ», сходного до степени смешения с товарным знаком № 283007 «КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007), правообладателем которого является ФГУП «Торговый дом «Кремлевский», взыскать с ООО "Агропродукт-С" в пользу ФГУП «Торговый дом «Кремлевский» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 283007 «КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак - в сумме 3 134 000 (Три миллиона сто тридцать четыре тысячи) рублей 00 копеек, взыскать с ООО «Агропродукт-С » расходы по оплате государственной пошлины в размере 44 670 (сорок четыре тысячи шестьсот семьдесят) рублей 00 копеек

12.11.2018 истцом посредством почтовой связи направлено в арбитражный суд заявление о применении обеспечительных мер к ООО «Агропродукт-С в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ООО «Агропродукт» и находящееся у него или других лиц, и денежные средства (в том числе денежные средства, которые будут поступать на банковский счет) в размере 3 178 670 руб. 00 коп., в том числе сумма требований по исковому заявлению в размере 3 134 000 руб. 00 коп., госпошлины в размере 44 670 руб. 00 коп.

Определением от 13.11.2018 судом отказано в принятии указанных обеспечительных мер.

В настоящем судебном заседании истец поддержал исковые требования в полном объеме. Представил расчет суммы компенсации, фотографии производимой продукции, дополнительные пояснения, которые приобщены судом к материалам дела.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, просил снизить размер компенсации. Поддерживает доводы отзыва на исковые требования, заявленные до принятых судом уточнений в порядке ст.49 АПК РФ, несмотря на предложение суда представить письменный отзыв с учетом измененных исковых требований и нового способа расчета компенсации, предъявляемого истцом в порядке пп.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ (в размере двукратной стоимости товара).

Из материалов дела и пояснений представителей сторон судом установлено следующее. Истец является правообладателем словесного товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» по свидетельству №283007 с приоритетом от 18.12.2012, зарегистрированного в отношении части товаров 29 класса Международной классификации товаров и услуг (МКТУ). Согласно приложению к свидетельству продлен срок действия регистрации до 18 декабря 2022 года.

Факт нарушения ответчиком исключительного права Истца подтверждается контрольной закупкой колбасной продукции 15.02.2018 с наименованием «Кремлевская премиум», на этикетке указан изготовитель ООО «Агропродукт-С». В подтверждение в материалы дела представлен товарный чек на сумму 143 руб., фотографии приобретенного товара, которые ответчиком не оспорены.

В ответе на претензию, направленную ТД «Кремлевский» в адрес ответчика, отмечено, что ООО «Агропродукт-С» прекратило использование обозначения «Кремлевская премиум» при производстве колбасной продукции после получения претензии, а также удалило с официального сайта agroprodukt-s.ru данный товар.

В отзыве на исковое заявление и в последующих письменных пояснениях ответчик ссылается на статус микропредприятия, и что заявленная сумма компенсации может привести к его банкротству, производит расчет чистой прибыли от реализации колбасной продукции под названием «Кремлевская премиум» (49 400 руб.), указывает на то, что спорная продукция производилась с марта 2017 года под ТМ «Ароматика». Считает, что нанесенный им в качестве обозначения торговой марки логотип визуально отличается от торговой марки, используемой истцом. Ответчиком также представлен Сертификат соответствия №2138488, в приложении к которому значится продукция под наименованием «Кремлевская премиум». В возражение исковых требований ответчик приводит доводы о том, что ТД «Кремлевский» не является производителем колбасной продукции, а, следовательно, не может быть с ним в конкурентных отношениях. В связи с этим в порядке ст. 10 ГК РФ заявляет о злоупотреблении правом со стороны правообладателя товарного знака (факта недобросовестной конкуренции).

Истец, в свою очередь, представил на обозрение суду колбасную продукцию, производимую лицензиатами, с которыми у него заключены соглашения на использование данного товарного знака. Данный факт подтверждается имеющейся в материалах дела выпиской из свидетельства на товарный знак №283007 с официального сайта Роспатента на 16 листах.

Договор (лицензионный) на использование товарного знака с согласия правообладателя между истцом и ответчиком заключен не был.

Полагая, что действиями ответчика нарушено исключительное право истца на использование товарного знака, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Изучив материалы дела, заслушав доводы сторон, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (статья 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит исчерпывающего перечня способов осуществления исключительного права на товарный знак и знак обслуживания для индивидуализации товаров, работ, услуг, в отношении которых эти знаки зарегистрированы. В то же время перечень позволяет достаточно полно определить круг действий по использованию товарного знака, совершение которых другими лицами без разрешения правообладателя означает нарушение исключительного права последнего и влечет установленную законом ответственность, в том числе гражданско-правовую. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения.

С 2015 года действуют Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, имеющие применительно к настоящему делу те же положения и формулировки. В силу указанных Правил обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

Комбинированные обозначения сравниваются: с комбинированными обозначениями; с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их основные потребительские свойства.

Однородность признается по факту, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения. Однородные товары - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенных из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции. Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Оценив представленные обозначения, суд приходит к выводу о том, что используемое ответчиком обозначение своей продукции позволяет в целом ассоциировать товарные обозначения, несмотря на дополнительные графические и цветовые решения, применяемые ответчиком, с товарным знаком истца. Использованный ответчиком словесный элемент «колбаса сырокопченая сухая» является наименованием вида товаров, индивидуализирующим элементом в наименовании (обозначении) продукции является словесный элемент «КРЕМЛЕВСКАЯ Премиум». Надпись «КРЕМЛЕВСКАЯ» явно доминирует на обозначении ответчика, будучи выполненной значительно более крупным шрифтом, выделенной в отдельную строку и занимая центральное положение в образе.

Правовая охрана товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» распространяется в том числе на товар 29 класса МКТУ «Колбасные изделия». Товары «Колбасные изделия» и колбаса сырокопченая сухая «КРЕМЛЕВСКАЯ Премиум» относятся к одному классу Международной классификации товаров и услуг - 29 класс, являясь однородными товарами.

Обозначение сервелат «КРЕМЛЕВСКАЯ Премиум», нанесенное на колбасном изделии ответчика, и товарный знак «КРЕМЛЕВСКИЙ» по свидетельству №283007 являются сходными до степени смешения в отношении однородных товаров.

Обозначение «КРЕМЛЕВСКАЯ», используемое ответчиком, и товарный знак истца «КРЕМЛЕВСКИЙ» имеют фонетическое и семантическое совпадение по признакам внешней формы, звукового и смыслового значения.

Резюмируя изложенное в совокупности, с учетом указания Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 3691/06 о достаточности для признания сходства товарных знаков уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителя, суд полагает факт нарушения исключительного права истца на использование товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» установленным.

Относительно заявленных истцом требований суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В силу пункта 2 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе потребовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение.

В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

Ответчиком в материалы дела представлены доказательства прекращения использования им товарного знака истца «КРЕМЛЕВСКАЯ Премиум»: Приказ от 16.03.2018 №8 об исключении из производства колбасы сырокопченой «Кремлевская Премиум» торговой марки «Ароматика» и утверждении нового ассортиментного перечня.

Кроме того, из устных пояснений истца и предмета заявленных им требований о прекращении неправомерного использования обозначения «КРЕМЛЕВСКАЯ», следует, что истец просит обязать ответчика не совершать определенные действия в отношении предмета спора в будущем. Между тем, предметом защиты могут быть только нарушенные права, однако, доказательств нарушения исключительных прав истца на товарный знак в будущем из материалов дела не усматривается.

При таких обстоятельствах, установив отсутствие в материалах дела доказательств того, что ответчик в настоящее время осуществляет какие-либо действия, нарушающие право истца на использование товарного знака, или создающие угрозу его нарушения, или осуществляет приготовление к ним, исковое требование истца в части обязания ответчика прекратить незаконное использование товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» удовлетворению не подлежит.

В части требования о взыскании компенсации суд исходит из положений пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков компенсации.

В рассматриваемом случае истец заявил требование на основании пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ и просит взыскать компенсацию за незаконное использование товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен данный товарный знак, в сумме 3 134 000 руб.

Истцом сделан расчет заявленных требований, исходя из представленных ответчиком сведений: бухгалтерской отчетности (оборотно-сальдовая ведомость за 2017 год), регистра налогового учета за 2017 год, Доходов от реализации товаров, работ, услуг, подписанных главным бухгалтером ООО «Агропродукт-С» ФИО4 В материалы дела также представлены бухгалтерская (финансовая) отчетность ООО «Агропродукт-С» по форме КНД 0710099, бухгалтерский баланс по форме ОКУД 0710001.

Так, из представленных и не оспоренных ответчиком вышеуказанных документов, следует, что в 2017 году ООО «Агропродукт-С» реализована колбаса сырокопченая сухая «Кремлевская премиум» в количестве 4,7 тонн. Доход от реализации данной продукции составил – 1 567 000 руб.

Расчет произведен по формуле: 1 567 000 *2=3 134 000 руб.

Судом указанный расчет проверен и признан верным. Ответчиком указанный расчет и данные, на основании которых он был произведен (факт реализации в количестве 4,7 тонн и получения дохода в размере 1 567 000 руб.) не оспаривается. Контррасчет не представлен.

Ответчик полагает заявленный размер компенсации чрезмерным, не соответствующим нанесенному ущербу и просит суд снизить компенсацию до минимального предела.

В письменном виде мотивированное ходатайство с учетом измененных в порядке ст. 49 АПК РФ требований истца ответчик не представил, устно заявил, что поддерживает ранее приведенные доводы в отзыве на иск, и обосновал возможность снижения компенсации, сославшись на то, что предприятие истца может быть ликвидировано ввиду значительной суммы компенсации, что истец не является производителем колбасной продукции под зарегистрированным товарным знаком, в связи с чем не понес значительных убытков и злоупотребляет своими правами, предъявляя данные исковые требования.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица, приобретающего исключительное право на товарный знак.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В рассматриваемом случае истец осуществил регистрацию товарного знака в соответствии с действующим законодательством, обратного в материалы дела не представлено.

Ссылка истца на то, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение опровергается материалами дела. Истец представил доказательства заключения лицензионных договоров на правомерное использование спорного товарного знака с третьими лицами, являющимися производителями однородных товаров (в том числе колбасной продукции).

Согласно п.1 ст. 1233 ГК РФ Правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

Таким образом, суд не усматривает недобросовестности в действиях истца, поскольку его действия по регистрации исключительного права на товарный знак не противоречат действующему законодательству и сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом, поскольку приобретение исключительного права на товарный знак может быть элементом обычной, добросовестной хозяйственной деятельности.

При этом, само по себе предъявление истцом требований в защиту своих прав, а также реализация предоставленного ему Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации права, также не могут свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны истца.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Таким образом, применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации должен был быть проверен судом на основании данных о стоимости товара в спорный период.

Ответчиком такие сведения были представлены в материалы дела и подтверждены в ходе судебного разбирательства. А именно, доход ООО «Агропродукт-С» за 2017 год в рублях от количества реализованной продукции под спорным обозначением «КРЕМЛЕВСКАЯ Премиум» - 1 567 000 руб.

Гражданским законодательством четко определены минимальные пределы заявленной компенсации (пп.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ) – двукратная стоимость товара. Следовательно, предъявленный истцом размер компенсации является минимальным.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 43, 43.2, 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части 9 четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 5/29), применяя положения ГК РФ о взыскании компенсации, суды должны учитывать, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 N 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика с предоставлением соответствующих доказательств.

Вместе с тем, в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления N 28-П основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. Как указывалось выше, истцом предъявлено требование о защите исключительного права лишь на один товарный знак.

При этом, суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3085, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-2988, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3088, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-4299, от 18.01.2018 N 305-ЭС17-16920.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу ст. 1250 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Вместе с тем, соответствующих доказательств несоразмерности компенсации ответчиком в материалы дела представлено не было, в том числе и контррасчета.

Представленный заявителем расчет, сделанный исходя из имеющихся у него документов, представленных ООО «Агропродукт-С», ответчиком не оспорен.

Довод ответчика о том, что взыскание компенсации повлечет негативные последствия для общества в виде банкротства, судом отклоняется. В материалы дела истцом представлены сведения с официального сайта Конур. Фокус, которые ответчиком не оспорены. В них указано, что баланс действующего в настоящее время ООО «Агропродукт-С» за 2017 год составил 9,5 млн. руб, выручка за 2017 – 32 млн. руб., чистая прибыль за 2017 – 1,7 млн. руб. Доказательств критического финансового положения в материалы дела не представлено.

Суд также обращает внимание на позицию истца и на то обстоятельство, что ответчиком при производстве и реализации колбасной продукции продукции в 2017 году не было предпринято исчерпывающих мер для проверки законности использования спорного товарного знака. Обратного в материалы дела не представлено.

В отсутствие доказательств также не могут быть приняты судом доводы ответчика о необходимости снижения компенсации ввиду незначительных убытков истца, поскольку последний не являлся производителем колбасной продукции и не использовал самостоятельно спорный товарный знак. Ссылка ответчика на то, что размер компенсации за неправомерное использование товарного знака должен определяться, исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя, судом также отклоняется ввиду не предоставления соответствующих доказательств ответчиком.

Таким образом, оценивая размер подлежащей взысканию компенсации по настоящему делу, суд исходит из того, что товарный знак, принадлежащий истцу, незаконно использовался ответчиком в ходе осуществления им предпринимательской деятельности, то есть для извлечения прибыли. Судом учтен характер нарушения прав истца, длительный период производства и реализации колбасной продукции с использованием спорного товарного знака, систематические действия ответчика, направленные на извлечение прибыли от реализуемого товара. Заявление ответчика о снижении компенсации до минимального предела не мотивированы и документально не обоснованы, расчета снижения размера компенсации не представлено. Более того, по общему правилу (пп.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ) размер заявленной истцом компенсации является минимальным, следовательно, признан законом соразмерным последствиям правонарушения.

Исходя из вышеизложенного и руководствуясь нормами действующего законодательства, исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд пришел к выводу, что исковые требования являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению в части взыскания компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 3 134 000 руб.

В остальной части заявленных требований судом сделан вывод об отказе.

Согласно статье 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражным судом суд решает вопросы о распределении судебных расходов.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, производится судом в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 177, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Агропродукт-С" в пользу ФГУП «Торговый дом «Кремлевский» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 283007 «КРЕМЛЕВСКИЙ» (св-во №283007) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак - в сумме 3 134 000 (Три миллиона сто тридцать четыре тысячи) рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 22 200 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Агропродукт-С" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 16 470 руб. 00

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Исполнительный лист выдать взыскателю после вступления решения в законную силу.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную или кассационную инстанции в порядке, предусмотренном главами 34, 35 раздела VI Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Направить копии решения арбитражного суда лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Арбитражного суда

Саратовской области Е.В. Михайлова