Постановление от 19 января 2026 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

20 января 2026 года Дело № А56-44215/2024/сд.1

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Казарян К.Г., Мирошниченко В.В.,

при участии ФИО1 (паспорт) и ее представителя ФИО2 по доверенности от 01.02.2025, от финансового управляющего ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 25.02.2025,

рассмотрев 19.01.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2025 по обособленному спору № А56-44215/2024/сд.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 по заявлению ФИО5 и ФИО6 в отношении ФИО1, адрес: 198259,

<...>, лит. А, кв. 6, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 19.09.2024 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда первой инстанции от 27.02.2025 должник признана несостоятельной (банкротом), в ее отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Финансовый управляющий 20.01.2025 обратился в суд с заявлением о признании недействительным заключенного должником и ее дочерью ФИО7 нотариально удостоверенного договора пожизненного содержания с иждивением от 11.08.2023, а также о применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника 10/12 долей в праве собственности на жилое помещение площадью 88,4 кв. м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, <...>, лит. А, кв. 10, с кадастровым номером 78:40:1916003:1049 (далее – квартира № 1).

Определением суда первой инстанции от 09.04.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2025 определение от 09.04.2025 отменено, принят новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального и процессуального права, несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит постановление от 09.10.2025

отменить, определение от 09.04.2025 оставить в силе.

Ссылается, что на дату оспариваемой сделки не обладала признаками неплатежеспособности, поскольку решения о взыскании задолженности вступили в законную силу значительно позднее заключенного договора. Поэтому податель жалобы полагает неотносимой к спору ссылку апелляционного суда на разъяснения, содержащиеся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее – постановление Пленума от 23.07.2009

№ 63).

Сделав вывод, что заключение договора являлось нецелесообразным при наличии у сторон иных законных способов достигнуть желаемых целей, апелляционный суд не учел, что договор ренты подобного типа чаще всего заключается близкими родственниками и гарантирует наследодателю будущий уход за ним, содержание которого шире объема предусмотренного законом алиментного обязательства, в связи с чем совершение сделки на условиях обеспечения подобного ухода являлось для сторон необходимым.

Кроме того, податель жалобы считает, что апелляционная коллегия не оценила довод о том, что для старшей дочери должника (ФИО8) спорная недвижимость является единственным жильем, следовательно, реализация такой недвижимости как единого объекта невозможна, реализация же 10/12 долей приведет к значительному занижению их рыночной стоимости.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В заседании Арбитражного суда Северо-Западного округа ФИО1 и ее представитель поддержали доводы кассационной жалобы, а представитель финансового управляющего ФИО3 возражал против ее удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) от 13.11.2024 должнику с 27.02.2020 и 16.06.2020 принадлежало 7/12 и 1/4 (3/12) соответственно, а всего 10/12 долей в праве собственности на квартиру № 1.

Должник (получатель ренты) и ее совершеннолетняя дочь ФИО7 (плательщик ренты) заключили договор пожизненного содержания с иждивением от 11.08.2023, по которому должник безвозмездно передал указанные 10/12 долей в праве собственности на квартиру № 1 ФИО7

Согласно пунктам 5 и 13 договора ФИО7 приняла обязательства пожизненно содержать должника, обеспечивать питанием, одеждой, в случае ухудшения состояния здоровья предоставить уход, а также осуществлять за свой счет эксплуатацию и ремонт, участвовать в расходах на квартиру.

В силу пункта 3 договора кадастровая стоимость отчуждаемых долей определена по данным Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (далее – Росреестр) в размере 6 721 137 руб.

По положениям пункта 6 договора должник приобрел право бесплатного пожизненного проживания и пользования отчуждаемыми долями.

В пункте 9 договора отражена возможность замены предоставления содержания

с иждивением в натуре выплатой в течение жизни должника периодических платежей в деньгах.

В соответствии с пунктом 10 договора должник приобрел право залога на отчуждаемые доли.

Должник гарантировал ФИО7, что в квартире, доли которой отчуждаются, никто не зарегистрирован (пункт 15 договора).

Согласно выписке из ЕГРН от 15.11.2024 право собственности на 10/12 долей перешло к ФИО7 16.08.2023.

Определением суда от 22.05.2024 по заявлению ФИО5 и ФИО6 в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве), определением от 19.09.2024 в ее отношении введена процедура реструктуризации долгов гражданина, а решением от 27.02.2025 должник признана несостоятельной (банкротом).

Полагая, что договор пожизненного содержания с иждивением заключен в период неплатежеспособности должника, при заинтересованности с ответчиком и без встречного предоставления, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Как указал заявитель, о неплатежеспособности должника в период совершения сделки свидетельствует произошедшее за пять месяцев до этого 09.02.2023 дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), повлекшее возникновение обязательств по возмещению вреда ФИО5 и ФИО6, неисполнение которых положено в основу их совместного заявления о банкротстве должника и которые в общем размере около 3 млн руб. определением суда от 19.09.2024 по настоящему делу включены в реестр требований его кредиторов.

Возражая, стороны сделки указали, что на дату ее совершения вопрос обоснованности требований указанных кредиторов разрешен не был: по одному из споров решение еще не вступило в законную силу (решение Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 03.08.2023 по делу № 2-5753/2023 в пользу ФИО5), по другому спору оно и вовсе не было вынесено (решение того же суда от 31.10.2023 по делу № 2-5108/2023 в пользу ФИО6). То есть наличие у должника на дату договора признаков неплатежеспособности не было для сторон очевидным, что исключает цель причинения вреда.

Также отметили ошибочность довода о том, что обязательства возникли в момент ДТП, а не после вступления в законную силу решений суда общей юрисдикции. В любом случае до рассмотрения названных споров сумма ущерба не была определена, по крайней мере, до передачи данного вопроса на рассмотрение суда стороны не могли предполагать о существенных долгах должника перед потерпевшими.

Указали, что квартира № 1 в настоящее время используется должником, ДД.ММ.ГГГГ г.р. для постоянного проживания вместе с ответчиком – младшей дочерью, ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также старшей дочерью, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Тем самым на спорное имущество в целом распространяется исполнительский иммунитет, исключающий удовлетворение заявления.

Должнику также принадлежит 1/3 долей в праве собственности на квартиру площадью 53,7 кв. м, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 6, с кадастровым номером 78:40:0008480:8277 (далее – квартира № 2), являющуюся местом ее регистрации. Указанное жилое помещение может быть продано для погашения требований кредиторов так, чтобы должник и члены ее семьи, не остались без места постоянного проживания. Возврат же в конкурсную массу и реализация квартиры № 1 менее эффективны.

Говоря о цели заключения договора, должник пояснила, что не имела намерения

причинить вред кредиторам, совершила сделку, чтобы обеспечить себе уход и лечение, необходимость в которых обусловлена возрастом, заболеванием, наличием II группы инвалидности, при этом состояние должника усугубилось после произошедшего ДТП.

Должник отметила, что обязательства стороны реально исполняют, ответчик за ней ухаживает, оплачивает коммунальные услуги, о чем имеются платежные поручения от 20.03.2024, 09.04.2024, 14.05.2024, 20.06.2024, 11.07.2024, 12.08.2024, 09.11.2024 и 04.02.2025 об оплатах в пользу товарищества собственников жилья «Улица Нагорная» и акционерного общества «Единый информационно-расчетный центр Санкт-Петербурга» (платежное поручение от 09.11.2024). Что касается старшей дочери, то их отношения с матерью напряженные, потому имущество передано в ренту именно младшей из дочерей.

Считая возражения сторон необоснованными, финансовый управляющий настаивал на отсутствии у квартиры № 1 исполнительского иммунитета, в отличие от квартиры № 2, выбор в пользу реализации которой, с учетом известных на данный момент кадастровых стоимостей данных объектов, не поспособствует достижению цели наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Отметив отсутствие разумного экономического обоснования сделки и возможность достижения ее цели иными законными способами, заявитель усмотрел в действиях сторон цель прикрыть дарение имущества близкому родственнику со злоупотреблением правом (пункт 2 статьи 170, статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции в их удовлетворении отказал, не установив у сторон цели причинения вреда кредиторам должника.

Не согласившись с данным выводом и отменив определение суда, апелляционная коллегия установила отчуждение в пользу заинтересованного лица высоколиквидного имущества, для признания которого единственным жильем не имеется достаточных оснований. Сделка вызывает подозрения, поскольку совершена в условиях неплатежеспособности должника, о чем свидетельствовали неисполненные обязательства из причинения вреда, положенные в основу заявления о банкротстве. Представленные в обоснование наличия встречного исполнения платежные документы оценены критически, поскольку внесение оплат могло быть обусловлено тем, что в том числе до совершения сделки, ответчик была сособственником спорной квартиры с долей 1/12. Иных доказательств исполнения ответчиком условий договора не имеется. Обеспечение содержания должника и получение ответчиком ее имущества после смерти могли быть достигнуты иными предусмотренными законом способами. В связи с этим в сделке усмотрены признаки притворности, а поскольку задолженность, включенная в реестр, превышает кадастровую стоимость квартиры № 2, договор, повлекший отчуждение квартиры № 1 большей кадастровой стоимостью, не может быть квалифицирован иначе, чем сделка, причинившая вред имущественным интересам кредиторов и подлежащая признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Проверив законность обжалуемого постановления, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Производство по делу о банкротстве возбуждено 22.05.2024, договор заключен 11.08.2023, право собственности на имущество перешло к ответчику 16.08.2023, то есть сделка совершена в период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно названной норме сделка, совершенная должником в целях причинения

вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктами 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума от 23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Отменив определение суда об отказе в удовлетворении заявления по мотиву отсутствия у сторон сделки цели причинения вреда и приняв новый судебный акт об удовлетворении такого заявления, апелляционная коллегия обоснованно исходила из доказанности всех признаков подозрительной сделки.

Независимо от дат вступления в законную силу решений суда общей юрисдикции в пользу потерпевших, положенных в основу их совместного заявления о банкротстве должника, а также независимо от того, когда должнику стал известен размер исковых требований, датой возникновения обязательств перед названными кредиторами является дата причинения вреда в результате ДТП, то есть 09.02.2023.

Это соответствует подходу, выраженному в пункте 10 постановления Пленума от 23.07.2009 № 63, согласно которому дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), а также по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве, абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 задолженность перед конкурсными кредиторами с более ранним сроком исполнения (09.02.2023), в том числе наступившим к моменту оспариваемого договора (11.08.2023),

могут подтверждать наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения последнего.

Апелляционный суд отметил, что совершение сделки не только состоялось в условиях неплатежеспособности (не доказано, что должник имела достаточный объем имущества для расчетов с кредиторами), но и к этому моменту должнику был известен размер притязаний вследствие возбуждения судебных разбирательств по исковым требованиям.

Вследствие чего апелляционным судом обоснованно отклонено возражение сторон о том, что признаки неплатежеспособности не являлись для них очевидными.

Вопреки позиции кассатора, разъяснения, содержащиеся в пункте 10 постановления Пленума от 23.07.2009 № 63, обоснованно учтены апелляционным судом ввиду универсальности общего подхода к определению даты возникновения деликтного обязательства исходя из даты причинения вреда.

Принимая во внимание заинтересованность должника и ответчика ввиду наличия родственных связей, апелляционная коллегия сочла необходимым применить к спорным отношениям повышенный стандарт доказывания, а учтя особенность договора ренты, заключающуюся в возможности расторжения его по обоюдному согласию сторон, отметила, что не исключена ситуация, при которой родственники, действуя согласовано в недобросовестном интересе, заключают его на период процедуры банкротства одного из них, тем самым искусственно выводя имущество из-под угрозы его продажи в процедуре реализации, затем расторгая его после прекращения процедуры для возврата в первоначальное положение, в связи с чем для правильного разрешения спора сторонам необходимо раскрыть добросовестные мотивы заключения договора и доказать объективные обстоятельства, побудившие к этому.

Представленные в обоснование исполнения обязательств платежные документы за период с 20.03.2024 по 04.02.2025 о внесении ответчиком оплат за спорную квартиру оценены апелляционной коллегией критически, поскольку ответчик могла производить оплаты как сособственник данной квартиры с долей 1/12, принадлежащей ей согласно выпискам из ЕГРН еще до получения от должника 10/12 долей.

Таким образом, платежные операции не свидетельствуют однозначно о том, что ответчик исполняет условия договора ренты, а не несет собственное бремя содержания спорной квартиры, находящейся в общей долевой собственности.

Несмотря на то, что с даты совершения сделки прошло уже более двух лет, каких-либо иных доказательств встречного равноценного исполнения стороны не представили.

В частности, в пункте 9 договора зафиксирована возможность замены предоставления содержания с иждивением в натуре выплатой в течение жизни должника периодических платежей в деньгах.

Согласно пункту 2 статьи 602 ГК РФ в договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора.

Доказательства совершения ответчиком подобных регулярных выплат в пользу должника отсутствуют.

Таким образом, следует констатировать недоказанность наличия встречного предоставления по оспариваемой сделке.

Оценивая действия сторон на предмет добросовестности и наличия объективных обстоятельств, побудивших к заключению договора, апелляционный суд отметил, что цель содержания нетрудоспособной матери ее совершеннолетней дочерью могла быть

достигнута иным законным способом.

Так, в силу статьи 87 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) трудоспособный совершеннолетний ребенок, коим является ответчик, обязан содержать своего нетрудоспособного нуждающегося в помощи родителя, которым выступает должник, и заботиться о нем (пункт 1)

При отсутствии соглашения об уплате алиментов на нетрудоспособного нуждающегося в помощи родителя они взыскиваются с трудоспособного совершеннолетнего ребенка в судебном порядке (пункт 2).

Размер алиментов, взыскиваемых с каждого из детей (при наличии нескольких), определяется судом исходя из материального и семейного положения родителей и детей и других заслуживающих внимания интересов сторон в твердой денежной сумме, подлежащей уплате ежемесячно (пункт 3).

При определении размера алиментов суд вправе учесть всех трудоспособных совершеннолетних детей данного родителя независимо от того, предъявлено требование ко всем детям, к одному из них или к нескольким из них (пункт 4).

В силу пункта 1 статьи 88 СК РФ при отсутствии заботы совершеннолетних детей о нетрудоспособных родителях и при наличии исключительных обстоятельств (тяжелой болезни, увечья родителя, необходимости оплаты постороннего ухода за ним и других) совершеннолетние дети могут быть привлечены судом к участию в несении дополнительных расходов, вызванных этими обстоятельствами.

Таким образом, ответчик в силу закона обязана содержать мать и заботиться о ней. Стороны вправе заключить соглашение об уплате алиментов. В его отсутствие порядок уплаты алиментов определяется судом. Закон допускает взыскание с детей дополнительных расходов, вызванных, в том числе тяжелой болезнью.

При наличии предусмотренных законом механизмов обеспечить содержание должника ответчиком, как при их обоюдном согласии, так и в случае возражений, является правильным вывод апелляционного суда о нецелесообразности заключения договора ренты.

Из материалов дела следует, что целью сторон являлось не пожизненное содержание и обеспечение, а заключение заинтересованными лицами в период возникновения у должника обязательств перед кредиторами договора, предполагающего переход к младшей дочери права собственности на 10/12 долей в квартире № 1 во избежание их реализации в процедуре банкротства.

Изложенное позволяет усмотреть у должника и ответчика цели, отличные от тех, что обычно преследуют стороны договора, ставшего предметом спора, а поскольку в настоящем случае стороны сделки аффилированы и встречное исполнение по ней отсутствует, то предполагается цель причинения вреда кредиторам должника.

Доказательств того, что достижение цели обеспечить должнику необходимый уход было невозможно без заключения договора, повлекшего отчуждение актива должника при наличии у него признаков неплатежеспособности, не представлено, в связи с чем подлежит отклонению довод ФИО1, что алиментное обязательство, равно как и обязательство по оплате дополнительных расходов, не являлись достаточными.

Довод должника о том, что для старшей дочери ФИО8 спорная недвижимость является единственным жильем, следовательно, реализация такой недвижимости как единого объекта невозможна, реализация же 10/12 долей приведет к значительному занижению их рыночной стоимости, следует признать несостоятельным.

Из материалов дела следует, что должник является сособственником двух жилых помещений.

Как установлено в пункте 1, абзаце первом пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзаце восьмом части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, из конкурсной массы должника-гражданина исключается

имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в частности, жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением нахождения указанного имущества в залоге.

По смыслу разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», при принадлежности должнику нескольких жилых помещений, то из них, которому предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.02.2024 № 305-ЭС23-19331, при выборе из нескольких принадлежащих должнику на праве собственности жилых помещений судам следует установить соотношение интересов кредиторов с защитой конституционного права на жилище гражданина-должника и членов его семьи, обеспечения им нормальных условий существования и гарантий социально-экономических прав. Такое соотношение может считаться установленным правильно, если не приводит к нарушению жилищных прав должника.

С учетом приведенных норм права и разъяснений, апелляционная коллегия обоснованно указала, что вопрос, какому именно имуществу – квартире № 1 или № 2 – следует предоставить соответствующий иммунитет, находится в компетенции суда при рассмотрении самостоятельного обособленного спора и не подлежит рассмотрению в настоящем споре.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется в силу статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), не допущено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2025 по обособленному спору № А56-44215/2024/сд.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий Е.А. Герасимова Судьи К.Г. Казарян

В.В. Мирошниченко