Постановление от 26 мая 2023 г. по делу № А09-8845/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу


«

Дело № А09-8845/2019
г. Калуга
26» мая 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2023 года


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

ФИО1,

ФИО2,

ФИО3,

судей


при участии в судебном заседании:

от заявителя ООО «БГК»



от кредитора ООО «Агентство судебно-правовой защиты»


представителя ФИО4 по доверенности от 21.03.2022;


представителя ФИО5 по доверенности от 25.06.2021,


рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Брянская Газовая Компания» на определение Арбитражного суда Брянской области от 13.12.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 по делу № А09-8845/2019,



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Брянская газовая компания» (далее - заявитель 241035, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилось в Арбитражный суда Брянской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 (далее - должник) требования в сумме 28 190 653 руб. 99 коп., в том числе 15 940 000 руб. – основной долг, 4 130 053 руб. 99 коп. – проценты, 8 120 600 – неустойка (с учётом уточнения требования в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда первой инстанции от 29.06.2021 к участию в обособленном споре привлечены: индивидуальный предприниматель ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 13.12.2022 (судья Макарченко М.П.), оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 (судьи Волкова Ю.А., ФИО11, ФИО12), ходатайство ООО «БГК» о восстановлении пропущенного срока на предъявление требования кредитора удовлетворено, заявление ООО «БГК» к ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 28 190 653 руб. 99 коп. оставлено без удовлетворения.

Не соглашаясь с указанными судебными актами, ООО «БГК» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объёме. В жалобе заявитель указывает на то, что дело рассмотрено незаконным составом суда, поскольку определением Арбитражного суда Брянской области от 14.06.2022 произведена замена судьи, при том, что судья Блакитный Д.А. продолжил рассмотрение других дел и требований в рамках дела о банкротстве ФИО6, кроме того, суды не учли, что соглашение о реструктуризации от 20.04.2022 было заключено с целью неначисления с 14.04.2021 процентов за пользование денежными средствами и пеней за просрочку исполнения денежного обязательства, что позволило заявителю исключить увеличение суммы, подлежащей выплате займодавцам, и роста суммы убытков.

Кредитора ООО «Агентство судебно-правовой защиты» в отзыве от 11.05.2023 и его представитель в судебном заседании просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, пояснил, что ФИО9 являлся родственником должника, и ФИО10 - кумом, а ФИО7 - давним партнером по бизнесу.

В судебном заседании представитель ООО «БГК» поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.

Иные участвующих в обособленном споре лица в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом (в том числе с учетом разъяснений, данных в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»). Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть жалобу на основании ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей ООО «БГК» и ООО «Агентство судебно-правовой защиты», судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «БГК» создано на основании решения общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 1 от 01.02.2001, согласно которому участниками ООО «БГК» при его создании являлись ФИО8 и ФИО6 с долями участия по 50% уставного капитала.

С момента создания и до 04.08.2020 директором ООО «БГК» был ФИО6, а с 04.08.2020 директором назначен ФИО8

Как следует из заявления ООО «БГК», 14.04.2021 в его адрес от ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО7 поступили требования о погашении задолженности по следующим договорам:

- договор денежного займа от 09.04.2002 на сумму в 10 000 000 руб.;

- договор денежного займа от 27.09.2016 на сумму в 1 920 000 руб.;

- договор денежного займа от 23.11.2016 на сумму в 500 000 руб.;

- договор денежного займа от 23.01.2017 на сумму в 940 000 руб.;

- договор денежного займа от 20.01.2018 на сумму в 2 000 000 руб.;

- договор денежного займа от 05.02.2018 на сумму в 580 000 руб..

Поскольку в ООО «БГК» отсутствовали какие-либо документы, подтверждающие получение последним заемных средств по вышеуказанным договорам, 21.04.2021 в адреса ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО7 были направлены письма с просьбой предоставить документы, подтверждающие факт получения ООО «БГК» денежных сумм.

27.04.2021 ООО «БГК» от физических лиц-заимодавцев были получены заверенные копии договоров, а также расписок, подписанных директором общества - ФИО6, подтверждающих факт получения денежных средств.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 02.09.2019 заявление АО «СМП Банк» о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 принято к производству и определением от 08.11.2019 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждён ФИО13

Решением от 07.07.2020 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО14

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на введение в отношении ФИО6 процедуры банкротства, ООО «БГК» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В настоящий момент определением от 20.03.2023 удовлетворено заявление ООО «Агентство судебно-правовой защиты» о намерении удовлетворрить все требования кредиторов к должнику и определением от 24.04.2023 требования кредиторов ФИО6 признаны погашенными, производство по дела о несостоятельности (банкротстве) указанного лица прекращено.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст. 807, 808, 810, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 16, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также разъяснениями, данными в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

По мнению суда кассационной инстанции, вывод судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в удовлетворении требования кредитора соответствует положениям законодательства и материалам дела (доводов о незаконности судебных актов в части восстановления срока на предъявление требования кредитора кассационная жалоба не содержит).

В соответствии с п. 6 ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно п. 4 ст. 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 100 данного Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Согласно ст. 8, 12, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.

На основании п. 1, 2 и 5 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ООО «БГК» ссылается на то, что в 2002, 2016 -2018 годах между ООО «БГК» (заемщик) в лице директора ФИО6 и ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО15 (займодавцы) были заключены договора займа на общую сумму 15 940 000 руб.

В подтверждение факта получения ООО «БГК» в лице директора ФИО6 денежных средств по спорным договорам заявитель представил расписки, согласно которым ФИО6 подтвердил получение денежных сумм наличными по спорным договорам займа по адресу: <...>.

При этом ФИО6, оспаривая заявленные требования указал, что договоры займа и расписки не подписывал, денежные средства по ним не получал.

Проведенные в ходе рассмотрения судом первой инстанции обособленного спора судебные экспертизы установили, что подписи на спорных договорах и расписках выполнены самим ФИО6

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Таким образом, договор займа является реальным и именно с моментом передачи денег (других вещей) законодатель связывает заключение договора займа.

Напротив, при отсутствии доказательств передачи денег или других вещей по договору займа указанный договор не может быть признан заключенным в соответствии с требованиями закона. Как следствие, у заемщика не наступают обязательства по возврату заемных средств по причине неполучения самих заемных средств. То есть сам по себе договор займа не влечет наступления каких-либо обязательств у заемщика перед займодавцем, если он фактически не получил заемных средств от последнего.

Согласно п. 2 ст. 808, п. 1 ст. 810, п. 1 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы. Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Из разъяснений, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного суда Российской Федерации 25.11.2015, следует, что в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Факт передачи физическим лицом денежных средств юридическому лицу отражается в бухгалтерских документах юридического лица.

Как установлено судами, на момент заключения спорных договоров ФИО6 являлся директором ООО «БГК», и в соответствии с нормами действующего законодательства, имел возможность и должен был обеспечивать внесение сведений о полученных займах в бухгалтерские документы. И в случае реальной передачи заемных денежных средств по договорам займа в его интересах было отобразить в бухгалтерских документах операции по передаче денег в кассу возглавляемого им общества.

Однако, бухгалтерские документы заявителя, свидетельствующие о передаче денежных средств в общем размере 15 940 000 руб. от ФИО6 (как директора) ООО «БГК», в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, с учетом информации о финансовом состоянии ООО «БГК» в спорные периоды, заявитель не раскрыл экономический смысл необходимости предоставления денежных средств на платной основе, в том числе и в крупном размере от физических лиц, не обосновал заключение договоров на невыгодных для него условиях, в том числе и по договору денежного займа от 20.01.2018 - 36% годовых, по договору займа от 23.01.2017- 60% годовых.

Учитывая отсутствие информации о займах в документах ООО «БГК», в которых по закону должны быть отражены заемные операции, отсутствие первичных учетных документов, бесспорно подтверждающих передачу денежных средств, сведений о цели займа и доказательств отражения в бухгалтерских документах задолженности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о безденежности спорных договоров.

При этом 30.03.2022 в рамках проверки заявления о фальсификации доказательств с согласия заявителя судом был исключен договор денежного займа от 09.04.2002, заключенный между ФИО8 и ООО «БГК» в лице директора ФИО6 на сумму 10 000 000 руб., из числа доказательств по обособленному спору, поскольку было установлено, что указанный в вышеназванном договоре займа расчетный счет ООО «БГК» в филиале ОАО «УРАЛСИБ» не мог быть открыт ранее регистрации самого филиала банка, которая состоялась 18.04.2006.

Также, из договора займа от 09.04.2002 и расписки к нему следовало, что денежные средства были получены ФИО6 наличными, в день подписания договора и расписки по адресу: <...>.

Данное обстоятельство подтверждалось самим ФИО8, затем его представителем в судебном заседании суда первой инстанции от 17.07.2021.

Однако в письменных пояснениях от 09.03.2022 ФИО8 отмечал, что точную дату изготовления договора указать не может, предполагает, что это произошло после передачи денежных средств. При этом, доказательств возможности предоставления денежных средств с учетом его финансового положения в размере 10 000 000 руб. на момент подписания расписки от 09.04.2002 ФИО8 не представил.

Кроме того, суды, в подтверждение отсутствия наличия между сторонами заемных отношений, обоснованно приняли во внимание, что активы предприятия по состоянию на 01.01.2002 составляли 6 588,1 тыс. руб., в то время как сумма займа, согласно расписке составляла 10 000 000 руб., то есть сделка являлась крупной.

Следовательно, общее собрание участников общества (ФИО6 и ФИО8) должно было принять решение об одобрении данной сделки в соответствии с п. 3 ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Вместе с тем доказательств, подтверждающих одобрение ООО «БГК» получения займа в размере 10 000 000 руб. в материалы дела не представлено.

В то время как иные крупные сделки, совершаемые с участием ООО «БГК» одобрялись участниками данного общества, о чем свидетельствуют протокол внеочередного общего собрания участников от 11.02.2008, протокол № 2 внеочередного общего собрания участников от 06.09.2010 (документы были представлены ООО «БГК» для направления на экспертизу).

Учитывая наличие возражений со стороны должника и конкурсного кредитора также о незаключении ООО «БГК» в лице директора ФИО6 договоров денежного займа от 27.09.2016, от 23.11.2016, от 23.01.2017, от 20.01.2018, от 05.02.2018 с ФИО9, ФИО10, ФИО7 и неполучении от них денежных средств по представленным к договорам распискам суды первой и апелляционной инстанций также, с целью установления обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у займодавцев денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, подтверждения размера его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведений об отражении в налоговой декларации, подаваемой за соответствующий период, сумм, равных размеру займа или превышающих его; доказательств снятия такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иных (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику), предложил третьим лицам представить указанные доказательства.

Однако, достаточных доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, в материалы дела представлено не было.

Исходя из изложенного, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что формальное наличие у третьих лиц денежных средств на расчетных счетах в размере, позволяющем предоставить займы должнику, само по себе не свидетельствует о вступлении в заемные правоотношения вышеуказанными лицами, так как достоверных доказательств передачи денежных средств в наличной форме, их расходовании в материалы обособленного спора не представлено.

Из условий договоров займа от 27.09.2016, от 23.11.2016, от 23.01.2017, от 20.01.2018, от 05.02.2018 следует, что денежные средства были получены ФИО6 наличными, в день подписания договоров и расписок по адресу: <...>.

Однако, как следует из материалов дела и установлено судами, с 05.02.2018 по 16.02.2018 ФИО6 находился на стационарном лечении в медицинском учреждении и, соответственно, не мог подписать с индивидуальным предпринимателем ФИО7 договор денежного займа и получить от него денежные средства наличными в размере 580 000 руб. по адресу: г. Брянск, 50-й Армии, 1.

Также в судебном заседании 14.07.2022 ФИО10 указал, что передача денежных средств по договору денежного займа от 20.01.2018 ФИО6 происходила в его офисе (займодавца) по просьбе ФИО8 (звонку), который просил предоставить денежные средства в займы для ООО «БГК», при этом никаких иных переговоров, касающихся выдачи займов, побудивших заключить сделку не проводилось, договор и расписка были подписаны позднее (не в день передачи денежных средств), никаких мер направленных на взыскание задолженности, в том числе и в части взыскания процентов с должника, до 14.04.2021 года (направление требования в адрес ООО «БГК») не предпринималось.

ФИО9, ФИО7 обстоятельств, предшествующих вступлению в договорные отношения, касающиеся выдачи займов, побудивших заключить сделки, не указали, цели заключения договоров не раскрыли.

В то время как, экономическая целесообразность действий займодавца в предоставлении денежных средств заемщику заключается в получении процентов как платы за пользование заемными средствами. Между тем на протяжении более трех лет кредиторы бездействовали, не предпринимали никаких мер направленных на взыскание задолженности в части процентов, а впоследствии и долга с ООО «БГК», то есть фактически предоставляли отсрочку платежа. Следовательно, поведение кредиторов, выразившееся в длительном непринятии мер по взысканию задолженности вплоть до 21.04.2021 указывает на отсутствие интереса в возврате долга и на отсутствие на то правовых оснований, поскольку в обычном гражданском обороте участники отношений преследуют цели скорейшего взыскания задолженности, обращения за судебной защитой, принудительного исполнения судебного акта, а не на создание видимости принятия мер по взысканию в целях сохранения задолженности, в том числе для предъявления в деле о банкротстве.

Вышеизложенное может также свидетельствовать о фактической аффилированности и указывать на то, что договоры имели цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении договоров займа (получение экономической выгоды).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, принимая во внимание то, что ООО «БГК» не представила неопровержимых доказательств подтверждения задолженности, не обосновало экономическую целесообразность требований, реальность договорных отношений, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом недоказанности факта передачи денежных средств ФИО8, ФИО10, ФИО9, ФИО7 ООО «БГК» в лице ФИО6, исходя из отсутствия надлежащих и достаточных документальных доказательств, свидетельствующих о наличии у физических лиц - займодавцев возможности выдать спорные займы, без которых установить наличие на стороне общества спорных убытков, их размер и обстоятельства причинения не представляется возможным, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности материалами дела фактического причинения ООО «БГК» убытков в заявленном размере.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что дело рассмотрено незаконным составом суда, поскольку определением Арбитражного суда Брянской области от 14.06.2022 произведена замена судьи, при том, что судья Блакитный Д.А. продолжил рассмотрение других дел и требований в рамках дела о банкротстве ФИО6, отклоняется судебной коллегией как несостоятельный в силу нижеследующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело, рассмотрение которого начато одним судьей или составом суда, должно быть рассмотрено этим же судьей или составом суда.

В п. 3.6.-3.8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» разъяснено, что на период временного отсутствия судьи судебное разбирательство может быть отложено (ст. 158 указанного кодекса) либо может быть произведена замена судьи (одного из судей) на основании п. 2 ч. 3 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Отложение судебного разбирательства либо замена судьи производятся арбитражным судом в каждом случае с учетом предполагаемой длительности отсутствия судьи и недопустимости нарушения права лиц, участвующих в деле, на судебную защиту в установленный законом срок или в срок, разумный для конкретного дела.

В п. 46 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при рассмотрении дела о банкротстве в суде первой инстанции все возникающие в его рамках (в том числе в рамках всех обособленных споров) вопросы подлежат разрешению одним и тем же судьей или составом суда (ч. 2 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с заменой судьи или одного из судей в установленных законом случаях (ч. 3 - 5 той же статьи). Однако в случае необходимости с учетом нагрузки и специализации судей рассмотрение требований кредиторов (ст. 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») может осуществляться не только судьей или составом суда, рассматривающим дело о банкротстве, но и любым другим судьей того же суда.

Основания для замены судьи в настоящем обособленном споре указаны в определении от 14.06.2022 (отпуск). Замена судьи в отношении рассмотрения всего дела о несостоятельности (банкротстве) не производилась.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что суды не учли, что соглашение о реструктуризации от 20.04.2022 было заключено с целью неначисления с 14.04.2021 процентов за пользование денежными средствами и пеней за просрочку исполнения денежного обязательства, что позволило исключить увеличение суммы, подлежащей выплате займодавцам, и роста убытков, не имеет правового значения.

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, соглашение от 20.04.2022 было заключено в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора в отношении задолженности, по части которой уже истек срок исковой давности, и в отношении трех из четверых займодавцев.

Применительно к фактическим обстоятельствам дела, все доводы заявителя кассационной жалобы сводятся, прежде всего, к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку судов первой и апелляционной инстанций.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Брянской области от 13.12.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 по делу № А09-8845/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

ФИО1


Судьи

ФИО2


ФИО3