Постановление от 8 июля 2025 г. по делу № А82-14617/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000 http://fasvvo.arbitr.ru/

______________________________________________________________________________


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород Дело № А82-14617/2023

09 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2025 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В., судей Белозеровой Ю.Б., Прытковой В.П.

при участии представителя ФИО1: ФИО2 по доверенности от 22.11.2023

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 15.11.2024 и на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 по делу № А82-14617/2023,

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 (ИНН: <***>)

и у с т а н о в и л :

ФИО1 (далее – должница) обратилась в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о своем банкротстве.

Определением от 31.08.2023 суд возбудил производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1; решением от 13.03.2024 признал ее несостоятельной (банкротом), ввел процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим имуществом должника ФИО3; определением от 18.06.2024 включил в реестр требований кредиторов должницы требование акционерного общества «Газпромбанк» (далее – Банк ГПБ (АО) в

сумме 120 207 рублей 16 копеек, составляющее задолженность по кредитному договору от 22.11.2022 № РККнбдо-2018228105.

Выполнив все предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) мероприятия, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о завершении процедуры реализации имущества ФИО1, представив отчет о своей деятельности и иные необходимые документы.

В свою очередь Банк ГПБ (АО) представил в суд ходатайство о неприменении в отношении должницы правила о списании долга перед кредитором, сославшись на указание заведомо недостоверных сведений о трудоустройстве в анкете-заявлении на получение кредита.

Суд первой инстанции определением от 15.11.2024 завершил процедуру реализации имущества ФИО1, освободил ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе, не заявившими свои требования в настоящей процедуре банкротства, за исключением Банка ГПБ (АО) на сумму 120 207 рублей 16 копеек, ООО профессиональная коллекторская организация «Феникс» на сумму 71 067 рублей 48 копеек, ПАО «Банк ВТБ» на сумму 132 051 рубль 26 копеек, непубличного акционерного общества профессиональная коллекторская организация «Первое клиентское бюро» на сумму 150 997 рублей 32 копейки.

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 17.04.2025 изменил определение в части применения к должнице правила, предусмотренного в части 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, списал ФИО1 долги за исключением задолженности перед Банком ГПБ (АО).

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит освободить от дальнейшего исполнения обязательств перед всеми кредиторами.

Заявительница настаивает, что ее поведение при заполнении заявки-анкеты не являлось недобросовестным, она действовала в состоянии заблуждения, оказанного сотрудником банка в телефонном разговоре при обсуждении оформленной через мобильное приложение предварительной заявки. Сама по себе неразумность не является препятствием для освобождения гражданина от исполнения обязательств по результатам процедуры банкротства. Подательница жалобы обращает внимание, что добросовестно и без просрочек вносила платежи по кредиту и прекратила расчеты с Банком ГПБ (АО) лишь в августе 2023 года, что, по ее мнению, свидетельствует о подтверждении наличия у нее неофициального дохода, позволявшего погашать заем. В развитие этого довода ФИО1 указывает, что занималась продвижением страниц коммерческих организаций в социальных сетях. Заявительница отмечает, что кредитор не запрашивал у нее никаких дополнительных документов при оформлении кредита, доказательств того, что Банк ГПБ (АО) проводил полную и всестороннюю проверку сведений финансового положения заемщика, не представлено. По мнению ФИО1, в настоящем случае именно кредитор, являющийся профессиональным участником рынка кредитования, несет риск невозврата кредита заемщиком. По мнению должницы, суд апелляционной инстанции нарушил нормы процессуального права, возложив на нее, как на слабую сторону в кредитных правоотношениях, обязанность доказывать факт добросовестного заблуждения при оформлении заявки на получение кредита, а также вероятности одобрения Банком ГПБ (АО) заявки в случае, если бы ФИО1 предоставила достоверные сведения о своем финансовом положении.

В судебном заседании окружного суда, проведенном в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем использования

систем веб-конференции, представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителя должницы, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с финансовым управляющим, судом и кредиторами.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений Постановления № 45 в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В рассмотренном случае обязательства ФИО1 перед Банком ГПБ (АО) возникли из кредитного договора от 22.11.2022 № РККнбдо-2018228105, по условиям которого должница получила лимит кредитования в сумме 80 000 рублей, срок действия до 05.07.2044 с процентной ставкой 35,9 процента годовых по операциям на предприятиях торговли и/или услуг, операциям оплаты услуг на мобильном банке/Интернет банке; с процентной ставкой 69,9 процента годовых по операциям снятия наличных/переводу денежных средств.

Кредитные денежные средства должница вернула не в полном объеме, в связи с чем требования по указанной задолженности в размере 120 207 рублей 16 копеек, из которых 79 906 рублей 84 копейки – основной долг, 22 400 рублей 79 копеек – проценты и 17 899 рублей 53 копейки – пени, включены в реестр требований кредиторов определением от 18.06.2024.

Отмечая наличие оснований для неосвобождения должницы от дальнейшего исполнения обязательств по указанному договору, кредитор сослался на копию подписанного ФИО1 заявления-анкеты на получение банковской карты с предоставлением кредита в форме овердрафта от 18.11.2022 № РККнбдо-2018228105, в разделе о профессиональной деятельности которого должница указала, что трудоустроена в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Сибирский федеральный университет» и имеет стаж работы 19 лет 2 месяца. Между тем, согласно представленным в материалы дела официальным сведениям Социального фонда России ФИО1 была трудоустроена в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Сибирский федеральный университет» с 01.01.2008 по 15.04.2010. Налоговый орган также отчитался об отсутствии сведений о доходах ФИО1 за период с 2020 года по 2022 год.

Суды, оценив представленные в дело доказательства, пришли к выводу об умышленном характере нарушения, допущенного должницей, поскольку согласно ее собственным пояснениям она внесла сведения о своем последнем работодателе по совету сотрудников кредитных организаций. Предоставляя заведомо недостоверные сведения о

трудоустройстве Банку ГПБ (АО), ФИО1, исходя из представленных ею пояснений, преследовала цель повышения вероятности одобрения кредита.

Суды приняли во внимание сведения из выписки по счету должницы, из которой следовало, что задолженность погашалась нерегулярно и незначительными платежами. Так, ФИО1 получила от Банка ГПБ (АО) всего 90 139 рублей 85 копеек, вернула 12 286 рублей. Суд апелляционной инстанции дополнительно констатировал, что должница не исполняла обязательства по кредитному договору надлежащим образом фактически с момента его заключения. При таких обстоятельствах суды не приняли доводы ФИО1 о наличии у нее достаточного неофициального дохода, позволявшего ей рассчитаться по своим обязательствам, указав на его неподтвержденность материалами дела.

Ссылка должницы на то, что банк, как профессиональный участник рынка потребительского кредитования, имел объективную возможность самостоятельно оценить уровень платежеспособности заемщика, является несостоятельной и отклонена судом округа.

По смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. Необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов, запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица.

Вместе с тем суд округа отмечает, что в рассмотренной ситуации суды установили факты представления должником недостоверных сведений о своем трудоустройстве при получении кредита, что является недобросовестным поведением исходя из диспозиции правовой нормы, предусмотренной пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, вне зависимости от наличия у кредитора, являющегося профессиональным участником рынка кредитования, возможности проверить платежеспособность заемщика. Профессиональный статус кредитора не освобождает должника от необходимости действовать добросовестно, предоставлять полные и достоверные сведения при получении кредита.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу, что ФИО1, не имея дохода, достаточного для расчета с кредитором, предоставила ему заведомо недостоверные сведения о своем трудоустройстве и доходе. Изложенные обстоятельства вызывают объективные сомнения в наличии у должницы реального намерения возвращать кредит. Такое поведение не отвечает критериям добросовестности и разумности, что и было отмечено судебными инстанциями.

С учетом изложенного суды пришли к выводу об отсутствии оснований для применения в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед Банком ГПБ (АО).

В части освобождения должницы от исполнения обязательств перед иными заявившимися кредиторами доводы в кассационной жалобе не заявлены.

Доводы ФИО1 о неправильной оценке судами доказательств подлежат отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств спора и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не

относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Аргументы заявительницы, изложенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о ее несогласии с установленными фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Между тем переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств спора в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 15.11.2024 (в неотмененной части) и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 по делу № А82-14617/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.В. Ионычева

Судьи Ю.Б. Белозерова

В.П. Прыткова