Решение от 5 июня 2023 г. по делу № А35-4200/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ


г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А35-4200/2022
05 июня 2023 года
г. Курск



Резолютивная часть решения объявлена 30.05.2023.

Решение в полном объеме изготовлено 05.06.2023.


Арбитражный суд Курской области в составе судьи Клочковой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Кольчуга Курск» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Управлению Федеральной налоговой службы по Курской области,

о признании недействительным решения № 19-05/10968 от 17.11.2021 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» полностью, взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины,

при участии:

от заявителя – ФИО2 генеральный директор, представлен паспорт, ФИО3 по доверенности от 03.10.2022 № 01, представлен паспорт,

от заинтересованного лица – ФИО4 по доверенности № 35-10/28322 от 29.12.2022, представлены служебное удостоверение, документ о высшем юридическом образовании,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Кольчуга Курск» (далее – заявитель, общество, ООО «ЧОО «Кольчуга Курск», налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску (далее – заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган, ИФНС России по г. Курску) о признании недействительным решения № 19-05/10968 от 17.11.2021 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» полностью, взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Определением от 19.12.2022 судом произведена процессуальная замена заинтересованного лица по делу № А35-4200/2022 с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску на Управление Федеральной налоговой службы по Курской области (далее – УФНС России по Курской области).

В ходе рассмотрения спора заинтересованное лицо заявило о фальсификации доказательства – договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012.

В судебном заседании представители заявителя поддержали заявленные требования в полном объеме, представили дополнительные документы.

Представитель заинтересованного лица против удовлетворения заявленных требований возражал, поддержал заявление о фальсификации доказательства.

Рассмотрев заявление о фальсификации, суд не нашел правовых оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

В обоснование заявления о фальсификации заинтересованное лицо указало на то, что:

- ФИО2 и ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» в соответствии с положениями ст.105.1 Налогового кодекса Российской Федерации являются взаимозависимыми;

- сторонами нарушены обязательства, установленные договором займа (нарушен срок возврата суммы займа);

- в бухгалтерской отчетности субъектов малого предпринимательства за 2013 год, представленной 21.03.2014, по состоянию на 31.12.2012 обществом не отражена информация в пассиве баланса по строке «Заемные средства», указанная информация не отражена и в последующих периодах (за 2014-2022 года); согласно данным бухгалтерской отчетности, у организации отсутствуют долгосрочные и краткосрочные заемные средства;

- ссылка заявителя о наличии расписок о возврате денежных средств ФИО2 иным физическим лицам не подтверждает, что данные денежные средства были представлены ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» по договору займа, а не использовались ФИО2 в иных личных целях.

Как видно из материалов дела, копия договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 предоставлялась заявителем налоговому органу в рамках налоговой проверки в подтверждение доводов о том, что 250 000 руб., которые налоговый орган посчитал выплатой в пользу физического лица, не подлежат включению в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года.

При этом договор беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 получил со стороны налогового органа правовую оценку при принятии решения. ИФНС России по г. Курску пришла к выводу о том, что указанный договор имеет признаки фиктивности, сделка является мнимой. В обоснование данного вывода налоговый орган привел доводы, аналогичные тем, которые приведены в обоснование заявления о фальсификации.

Между тем, в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

В данном случае заявление налогового органа о фальсификации договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 сводится к несогласию с содержанием данного документа, что не является фальсификацией по смыслу положений статьи 161 АПК РФ.

Таким образом, заявление налогового органа о фальсификации не отвечает критериям, установленным процессуальным законодательством к заявлению о фальсификации доказательств, а договор беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 подлежит оценке судом по правилам статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» зарегистрировано по адресу: 305001, Курская область, Курск город, Дружининская улица, 24, 10, ОГРН: <***>, зарегистрировано в качестве юридического лица: 28.07.2005, ИНН: <***>, в спорный период состояло на налоговом учете в ИФНС России по г. Курску и являлось плательщиком страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, на обязательное медицинское страхование, на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

По итогам камеральной налоговой проверки представленного обществом расчета по страховым взносам за 12 месяцев 2020 года, дополнительных мероприятий налогового контроля, ИФНС России по г. Курску составлены акт налоговой проверки № 19-08/7095 от 18.05.2021 и дополнения к нему № 322 от 03.09.2021, а также, с учетом возражений налогоплательщика, принято решение № 19-05/10968 от 17.11.2021 о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде штрафа в размере 12 108 руб. 36 коп., а также о доначислении 121 083 руб. 54 коп. недоимки и 14 042 руб. 76 коп. пеней.

Основанием для привлечения к ответственности, доначисления сумм недоимки и пени послужили выводы налогового органа о том, что общество в нарушение статьи 420 НК РФ не отразило в расчете по страховым взносам за 12 месяцев 2020 года в базе для исчисления страховых взносов сумму дохода физического лица в размере 807 223 руб. 60 коп.

Налоговым органом по результатам анализа данных о движении денежных средств по расчетным счетам общества за проверяемый период установлены:

- выдача наличных денежных средств с назначением платежа «Выдача на хозяйственные нужды» за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 в общей сумме 520 000 руб.;

- перечисление денежных средств с расчетного счета организации на счет генерального директора ФИО2, директора ФИО5 за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 в общей сумме 480 000 руб.;

- выдача наличных денежных средств по карте в общей сумме 245 000 рублей.

Изучив документы, представленные обществом в подтверждение того, что снятая (перечисленная) сумма не подлежит включению в сумму дохода, учитываемого при определении налогооблагаемой базы по страховым взносам, инспекция посчитала, что соответствующая база занижена на 807 223 руб. 60 коп., исходя из расчета:

(557 223,6 руб. (неподтвержденные расходы перечисленных подотчетных сумм) + 250 000 руб. (возврат беспроцентного займа наличными из кассы)).

Так, инспекция установила, что согласно представленным обществом пояснениям и документам, подотчетным лицом ФИО2 произведено расходование выданных под отчет денежных средств на сумму 95 676.4 руб., возвращено в кассу 592 100 руб., однако, поскольку полученная наличным и безналичным путем сумма составила 1 245 000 рублей (520 000 руб. + 480 000 руб. + 245 000 руб.), налоговый орган пришел к выводу, что на сумму возникшей разницы, составившей 557 223,6 руб. (1 245 000 руб. - 95 676,4 руб. - 592 100 руб.), документы, подтверждающие расходование подотчетных сумм, отсутствуют, равно как в выписках о движении денежных средств по счетам в банках отсутствует информация о внесенных денежных средствах на расчетные счета организации.

Кроме того, анализируя представленные налогоплательщиком копии расходного кассового ордера от 14.12.2020 № 74 на сумму 250 000 руб., счета 50 «Касса организации» и 67 «Расчеты по долгосрочным кредитам и займам», согласно которым денежные средства в сумме 250 000 руб. выданы ФИО2 наличными из кассы, а также анализируя пояснения общества о том, что данная сумма является возвратом беспроцентного займа учредителю, предоставление которого оформлено договором беспроцентного займа от 03.10.2012 № 3 на сумму 6 000 000 рублей, инспекция пришла к выводу о том, что данный договор займа имеет признаки фиктивности. В этой связи налоговый орган указал, что в ходе проведения мероприятий налогового контроля им были выявлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков минимизации обязательств путем оформления физическим лицом договора займа с аффилированными лицами, что влечет за собой наступление налоговых последствий в виде исчисления страховых взносов по такой сделке.

Не согласившись с указанным решением, заявитель обратился в УФНС России по Курской области с апелляционной жалобой. Решением УФНС России по Курской области № 51 от 14.02.2022 жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение инспекции № 19-05/10968 от 17.11.2021 не соответствует налоговому законодательству и нарушает права и законные интересы общества, заявитель обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленных требований заявитель сослался на то, что из общей снятой (перечисленной) суммы в размере 1 245 000 рублей:

- 520 000 рублей были получены наличными деньгами по кассовым чекам в банке и оприходованы в кассу общества, при этом данная сумма не выдавалась в подотчет директору, как полагает налоговый орган;

- 725 000 рублей (480 000+245 000) являются подотчетными суммами, из которых:

1) 92 676,40 рублей были потрачены на приобретение подотчетным лицом товарно-материальных ценностей, необходимых для деятельности общества, что подтверждается авансовыми отчетами;

2) 592 100 рублей были возвращены директором в кассу общества, что подтверждается кассовой книгой за 4 кв. 2020 года.

3) остаток подотчетной суммы был потрачен директором в 1 кв. 2021 года в соответствии с приказом № 29 об утверждении сроков выдачи подотчетных сумм от 31.12.2018, которым установлен пресекательный срок 365 дней, после истечения которого неизрасходованные подотчетные денежные средства следует возвратить в кассу общества.

В этой связи налогоплательщик полагает, что вывод инспекции о том, что 557 223,60 рублей являются подотчетными суммами (1 245 000 руб. снятых денежных средств - 95 676,40 руб. подтвержденных авансовыми отчетами - 592 100 руб. возвращенных директором в кассу), является необоснованным и не соответствующим действительности.

Выводы налогового органа о фиктивности договора займа от 03.10.2012 № 3 на сумму 6 000 000 рублей налогоплательщик полагает необоснованными, поскольку заем обществу был предоставлен ФИО2 (учредителем общества) для развития организации, т.к. в 2012 году организация нуждалась в денежных средствах для текущей хозяйственной деятельности. Как пояснил заявитель, в связи с увольнением штатного бухгалтера в ноябре 2012 г. и сменой нескольких бухгалтеров, при составлении бухгалтерской отчетности за 2013 год была допущена ошибка, и полученный заем не был отражен в строке «Заемные средства», что, тем не менее, не является основанием для признания договора займа недействительной сделкой. Общество пояснило, что в настоящее время не имеет возможности представить приходный кассовый ордер на сумму 6 000 000 руб., подтверждающий внесение ФИО2 в кассу общества заемных средств, в связи с его утратой, однако данное обстоятельство, по мнению общества, также не является доказательством неполучения заемных денежных средств, а также не является основанием для признания договора займа мнимой сделкой. Заявитель при этом указывает, что в подтверждение факта выдачи займа ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» представляло в инспекцию расписки о возврате денежных средств физическим лицам, которые, в свою очередь, предоставили заем ФИО2

Заинтересованное лицо представило письменный отзыв на заявление, в котором сослалось на законность и обоснованность оспариваемого решения.

Изучив представленные доказательства и заслушав мнения представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

Из положений статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ, пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» следует, что основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

По смыслу статей 65, 198 и 200 АПК РФ обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Согласно части 4 статьи 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Как установлено судом, заявителем оспариваются решение инспекции № 19-05/10968 от 17.11.2021, которое решением УФНС России по Курской области № 51 от 14.02.2022 оставлено без изменения. С учетом того, что УФНС России по Курской области направило обществу копию решения от 14.02.2022 сопроводительным письмом от 17.02.2022, а настоящее заявление поступило в суд 16.05.2022, заявитель обратился в арбитражный суд с соблюдением срока, установленного частью 4 статьи 198 АПК РФ.

С учетом положений статей 88, 100, 101 НК РФ оспариваемое решение принято уполномоченным государственным органом, процедура и сроки проведения камеральной налоговой проверки, дополнительных мероприятий налогового контроля не нарушены. При рассмотрении материалов камеральной проверки налоговым органом не допущено нарушений существенных условий процедуры рассмотрения, являющихся самостоятельным основанием для признания оспариваемого решения незаконным.

Действующее законодательство о налогах и сборах признает налогоплательщиками, плательщиками сборов и плательщиками страховых взносов организации и физических лиц, на которых в соответствии с НК РФ возложена обязанность уплачивать соответственно налоги, сборы, страховые взносы (статья 19 НК РФ).

В соответствии с подпунктами 1, 3, 4 пункта 1 статьи 23 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги, вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах, представлять в установленном порядке в налоговый орган по месту учета налоговые декларации (расчеты), если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах.

В силу положений пункта 1 статьи 44 НК РФ обязанность по уплате налога или сбора возникает, изменяется и прекращается при наличии оснований, установленных названным Кодексом или иным актом законодательства о налогах и сборах. Обязанность по уплате конкретного налога или сбора возлагается на налогоплательщика и плательщика сбора с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога или сбора (пункт 2 статьи 44 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 52 НК РФ налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 419 НК РФ установлено, что плательщиками страховых взносов признаются следующие лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, в частности организации.

Как следует из положений подпункта 1 пункта 1 статьи 420 НК РФ, объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 НК РФ, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 НК РФ), в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

База для исчисления страховых взносов для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 НК РФ, определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 420 НК РФ, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом, за исключением сумм, указанных в статье 422 НК РФ (пункт 1 статьи 421 НК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 431 НК РФ в течение расчетного периода по итогам каждого календарного месяца плательщики производят исчисление и уплату страховых взносов исходя из базы для исчисления страховых взносов с начала расчетного периода до окончания соответствующего календарного месяца и тарифов страховых взносов за вычетом сумм страховых взносов, исчисленных с начала расчетного периода по предшествующий календарный месяц включительно.

Тарифы страховых взносов установлены в пункте 2 статьи 425 НК РФ в следующих размерах, если иное не предусмотрено главой 34 НК РФ: - на обязательное пенсионное страхование: в пределах установленной предельной величины базы для исчисления страховых взносов по данному виду страхования - 22 процента; свыше установленной предельной величины базы для исчисления страховых взносов по данному виду страхования - 10 процентов; - на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в пределах установленной предельной величины базы для исчисления страховых взносов по данному виду страхования - 2.9 процента; - на обязательное медицинское страхование - 5,1 процента.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 167-ФЗ), ст. 2 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее – Федеральный закон № 255-ФЗ), статьей 10 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 326-ФЗ) граждане Российской Федерации, работающие по трудовому договору, в том числе руководители организаций, являющиеся единственными участниками (учредителями), членами организаций, собственниками их имущества, или по договору гражданско-правового характера, предметом которого являются выполнение работ и оказание услуг, признаются застрахованными лицами в системах пенсионного страхования, социального страхования на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, медицинского страхования.

В силу статьи 6 Федерального закона № 167-ФЗ, статьи 2.1 Федерального закона № 255-ФЗ, статьи 11 Федерального закона № 326-ФЗ организации, производящие выплаты или иные вознаграждения таким физическим лицам, являются страхователями по обязательному пенсионному страхованию, по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, по обязательному медицинскому страхованию.

Из материалов дела следует, что между сторонами возник спор относительно правомерности исключения из базы для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года суммы в размере 807 223 руб. 60 коп., в том числе:

- 557 223 руб. 60 коп., которые квалифицированы налоговым органом в качестве неподтвержденных расходов перечисленных подотчетных сумм;

- 250 000 руб., которые заявлены налогоплательщиком как возврат займа, предоставленного ФИО2 обществу.

Налоговый орган в ходе проверки установил, что общий размер перечисленных на счета генерального директора ФИО2, директора ФИО5 и снятых с расчетных счетов общества за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 денежных средств составил 1 245 000 руб., в том числе:

- выдача наличных денежных средств с назначением платежа «Выдача на хозяйственные нужды» за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 в общей сумме 520 000 руб.;

- перечисление денежных средств с расчетного счета организации на счет генерального директора ФИО2, директора ФИО5 за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 в общей сумме 480 000 руб.;

- выдача наличных денежных средств по карте в общей сумме 245 000 рублей.

Налогоплательщик, в свою очередь, пояснил, что общая сумма, включающая в себя суммы перечисленных подотчетным лицам денежных средств и сумму, снятую с расчетных счетов общества, за тот же период составила 1 967 800 руб., из которых:

- 1 242 800 руб. сняты и возвращены в кассу общества;

- 725 000 руб. выданы под отчет, при этом из них 245 000 руб. были сняты с расчетного счета, а 480 000 руб. перечислены с расчетного счета на счета подотчетных лиц.

Из пояснений налогового органа следует, при доначислении страховых взносов и вынесении оспариваемого решения в расчет включалась именно сумма в размере 1 245 000 руб. (а не 1 967 800 руб.) исходя из того, что денежные средства, составляющие указанную разницу (1 967 800 руб. - 1 245 000 руб.), согласно выписке по расчетному счету налогоплательщика снимались с назначением платежа «Выдачи на заработную плату...».

В подтверждение факта оприходования в кассу общества денежных средств в сумме 1 242 800 руб., ранее снятых с расчетных счетов, налогоплательщиком представлены приходные кассовые ордеры № 55 от 30.12.2020 на сумму 200 000 руб., № 54 от 22.12.2020 на сумму 20 000 руб., № 53 от 17.12.2020 на сумму 60 000 руб., № 52 от 14.12.2020 на сумму 136 600 руб., № 51 от 10.12.2020 на сумму 255 000 руб., № 48 от 12.11.2020 на сумму 260 000 руб., № 47 от 10.11.2020 на сумму 150 000 руб., № 46 от 08.10.2020 на сумму 122 900 руб., № 44 от 02.10.2020 на сумму 38 300 руб., а также выписка из кассовой книги общества.

Таким образом, налоговый орган безосновательно посчитал, что денежные средства в размере 520 000 руб. были выданы в проверяемом периоде под отчет, поскольку в действительности данная сумма является частью суммы, снятой с расчетного счета и возвращенной в кассу общества (1 242 800 руб.).

Доводы налогового органа о том, что представленные налогоплательщиком приходные кассовые ордеры оформлены с нарушением правил заполнения первичных учетных документов, установленных Постановление Госкомстата РФ от 18.08.1998 № 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации» (в строке «Принято от» указано: «принято от ФИО6 ОАО «РОССЕЛЬХОЗБАНК», ОАО АКБ «АВАНГАРД») не имеют правового значения, поскольку налоговый орган не оспаривает ни факт снятия денежных средств именно с обозначенных расчетных счетов, ни факт их оприходования в кассу в общей сумме 1 242 800 руб.

При таких обстоятельствах, налоговый орган неправомерно включил 520 000 руб. в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года.

Из материалов дела следует, что под отчет в проверяемом периоде были выданы денежные средства в общей сумме 725 000 руб. (245 000 руб. + 480 000 руб.), из которых:

- 592 100 рублей были возвращены в кассу общества, что подтверждается приходными кассовыми ордерами на общую сумму 592 100 рублей: от 08.10.2020 № 45 на сумму 27 100 руб., от 18.11.2020 № 49 на сумму 280 000 руб., от 30.12.2020 № 50 на сумму 285 000 руб.,

- 95 676 руб. 40 коп. были израсходованы по целевому назначению, что подтверждается авансовыми отчетами на общую сумму 95 676 руб. 40 коп.: от 30.10.2020 № 25 на сумму 29 466,63 руб., от 30.11.2020 № 26 на сумму 19 585,30 руб., от 30.12.2020 № 27 на сумму 46 624,47 рублей, а также приложенными к отчетам кассовыми и товарными чеками.

Возврат денежных средств в размере 592 100 руб. и расходование в размере 95 676 руб. 40 коп. налоговый орган не оспаривает. Указанную сумму (592 100 руб. + 95 676 руб. 40 коп. = 687 776 руб. 40 коп.) инспекция не включала в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года.

Считая остаток подотчетных денежных средств в размере 37 223 руб. 60 коп. (725 000 руб. - 687 776 руб. 40 коп.) выплатой в пользу физических лиц, налоговый орган исходил из того, что документы, подтверждающие расходование подотчетных сумм, отсутствуют, равно как в выписках о движении денежных средств по счетам в банках отсутствует информация о внесенных денежных средствах на расчетные счета организации.

Вместе с тем, налоговым органом не учтено следующее.

Исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 03.02.2009 № 11714/08, не являются объектом обложения НДФЛ денежные суммы, выданные работникам организации под отчет для приобретения товарно-материальных ценностей, при условии, что работники документально подтвердили понесенные расходы, а товарно-материальные ценности приняты организацией на учет.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлениях Президиума ВАС РФ от 05.03.2013 № 14376/12 и 13510/12, при отсутствии доказательств, подтверждающих расходование подотчетных денежных средств, полученных подотчетным лицом, а также оприходование организацией товарно-материальных ценностей в установленном порядке, указанные денежные средства согласно статье 210 НК РФ считаются доходом подотчетного лица и подлежат включению в налоговую базу по НДФЛ.

Выдача денег под отчет является законным способом финансирования расходов физического лица, действующего в интересах хозяйствующего субъекта, работником либо учредителем которого оно является и на которое возлагается обязанность предоставить документы, подтверждающие легитимность произведенных затрат в соответствии с порядком, определенным в п. 6.3 Указания Центрального банка РФ от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (далее – Указание Банка России № 3210-У).

Согласно п. 6.3 Указания Банка России № 3210-У (в редакции, действующей до внесения изменений Указанием Банка России от 05.10.2020 № 5587-У) для выдачи наличных денег работнику под отчет (далее - подотчетное лицо) на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица, индивидуального предпринимателя, расходный кассовый ордер 0310002 оформляется согласно распорядительному документу юридического лица, индивидуального предпринимателя либо письменному заявлению подотчетного лица, составленному в произвольной форме и содержащему запись о сумме наличных денег и о сроке, на который выдаются наличные деньги, подпись руководителя и дату.

Подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами. Проверка авансового отчета главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем.

Постановлением Госкомстата РФ от 01.08.2001 № 55 «Об утверждении унифицированной формы первичной учетной документации № АО-1 «Авансовый отчет» предусмотрено составление расписок бухгалтера о принятии к проверке документов, подтверждающих расходы сотрудника, получившего деньги под отчет, и выдача указанных расписок такому сотруднику.

В соответствии п. 5 Указаний Центрального банка РФ от 11.03.2014 № 3210-У, регулирующим порядок поступления денежных средств на расчетный счет организации, прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера (далее - работник), проводится по приходным кассовым ордерам 0310001.

Кроме того, пунктом 1 Указаний Банка России от 09.12.2019 № 5348-У «О правилах наличных расчетов» предусмотрено право организации расходовать поступившие в ее кассу наличные деньги для выдачи наличных денег работникам под отчет (абз. 7 п. 1 Указания № 5348-У).

В этой связи, денежные средства, выданные обществом своим работникам под отчет, нельзя признать выплатой работнику за труд. Ни выданные денежные средства, ни приобретенные на них товары в собственность работника не переходят, при этом работодатель вправе требовать возврата неиспользованных денежных средств.

Денежные средства, выданные физическим лицам под отчет на приобретение товарно-материальных ценностей, не подпадают ни под понятие дохода, указанного в статье 41 НК РФ, ни под понятие выплат в пользу физических лиц, указанных в статье 420 НК РФ.

Работник организации, получивший денежные средства в подотчет, после приобретения товарно-материальных ценностей обязан представить в бухгалтерию авансовый отчет по унифицированной форме № АО-1 "Авансовый отчет", утвержденной постановлением Госкомстата России от 01.08.2001 № 55. К авансовому отчету должны быть приложены все оправдательные документы, подтверждающие произведенные расходы. На оборотной стороне формы № АО-1 "Авансовый отчет" подотчетное лицо записывает перечень документов, подтверждающих произведенные расходы (в частности, чеки контрольно-кассовой машины, товарные чеки и другие оправдательные документы), а также указывает суммы затрат по ним.

В силу п. 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязательными реквизитами первичного учетного документа являются:

1) наименование документа;

2) дата составления документа;

3) наименование экономического субъекта, составившего документ;

4) содержание факта хозяйственной жизни;

5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения;

6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события;

7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Согласно приказу генерального директора общества ФИО2 № 29 от 31.12.2018 «Об утверждении сроков выдачи подотчетных сумм», сотрудники, получившие деньги, должны представить отчет по ним в следующие сроки:

- по хозяйственным расходам и по закупке горюче-смазочных материалов – не позднее 365 рабочих дней с даты получения денег;

- по командировочным расходам – в течение 10 рабочих дней после возвращения из командировки.

Налогоплательщик в ходе налоговой проверки и в апелляционной жалобе на оспариваемое решение приводил ссылки на приказ генерального директора № 29 от 31.12.2018 и установленный им 365-дневный срок.

Позиция налогового органа, полагающего, что приказ № 29 от 31.12.2018 не соответствует положениям Указания Центрального банка РФ от 11.03.2014 № 3210-У, сводится к тому, что пункт 6.3 данного Указания (в редакции, действующей после внесения изменений Указанием Банка России от 05.10.2020 № 5587-У), предусматривающий, что подотчетное лицо обязано в срок, установленный руководителем юридического лица, индивидуальным предпринимателем, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами, применяется с 30.11.2020.

Вместе с тем, пунктом 6.3 Указания Банка России № 3210-У (как в прежней, так и в действующей редакции) предусмотрены два срока:

- срок, на который выданы наличные деньги под отчет;

- срок для представления авансового отчета.

В этой связи, указанные сроки в совокупности составляют общий срок, в течение которого работник должен отчитаться или вернуть неизрасходованные денежные средства.

При этом предельный трехдневный срок п. 6.3 Указания Банка России № 3210-У (в редакции, действующей до внесения изменений Указанием Банка России от 05.10.2020 № 5587-У) был установлен лишь для срока представления авансового отчета.

Следовательно, срок, на который наличные деньги выдаются под отчет, подлежит установлению руководителем организации либо индивидуальным предпринимателем. Указание Банка России № 3210-У каких-либо ограничений в отношении данного срока не устанавливает.

В этой связи доводы налогового органа о том, что приказ генерального директора общества ФИО2 № 29 от 31.12.2018 «Об утверждении сроков выдачи подотчетных сумм» противоречит положениям Указания Банка России № 3210-У, следует признать ошибочными.

Кроме того, в рассматриваемом случае обстоятельством, имеющим правовое значение для решения вопроса о правомерности оспариваемых обществом доначислений, является квалификация спорной суммы как дохода физического лица.

При квалификации денежных средств, выданных организацией подотчетному лицу, в качестве дохода данного лица, подлежащего налогообложению по правилам главы 34 НК РФ, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела, подлежащих оценке на основании приведенных нормативных положений, одновременно учитывая, что бремя доказывания факта и размера вмененного налогоплательщику дохода лежит на налоговом органе.

Доходом в силу статьи 41 НК РФ признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль организаций» НК РФ.

Кроме того, при определении момента, в который выданные под отчет денежные средства могут быть признаны доходом налогоплательщика и с них подлежат уплате страховые взносы, следует учитывать не только момент, в который истекает срок, установленный для их возврата, но также и фактическое истечение установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации срока исковой давности, только по истечении которого взыскание задолженности с физического лица перестает быть возможным.

Спорная денежная сумма была выдана под отчет в 4 квартале 2020 года, что налоговым органом не оспаривается. Следовательно, данная сумма должна была быть возвращена обществу либо израсходована на его нужды не позднее 365 рабочих дней с даты получения денег, и именно по истечении данного срока начинается течение срока исковой давности применительно к первой сумме, выданной подотчетному лицу.

Таким образом, с учетом предусмотренной в п. 6.3 Указаний Банка России № 3210-У возможности установления срока возвращения подотчетных денежных средств, который согласно приказу директора общества № 29 от 31.12.2018 составляет 365 рабочих дней с даты получения денег, суд полагает преждевременным вывод налогового органа о неподтвержденности использования ФИО2 денежных средств в размере 37 223 руб. 60 коп., выданных под отчет в 4 квартале 2020 г., а соответственно, признание их доходом с последующим отнесением в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года.

По мнению суда, в рамках камеральной налоговой проверки за 12 месяцев 2020 г. нельзя сделать вывод о документальной неподтвержденности целевого использования ФИО2 подотчетных денежных средств, поскольку обществом представлены доказательства их израсходования, в том числе, в 1 квартале 2021 года (т. 3 л.д. 57-76).

При этом факт занижения заявителем базы для исчисления страховых взносов в связи с невключением в нее сумм доходов, полученных директором ФИО2 в виде подотчетных денежных средств без оправдательных документов, может быть достоверно установлен налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки в отношении деятельности ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» за 3 года.

Оценивая правомерность отнесения налоговым органом в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года денежных средств в размере 250 000 руб., заявленных налогоплательщиком как возврат займа, предоставленного ФИО2 обществу, суд приходит к следующим выводам.

В ходе налоговой проверки обществом была представлена копия расходного кассового ордера по форме № КО-2 от 14.12.2020 № 74, согласно которому ФИО2 из кассы общества выданы 250 000 руб. В строке «основание» расходного кассового ордера указано: «погашение беспроцентного займа».

В подтверждение того, что указанная сумма не является доходом ФИО2, общество представляло налоговому органу копию договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012, по условиям которого ФИО2 (заимодавец) передает обществу (заемщику) беспроцентный заем на сумму 6 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный срок (пункт 1.1 договора).

Согласно пунктам 2.1-2.2 договора от 03.10.2012, заимодавец может передать заемщику указанную сумму займа частями. Возврат указанной в настоящем договоре суммы займа может происходить по желанию заемщика в течение срока действия договора по частям, но не позднее 31 декабря 2022 г. Указанная сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Не принимая расходы в сумме 250 000 руб. и включая их в базу для исчисления страховых взносов за 12 месяцев 2020 года, налоговый орган исходил из того, что договор беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 имеет признаки фиктивности. Об этом, как полагает налоговый орган, свидетельствуют следующие обстоятельства:

- физическое лицо ФИО2 и общество в лице директора ФИО5 являются аффилированными лицами;

- согласно данным информационного ресурса, у ФИО2 не установлены факты владения объектами недвижимости, земельными участками, транспортными средствами; согласно данным о выплатах физическим лицам по работодателям из раздела 3 расчетов по страховым взносам, по застрахованному лицу ФИО2 отсутствуют другие источники получения доходов, помимо ООО «ЧОО «Кольчуга Курск»; информацией о получении каких-либо доходов за 2006-2021 годы ФИО2 из других источников (налоговых агентов) инспекция не располагает;

- в пояснениях налогоплательщика указано, что заем организации предоставлен учредителем для организации комнаты хранения оружия, однако, согласно данным информационного ресурса, у ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» не установлены факты владения объектами недвижимости, налогоплательщиком не представлены правоустанавливающие документы на приобретение объекта недвижимости (комнаты хранения оружия); декларации по налогу на имущество организация не представляет;

- ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» не представлен приходный кассовый ордер в подтверждение приема наличных денежных средств в кассу, а ФИО2 не представлена квитанция к нему; в выписках о движении денежных средств по счетам в банках за 2012 год отсутствует информация о внесенных заемных денежных средствах на расчетные счета общества;

- в бухгалтерской отчетности субъектов малого предпринимательства за 2013 год, представленной 21.03.2014, по состоянию на 31.12.2012 обществом не отражена информация в пассиве баланса по строке «Заемные средства»; согласно данным бухгалтерской отчетности, у организации отсутствуют долгосрочные и краткосрочные заемные средства, общество не указывает информацию об имеющейся задолженности по факту получения займа.

В этой связи налоговый орган пришел к выводу о том, что указанная сделка совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, то есть является мнимой.

Заявитель, в свою очередь, указывал на то, что:

- возврат займа осуществлялся и в предыдущие периоды, что было документально подтверждено при проведении камеральных налоговых проверок расчета по страховым взносам за 2019-2020 годы; по итогам проведения мероприятий налогового контроля налоговый орган принял эти документы к зачету (в части возврата денежных сумм по камеральным проверкам 2019-2021 года);

- заем организации был предоставлен ФИО2 для развития организации, т.к. в 2012 году организация нуждалась в денежных средствах для текущей хозяйственной деятельности, поэтому учредитель была вынуждена предоставить заем;

- в связи с увольнением штатного бухгалтера в ноябре 2012 г. и сменой нескольких бухгалтеров, при составлении бухгалтерской отчетности за 2013 год была допущена ошибка, и полученный заем не был отражен в строке «Заемные средства», однако неправильное ведение бухгалтерского учета и составление отчетности является основанием для применения мер административной ответственности, предусмотренной КоАП РФ, а не основанием для признания договора займа недействительной сделкой;

- общество в настоящее время не имеет возможности представить приходный кассовый ордер на сумму 6 000 000 руб., подтверждающий внесение ФИО2 в кассу общества заемных средств, в связи с его утратой, однако данное обстоятельство не является доказательством неполучения заемных денежных средств, а также не является основанием для признания договора займа мнимой сделкой; кроме того, согласно Приказу Росархива № 236 от 20.12.2019, сроки хранения кассовых документов составляют 5 лет (п. 277 Перечня);

- в подтверждение того, что заем был предоставлен, ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» давало в инспекцию расписки о возврате денежных средств физическим лицам, которые предоставили заем ФИО2;

- в материалах деле имеются доказательства, подтверждающие расходование денежных средств по полученному займу: приобретение различных материальных ценностей, в рамках ведения финансово-хозяйственной деятельности ЧОО (деятельность организации не приостанавливалась ни на один день), организация комнаты хранения оружия ЧОО, приобретение оружия, специальных средств, обмундирования, аренда автомобилей (в силу требований законодательства к лицензированным организациям в сфере частной охранной деятельности), проведение иных расчетов/займов и пр.

В отношении приведенных сторонами доводов и возражений необходимо отметить следующее.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) отмечено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (пункт 1).

Установление наличия или отсутствия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или экономической деятельности.

При этом судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 постановления № 53).

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение гражданско-правовых сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

В подтверждение своих доводов о том, что выдача из кассы 250 000 руб. производилась во исполнение договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012, заключенного с ФИО2, заявитель, помимо договора от 03.10.2012, представил:

- квитанцию к приходному кассовому ордеру № 31 от 08.10.2012 принято от ФИО2 основание «поступление заемных денежных средств по договору займа № 3 от 03.10.2012» на сумму 6 000 000 руб.;

- расписку ФИО7 от 15.12.2020 о получении от ФИО2 250 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 17.07.2012;

- расписку ФИО7 от 26.09.2020 о получении от ФИО2 250 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 17.07.2012;

- расписку ФИО8 от 01.08.2020 о получении от ФИО2 500 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 17.07.2012;

- расписку ФИО9 от 25.09.2019 о получении от ФИО2 500 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 29.09.2012;

- расписку ФИО10 от 25.07.2019 о получении от ФИО2 1 100 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 19.09.2012;

- расписку ФИО11 от 08.06.2019 о получении от ФИО2 1 100 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 11.08.2012;

- расписку ФИО12 от 08.05.2019 о получении от ФИО2 800 000 руб. в счет возврата займа, ранее предоставленного в соответствии с распиской ФИО2 от 10.05.2012.

В подтверждение доводов о том, что возврат денежных средств по договору займа от 03.10.2012 осуществлялся и в предыдущие периоды, заявитель представил карточку счета 67.03 за период с января 2019 года по декабрь 2020 года, из которой видно, что ФИО2 с апреля 2019 года систематически выдавались наличные деньги с назначением «возврат долгосрочного займа по договору № 3 от 03.10.2012».

В качестве опровержения возражений налогового органа о том, что им не были установлены факты владения объектами недвижимости, а налогоплательщиком не были представлены правоустанавливающие документы на приобретение объекта недвижимости (комнаты хранения оружия), общество представило в материалы дела приказ генерального директора общества ФИО2 № 23 от 17.12.2015 о назначении ответственных за сохранность оружия и противопожарное состояние помещения комнаты хранения оружия, паспорт безопасности комнаты хранения оружия ООО «ЧОО «Кольчуга Курск» от 2017 года, согласованный с начальниками УФСБ России по Курской области, Главного управления МЧС России по Курской области, Управления Росгвардии по Курской области, заключение ФГКУ УВО УМВД России по Курской области от 07.12.2015 № 19/1665 по результатам проведения охранно-технической экспертизы помещения оружейной комнаты ООО «ЧОО «Кольчуга Курск», акт от 25.12.2015 проверки условий обеспечения условий сохранности оружия и патронов ООО «ЧОО «Кольчуга Курск, составленной комиссией ЦЛРР УМВД России по Курской области, акт № 09/2022 от 31.05.2022 плановой выездной проверки, проведенной ЦЛРР Управления Росгвардии по Курской области в отношении ООО «ЧОО «Кольчуга Курск», акт № 1 от 10.12.2015 освидетельствования скрытых работ, выполненных в оружейной комнате ООО «ЧОО «Кольчуга Курск», проведенного комиссией в составе заказчика ФИО2 и подрядной организации (ИП ФИО13), договор аренды части нежилого помещения № С0897 от 28.12.2020, заключенный с МУП «Курской городское торгово-производственное объединение», копии разрешений на хранение и использование оружия и патронов к нему.

Оценив приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждается как факт исполнения сторонами условий договора беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012, так и финансовая возможность ФИО2 его исполнить. Кроме того, заявитель доказал экономическую целесообразность заключения этой сделки.

Факт аффилированности между контрагентами по договору займа не является безусловным и достаточным основанием для признания сделки недействительной. Данная правовая позиция следует из разъяснений, содержащихся в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020. В рассматриваемом случае утверждения налогового органа, основанные на аффилированности общества и ФИО2, не принимаются судом во внимание, поскольку при наличии доказательств наличия реальных хозяйственных отношений между указанными лицами, факт их аффилированности не имеет правового значения.

Доводы заинтересованного лица со ссылками на то, что информация о заемных денежных средствах не отражена в бухгалтерской отчетности и отсутствует в выписках о движении денежных средств по расчетным счетам в банках за 2012 год, подлежат отклонению, поскольку отсутствие надлежащего бухгалтерского учета и несоблюдение правил оформления операции с денежными средствами, в частности, не могут служить безусловным обстоятельством при разрешении вопроса о передаче вещи (денежных средств) и влекут иные административные и финансовые последствия для заимодавца.

Аналогичная позиция изложена в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.07.2010 № ВАС-8982/10 по делу № А57-21845/2009.

Также суд полагает необоснованными доводы налогового органа о том, что заявителем не представлен приходный кассовый ордер в подтверждение приема наличных денежных средств в кассу, поскольку в силу части 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Приказом Росархива от 20.12.2019 № 236 «Об утверждении Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения» установлен пятилетний срок для хранения первичных учетных документов и связанных с ними оправдательных документов (кассовые документы и книги, банковские документы, корешки денежных чековых книжек, ордера, табели, извещения банков и переводные требования, акты о приеме, сдаче, списании имущества и материалов, квитанции, накладные и авансовые отчеты, переписка).

Доводы налогового органа о том, что денежные средства, предоставленные физическими лицами ФИО2, могли быть использованы ею в личных целях (а не предоставлены в дальнейшем обществу по договору займа), носят предположительный характер.

С учетом изложенного, вывод налогового органа о том, что договор беспроцентного займа № 3 от 03.10.2012 имеет признаки фиктивности и является мнимой сделкой, не соответствует имеющимся в деле доказательствам.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не представил доказательств того, что спорные суммы явились экономической выгодой ФИО2

Таким образом, состава нарушения, предусмотренного статьей 123 НК РФ, судом не установлено, а доначисление страховых взносов и пени произведено налоговым органом в отсутствие на то правовых оснований.

Следовательно, оспариваемое решение инспекции не соответствуют действующему законодательству и нарушает права и законные интересы заявителя.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 АПК РФ в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требований заявителя полностью или в части.

С учетом изложенного, требования заявителя подлежат удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

При обращении в суд заявитель уплатил государственную пошлину в размере 3 000 руб. (платежное поручение № 66 от 13.05.2022).

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180, 181, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Требования общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Кольчуга Курск» удовлетворить.

Признать недействительными решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску от 17.11.2021 № 19-05/10968 от 17.11.2021 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Обязать Управление Федеральной налоговой службы по Курской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Оспариваемое решение проверено на соответствие нормам Налогового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с Управления Федеральной налоговой службы по Курской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Кольчуга Курск» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Курской области.


Судья Е.В. Клочкова