Постановление от 8 июля 2024 г. по делу № А43-18985/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А43-18985/2021

08 июля 2024 года08 июля 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,


при участии представителей

акционерного общества Завода «Нефтехимгаз»:

ФИО1 по доверенности от 22.11.2023,

публичного акционерного общества «Транскапиталбанк»:

ФИО2 по доверенности от 18.04.2024 № 01-06/343


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО3

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.10.2023 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024

по делу № А43-18985/2021


по заявлению ФИО3

о включении требований в реестр требований кредиторов должника –

общества с ограниченной ответственностью Нефтегазовой производственно-строительной компании Управления комплектации «Нефтегазкомплект»

(ИНН <***>, ОГРН <***>),


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Нефтегазовой производственно-строительной компании Управления комплектации «Нефтегазкомплект» (далее – должник, Компания) в Арбитражный суд Нижегородской области обратилась ФИО3 (деле – кредитор) с заявлением о включении требований в сумме 8 905 243 рубля 82 копейки в реестр требований кредиторов должника.

Требования мотивированы неисполнением должником обязательств по договорам аренды и хранения перед закрытым акционерным обществом Производственной строительной фирмой «Промспецстрой» (далее – Фирма), право требования исполнения которых приобретено ФИО3 на торгах, проведенных в процедуре банкротства Фирмы.

Суд первой инстанции определением от 17.10.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 частично удовлетворил заявление, признав требования в сумме 5 303 043 рубля 82 копейки обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В удовлетворении оставшейся части требований отказано.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части отказа в удовлетворении требований на сумму 3 602 200 рублей и в части отнесения требований к очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно субординировали требования ФИО3, признав предоставленное Фирмой должнику исполнение по договорам аренды и хранения компенсационным финансированием. Кассатор считает, что на момент возникновения указанных обязательств у должника отсутствовали признаки финансового кризиса.

По мнению ФИО3, судебные инстанции не исследовали вопрос об установлении даты объективного банкротства Компании, сославшись лишь на задолженность по договору от 2013, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Спортивно-технический клуб «Александр и К» (далее – Клуб). Между тем, суды не анализировали факт изменения срока возврата денежных средств и иные особенности данного договора.

Кредитор обращает внимание суда округа на то обстоятельство, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии у должника неисполненных обязательств на значительную сумму в период с 2015 года по 2018 год. Отсутствие признака недостаточности имущества должника для исполнения требований кредиторов в последующие периоды подтверждается данными финансового анализа, выполненного временным управляющим должником ФИО4

С точки зрения кассатора, с учетом отсутствия в период возникновения спорных обязательств у должника финансового кризиса предоставленное Фирмой исполнение не имело цели компенсационного финансирования. Кроме того, общая сумма возникшей у Компании задолженности образовалась за длительный период, с 2016 года по 2022 год.

Кассатор полагает, что суды неверно применили положения о сроке исковой давности в отношении стоимости услуг, обязанность по оплате которых наступила до 31.03.2.020. В рассматриваемом случае сторонами было заключено соглашение о погашении задолженности с рассрочкой платежа от 18.01.2019, согласно пункту 2 которого предельный срок погашения задолженности за арендные платежи определен 31.01.2021. Данное соглашение не предусматривает права на досрочный возврат всей суммы задолженности в случае нарушения графика платежей.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Публичное акционерное общество «Транскапиталбанк» (далее – Банк) в отзывах на кассационную жалобу заявило возражения по доводам ФИО3, просило оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание, назначенное на 11.06.2024, было отложено на 04.07.2024.

Определением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 04.07.2024 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Кузнецовой Л.В., в связи с временным отсутствием, на судью Елисееву Е.В. Кассационная жалоба рассмотрена с начала.

В судебном заседании представители ФИО3 и Банка поддержали заявленные доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Компания (арендатор) и Фирма (арендодатель) заключили договор аренды нежилых помещений от 11.01.2016 на срок с 11.01.2016 по 31.12.2016, согласовав арендную плату в размере 3 073 728 рублей в год с внесением ее частями ежемесячно (пункт 2.1 договора).

Предоставленное в аренду имущество передано арендатору по акту приема-передачи от 11.01.2016 и возвращено 31.12.2016.

Оплата по договору не произведена, задолженность составила 3 073 728 рублей, что подтверждается подписанным сторонами актом сверки расчетов за 2016 год.

В дальнейшем сторонами заключен договор аренды этого же имущества от 09.01.2017 на срок до 31.12.2017 с установлением арендной платы в размере 746 815 рублей.

Долг Компании по договору составил 1 456 473 рубля.

Кроме того, Фирма и должник заключили договор аренды автотранспортных средств от 11.01.2017, на основании которого Компании переданы автотранспортные средства и строительная техника в количестве 17 штук согласно перечню. Арендная плата по договору предусмотрена в размере 1 651 044 рубля в год.

Техника получена должником по акту от 11.01.2017 и возвращена 11.01.2018.

Оплата арендной платы по договору не произведена, задолженность Компании составила 1 651 044 рублей.

Компания (арендатор) и Фирма (арендодатель) заключили договор аренды автотранспортных средств на срок с 11.01.2018 по 11.01.2019, согласовав арендную плату за весь срок действия договора в размере 148 385 рублей.

В материалы дела представлен акт о передаче транспортных средств арендатору 11.01.2018 и их возврат арендодателю 11.01.2019.

Арендная плата не вносилась арендатором, размер долга по договору составил 148 385 рублей.

Сторонами повторно заключен договор аренды автотранспортных средств на срок с 11.01.2019 по 11.01.2020 с установлением арендной платы за весь срок аренды в размере 71 064 рублей 82 копейки.

Согласно акту приема-передачи транспортные средства переданы арендатору 11.01.2019 и возвращены арендодателю 11.01.2020.

В связи с неисполнением обязательств по внесению арендной платы, размер задолженности арендатора по договору составил 71 064 рубля 82 копейки.

Компания и Фирма так же заключили договор аренды автотранспортных средств от 03.02.2020 на срок до 03.02.2022 с установлением арендной платы в размере 81 546 рублей за год.

Автотранспорт и строительная техника переданы должнику по акту приема-передачи от 03.02.2020.

Договор арендатором не исполнялся, долг в размере 81 546 рублей отражен в акте сверки расчетов за период с января 2020 по февраль 2021 года.

Кроме того, Фирма (хранитель) и Компания (поклажедатель) заключили договор хранения от 11.01.2018 № 1-УК/П-18, срок хранения имущества по которому определен с 11.01.2018 по 11.01.2023. Стоимость услуг по хранению согласована сторонами в размере 70 000 рублей ежемесячно.

За период с 31.01.2018 по 28.02.2021 у Компании образовалась задолженность в сумме 2 423 000 рублей по оплате оказанных услуг.

Впоследствии должником и Фирмой, заключено соглашение о погашении задолженности с рассрочкой платежа от 18.01.2019, согласно которому задолженность Компании перед Фирмой составляет 6 175 245 рублей и образовалась из договоров аренды нежилых помещений от 11.01.2016 и 09.01.2017, договора аренды автотранспортных средств от 11.01.2017.

Пунктами 2, 3 соглашения предусмотрено, что должник обязуется погасить образовавшуюся задолженность за арендные платежи не позднее 31.01.2021; погашение задолженности производится ежемесячно равными платежами в соответствии с графиком, являющимся приложением к соглашению. Согласно графику внесение платежей в размере 257 300 рублей осуществляется ежемесячно не позднее последнего числа каждого месяца, начиная с 28.02.2019; последний платеж в размере 257 345 вносится 31.01.2021.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.03.2021 Фирма признана несостоятельной (банкротом), открыто конкурсное производство.

Конкурсный управляющий Фирмой по итогам формирования конкурсной массы осуществил реализацию дебиторской задолженности к Компании и заключил с ФИО3 договор уступки права требования от 04.08.2021; ФИО3 приобретено право требования Фирмы к должнику на сумму 8 905 243 рубля 82 копейки.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 22.07.2021 принято к производству заявление о признании Компании несостоятельной (банкротом).

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.04.2022 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО5

Наличие права требования по неисполненным должником обязательствам послужило ФИО3 основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

Из статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату), порядок, условия и сроки внесения которой определяются договором аренды (статья 606, пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода (пункт 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии у должника неисполненных обязательств перед Фирмой по оплате арендной платы и вознаграждения за хранение, право требования в отношении которых перешло к ФИО3

Конкурсный управляющий и Банк, являющийся конкурсным кредитором должника, в суде первой инстанции заявили о пропуске срока исковой давности по требованиям, возникшим на основании договоров аренды нежилых помещений от 11.01.2016 и 09.01.2017, договоров аренды автотранспортных средств от 11.01.2017, 11.01.2018 и 11.01.2019, договора хранения от 11.01.2018 № 1-УК/П; полагают, что в установленный законом срок кредитором заявлены требования по указанным договорам на общую сумму 3 484 591 рублей.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом деле условиями соглашения о погашении задолженности с рассрочкой платежа от 18.01.2019 предусмотрена оплата задолженности по договорам аренды нежилых помещений от 11.01.2016 и 09.01.2017, договору аренды автотранспортных средств от 11.01.2017 ежемесячно, начиная с 28.02.2019.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Согласно материалам дела рассматриваемое заявление подано ФИО3 в суд первой инстанции 27.04.2023. Таким образом, суды верно установили, что кредитор пропустил срок исковой давности в части обязательств, которые согласно условиям соглашения о погашении задолженности от 18.01.2019 и графику погашения задолженности должны быть исполнены должником до 31.03.2020, то есть по требованиям на общую сумму 3 602 200 рублей.

Принимая во внимание изложенное, суды первой и апелляционной инстанций правомерно признали обоснованными требования ФИО3 на общую сумму 5 303 043 рубля 82 копейки.

Рассмотрев доводы сторон относительно предоставления Фирмой должнику компенсационного финансирования и наличия оснований для понижения очередности удовлетворения требований ФИО3, суды обоснованно руководствовались правовыми подходами, приведенными в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор).

Согласно пункту 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3.1 Обзора).

В пункте 3.3 Обзора также раскрыта ситуация, когда разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Доказывание общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Судами первой и апелляционной инстанции на основании представленных Банком документов установлено, что в периоды с 03.03.2011 по 31.07.2013 и с 29.07.2019 по 17.04.2022 руководителем должника являлся ФИО6.

Единственным участником Компании являлось акционерное общество Завод «Нефтехимгаз», обязанности руководителя которого в периоды с 13.04.2015 по 27.03.2017 и с 13.05.2020 также исполнял ФИО6.

Помимо этого, ФИО6 в периоды с 14.01.2008 по 16.01.2012 и с 09.09.2013 по 18.03.2021 являлся руководителем Фирмы.

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не опровергнуты.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно заключили, что спорные сделки, совершенны аффилированными лицами, находящимися под единым контролем со стороны их руководителей и участников.

Оценивая доводы сторон о нахождении Компании в период возникновения спорных обязательств в состоянии имущественного кризиса, судебные инстанции установили, что реестр требований кредиторов должника на 99 процентов составляют требования кредитных организаций (публичного акционерного общества «Транскапиталбанк», Банка ВТБ (публичного акционерного общества), акционерного общества «Международный банк Санкт-Петербурга»). Данные требования возникли на основании обеспечительных сделок в виде предоставления поручительства и залога, заключенных должником в счет обеспечения кредитных обязательств акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (далее – общество НПСХ «Нефтехиммаш») и акционерного общества «Нефтегазовая промышленно-строительная компания «Нефтехиммаш».

Требования Банка в размере 163 313 324 рублей 58 копеек включены в реестр требований кредиторов должника на основании определения суда от 08.02.2022 и возникли из договоров залога товаров в обороте от 30.11.2016 № 07-2014/ДЗ2 и № 21-2014/ДЗ5, заключенных должником в качестве обеспечения исполнения обязательств заемщика – общества НПСХ «Нефтехиммаш» по договорам об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 27.03.2014 № 07-2014/Л и от 05.06.2014 № 21-2014/Л.

Согласно определению Арбитражного суда Нижегородской области от 28.12.2022 по делу № А43-37941/2019 о банкротстве общества НПСХ «Нефтехиммаш» заемщик произвел последний платеж по кредитному договору с Банком, обеспеченному Компанией, 14.07.2015, размер долга составил 239 735 008 рублей 75 копеек. Заключение должником договора залога в счет обеспечения исполнения кредитных обязательств, которые фактически не исполнялись заемщиком и не исполнены в последующем ни заемщиком, ни должником, свидетельствует о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса.

Изложенные фактические обстоятельства позволили судебным инстанциям прийти к обоснованному выводу о том, что на дату заключения соглашения о погашении задолженности с рассрочкой платежа от 18.01.2019 и дату возникновения обязательств по оплате арендной платы и хранения, по которым не истек срок исковой давности, должник находился в состоянии имущественного кризиса.

Заключение лицами, находящимися под контролем одного бенефициара, сделок, направленных на получение должником в период имущественного кризиса исполнения по договорам аренды и хранения без предъявления требований об оплате, и последующее предоставление отсрочки платежа, правомерно признано судами компенсационным финансированием, предоставив которое Фирма приняла на себя риски банкротства должника.

Заявитель в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опроверг того, что предоставленное Фирмой должнику исполнение по договорам аренды и хранения являлось компенсационным.

На основании изложенного суды первой и апелляционной инстанций обоснованно признали требования ФИО3 в сумме 5 303 043 рубля 82 копейки подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.10.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 по делу № А43-18985/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Ю.Б. Белозерова




Судьи


Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева