Решение от 20 июля 2023 г. по делу № А53-20240/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


г. Ростов-на-Дону

20.07.2023 Дело № А53-20240/22


Резолютивная часть решения объявлена 17.07.2023


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Губенко М. И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 308616303900041, ИНН <***>)

к ФИО3 (ИНН <***>) и ФИО4 (ИНН <***>)

о взыскании,


при участии представителя истца по доверенности ФИО5,



установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее- истец. предприниматель) обратился в суд с требованием к ФИО3 (далее- ответчик) и ФИО4 (далее- ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности и о солидарном взыскании денежных средств в сумме 128 400 руб.

Определением от 13.03.2023 в качестве соответчика судом привлечено ФИО6

Определением от 14.06.2023 судом производство по иску к ФИО6 прекращено в связи с отказом истца от иска к ФИО6

Представитель истца требования поддержал.

ФИО4 явку представителя не обеспечил, извещен надлежащим образом, в отзыве, направленном в адрес суду просит отказать в иске, указывает, что с 04.06.2018 передал управление обществом ФИО3, документы от имени общества не подписывал, доступа к документам общества не имел, был загружен разными инвестиционными проектами, не управлял обществом, задолженность возникла, когда уде обществом не управлял, прибыли не получал.

ФИО3 явку представителя в судебное заседание не обеспечил, извещен надлежащим образом.

Как установлено судом и следует из материалов настоящего спора, общество с ограниченной ответственностью "Тестсервис" (далее- общество) зарегистрировано Межрайонной инспекцией ФНС России N 26 по Ростовской области в качестве юридического лица 13.10. 2017.

Участником указанного юридического лица являлся ФИО4, директором –ФИО3.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2020 по делу А53-10753/2022 с ООО "Тестсервис" в пользу ООО " АС-СЕРВИС" взыскано 124 800 руб., из которых 100 000 руб.- убытки, 20 800 руб.- судебные расходы по оплате слуг представителя, 4 000 руб.- судебные расходы по оплате государственной пошлины.

Определением от 25.01.2021 суд по делу А53-10753/2022 заменил взыскателя (ООО " АС- СЕРВИС") на ФИО2.

Исполнение по исполнительному листу, выданному на основании решения суда от 29.07.2020 по делу А53-10753/2020, не произведено.

Межрайонной инспекцией ФНС России N 26 по Ростовской области в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности общества "Тестсервис" от 13.05.2022 в связи с исключением указанного юридического лица из ЕГРЮЛ на основании подпункта 6 пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

В материалы дела поступили истребованные судом из налогового органа копии материалов регистрационного дела в отношении общества "Тестсервис" ( т. 1 л.д. 23-40), сведения об открытых расчетных счетах общества ( т. 1 л.д. 83), выписки о движения денежных средств по счета общества ( т . 1 л.д. 100-104, т 1 л.д. 139-140).

Ссылаясь на неуведомленные налогового органа, вынесшего решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, о наличии у общества кредиторов, на непринятие никаких действий к погашению задолженности по решению суда; на намеренное непредставление подтверждения достоверности сведений об юридическом лице; на не направлении заявления о принудительной ликвидации общества; на создание нескольких организаций, который были ликвидированы, признаны недействующими, истец обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности участника и директора исключенного из реестра общества.

В подтверждение недобросовестного поведения ответчиков предприниматель ссылался на выписки по расчетному счету общества, из которых следует неразумность и недобросовестность действий ответчиков: при наличии исполнительного производства о взыскании с общества в пользу истца ответчики выплачивали себе заработную плату, выплачивали заработную плату сотруднику ФИО7 за июль 2020- 5 875 руб., за август- 23 636,95 руб., ФИО8 за июль выплачена заработная плата в сумме 6 629 руб., за август- 28 731,68 руб.; ответчикам перечислено 247 500 руб. в пользу ООО " Пластон-Юг" за оказанные услуги. Указанное, по мнению истца, свидетельствует об обналичивании денежных средств со счета общества.

Принимая решение, суд руководствовался следующим.

Исходя из пунктов 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица, уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 02.08.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из реестра в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества, при этом, исходя из системного толкования данной нормы, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ) и данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Для субсидиарной (при фактическом банкротстве) и для деликтной ответственности (при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами, а ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия) руководителя (участников общества), которые привели к такому исключению, равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

При этом, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредитора вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Тот факт, что общество не сдавало финансовую и бухгалтерскую отчетность общества, не представило в налоговый орган достоверные сведения об обществе (что послужило основанием для его исключения из государственного реестра как недействующего юридического лица), не образует достаточных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у общества последнее имело возможность осуществить расчеты с истцом, но уклонилось от исполнения денежного обязательства.

Как установлено судом, ФИО4 является участником общества, а , ФИО3- его директором.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2020 по делу А53-10753/2022 с ООО "Тестсервис" в пользу ООО " АС-СЕРВИС" взыскано 124 800 руб., из которых 100 000 руб.- убытки, 20 800 руб.- судебные расходы по оплате слуг представителя, 4 000 руб.- судебные расходы по оплате государственной пошлины. Определением от 25.01.2021 суд по делу А53-10753/2022 заменил взыскателя (ООО " АС- СЕРВИС") на ФИО2.

Налоговым органом общество исключено из ЕГРЮЛ на основании подпункта 6 пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". При этом решение суда по делу А53-10753/2022 обществом не исполнено.

Суд принимает во внимание правовой подход, изложенный в Постановлении Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 N 6- П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля", в соответствии с которым следует, что при обращении в суд с основанным на подпункте 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, когда производство по делу о банкротстве прекращено судом на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства), доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, в отличие от кредитора в деле о банкротстве, не получает содействия арбитражного управляющего в защите своих прав. Это выражается (помимо непредъявления арбитражным управляющим требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и требований об оспаривании сделок должника по правилам главы III.1 Закона о банкротстве) в неполучении от него необходимой информации о должнике, включая сведения об имуществе, о сделках и действиях, способной подтвердить недобросовестность и неразумность контролирующих лиц, в том числе о сделках (подозрительные сделки и сделки с предпочтением), с совершением которых закон связывает установление в пользу кредитора определенных презумпций. В отличие от арбитражного управляющего как облеченного публичными функциями специалиста, кредитор не наделен правом направлять обязательные к исполнению запросы о хозяйственной деятельности должника физическим и юридическим лицам, государственным органам, органам управления государственными внебюджетными фондами и органам местного самоуправления и получать от них в том числе сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (абзацы седьмой и десятый пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Причем производимая по делу о банкротстве арбитражным управляющим оценка финансового состояния должника обычно не может быть осуществлена кредитором самостоятельно не только из-за отсутствия доступа к необходимой для исследования документации за длительный период, но и подчас по причине отсутствия у него специальных познаний для оценки соответствующей информации.

Принятие же кредитором на себя - вместо лиц, контролирующих должника и призванных произвести его ликвидацию, - обязанности по финансированию процедур банкротства исключительно для целей сбора доказательств по делу о привлечении этих лиц к субсидиарной ответственности может, с учетом потенциально высокой стоимости такого пути получения доступа к сведениям о деятельности должника, привести к увеличению имущественных потерь кредитора, нередко для него значительных, в отсутствие гарантий взыскания долга перед ним. Иные правовые инструменты сбора доказательств, формально доступные кредитору, включая адвокатский запрос (статья 6.1 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"), истребование доказательств судом (статья 66 АПК Российской Федерации), содействие судебного пристава-исполнителя при взыскании долга с основного должника для изучения деятельности последнего (Федеральный закон "Об исполнительном производстве"), могут оказаться неэффективными вследствие как отказа в предоставлении испрашиваемых сведений, так и неосведомленности кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности, и об их наличии у контролирующих должника лиц. Не компенсируется неравенство процессуальных возможностей сторон и за счет сведений из общедоступных источников (в частности, Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности: bo.nalog.ru) - ввиду возможного отсутствия в них требуемой информации о должнике либо ее неполноты.

Таким образом, требование о возмещении вреда, предъявленное кредитором лицу, контролирующему должника, в рассматриваемых обстоятельствах может сопровождаться неравными - в силу объективных причин - процессуальными возможностями истца и ответчика по доказыванию оснований для привлечения к ответственности.

Выравнивание объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания осуществляется, в частности, посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости для недопущения извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, в том числе при злоупотреблении правом.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Применительно к процедурам банкротства Пленум Верховного Суда Российской Федерации также исходит из того, что, хотя по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК Российской Федерации), отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Этот же подход применим и к спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, а равно к иным процессуальным действиям участников спора.

Указанный подход закреплен в в Постановлении Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 N 6-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля".

Доводы истца о непринятие ответчиками мер по погашению задолженности перед истцом, на намеренное непредставление подтверждения достоверности сведений об юридическом лице; на ненаправлении заявления о принудительной ликвидации общества, о выводе денежных средств через заработную плату сотрудников и оплату по договору гражданско-правового характера судом отклоняются, поскольку с учетом недоказанности неразумного, недобросовестного поведения ответчиков, само по себе исключение недействующего из ЕГРЮЛ юридического лица и непогашение задолженности не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков и служить основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности.

Стандарт доказывания по искам о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, предполагает предоставление ясных и убедительных доказательств, свидетельствующих о вине контролирующего лица.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 в отношении процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел указано, что в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

В рамках настоящего дела судом по ходатайству истца истребованы копии материалов регистрационного дела налогового органа, информация о расчетных счета общества, выписки с расчетного счета общества.

Изучив истребованную судом информацию, истец не представил суду убедительных доказательств, подтверждающих неразумность и необоснованность действий ответчиков (единственного участника и руководителя общества) по перечислению работникам общества ФИО9 и ФИО8 заработной платы, а также необоснованности перечисления 247 500 руб. в пользу ООО " Пластон-Юг" по договору от 12.03.2018 № 023/2018.

Истцом не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонился от погашения задолженности перед истцом, выводил активы, скрывал имущество должника, за счет которого могло произойти погашение долга; из материалов дела не следует, что ответчиками было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом при обращении в суд была уплачена государственная пошлина, что подтверждается чек-ордером от 19.06.2022 на сумму 4 744 руб., чек- ордером от 25.06.2022 на сумму 108 руб., итого- 4 852 руб.

Поскольку суд отказал в удовлетворении требований предпринимателю, основания для распределения судебных расходов у суда не имеется.

Руководствуясь статьями 110,167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Губенко М. И.