Постановление от 21 февраля 2022 г. по делу № А63-1948/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-1948/2019
г. Краснодар
21 февраля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 февраля 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Илюшникова С.М. и Соловьева Е.Г., в отсутствие в судебном заседании конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЮгСнабСервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 4 октября 2021 года (судья Тлябичева З.Р.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 6 декабря 2021 года (судьи Макарова Н.В., Бейтуганов З.А., Годило Н.Н.) по делу № А63-1948/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЮгСнабСервис» (далее – должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) с требованием признать недействительными договор купли-продажи от 02.10.2017 № 1, заключенный должником и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее – предприниматель), а также универсальный передаточный документ от 28.03.2017 № 58 и применить последствия недействительности указанной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника транспортного средства MAN TGX 18/440 4x4 BLS 2010 года выпуска VIN <***> с государственным регистрационным знаком Р 303 ХК 26RUS (далее – транспортное средство) (уточненные требования).

Определением суда от 4 октября 2021 года, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 6 декабря 2021 года, требования конкурсного управляющего удовлетворены, признаны недействительными договор купли-продажи транспортного средства от 02.10.2017 № 1 и универсальный передаточный документ от 28.03.2017 № 58, заключенные должником и предпринимателем; применены последствия недействительности сделки, на предпринимателя возложена обязанность возвратить транспортное средство в конкурсную массу должника.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению заявителя, конкурсный управляющий не представил доказательств злоупотребления предпринимателем правом при совершении оспариваемой сделки. Предприниматель представил доказательства оплаты транспортного средства денежными средствами и путем оказания услуг.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника просит отказать в удовлетворении жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением суда от 15.02.2019 в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 16.04.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением суда от 14.08.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 17.08.2019.

Должник (продавец) и предприниматель (покупатель) 02.10.2017 заключили договор № 1 купли-продажи транспортного средства, по условиям которого должник передает, а предприниматель принимает бывшее в эксплуатации транспортное средство в хорошем техническом состоянии, без механических и эксплуатационных дефектов, и обязуется произвести оплату путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника в размере 2 199 520 рублей.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, должник и предприниматель допустили злоупотребление правом, выражающееся в совершении ряда аналогичных сделок по отчуждению движимого имущества без встречного исполнения со стороны предпринимателя, с противоправной целью вывода ликвидного имущества в преддверии банкротства и причинения вреда имущественным правам кредиторов, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суды руководствовались статьями 10, 153, 168, 181 Гражданского кодекса, статьями 129, 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».

Оспариваемая сделка совершена 02.10.2017, процедура конкурсного производства в отношении должника открыта 14.08.2019, с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий обратился в суд 18.12.2020.

В суде первой инстанции предприниматель заявил о применении срока исковой давности, указав, что годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, к моменту обращения в суд истек.

Установив злоупотребление правом со стороны лиц, совершивших оспариваемую сделку, суды обоснованно не применил срок исковой давности к правоотношениям сторон.

Проанализировав движение денежных средств по расчетным счетам должника, суды установили, что денежные средства от предпринимателя в счет оплаты транспортного средства не поступали. Также согласно книге продаж должника за 2 и 3 кварталы 2017 года, являющейся приложением к декларации по налогу на добавленную стоимость за тот же период, денежные средства от предпринимателя не поступали.

В подтверждение произведенной оплаты предприниматель представил универсальный передаточный документ от 29.03.2017 № 60, предварительный договор купли-продажи транспортных средств от 28.03.2017 № 1, акт взаимозачета от 02.04.2018 № 3, акт сверки расчетов по договору перевозки опасных грузов автомобильным транспортом на территории Российской Федерации от 21.04.2017 № 2/1 с 21.04.2017 по 02.04.2018.

По условиям предварительного договора, стороны достигли соглашение о заключении в будущем договоров купли-продажи 4 транспортных средств общей стоимостью 5940 тыс. рублей: MAN TGX 18/440 4x4 BLS 2010 года выпуска с VIN <***> и государственным регистрационным знаком <***> (транспортное средство), MAN TGX 18/440 4x4 BLS 2010 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>, полуприцеп цистерна GUTE WOLF DMD 2013 года выпуска VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>, легковой автомобиль AUDI Q5 2013 года выпуска VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>.

Указанные транспортные средства являются предметами рассмотрения других обособленных споров по заявлениям конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника, поскольку после отчуждения транспортных средств, у должника не осталось ликвидного имущества, которое могло использоваться для осуществления уставной деятельности и за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов должника.

Согласно выписке по банковскому счету на основании предварительного договора от 28.03.2017 № 1 на расчетный счет должника предприниматель перечислил 1 453 925 рублей (28.04.2017 – 890 тыс. рублей, 05.05.2017 – 70 тыс. рублей, 04.08.2017 – 49 425 рублей, 04.08.2017 – 50 тыс. рублей, 04.08.2017 – 86 500 рублей, 08.08.2017 – 100 тыс. рублей, 08.08.2017 – 120 тыс. рублей, 15.08.2017 – 81 тыс. рублей, 01.09.2017 – 7 тыс. рублей). Общая стоимость предварительного договора купли-продажи транспортных средств от 28.03.2017 № 1 составляла 5 950 740 рублей, фактически перечисленная – 1 453 925 рублей, задолженность предпринимателя перед должником составила 4 496 815 рублей.

Суды указали, что идентифицировать суммы, внесенные за конкретные автомобили, конкурсному управляющему не представлялось возможным.

Оценивая довод предпринимателя о наличии в спорный период иных правоотношений между должником и предпринимателем, и погашение обязательств актом взаимозачета от 02.04.2018 № 3 на сумму 266 403 рублей 08 копеек, актом взаимозачета от 30.04.2018 № 4 на сумму 461 191 рубля 92 копеек, актом сверки расчетов по договору перевозки опасных грузов автомобильным транспортом на территории Российской Федерации от 21.04.2017 № 2/1 с 21.04.2017 по 02.04.2018, актом сверки взаимных расчетов 01.01.2017 – 01.05.2018, а также транспортными накладными, суды пришли к выводу о том, что указанные документы противоречат условиям первоначально оспариваемого конкурсным управляющим договора купли-продажи транспортного средства от 02.10.2017 № 1 в части порядка и сроков оплаты транспортного средства и его передачи.

Суды отклонили довод о том, что конкурсному управляющему было известно о заключении предварительного договора купли-продажи транспортных средств от 28.03.2017 № 1, поскольку руководитель должника не передал конкурсному управляющему документы и печати, относящиеся к деятельности должника.

Ссылаясь на приложение № 4 к постановлению Правительства Российской Федерации от 21.12.2020 № 2200 «Об утверждении Правил перевозок грузов автомобильным транспортом и о внесении изменений в пункт 2.1.1 Правил Дорожного движения», суды пришли к выводу о том, что транспортные накладные не могут быть признаны надлежащими доказательствами, поскольку не подтверждают факт оказания услуг по перевозке товара предпринимателем.

Согласно ответу СПК колхоз «Родина», направленному на запрос конкурсного управляющего о предоставлении первичной бухгалтерской документации, подтверждающей поставку ГСМ предпринимателем, факт наличия операций в 2018 году опровергнут, что также указывает на недостоверность и противоречивость представленных документов.

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суды пришли к выводу о том, что представленные доказательства не могут быть признаны надлежащими, поскольку не отвечают установленным требованиям, содержат недостоверные и противоречивые сведения, не подтверждены реальными хозяйственными операциями с заявленными в них контрагентами. Материалами дела подтверждается, что должник после отчуждения транспортного средства нес расходы на содержание и ремонт транспортного средства, а также налоговое бремя в виде транспортного налога и использовал его по основному виду своей хозяйственной деятельности – закупка и поставка ГСМ.

Определением суда от 17.07.2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования Межрайонной ИФНС № 12 по транспортному налогу за 2017 года в размере 84 тыс. рублей. Согласно акту 03.04.2017, индивидуальный предприниматель ФИО3 в апреле 2017 года оказал должнику услуги по замене шин на транспортном средстве, ранее переданном предпринимателю по универсальному передаточному документу от 28.03.2017 № 58 на сумму 2 тыс. рублей; 28.06.2017, спустя 3 месяца после передачи предпринимателю транспортного средства, должник перечислил в адрес ООО «Азимут» денежные средства (платежное поручение от 26.06.2017 № 471) с назначением платежа: оплата по счету от 01.06.2017 № 44 за грузовые шины, в размере 166 200 рублей, из которых 25 352 рубля 54 копейки 18% НДС.

Учитывая противоречивые сведения в бухгалтерском учете и фактическое использование в своей деятельности должником отчужденного транспортного средства, суды пришли к выводу о том, что должник намеренно скрывал указанную сделку по отчуждению, злоупотребляя своим правом, что не давало возможность конкурсному управляющему своевременно обратиться за ее оспариванием в интересах кредиторов должника.

Правовым последствием злоупотребления правом является отказ в судебной защите права (статья 10 Гражданского кодекса).

Срок исковой давности не применяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса, которая запрещает пользоваться правами исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также злоупотребления правом.

Вместе с тем необходимо учитывать, что такой вид санкции, как отказ в применении срока исковой давности, должен использоваться только тогда, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий такого лица стало невозможным либо затруднительным своевременное обращение в суд для защиты своих прав. К таким действиям можно отнести умышленное сокрытие совершенной сделки, предоставление недостоверной информации о дате ее совершения и т.д.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства, суды указали, что в данном случае срок исковой давности не подлежит применению ввиду сокрытия должником информации от конкурсного управляющего о реальности заключения сделки по отчуждению транспортных средств.

Суды установили, что на дату совершения оспариваемой сделки (02.10.2017) должник отвечал признакам неплатежеспособности, имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых в последующем включены в реестр требований кредиторов должника (требования АО «СХП "Колос"» в размере 2427 тыс. рублей, индивидуального предпринимателя ФИО4 – 1 млн рублей, ООО «Крафт» – 3 423 166 рублей, ФНС России – 115 914 рублей 63 копейки за 2017 год и 7272 рубля 69 копеек за 2016 год, индивидуального предпринимателя ФИО5 – 199 625 рублей 61 копейка, ООО «СБСВ-Ключавто АЦ-Ставрополь» – 22 тыс. рублей, возникшая в марте 2017 года).

По состоянию на 19.09.2017 у должника имелась не погашенная задолженность по заработной плате в размере 561 тыс. рублей перед ФИО6, установленная Киевским районным судом г. Симферополя.

По состоянию на 2016 год, предшествующий году заключения оспариваемой сделки, так и в 2017 году у должника имелись признаки недостаточности имущества. По итогам 2017 года, в котором совершена оспариваемая сделка, значение показателя, характеризующего степень платежеспособности должника по текущим обязательствам, упало в 6 раз до 19,53, что не соответствует нормативному показателю равному 3. Для удовлетворения требований кредиторов должнику вместо 3-х месяцев требовалось более 19 месяцев, что свидетельствовало о наличии на дату совершения оспариваемой сделки признаков несостоятельности (банкротства), указанных в статье 3 Закона о банкротстве. По данным отчетов должника о прибылях и убытках за 2016 год, предоставленных налоговым органом, деятельность должника была в названный период убыточной. Убыток от основной хозяйственной деятельности составил 974 тыс. рублей.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, учитывая установленную заинтересованность сторон оспариваемой сделки, отсутствие экономической целесообразности отчуждения для должника транспортного средства, повышенных стандартов доказывания в связи с нахождением стороны сделки в процедуре банкротства и наличия доказанного злоупотребления сторонами по сделке своих прав с целью вывода ликвидного имущества и причинения тем самым ущерба кредиторам, суды пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена при злоупотреблении правом и повлекла причинение имущественного вреда кредиторам должника, поскольку в результате ее совершения должник лишился ликвидного имущества, за счет выручки от реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, практически безвозмездное отчуждение актива и/или аффилированность покупателя, искажение бухгалтерской и иной отчетности должника, в том числе об оспариваемой сделке – в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника и предпринимателя имелась цель причинения вреда кредиторам в результате совершения сделки.

Суды исследовали и обоснованно отклонили довод предпринимателя о том, что отчуждение транспортного средства осуществлено в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что совершение сделки по купле-продаже транспортного средства является обычной хозяйственной деятельностью должника и не отличается по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования судов, им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 4 октября 2021 года и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 6 декабря 2021 года по делу № А63-1948/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.В. Мацко

Судьи С.М. Илюшников

Е.Г. Соловьев