Постановление от 26 февраля 2025 г. по делу № А45-19627/2024

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-19627/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 18 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Бадрызловой М.М.,

судей                                                                  Сергеевой Т.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания путем использования систем видеоконференц-связи помощником судьи Сафаровой О.Е., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Седьмая Концессионная Компания» на решение от 23.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Осипов В.Г.) и постановление от 28.10.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Захаренко С.Г., Афанасьева Е.В., Лопатина Ю.М.) по делу № А45-19627/2024 по иску Министерства здравоохранения Новосибирской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Седьмая Концессионная Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании неустойки в размере 8 600 000 руб.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: муниципальное предприятие города Новосибирска «Модернизация и развитие транспортной инфраструктуры», Правительство Новосибирской области, общество с ограниченной ответственностью «Производственная фирма «ВИС».

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Середкина Е.Л.) в судебном заседании приняли участие представители:

Правительства Новосибирской области – ФИО2 по доверенности от 04.06.2024 № 54 (сроком действия 3 года);

Министерства здравоохранения Новосибирской области – ФИО3 по доверенности от 05.11.2024 (сроком действия до 05.11.2025);

общества с ограниченной ответственностью «Седьмая Концессионная Компания» - ФИО4 по доверенности от 01.02.2025, диплом.

Суд установил:

Министерство здравоохранения Новосибирской области (далее – министерство, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Седьмая Концессионная Компания» (далее – ООО «Седьмая Концессионная Компания», ответчик) о взыскании, с учетом уточнения, 8 600 000 руб. неустойки.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены муниципальное предприятие города Новосибирска «Модернизация и развитие транспортной инфраструктуры» (далее - МП «МетроМир»), Правительство Новосибирской области (далее - правительство), общество с ограниченной ответственностью «Производственная фирма «ВИС».

Решением от 23.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 28.10.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца взыскана неустойка за период с 31.01.2024 по 13.03.2024 в размере 8 600 000 руб., в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 66 000 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ООО «Седьмая Концессионная Компания» обратилось в суд с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение.

По мнению заявителя, суды учли не все обстоятельства, возникшие в ходе исполнения соглашения, исключающие ответственность ООО «Седьмая Концессионная Компания»; не приняли во внимание довод ответчика о наличии оснований для применения аналогии Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) и статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), необоснованно отказали ответчику в удовлетворении заявления о снижении неустойки.

В отзывах на кассационную жалобу, приобщенных к материалам дела, министерство и правительство возражают против ее удовлетворения.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции.

Учитывая надлежащее извещение остальных участников процесса о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судами, на основании и в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 224-ФЗ) между Новосибирской областью в лице министерства (публичный партнер) и ООО «Седьмая Концессионная Компания» (частный партнер) заключено соглашение о государственно-частном партнерстве в отношении строительства, финансирования и технического обслуживания объектов для оказания первичной медико-санитарной помощи в городе Новосибирске от 15.02.2019 (далее – соглашение). Условия соглашения изменялись сторонами путем подписания дополнительных соглашений № 1 - 10, копии которых представлены в материалы дела.

Факт заключения соглашения и дополнительных соглашений к нему, их действительность и содержание сторонами под сомнение не ставятся.

В статье 51 соглашения сторонами предусмотрено условие об ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, в том числе в виде неустойки.

Согласно пункту 51.1 соглашения в случае допущения частным партнером нарушений, и при условии, что соответствующее нарушение не было исправлено в сроки, предусмотренные приложением 10 (штрафные баллы), частный партнер обязан уплатить публичному партнеру неустойку в размере и порядке, установленном настоящей статьей 51, с учетом требований приложения 10.

Из содержания пункта 51.2 соглашения усматривается, что неустойка рассчитывается путем умножения общего количества начисленных в соответствии с приложением 10 (штрафные баллы) к соглашению в течение каждого квартала каждого года действия соглашения (далее - квартал) штрафных баллов за неустраненные в срок нарушения на денежный эквивалент одного штрафного балла, указанный в приложении 10.

В силу пункта 51.3 соглашения расчет общей суммы неустойки производится публичным партнером и направляется частному партнеру в течение 10 рабочих дней с начала квартала, следующего за кварталом, за который выполнен расчет неустойки.

В течение 10 рабочих дней с момента получения расчета суммы неустойки в соответствии с пунктом 51.3 соглашения частный партнер вправе заявить возражения по корректности расчета неустойки. Если публичный партнер и частный партнер не смогут достичь согласия по любому такому возражению в течение 10 рабочих дней после заявления частным партнером соответствующего возражения, то любая из сторон вправе передать спор на рассмотрение в порядке разрешения споров (пункт 51.4 соглашения).

В пункте 51.8 соглашения отражено положение, согласно которому общий размер ответственности частного партнера по уплате неустойки по соглашению ни при каких обстоятельствах не может превышать размер банковской гарантии на этапе финансового закрытия и этапе проектирования или банковской гарантии на этапе строительства или банковской гарантии на эксплуатационном этапе (в зависимости от того, что применимо), указанный в пункте 7.1, с учетом положений пункта 7.6 соглашения.

В приложении 10 стороны согласовали количество штрафных баллов, начисляемых за нарушения, в том числе (применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора) за неполучение разрешения на ввод в эксплуатацию в установленные соглашением сроки – 200 штрафных баллов за каждый день просрочки.

Пунктом 1.2 приложения 10 стороны закрепили, что денежный эквивалент одного штрафного балла равен 1 000 руб. в ценах 2018 года.

В соглашении имеется раздел VII, поименованный сторонами «Особые обстоятельства».

В силу пункта 38.2 соглашения к числу особых обстоятельств стороны отнесли, в числе прочего:

- необоснованный отказ или существенная задержка в получении технических условий частным партнером на подключение объекта соглашения к сетям инженерно-технического обеспечения, неподведение или несвоевременное подведение эксплуатирующей организацией инженерных сетей и (или) энергетических ресурсов к границам эксплуатационной ответственности, определенным в договоре на подключение (технологическое присоединение), а также несвоевременное снятие ресурсоснабжающей организацией технических ограничений по подключению систем проектируемого объекта соглашения, при условии, что частный партнер предпринял все зависящие от него меры для подключения объекта соглашения к сетям инженерно-технического обеспечения, равно как и превышение фактической стоимости технологического присоединения объекта соглашения к сетям инженерно-технического обеспечения, либо стоимости мероприятий по подготовке территории над соответствующей стоимостью, предусмотренной в проектной документации и результатами инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой документации, по результатам государственной экспертизы (подпункт (ы) пункта 38.2), далее – особое обстоятельство № 1;

- действие санкций, непосредственно влияющих на возможность исполнения частным партнером принятых на себя обязательств по соглашению, налагаемых и приводимых в исполнение Соединенными Штатами Америки, Организацией Объединенных Наций, Европейским Союзом, любым государством, являющимся членом Европейского Союза, Российской Федерацией или правительствами и официальными учреждениями или агентствами таких стран или организаций, с учетом изменений и дополнений, действующих на соответствующий момент или период времени в отношении продукции, необходимой для осуществления проектирования, Строительства и (или) технического обслуживания на территории Российской Федерации (подпункт (щ) пункта 38.2), далее – особое обстоятельство № 2;

- нарушение условий функционирования финансовых рынков, а именно: ключевая ставка Центрального банка Российской Федерации превышает в течение периода в 30 дней (в совокупности) ключевую ставку Центрального банка Российской Федерации, действующую на дату заключения соглашения, на более чем 5,5 процентных пункта (подпункт (ч) пункта 38.2), далее – особое обстоятельство № 3.

Пунктом 38.1 соглашения предусмотрено, что для признания обстоятельства в качестве особого необходимо, чтобы об обстоятельстве стало известно после заключения соглашения и выполнение хотя бы одного из условий:

- наступление этого обстоятельства препятствует исполнению частным партнером обязательств по соглашению, в том числе, достижению финансового закрытия, приводит к невозможности своевременного исполнения частным партнером обязательств по проектированию, строительству и (или) техническому обслуживанию, или существенной просрочке исполнения таких обязательств (более чем в течение 20 дней, если иной срок не предусмотрен для данного особого обстоятельства);

- наступление этого обстоятельства повлекло или повлечет дополнительные расходы в размере, превышающем 10 000 000 руб. на инвестиционном этапе, либо 2 000 000 руб. на эксплуатационном этапе.

Также обстоятельство не может быть признано в качестве особого, если действия или бездействие частного партнера (или любого лица, относящегося к частному партнеру) являются причиной наступления этого обстоятельства.

Истец признал факт наличия особого обстоятельства № 1 (невыполнение третьим лицом мероприятий по технологическому присоединению), освобождающего общество от ответственности в период с 28.06.2023 по 30.01.2024, и уточнил исковые требования.

В силу раздела «С» приложения № 2 к соглашению одним из элементов соглашения (элемент № 3) является Городская поликлиника № 7, расположенная по адресу: <...> (далее - ГКП № 7). Согласно приложению № 3 к соглашению (в редакции дополнительных соглашений № 6, 10) ответчик принял на себя обязательство обеспечить получение разрешения на ввод в эксплуатацию ГКП № 7 в срок – второй квартал 2023.

С учетом положений статьи 192 ГК РФ суды пришли к выводу о том, что последним днем срока, установленного для исполнения указанной обязанности, является 30.06.2023.

Из материалов дела следует и сторонами не оспорено, что фактически разрешение на ввод в эксплуатацию ГКП № 7 получено 14.03.2024, то есть с нарушением установленного срока. Таким образом, факт ненадлежащего исполнения обязательств ответчиком в части сроков получения разрешения на ввод в эксплуатацию ГКП № 7 подтвержден.

За ненадлежащее исполнение данного обязательства сторонами установлена ответственность в виде неустойки в размере 200 000 руб. за каждый день просрочки (200 штрафных баллов, умноженные на 1 000 руб.).

Поскольку в добровольном порядке ответчик не удовлетворил требования истца, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суды, удовлетворяя исковые требования, исходили из доказанности факта нарушения ответчиком соглашения, пришли к выводу об отсутствии особых обстоятельств, освобождающих общество от ответственности за нарушение сроков, установленных соглашением, а также оснований для снижений неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Кассационная инстанция, оставляя судебные акты без изменения, исходит из следующего.

Исходя из положений статьи 3 Закона № 224-ФЗ, соглашение о государственно-частном партнерстве является гражданско-правовым договором между публичным партнером и частным партнером, заключенным на срок не менее чем три года в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом. Следовательно, правоотношения по соглашению о государственно-частном партнерстве регулируются, в том числе, ГК РФ и иными положениями гражданского законодательства.

Статьей 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статьи 309, 310 ГК РФ).

Истолковав вышеуказанные нормы права применительно к рассматриваемому спору, исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность в соответствии с требованиями, предусмотренными нормами статьи 71 АПК РФ, представленных в материалы дела доказательств, суды первой и апелляционной инстанций, признав доказанным факт просрочки исполнения ООО «Седьмая концессионная компания» обязательств по соглашению, пришли к верному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца неустойки и об отсутствии особых обстоятельств, освобождающих общество от ответственности за нарушение сроков, установленных соглашением.

Суды первой и апелляционной инстанций правомерно отклонили довод ответчика о том, что надлежащему исполнению обязательств по соглашению воспрепятствовало введение ограничительных мер иностранными государствами, которые повлекли невозможность своевременной поставки томографа Sigma Explorer.

Суды, оценив, в том числе, письмо общества с ограниченной ответственностью «ДжиИ Хэлксеа» от 12.12.2023 установили, что с 19.05.2023 Бюро промышленности и безопасности Соединенных Штатов Америки (далее - США) ввело требование о получении дополнительных лицензий для экспорта отдельных видов медицинских изделий, включая указанный томограф, который был готов к отгрузке 19.05.2023. Вследствие данных обстоятельств поставка томографа фактически состоялась 31.10.2023.

Также суды установили, что 10.11.2023 монтажные работы по установке томографа в ГКП № 7 были приостановлены по причине неготовности помещений, предназначенных для установки томографа, в связи с незавершением строительно-монтажных работ в ГКП № 7. Таким образом, ведение иностранными государствами ограничительных мер, вопреки доводам ответчика, не явилось причиной просрочки ответчика.

При этом, как обоснованно отметили суды, сами по себе ограничительные меры иностранного государства были введены 19.05.2023, то есть за 1 месяц и 12 дней до истечения срока получения разрешения на ввод в эксплуатацию ГКП № 7, вместе с тем, фактически после поставки томографа и до 30.01.2024 у ответчика оставалось 3 месяца до наступления срока исполнения обязательств по соглашению (с учетом особого обстоятельства № 1).

Более того, как верно отметили суды, то обстоятельство, что состоянию на 19.05.2023 томограф не был поставлен на объект и находился на территории США, не имеет значения, поскольку исполнение соглашения началось с 2019 года, соответственно, ответчик мог и должен был рассчитывать на полное завершение всех работ, включая установку томографа к 30.06.2023, когда по условиям соглашения он должен был обеспечить получение разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Кассатор считает неправильными выводы судов об отсутствии препятствий к монтажу томографа в период с 01.11.2023 по 30.01.2024, поскольку до 26.12.2024 действовало признанное истцом особое обстоятельство № 1.

Указанный довод отклоняется судом округа, поскольку из содержания судебных актов следует, что штрафные санкции взысканы за период с 31.01.2024 по 13.03.2024, в который уже отсутствовало особое обстоятельство № 1.

Более того, как отражено в решении суда первой инстанции, сторонами не ставилось под сомнение, что на период просрочки с 31.01.2024 по 14.03.2024 действие особого обстоятельства № 1 не распространяется, на обратное ответчик в ходе рассмотрения дела не ссылался, доказательств действия особого обстоятельства № 1 в указанный период не представлял; в судебном заседании представители истца и ответчика подтвердили, что условия, явившиеся причиной признания сторонами особого обстоятельства № 1, были устранены 26.12.2023, при этом стороны по взаимному согласию установили период действия особого обстоятельства № 1 до 30.01.2024, как разумно необходимый и достаточный для исполнения ответчиком своих обязательств.

Изложенное свидетельствует о том, что об отсутствии возможности выполнения своей части обязательств, включающих установку томографа, по причине наличия особого обстоятельства № 1 в период с 31.01.2024 по 13.03.2024, ответчиком не заявлено.

Таким образом, выводы судов касаются отсутствия оснований для учета в качестве особого обстоятельства, исключающего начисление штрафных санкций в определенный период времени, введение ограничительных мер иностранными государствами, поскольку зависимость выполнения ответчиком своей части обязательств от введения таких мер, отсутствует.

Выводы судов указанной части являются верными.

Не нашли своего подтверждения также доводы кассационной жалобы о необоснованном отклонении судами в качестве особого обстоятельства увеличение ключевой ставки Банка России.

Делая подобные выводы, суды исходили из того, что увеличение ключевой ставки Банка России произошло 30.10.2023, а работы, необходимые для получения разрешения на ввод в эксплуатацию ГКП № 7, должны были завершиться к 30.06.2023; единственным объективным препятствием к получению разрешения на ввод в эксплуатацию к дате 30.10.2023 являлось наличие особого обстоятельства № 1; ответчиком не представлено доказательств того, что для осуществления завершающих мероприятий по технологическому присоединению к сетям МП «МетроМир» он нуждался в кредитном финансировании, не обоснован размер такого необходимого финансирования.

Изложенные в жалобе доводы о том, что единственным препятствием для завершения работ в установленный соглашением срок являлось отсутствие кредитного финансирования, не убедительны и не опровергают правильности выводов судов первой и апелляционной инстанции.

Не основаны на нормах материального права доводы жалобы о необходимости применения к спорным правоотношениям Закона № 44-ФЗ по аналогии.

Как было указано выше, соглашение заключено на основании и в соответствии с Законом № 224-ФЗ.

Суды, приняв во внимание положения Закона № 224-ФЗ, предмет и целевую направленность соглашения, которая состоит не в получении публичным партнером какой-либо материальной выгоды от исполнения соглашения, а в обеспечении государственной функции по защите конституционных прав граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь, истолковав его условия, установили, что данное соглашение не является договором, на который могут распространяться положения Закона № 44-ФЗ. Соглашение подписано обществом без каких-либо разногласий, в том числе, в части установления ответственности за неисполнение обязательств, порядка расчета неустойки.

У суда округа не имеется оснований для несогласия с указанными выводами судов.

Кассационная инстанция также не принимает доводы жалобы о наличии оснований для снижения размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (пункт 1 статьи 329 ГК РФ).

В силу статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Неустойка, определение которой содержится в пункте 1 статьи 330 ГК РФ, выполняя обеспечительную функцию, вместе с тем является мерой ответственности и направлена на компенсацию возможных потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своего обязательства.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению (статья 333 ГК РФ).

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7)).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 74 постановления № 7).

Исходя из принципов равноправия сторон и состязательности при судопроизводстве (статьи 8, 9 АПК РФ), а также инстанционного разделения компетенции судов (статьи 168, 268 АПК РФ), определение конкретного размера неустойки является вопросом факта. Следовательно, вопрос о снижении неустойки относится к компетенции, в том числе судов первой и апелляционной инстанций (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2016 № 303-ЭС15-14198).

Суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 23.06.2016 № 1363-О).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, констатировав наличие просрочки исполнения обязательств, отсутствие доказательств несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушенного обязательства, принимая во внимание, что размер неустойки установлен соглашением, отвечает критериям разумности и не является чрезмерным, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о наличии оснований для ее взыскания в заявленном размере.

Суд кассационной инстанции полагает, что приведенная судами оценка обстоятельств дела соответствует положениям процессуального законодательства, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то, ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Неприменение судом положений статьи 333 ГК РФ не свидетельствует о нарушении баланса интересов сторон, а равно общеправовых принципов разумности, справедливости и соразмерности.

В соответствии с пунктом 72 постановления № 7 основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 ГК РФ, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 ГК РФ (пункт 2 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Таких нарушений судами первой и апелляционной инстанций при даче оценки заявлению ответчика не допущено.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно учтено, что фактически ненадлежащее исполнение условий соглашения ответчиком может приводить не столько возникновению материальных убытков у истца, сколько к снижению уровня социальных гарантий значительного числа граждан; для реализации проекта по спорному соглашению, Новосибирской областью был привлечен бюджетный кредит из средств федерального бюджета на платной основе.

В силу статьи 28 Бюджетного кодекса Российской Федерации эффективность использования бюджетных средств является одним из основных принципов бюджетной системы Российской Федерации. Неполучение необходимого результата вложения бюджетных средств в установленные сроки приводит к нарушению указанного принципа.

Изложенные в кассационной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела, доводы направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций, они не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального или процессуального права, связаны с оспариванием доказательственной стороны спора и направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств. Вместе с тем, суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ).

Действуя в рамках предоставленных ей полномочий, исходя из доводов жалобы, кассационная инстанция не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных актов, поскольку считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам с учетом определенных предмета и оснований заявленных требований.

Расходы по уплате государственной пошлины по кассационным жалобам по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ее заявителей.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 23.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 28.10.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-19627/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                      М.М. Бадрызлова

Судьи                                                                                    Т.А. Сергеева

ФИО1