Постановление от 20 июня 2023 г. по делу № А34-8561/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9529/21

Екатеринбург

20 июня 2023 г.


Дело № А34-8561/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июня 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июня 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А.,

судей Калугина В.Ю., Пирской О.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Курганской области от 23.12.2022 по делу № А34-8561/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2023 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 01.06.2021 в отношении ФИО1 (далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

На рассмотрение арбитражного суда 08.02.2022 поступило заявление ФИО3 о признании недействительной сделки по передаче жилой квартиры площадью 35,4 кв. м, кадастровый номер: 45:08:000000:8615, адрес объекта: Российская Федерация, Курганская обл., Кетовский р-он, <...>, совершенной между ФИО1 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника спорное недвижимое имущество.

Определением арбитражного суда от 11.02.2022 к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО3 - ФИО5.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 23.12.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит определение суда от 23.12.2022 и постановление суда от 16.03.2023 отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что стоимость спорной квартиры составляет 1 200 000 руб., из которых задаток - 1 000 000 руб. (83,3% стоимости квартиры), что является нетипичным условием сделки, чего стороны сделки не могли не осознавать; отмечает, что предварительным договором от 11.06.2019 установлена чрезмерная ответственность ФИО1 за неисполнение обязательства по передаче недвижимого имущества - задаток в размере 1 000 000 руб. удваивается. Кассатор указывает на то, что наличие доверительных отношений между должником и ФИО4 позволили им, как участникам сделки, формировать документооборот без совершения реальных сделок, то есть подписать предварительный договор купли-продажи квартиры от 11.06.2019 без фактической передачи денег; задаток в размере 1 000 000 руб. не отражен в налоговой декларации должника. По мнению кассатора, с учетом нетипичного размера задатка, в данном случае был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества с отсрочкой платежа, а поскольку нет отметки государственной регистрации на договоре от 11.06.2019, нет доказательств оплаты 1 000 000 руб.

В возражениях на кассационную жалобу ФИО4 просит определение суда первой инстанции от 23.12.2022 и постановление апелляционного суда от 16.03.2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО1 (продавец) и ФИО4 (покупатель) 11.06.2019 заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, в соответствии с пунктом 1.1.1. которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить следующее недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 45:08:000000:8615 площадью 35,4 кв. м.

Цена данного недвижимого имущества составляет 1 200 000 руб. (пункт 1.1.4 договора). Стороны обязались заключить основной договор в срок до 10.03.2021 (пункт 1.2. договора).

В целях обеспечения исполнения обязательства по заключению основного договора покупатель обязуется выдать задаток в размере 1 000 000 руб. Сумма задатка после заключения основного договора подлежит зачету в счет исполнения обязательства по оплате недвижимого имущества (пункт 1.3.1 договора). Задаток подлежит уплате в день заключения предварительного договора. Подписание предварительного договора безусловно подтверждает передачу задатка покупателем и получение его продавцом в полном объеме (пункт 1.3.2 договора).

Расчеты по договору осуществляются как путем передачи наличных денежных средств продавцу, так и путем перечисления денежных средств на счет продавца, указанный в договоре.

Получение денежных средств ФИО1 от ФИО4 подтверждается распиской от 11.06.2019.

При этом в налоговой декларации ФИО1 за 2019 год получение денежных средств в размере 1 000 000 руб. отражено не было.

В дальнейшем 10.03.2021 между теми же лицами был заключен основной договор купли-продажи указанной квартиры, согласно пункту 2.3. которого покупатель оплатил продавцу задаток в размере 1 000 000 руб. единовременно в день заключения предварительного договора - 11.06.2019. Оставшуюся часть цены недвижимого имущества в размере 200 000 руб. покупатель обязуется уплатить единовременно в течение трех рабочих дней с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Перечисление покупателем продавцу денежных средств в сумме 200 000 руб. подтверждается платежным поручением от 25.03.2021 № 113.

Переход права собственности к ФИО4 был зарегистрирован 18.03.2021 (какие-либо ограничения отсутствовали).

Апелляционным определением Курганского областного суда от 25.02.2021 по делу № 2-359/2020 отменено решение Курганского городского суда Курганской области от 28.09.2020 в части, исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, с ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы денежные средства в размере 8 435 963 руб. 01 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 379 руб. 82 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 01.06.2021 (резолютивная часть) в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Полагая, что имеются основания для признания данной сделки недействительной, ФИО3 обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 настоящего закона об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

Статья 61.2 Закона о банкротстве раскрывает условия недействительности подозрительных сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) либо с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в пунктах 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63).

В силу разъяснений, данных в названных пунктах постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

В случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных пунктом 1 и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что оспариваемый договор купли-продажи заключен 10.03.2021 (основной договор), предварительный договор - 11.06.2019, дело о банкротстве должника возбуждено 01.06.2021, то есть в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Проанализировав сложившиеся между сторонами правоотношения, суды пришли к выводу о доказанности возмездности спорной сделки, что подтверждается платежным поручением на сумму 200 000 руб. и распиской о получении денежных средств в сумме 1 000 000 руб.

При этом судами обоснованно отмечено, что согласно выписке из единого государственного реестра недвижимости кадастровая стоимость спорной квартиры составляет 402 896 руб. 86 коп., квартира приобретена ФИО4 за 1 200 000 руб., что почти в 3 раза превышает кадастровую стоимость данного объекта недвижимого имущества, что указывает на то, что по заключенной сделке с ФИО4, ФИО1 не только получил равноценное встречное предоставление, но также и существенную прибыль, что опровергает довод заявителя о причинении вреда интересам кредиторов должника совершенной сделкой. Доказательств иной рыночной стоимости спорного имущества не представлено.

По результатам исследования и оценки доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, суды нижестоящих инстанций установили, что финансовая возможность ответчика приобрести спорную квартиру подтверждена выпиской по его банковскому счету, а также представленной в материалы дела налоговой декларацией по налогу на доходы за 2019 год; на момент заключения, как предварительного договора, так и основного договора купли-продажи квартиры в отношении должника отсутствовали какие-либо исполнительные производства; дело о банкротстве должника возбуждено 01.06.2021, а заявление о признании должника банкротом подано 28.05.2021, следовательно, на момент заключения оспариваемой сделки (подписание предварительного договора купли-продажи) ответчик не мог знать о неблагоприятном финансовом положении должника, при этом наличие задолженности перед отдельными кредиторами (ФИО3), а также наличие на момент заключения сделки судебных разбирательств о взыскании задолженности с должника не может однозначно свидетельствовать о признаках банкротства должника; факт участия должника и ответчика в одном обществе не является безусловным доказательством осведомленности покупателя о противоправных целях продавца; предварительный договор заключен до внесения записей о наличии у должника и ответчика статуса участников в данном обществе.

Судами верно отмечено, что данного обстоятельства недостаточно для установления признаков недействительности сделки, учитывая, что сделка совершена на возмездных условиях, на рыночных условиях, что не опровергнуто, а финансовая возможность покупателя приобрести спорный объект документально подтверждена (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Доводы кассатора о подписании договора с учетом доверительных отношений без факта передачи денежных, как верно отмечено судами, основаны на предположении и противоречат имеющимся доказательствам (платежным документам и документам по финансовой возможности), о фальсификации которых не заявлено. При этом и доказательств того, что должник сохранил фактический контроль над спорным имуществом, в деле не имеется.

Доводы заявителя о том, что размер задатка является завышенным, и ФИО1, ранее неоднократно приобретавший имущество на торгах у физических лиц и организаций, не мог не знать о нетипичности такого размера задатка, являлись предметом исследования судов и были отклонены исходя из того, что ФИО3 ссылается на размеры задатка, установленные специальными нормами, регулирующими правоотношения в рамках процедур банкротства и ипотеки, которые не подлежат применению в рассматриваемом случае. В рассматриваемой ситуации стороны сделки были свободны в определении размера задатка.

Судом апелляционной инстанции также отмечено, что неотражение должником полученных по сделке денежных средств в форме задатка в декларации по налогу на доходы физических лиц в 2019 году не может являться однозначным доказательством недействительности сделки и свидетельствует лишь о некорректном отражении должником своих доходов. Более того, в условиях квалификации полученных средств в качестве задатка представляется сомнительным необходимость указания его в качестве дохода до момента заключения основного договора.

С учетом изложенного суды нижестоящих инстанций пришли к выводу о недоказанности в данном случае совокупности условий для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ. При этом само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения по отношению к установленным фактическим обстоятельствам.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено, следует признать, что обжалуемые акты являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе основаниям не подлежат.

Поскольку определением суда кассационной инстанции от 26.04.2023 при принятии кассационной жалобы к производству удовлетворено ходатайство заявителя о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, с ФИО3 подлежит взысканию в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Курганской области от 23.12.2022 по делу № А34-8561/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи В.Ю. Калугин


О.Н. Пирская