Постановление от 21 мая 2019 г. по делу № А53-13573/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГАИменем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-13573/2017
г. Краснодар
21 мая 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2019 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 мая 2019 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Мацко Ю.В., без участия в судебном заседании заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Лемон» (ИНН <***>, ОГРН <***>), должника – ФИО1 (ИНН <***>), финансового управляющего должника ФИО2, иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лемон» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2018 (судья Харитонов А.С.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2019 (судьи Стрекачёв А.Н., Емельянов Д.В., Сулименко Н.В.) по делу № А53-13573/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) ООО «Лемон» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) задолженности в размере 3 894 240 рублей 82 копеек, из которых 3 636 870 рублей основной долг и 257 370 рублей 82 копейки проценты. В обоснование требования указано на ненадлежащее исполнение должником условий договора от 01.11.2016 поручительства за третье лицо – ФИО3, заключенного в обеспечение договора поставки от 01.11.2016.

Определением от 29.12.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2019, в удовлетворении заявленного требования отказано. Суды со ссылкой на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) указали на то, что договор поручительства от 01.11.2016, на основании которого заявлено требование, является экономически невыгодным для должника, целесообразность и разумные причины для его заключения отсутствовали, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты, направить дело на новое рассмотрение. Заявитель ссылается на отсутствие правовых оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований, недоказанность намерения сторон злоупотребить правом и применении судами статьи 10 Гражданского кодекса.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит оставить без изменения, жалобу ? без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, 01.11.2016 общество (поставщик) и ИП ФИО3 (покупатель) заключили договор № 26, по условиям которого поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить детали ОПС трубопроводов, указанные в спецификации. Цена договора определяется спецификациями. Согласно спецификации № 1 к договору общая стоимость товара составляет 4 681 870 рублей.

В целях обеспечения договора поставки № 26 общество (поставщик) и ИП ФИО1 (поручитель) заключили договор поручительства от 01.11.2016, согласно которому поручитель обязался перед поставщиком отвечать полностью за исполнение ФИО3 всех его обязательств по договору поставки от 01.11.2016 № 26.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.12.2017 по делу № А53-28641/2017 с ИП ФИО3 в пользу общества взыскано 3 636 870 рублей задолженности по договору поставки № 26 и 257 370 рублей 82 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами с 01.01.2017 по 01.10.2017.

Определением суда от 16.08.2017 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан, – реструктуризация долгов; финансовым управляющим утвержден ФИО4 Определением суда от 30.09.2018 финансовым управляющим должника утверждена ФИО2 Ссылаясь на неисполнение ФИО3 обязательств по договору поставки, общество обратилось в арбитражный суд с требованием о включении в реестр 3 894 240 рублей 82 копеек.

Суды со ссылкой на статью 10 Гражданского кодекса отказали в удовлетворении требований. При этом суды правомерно руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено: проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, с учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В силу пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Согласно пункту 1 статьи 363 Гражданского кодекса при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Следовательно, как правильно отмечено, наличие у заемщика и поручителя (залогодателя) в момент выдачи поручительств общих экономических интересов, связанных, в том числе с коммерческим кредитованием, является объяснением мотива совершения обеспечительной сделки.

Суды учли правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13 по делу № А67-6922/2011, согласно которой необходимо исследовать целесообразность заключения договоров, обеспечивающих кредитные обязательства другого заемщика.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Вместе с тем принцип свободы договора не исключает при определении его содержания соблюдение правил разумности и справедливости.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Согласно пункту 2 этой статьи в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом, суд может отказать в защите принадлежащего ему права.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что в данном случае у должника отсутствовал экономический смысл в заключении договора поручительства. Так, установлено, что по договору поручительства от 01.11.2016 должник принял на себя обязательства отвечать перед кредитором по обязательствам третьего лица – ФИО3 на сумму 3 894 240 рублей 82 копеек. Между тем вступившим в законную силу решением Волгодонского районного суда Ростовской области от 12.10.2016 по делу № 2-4810/2016 с должника в пользу ФИО5 взыскана задолженность по договору займа в размере 9 537 153 рублей; 06.03.2017 возбуждено исполнительное производство № 17935/17/61041-ИП. Таким образом, договор поручительства стороны заключили после принятия судом решения от 12.10.2016. Действуя добросовестно и разумно, должник при заключении договора поручительства должен был убедиться в реальной возможности исполнить принятые на себя обязательства и в наличии экономической целесообразности заключения такого вида договора. Однако суды отметили, что на момент заключения договора поручительства размер денежных обязательств должника значительно превышал стоимость его активов, должник имел кредиторскую задолженность и был осведомлен о своей неплатежеспособности. Ни из условий договора поставки, ни из условий договора поручительства не усматривается какая-либо экономическая обоснованность и целесообразность заключения указанного договора поручительства для должника в связи с отсутствием у поручителя и основного должника общих экономических интересов; на дату заключения договора поручительства (01.11.2016) была очевидной объективная невозможность исполнить поручителем принятых на себя обязательств, поскольку должник не располагал достаточными активами, позволяющими ему в случае неисполнения обязательства основным должником нести солидарную ответственность перед обществом. При изложенных выше обстоятельствах и наличия имущественных прав и интересов третьих лиц, поведение должника при заключении оспариваемого договора поручительства не может быть признано осмотрительным и добросовестным.

Таким образом, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о том, что договор поручительства от 01.11.2016 заключен должником на заведомо невыгодных для него условиях; разумные причины для его заключения не указаны. При заключении договора поручительства не преследовалась цель установления характерных для такого рода сделок прав и обязанностей (обеспечение исполнения обязательств).

На основании изложенного, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов добросовестных кредиторов должника, суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для включения в реестр требования общества.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судебных инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые судебные инстанции оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Кодекса. В соответствии с частью 3 названной статьи при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Таким образом, арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу.

Нормы права при рассмотрении дела применены судебными инстанциями правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену определения суда и постановления апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2019 по делу № А53-13573/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи М.Г. Калашникова

Ю.В. Мацко