Решение от 23 октября 2020 г. по делу № А24-3308/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3308/2020
г. Петропавловск-Камчатский
23 октября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 октября 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 23 октября 2020 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Алферовой О.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску

общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Петропавловск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице участника общества ФИО2 (ИНН <***>)

к ответчику

ФИО3 (ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора

ФИО4

ФИО5

о признании недействительным договора займа от 15.06.2017,

при участии:

от ФИО2: ФИО6 – представитель по доверенности от 20.07.2020 (сроком на 3 года), удостоверение адвоката № 302 от 06.08.2020 (рег. № 41/310),

от ООО «Транспортная компания Петропавловск»: ФИО7 – представитель по доверенности от 13.06.2020 (сроком на 1 год), диплом ВСБ 0666824 (рег. № 1319 от 01.07.2005), ФИО8 – представитель по доверенности от 14.09.2020 (сроком на 1 год), удостоверение адвоката № 47 от 28.11.2007 (рег. № 41/123),

от ФИО3: ФИО9 – представитель по доверенности от 27.02.2020 (сроком на 3 года), диплом ВСГ 2979299,

от третьих лиц (ФИО4, ФИО5): не явились,

установил:

участник общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Петропавловск» ФИО2 (683002, <...>) обратилась в арбитражный суд с иском к ответчикам: обществу с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Петропавловск» (683901, <...>), ФИО3 (350012, <...>) о признании недействительным договора займа от 15.06.2017.

Определением суда от 15.07.2020 исковое заявление принято к производству,

к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Определением суда от 17.08.2020 предварительное судебное заседание отложено на иную дату, в связи с привлечением к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, а также необходимостью истребования дополнительных сведений и документов.

Определением суда от 16.09.2020 подготовка дела к судебному разбирательству признана оконченной, назначена дата судебного заседания, принято уточнение процессуального статуса корпорации ООО «Транспортная компания Петропавловск», определено считать истцом по делу ООО «Транспортная компания Петропавловск» в лице ФИО2, из числа ответчиков исключено ООО «Транспортная компания Петропавловск».

Судебное заседание проводилось 14.10.2020 с перерывом в порядке статьи 163 АПК РФ до 19.10.2020.

К судебному заседанию от ФИО2 поступили письменные возражения на заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, письменные пояснения на отзыв и доводы ответчика, заявление о фальсификации доказательств (договора дарения денежных средств от 18.03.2016 между ФИО3 и ФИО10, договора дарения денежных средств между ФИО11 и ФИО3) путем признания их недопустимыми и недостоверными и исключении их из числа доказательств, возражения на доводы ответчика, а также дополнительные документы в обоснование правовой позиции.

К судебному заседанию от ООО «Транспортная компания Петропавловск» поступило заявление о фальсификации доказательств (договора дарения денежных средств от 18.03.2016 между ФИО3 и ФИО10, договора дарения денежных средств между ФИО11 и ФИО3), об истребовании у ответчика заламинированных договоров дарения для проведения экспертизы, о назначении экспертизы, о признании данных заламинированных документов недопустимыми, недостоверными и не относимыми к обстоятельствам настоящего дела, а также дополнительные документы в обоснование правовой позиции.

От третьего лица ФИО5 поступили письменные объяснения относительно заявленного иска с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие и дополнительными документами.

От третьего лица ФИО4 поступили дополнения к объяснениям относительно заявленных требований с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие и дополнительными документами.

Судебное заседание в порядке статьи 156 АПК РФ проводилось в отсутствие надлежаще извещенных третьих лиц.

Представители ФИО2 и ООО «Транспортная компания Петропавловск» поддержали исковые требования и заявленные ходатайства в полном объеме.

Представитель ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме.

Представители ФИО2 и ООО «Транспортная компания Петропавловск» поддержали заявление о фальсификации.

В порядке статьи 161 АПК РФ суд разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия фальсификации доказательств и заявления о фальсификации, отобрал расписки у представителей сторон.

На предложение суда представитель ответчика отказался исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу.

На основании абзаца второго пункта 1 части 1 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств.

При этом по смыслу статьи 161 АПК РФ назначение судебной экспертизы не является единственным способом проверки заявления о фальсификации доказательств. Какой именно метод подлежит применению, арбитражный суд определяет самостоятельно, исходя из фактических обстоятельств дела.

При проверке обоснованности заявления о фальсификации представленных доказательств суд пришел к выводу о том, что заявленные истцом требования могут быть подтверждены совокупностью иных неопровержимых доказательств, кроме этого, проведение соответствующей экспертизы, представленных ответчиком ламинированных документов, не имеет правового значения для решения вопроса о реальности наличия договорных взаимоотношений между спорящими сторонами.

Суд определил отказать в назначении экспертизы, принять меры для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, поскольку процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами и назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда.

Представитель ФИО3 представил письменные возражения и заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (выписка по счету, экспертное заключение).

Судом удовлетворено ходатайство представителя ФИО3, дополнительные письменные доказательства приобщены к материалам дел.

В целях возможности ознакомления сторонами с материалами дела, судом объявлялся перерыв в судебном заседании, о чем вынесено протокольное определение.

Судебное заседание в порядке статьи 156 АПК РФ проводилось в отсутствие надлежаще извещенных третьих лиц.

Суд огласил поступившие к судебному заседанию документы: объяснения представителя ООО «Транспортная компания Петропавловск», правовая позиция представителя ООО «Транспортная компания Петропавловск», письменные пояснения представителя ФИО2 о мнимости договора займа.

В судебном заседании представитель ФИО3 представил суду и сторонам письменный отзыв.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (сведения из Банка данных исполнительных производств, выписки из ЕГРИП, судебная практика).

В порядке статьи 66 АПК РФ суд приобщил дополнительные документы.

Представители сторон поддержали ранее изложенные позиции, дали дополнительные устные пояснения.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу, что требования истца не подлежат удовлетворению исходя из следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, 30.01.2015 зарегистрировано общество с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Петропавловск» (далее – общество) с присвоением основного государственного регистрационного номера <***>, участником и единоличным исполнительным органом которого на момент образования общества являлся ФИО4

С 19.07.2019 учредителями общества являлись ФИО4 и ФИО2 с долями уставного капитала в размере 50% каждого соответственно.

Согласно исковому заявлению 03.06.2020 ФИО2 стало известно о том, что обществом в лице генерального директора ФИО4 и ФИО3 был подписан договор займа от 15.06.2017 (далее - договор займа).

Согласно условиям договора займа, заимодавец (ФИО3) передал заемщику (обществу) денежные средства в размере 33 900 000 (Тридцать три миллиона девятьсот тысяч) рублей для приобретения объекта недвижимого имущества, а также ведения предпринимательской деятельности.

Пунктом 1.2 договора займа заем предоставляется сроком на 20 лет и должен быть возвращен до 30 июня 2037 года.

Как указывает истец, у ФИО2 возникли сомнения на действительность совершенной сделки, поскольку, несмотря на столь длительный срок возврата, заем является беспроцентным, что следует из пункта 2.1.3 договора, согласно положениям спорного договора, заемные средства выплачиваются на протяжении всего срока действия договора ежемесячно, разными долями, при этом ежемесячный платеж не должен быть менее 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей (пункт 3.3 договора). По мнению ФИО2, между ФИО3 и обществом отсутствовали реальные отношения по договору займа, в связи с неисполнением обязанностей сторон, как заимодавца, так и заемщика по договору займа. Таким образом, как указывает истец, договор займа был заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Доводы ФИО2 также основаны на том, что при изучении информации и документации общества, в том числе бухгалтерской и иной финансовой документации за весь период деятельности общества, сведений и информации о наличии заемных обязательств у общества перед ФИО3 не имелось, как не имеется и в настоящее время. Отсутствие реальных отношений по договору займа, в связи с неисполнением обязанностей сторон, как заимодавца, так и заемщика по договору согласно доводам ФИО2, подтверждаются совокупностью следующих доказательств.

В период с 16.02.2015 по 01.06.2020 для целей деятельности общества были открыты расчетные счета в следующих кредитных учреждениях:

- расчетный счет № <***> в филиале № 2754 Банка ВТБ (ПАО) г. Хабаровск,

- расчетный счет № <***> в филиале № 2754 Банка ВТБ (ПАО) г. Хабаровск,

- расчетный счет № <***> в филиале № 2754 Банка ВТБ (ПАО) г. Хабаровск,

- специальный счет № 40702810500590102364 в ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк»,

- расчетный счет № <***> в ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк».

Согласно выпискам по расчетным счетам № <***>, № <***>, № <***>, № <***>, а также выписке по специальному счету № 40702810500590102364 за период с 01.05.2017 по 31.12.2017 года сведения о поступлении денежных средств, указанных в договоре займа отсутствуют, также как и отсутствуют сведения о возврате денежных средств по спорному договору.

При этом в кассу общества денежные средства по договору займа также не поступали, что подтверждается выпиской из кассовой книги за период с 01.05.2017 по 31.12.2017. Также в кассовой книге отсутствуют сведения о выдаче денежных средств в подотчет в качестве возврата долга по оспариваемому договору. Приходно-кассовые ордера на указанную сумму не составлялись, квитанции не выдавались.

Как следует из упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетности общества за отчетный период 2017 года в оборотно - сальдовой ведомости за 2017 год, а также за последующие отчетные периоды 2018 - 2019 года, сведения о долгосрочной кредиторской задолженности перед ФИО3 отсутствуют.

Таким образом, каких-либо доказательств, свидетельствующих о фактическом исполнении обязанностей заимодавца по спорному договору, передача и приемка денежных средств по договору займа на счета или в кассу общества отсутствуют, в бухгалтерском учете оспариваемая сделка не отражена.

Спорный договор направлен на возникновение обязательства по возврату заемных денежных средств, при этом условия договора явно не соответствуют рыночным, поскольку заем является беспроцентным, но заключенным на очень длительный срок, то есть не отвечает требованиям и обычаям делового оборота между физическими лицами с коммерческими организациями.

В результате подписания договора на условиях спорного договора обществу причинены убытки в виде принятия обязательств по возврату займа, денежных средств которые обществу не поступали и которыми общество не распоряжалось.

Возникновение заемного обязательства по несуществующему договору займа с необоснованным увеличением кредиторской задолженности было направлено на причинение вреда обществу.

Исходя из доводов ФИО2, являющейся участником общества, ей об этой сделке известно не было. Документация, подтверждающая финансово-хозяйственное состояние общества свидетельствует об отсутствии одобрения со стороны его участников на ее совершение.

При этом ФИО2 в обоснование своих доводов ссылается на пункт 1 части 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.2018 № 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки) (далее - Закон № 14-ФЗ), согласно которой, крупной является сделка с имуществом стоимостью более двадцати пяти процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если иное не предусмотрено уставом общества и не совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества.

Согласно бухгалтерскому балансу общества на 31.12.2016 его активы составляли 22 659 000 рублей.

Цена оспариваемой сделки составила 33 900 000 рублей, что превышает 25 % балансовой стоимости активов ООО «ТК Петропавловск».

Оспариваемая сделка не является сделкой, совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, поскольку потребности у общества в денежных средствах в размере 33 900 000 рублей, как указано в договоре, не возникало, что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по состоянию на 31.12.2016 согласно которой у общества уже были приняты долгосрочные заемные средства в размере 20 548 000 рублей.

Поскольку спорная сделка в бухгалтерской документации общества не нашла отражение, а генеральный директор общества ФИО4, не уведомил об этой сделке следующего участника общества, не передал документацию по сделке самому обществу, ФИО2 настаивает, что не знала и не могла знать о совершенной сделке ранее 03.06.2020, то есть с момента, когда судебные приставы-исполнители произвели арест имущества общества в рамках обеспечения исполнения иска ФИО3 по оспариваемому договору, по делу рассматриваемому в Петропавловск-Камчатском городском суде.

Таким образом, мнение ФИО2 о недействительности (ничтожности) договора займа от 15.06.2017 и отсутствии реальных отношений по спорному договору основывается на отсутствии фактического исполнения оспариваемого договора займа со стороны заемщика и наличие действительной воли сторон на передачу денежных средств.

Каких-либо сведений, позволяющих сделать вывод о фактическом намерении исполнить договор и его исполнении, а также отсутствие злоупотребление правом, как со стороны общества, так и со стороны ФИО3 с точки зрения статьи 10 ГК РФ, исходя из позиции ФИО2, не имеется.

Формальная строчка в договоре займа о том, что договор имеет силу акта приема передачи денежных средств (пункт 6.1 договора), не может являться бесспорным доказательством исполнения договора займа.

Кроме этого, в подтверждение недействительности (ничтожности) сделки, по которой денежные средства фактически не передавались, ФИО2 также ссылается на следующие доказательства.

17.04.2019 между обществом и ФИО3 было подписано дополнительное соглашение к договору займа, согласно которому пункт 1.1 договора был изложен в следующей редакции: «По настоящему договору Заимодавец передал в собственность Заемщику денежные средства в размере 39 850 000 (тридцать девять миллионов восемьсот пятьдесят тысяч) рублей».

При этом каких-либо документальных подтверждений передачи денежных средств от ФИО3 обществу также нет. С какой целью подписано данное дополнительное соглашение ФИО2 неизвестно.

Между обществом и ответчиком подписан акт сверки расчетов (далее - акт) по возврату заемных денежных средств от 17.04.2019.

Согласно пункту 3 акта остаток суммы долга по договору займа составляет 38 750 000 рублей.

Вместе с тем, каких либо документальных подтверждений передачи дополнительных денежных средств от ответчика обществу - в качестве займа, и от общества ответчику - в качестве возврата по договору займа, не имеется.

Таким образом, ФИО2, оспаривая договор займа от 15.06.2017, полагает, что заключенной сделкойу, были нарушены ее имущественные права, как участника общества, установленные статьей 8 Закона №14-ФЗ, поскольку данная сделка была направлена на возникновение крупной несуществующей задолженности, требование о взыскании которой может повлечь банкротство общества. В частности, оспариваемая сделка уменьшит долю ФИО2 в части имущества, которое она могла бы получить в случае ликвидации общества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость, а также уменьшит стоимость ее доли в случае отчуждения.

Заключение договора займа не было связано с хозяйственной деятельностью общества и не повлекло за собой получение обществом какой-либо имущественной или иной выгоды.

Таким образом, согласно доводам ФИО2, фактически действия по составлению договора были направлены на возникновение у общества несуществующего долга для получения возможности взыскания денежных средств и создания условий для преднамеренного банкротства в будущем.

Реальной целью данной мнимой сделки является искусственное создание задолженности сторон сделки для последующего инициирования процедуры банкротства, либо возможности наступления банкротства, управления процедурой банкротства, а также распределения имущества должника.

Поскольку у сторон по договору займа отсутствовало действительное волеизъявление на его исполнение, связанное с реальной передачей денежных средств, данная сделка является мнимой, ее совершение было направленно на создание искусственной задолженности у общества и на причинение ему вреда.

При этом для данной категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Кроме этого, ФИО2 ссылается на пункт 1 статьи 10 ГК РФ, мотивируя свои доводы тем, что злоупотребление правом, выразилось в недобросовестном поведении общества в лице генерального директора ФИО4 и ФИО3, направленном на возникновение несуществующей задолженности для и оказания существенного влияния на дальнейшую деятельность общества.

Указанные выше обстоятельства явились основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценивая доводы ФИО2, анализируя представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующему выводу.

На основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 и пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пункте 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (статья 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 названного кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии со статьей 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со статьей 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со статьей 808 ГК РФ, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии со статьей 810 ГК РФ, заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно представленному в материалы дела договору займа ФИО3 (займодавец) передал в собственность обществу (заемщик) денежные средства в размере 33 900 000 рублей для приобретения объекта недвижимого имущества, а также ведения предпринимательской деятельности заемщика, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа в установленный договором срок.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части 1 настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Судом установлено, что стороны, подписав спорный договор, согласились со всеми его условиями, предусмотрев в нем все существенные требования к данным видам договоров, в том числе его предмет, обязательства сторон, сроки исполнения договора, а также ответственность за нарушение сроков возврата денежных средств.

Согласно пункту 2.2 договора заимодавец обязан при подписании договора передать заемщику денежные средства в размере 33 900 00 (тридцать три миллиона девятьсот тысяч) рублей.

При этом пунктом 6.1 стороны установили, что договор имеет силу акта приема передачи денежных средств. Заемщик настоящим подтверждает, что денежные средства по договору им получены в полном размере. Денежные средства в размере 33 900 000 (тридцать три миллиона девятьсот тысяч) рублей переданы заимодавцем и получены заемщиком, что подтверждается подписями сторон.

От имени общества договор подписан его единоличным исполнительным органом в лице директора общества ФИО4

Таким образом, договором установлено, что подписание договора со стороны заемщика свидетельствует о том, что денежные средства переданы заимодавцем в полном объеме в момент подписания договора, претензий по переданным денежным средствам стороны не имеют.

Доводы ФИО2 о поступлении денежных средств на расчетные и иные счета общества, а также отсутствие сведений о поступлении наличных денежных средств в кассу общества, не могут быть приняты судом, поскольку исходя из условий договора заемные денежные средства были переданы обществу лично его директору.

В связи с чем, распоряжение заемными денежными средствами, полученными от ФИО3, осуществлялось лично директором общества ФИО4

Расхождения между данными бухгалтерского учета, сведениями отраженными на расчетных и иных счетах общества и суммами, фактически полученными директором общества не могут являться следствием недобросовестных действий ответчика ФИО3, поскольку последний не является ни участником общества, ни его работником.

Кроме этого, суд принимает во внимание, что в силу пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Поскольку ФИО4 являлся на момент подписания спорного договора директором общества, от лица которого он действовал, соответственно ответственность по внесению денежных средств в кассу или на расчетные или иные счета организации, в силу закона, возлагается именно на него.

Таким образом, в данном случае ФИО3 не может нести ответственность за последующие, после получения заемных денежных средств, действия ФИО4, а также осуществлять контроль за надлежащим исполнением директором общества его непосредственных прямых обязанностей.

Из содержания пункта 2 статьи 808 ГК РФ следует, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Следовательно, в подтверждение факта заключения договора займа может быть представлен любой документ, удостоверяющий факт передачи заемщику заимодавцем определенной суммы денежных средств. При этом закон не содержит требования по оформлению отдельного письменного документа, подтверждающего факт передачи денег по договору займа. Включение в договор займа положений о том, что предмет займа передан заемщику, свидетельствует о передаче объекта займа.

Кроме этого, судом установлено, что в связи с нарушением сроков возврата займа 18.05.2020 ФИО3 обратился в Петропавловск-Камчатский городской суд с иском к ООО «Транспортная компания «Петропавловск» о расторжении договора займа от 15.06.2017 и взыскании задолженности (дело № 2-2931/2020).

В материалы настоящего дела представлен ответ ФИО4 на претензию о возврате денежных средств (том 6 л.д. 38), из которого следует, что общество в лице ФИО4 не отрицает получение денежных средств по оспариваемому договору и указывает на исполнение своих обязательств по договору.

Дословно из ответа на претензию общество указывает: «ООО «Транспортная компания «Петропавловск» надлежащим образом исполняет обязательства по договору займа, указанным в пункте 2.1.2 и ежемесячно выплачивает по 50 000 рублей».

Из пункта 3.1, 3.2 ответа на претензию следует, что общество осуществляет платежи, и ссылается при этом на чеки по операциям Сбербанк Онлайн.

Таким образом, исходя из буквального смысла поименованного выше ответа на претензию, судом установлено, что ни общество, ни ФИО4 не оспаривают получение денежных средств от ФИО3 в качестве займа, а напротив доказывают его надлежащее исполнение со стороны общества.

В связи с чем, суд усматривает противоречия ФИО4 и общества, между доводами, изложенными в отзыве на исковое заявление и объяснениями, данными представителями общества, при рассмотрении настоящего спора и доказательствами, имеющимися в материалах настоящего дела и являющимися также предметом доказывания по делу № 2-2931/2020, рассматриваемому в Петропавловск-Камчатском городском суде.

Кроме этого, в материалах дела имеется дополнительное соглашение от 15.06.2017 к договору займа, подписанное сторонами, согласно которому ответственным лицом за возврат суммы займа назначен ФИО5.

В пункте 3 указанного дополнительного соглашения от 15.06.2017 указано, что возврат денежных средств может быть осуществлен также путем перевода денежных средств на номер банковской карты займодавца.

Согласно дополнительному соглашению от 17.04.2019 к договору займа следует, что денежные средства в размере 39 850 000 рублей переданы обществу для приобретения объекта недвижимого имущества, а также ведения предпринимательской деятельности.

Согласно акту сверки от 17.04.2019 подписанному сторонами без возражений по состоянию на 17.04.2019 заемщик возвратил займодавцу 1 100 000 рублей.

Дополнительным соглашением от 16.12.2019 к договору займа изменен срок договора до 31.12.2019.

Кроме этого, пунктом 6.3 дополнительного соглашения от 16.12.2019 стороны договорились, что возврат займа может быть осуществлен путем перевода денежных средств с личной банковской карты ответственного за обеспечение возврата денежных средств.

Согласно подписанному сторонами акту сверки от 16.12.2019 по состоянию на дату 16.12.2019 заемщик возвратил денежные средства в размере 11 750 000 рублей. Остаток долга по договору составил 27 000 000 рублей.

Представителем ответчика по факту подписанного сторонами дополнительного соглашения от 16.12.2019, а также акта сверки от 16.12.2019 обращено внимание суда на тот факт, что подписание сторонами данных документов были направлены на страхование ФИО3 возврата денежных средств по договору займа.

Кроме этого, представителем ответчика отмечено, что мнимость сделки не предполагает решение вопроса о том, что денежные средства были переданы не в момент подписания сторонами договора займа, а в иные даты, разовой передачей или частичными платежами и где фактически она были переданы. Факт передачи и действительности воли сторон по заключению договора займа подтверждается, в том числе, действиями общества по возврату денежных средств по договору займа.

Представитель ответчика в судебном заседании обратил внимание суда на то, что истец настаивает на мнимости сделки в целом, однако действия общества по возврату долга по договору займа противоречат доводам истца и требованиям законодательства РФ.

Так, представителем ответчика в судебном заседании указано, что в соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах.

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункты 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Иные участники корпорации, несогласные с заявленными требованиями, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

На основании приведенных норм права, по смыслу статей 65.2, пункта 2 статьи 53 ГК РФ, ФИО2 - участник ООО «ТК Петропавловск» - является ненадлежащим истцом по делу.

Исходя из смысла статьи 47 АПК РФ, в случае если стороной дела является ненадлежащий истец, арбитражный суд принимает судебный акт об отказе в иске.

В совокупности представленных письменных доказательств, доводов участников процесса, изложенных в судебном заседании, а также мнениях, изложенных в письменных возражениях и отзывах судом установлено, что, частичный возврат займа, в соответствии с условиями договора, деловая переписка, ответ на досудебную претензию, а также акты сверки расчетов указывают на принятие и соответственно признание ООО «Транспортная компания «Петропавловск» своих обязательств, возникших из договора займа от 15.06.2017.

В судебном заседании 16.09.2020 представитель ответчика сообщил, что по договору займа была передана сумма денежных средств в размере 28 900 000 рублей, а остальные денежные средства были указаны в договоре, в качестве фиксированного процента за пользование займом.

Вместе с тем, действующее законодательство не определяет конкретные сроки оформления письменного договора займа.

ФИО2, ФИО4, а также обществом и их представителями заявлено о том, что договор является мнимым и заключен для вида, без цели создания правовых последствий для сторон.

В подтверждение данного утверждения, представлены данные бухгалтерской отчетности, в которых не отражены сведения об оспариваемой сделке и о получении денежных средств истцом.

Однако, как указывалось выше, из буквального толкования оспариваемой сделки денежные договор займа имеет силу передаточного акта и подпись директора общества на договоре займа свидетельствует о его исполнении со стороны ответчика.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ, ответственность за организацию бухгалтерского учета в организации несет руководитель.

Отсутствие сведений в бухгалтерской документации и налоговой отчетности, о поступлении и расходовании денежных средств, не является основанием для признания сделки недействительной, а может свидетельствовать о совершении руководством ООО «Транспортная компания Петропавловск» в лице генерального директора - ФИО4 и ФИО5 (ответственного за обеспечение исполнение займа со стороны заемщика) деяний, которые влекут ответственность согласно законодательства Российской Федерации, а также подразумевают попытку уклониться от возврата всей суммы займа.

Не может суд согласиться с доводами ФИО2, что для ФИО3 оспариваемая сделка является экономически нецелесообразной, поскольку договор займа заключен на большую сумму, длительный срок и без процентов, в связи с чем, она обладает признаками мнимости.

Судом установлено и сторонами подтверждено в судебных заседаниях, что между руководителем общества, ФИО5, ФИО3 и отцом ФИО3 ранее имели место близкие дружеские отношения, в связи с чем, ФИО3 мог предоставить заем на более выгодных условиях для общества.

Кроме этого, экономическая нецелесообразность сама по себе не является достаточным основанием для судебной коррекции неэффективных условий под предлогом выяснения действительной воли.

Между тем, вопреки доводам истца и третьих лиц, стороны все же предусмотрели ответственность за нарушение условий договора, которая подразумевает начисление процентов за невозврат или несвоевременный возврат денежных средств.

Так, согласно пункту 2.1.3 договора заимодавец не имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа, за исключением случаев установленных пунктом 4.1 договора.

Пункт 4.1 договора предусматривает, что заимодавец вправе потребовать возврата всей оставшейся невыплаченной суммы займа обратившись в суд с иском о взыскании денежных средств по настоящему договору, в случае неоднократного нарушения заемщиком сроков по ежемесячному возврату суммы займа (три и более раза) сроком на три месяца подряд и более.

Таким образом, выводы истца об отсутствии экономической выгоды заключенной сделки у ФИО3 не согласуются с имеющимися в материалах дела доказательствами.

Также, суд принимает во внимание, что по условиям договора и дополнительного соглашения от 17.04.2019 денежные средства заемщику были переданы для приобретения обществом недвижимого имущества, а также для осуществления им предпринимательской деятельности.

Из имеющихся в материалы дела относимых и допустимых доказательств, в том числе представленных по запросу суда сведений Росреестра по Камчатскому краю следует, что обществом в период 2017 года приобреталось недвижимое имущество, в том числе у ФИО3

Позиция истца, а также доказательства, обосновывающие его доводы о том, что для целей приобретения недвижимого имущества общество пользовалось заемными денежными средствами, предоставляемыми кредитными организациями, были приняты судом.

Однако, в силу того, что обществом приобреталось дорогостоящее имущество, на которое необходима была большая денежная сумма, кроме этого обществу необходимо было вести финансово-хозяйственную деятельность, деятельность по расчетам с контрагентами и кредитными учреждениями по возврату заемных денежных средств в размере 20 548 000 рублей, заключение иного договора займа было не исключено. В связи с чем, ответчик для возможности дальнейшего ведения предпринимательской деятельности общества предоставил заем на выгодных для общества условиях.

Что касается оценки достоверности представленных ответчиком документов, подтверждающих наличие у ответчика денежных средств в крупных размерах, а также заявление истца и его сторонников о фальсификации доказательств, подтверждающих платежеспособность ответчика на момент дачи обществу займа, суд приходит к следующему выводу.

В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Ссылка истца на указанную выше норму является несостоятельной: во-первых потому, что в данном случае необходимость доказывания факта платежеспособности предусмотрена при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве), а во-вторых в названном выше постановлении Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 речь идет о передаче денежных средств, подтверждаемой только распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру.

В рассматриваемом же случае, судом не решается вопрос о несостоятельности (банкротстве) общества.

Кроме этого, в материалах дела имеется договор займа, подписанный обеими сторонами и имеющий силу передаточного акта.

Таким образом, в данном случае закон не возлагает на заимодавца обязанность доказать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа.

В связи с чем, суд отклонил ходатайство ФИО2, а также третьих лиц о проведении экспертизы по факту фальсификации представленных ответчиком доказательств в заламинированном виде.

Кроме этого, истцом представлялись ответы экспертного учреждения о невозможности проведения экспертизы на предмет его давности, соответственно удовлетворять ходатайство о проведении экспертизы не целесообразно в виду невозможности проведения таковой.

Кроме этого, суд отмечает, что не может убедиться в достоверности представленных ответчиком доказательств (оригиналов документов в заламинированном виде) поскольку они не отвечают требованиям допустимости и достоверности, в связи с чем данные доказательства не принимаются судом в качестве достоверных.

Проверяя спорную сделку на предмет наличия злоупотребления правом, судом соответствующие признаки в действиях сторон сделки не установлены, доказательств намерения у сторон причинить вред истцу не представлено.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

На основании пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

При этом обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений возлагается на лицо, заявившее соответствующее требование.

Вместе с тем, убедительных доказательств злоупотребления правом при заключении оспариваемой сделки суду не представлено.

Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. То есть при мнимой сделке стороны могут совершать определенные действия, но у них нет цели получить соответствующие правовые последствия. Если же подобные последствия возникают, такая сделка не имеет характер мнимой.

Исполнение договора займа свидетельствует о том, что сделка была направлена на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ), то есть на достижение определенного правового результата.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ лицо, участвующее в деле должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку для возникновения обязательств по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщика - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безнадежность займа.

Факт расхождения волеизъявления с действительной волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 15.06.2017 сторонами подписан спорный договор.

Факт его подписания сторонами не оспаривался, а напротив подтвержден.

Из содержания договора прямо следует, что ФИО4 фактически получил денежные средства, что подтверждается его подписью в договоре.

Все существенные условия договора в подписанном сторонами договоре займа оговорены, а доводы истца об отсутствии в бухгалтерских документах сведений о получении им денежных средств от ФИО3 сами по себе не свидетельствуют о том, что эти денежные средства не были получены директором общества.

Согласно имеющимся в материалах дела чекам по операциям Сбербанк Онлайн установлено перечисление денежных средств от ФИО5, ответственного за возврат денежных средств, на счет ФИО3 содержащих ссылку на назначение платежа - возврат по договору займа от 15.06.2017.

Таким образом, указанные фактические обстоятельства дела свидетельствуют о наличии между сторонами сделки реальных сложившихся отношений по договору займа.

Кроме этого, суд принимает во внимание, что поведение ФИО4, подписавшего от имени общества договор займа, получившего денежные средства, а затем погашавшего основной долг по договору, давало основания ответчику полагаться на действительность сделки.

При оценке доводов о недействительности договора займа судом принято во внимание также, что ФИО4 на протяжении длительного времени не заявлял о неполучении денежных средств, а с настоящим иском обратился лишь после получения требования о возврате долга по договору займа.

В силу части 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основания другим лицам полагаться на действительность сделки.

Истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 ГПК РФ, с бесспорностью свидетельствующих о том, что договор займа был подписан без намерения создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, а также о том, что на момент заключения оспариваемой сделки воля сторон не была направлена на ее исполнение.

Напротив, в материалах дела имеются доказательства исполнения обязательств общества перед ФИО3, в частности доказательства, подтверждающие частичный возврат денежных средств по договору займа, а также ответ на претензию ФИО3 о возврате денежных средств, согласно которому общество указывает на исполнение договора займа со своей стороны..

Также ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

По общему правилу, срок исковой давности составляет три года (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункты 1, 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Таким, образом, по смыслу приведённой нормы - начало течения срока исковой давности, начинается с момента, когда генеральному директору общества ФИО4, стало известно о наличии оспариваемой сделки, а именно с 15.06.2017.

При этом, в силу прямого указания приведённого положения Постановления Пленума Верховного суда от 29.09.2015 г. № 43, изменение состава учредителей истца, не влияет на начало течения срока исковой давности.

Кроме этого, оценив и проанализировав представленные в материалы дела доказательства, а также наличие семейных отношений ФИО2, ФИО4 и ФИО5, суд критически относится к доводам истца, о том, что она не обладала сведениями существовании оспариваемой сделки.

Ссылка истца на Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», не может быть принята судом, поскольку в указанном постановлении рассматриваются случаи корпоративного конфликта, когда учредителем компании взыскиваются убытки причинённые директором и другим учредителем.

Также судом не может быть принята во внимание приведенная истцом в обоснование своих доводов судебная практика, в том числе: Определение Верховного суда РФ от 29.07.2016 г. по делу 305-ЭС16-3884, а также Определение Верховного суда РФ от 26.08.2016 по делу 305-ЭС16-3884, являются примерами корпоративного конфликта.

В рассматриваемом деле, данная норма не применима, так как не соответствует обстоятельствам дела и противоречит основанию и предмету иска.

Обстоятельства, на которые ссылается одна сторона, не признанные другой стороной, подлежат доказыванию по правилам статьи 65 АПК РФ лицом, о них заявившим, которое несет риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, а также в целом процессуальное поведение общества по исполнению обязательств по договору займа от 15.06.2017, приходит к выводу о том, что истец вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не доказал наличие в договоре займа от 15.06.2017, заключенного между обществом в лице его директора и ФИО3 признаков недействительности сделки.

Вместе с тем, в данном случае обстоятельства, на которые ссылается истец, не лишают его права на защиту и обращение с иском за возмещением убытков, причиненных обществу его генеральным директором.

Исходя из изложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

Понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины возмещению ему не подлежат в связи с отказом в иске.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.С. Алферова