Постановление от 22 июня 2023 г. по делу № А40-148677/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва


22.06.2023

Дело № А40-148677/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 15.06.2023

Полный текст постановления изготовлен 22.06.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Федуловой Л. В.,

судей Аталиковой З.А., Красновой С.В.,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью "Технопарк МСК" – конкурсный управляющий ФИО1, определение №А40-280204/2018 от 27.06.2019;

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 24.11.2022);

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на решение Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по делу №А40-148677/2022

по иску общества с ограниченной ответственностью "Технопарк МСК"

к ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков в размере 4 000 000 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Технопарк МСК" (далее - ООО "Технопарк МСК", Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2 (далее - ФИО2) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков в размере 4 000 000 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023, требования удовлетворены.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит вышеуказанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований. Заявитель в кассационной жалобе ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ООО "Технопарк МСК" поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ООО "Технопарк МСК" возражал против удовлетворения жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 АПК РФ, для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2019 по делу №А40-280204/2018 ООО "Технопарк МСК" признано банкротом, введено конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019 по делу № А40-280204/2018 признан недействительной сделкой Договор уступки права от 01.10.2017, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью "Прованс" (далее – ООО "Прованс") и ООО "Технопарк МСК", применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО "Прованс" в пользу ООО "Технопарк МСК" 4 000 000 (четыре миллиона) руб. в конкурсную массу.

ООО "Прованс" зарегистрировано в качестве юридического лица 05.07.2013, единственным участником и генеральным директором являлась ФИО2

11.06.2019 регистрирующим органом внесена запись ГРН 7197747553800 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ в отношении ООО "Прованс".

22.07.2020 Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (далее – налоговый орган) внесла запись ГРН 2207706439774 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности) на основании решения № 104099 от 20.07.2020.

07.08.2020 внесена запись о наличии заявления лица, чьи права затрагиваются исключением юридического лица из ЕГРЮЛ.

19.08.2020 налоговый орган внес запись ГРН 2207707692938 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности) на основании решения №118018 от 17.08.2020.

03.12.2020 налоговый орган внес запись ГРН 2207713156011 о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Полагая, что исключение ООО «Прованс» из ЕГРЮЛ по вышеуказанным основаниям свидетельствует о недобросовестном поведении единственного участника и генерального директора ФИО2, направленном на уклонение от погашения установленной судебным актом задолженности, истец обратился с иском в суд.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее также - Закон об ООО) исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 того же Кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П, конституционное требование действовать добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от 27.10.2015 № 28-П, от 22.06.2017 № 16-П и др.).

Гражданский кодекс Российской Федерации, провозглашая основные начала гражданского законодательства, закрепляет, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1). Кроме того, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 данного Кодекса), в том числе причинение вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, применяет иные меры, предусмотренные законом, а если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункты 2 и 4 статьи 10 данного Кодекса). В то же время добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 данного Кодекса).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, надо исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. При этом поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ и статья 65 АПК РФ). Если же будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела, характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры по защите интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения.

В Постановлении от 21.05.2021 № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловлены установленным законодателем - исходя из существа и целевой направленности деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом ее субъектов, включая права, обязанности и меры ответственности. В свою очередь, законодатель, действуя в рамках своих полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечить их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации, не ущемляющее экономическую свободу и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а равно предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей меры и условия привлечения к ответственности на основе принципов гражданского законодательства.

Конституционный Суд Российской Федерации не раз указывал на вытекающую из самой природы корпоративной коммерческой организации неизбежность столкновения интересов различных групп лиц в процессе предпринимательской деятельности хозяйственных обществ и приходил к выводу, что одной из основных задач гражданского законодательства является обеспечение баланса их законных интересов с учетом того, что Конституция Российской Федерации закрепляет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), и гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1) (постановления от 24.04.2004 № 3-П, от 28.01.2010 № 2-П и от 21.02.2014 № 3-П; определение от 06.07.2010 №929-О-О и др.).

При этом из числа лиц, чьи интересы должны быть учтены и защищены, нет оснований исключать и кредиторов юридического лица. Так, в силу прямого предписания пункта 1 статьи 30 Закона о банкротстве, если в процессе деятельности юридического лица у него возникают признаки банкротства, на контролирующее должника лицо возлагается обязанность действовать с учетом интересов кредиторов. Вместе с тем в условиях ограниченности ресурсов юридического лица (прежде всего, его имущества) одновременное полное удовлетворение интересов всех заинтересованных в его деятельности лиц, особенно в рамках банкротства, едва ли возможно. Поэтому законодатель в пределах дискреционных полномочий вправе отдавать предпочтение интересам той или иной группы, на что указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 03.07.2007 №714-О-П.

В связи с этим стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях.

Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (постановление от 21.05.2021 №20-П; определения от 13.03.2018 №580-О, №581-О и №582-О, от 29.09.2020 №2128-О и др.). Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей") при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот.

Из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 31 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 №307-ЭС20-180, от 30.01.2023 №307-ЭС22-18671).

Суды первой и апелляционной инстанций, признавая действия ответчика недобросовестными, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, исходили из того, что единственным участником и генеральным директором ООО «Прованс» являлась ФИО2

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019 по делу № А40-280204/2018 признан недействительной сделкой Договор уступки права от 01.10.2017, заключенный между ООО "Прованс" и ООО "Технопарк МСК", применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО "Прованс" в пользу ООО "Технопарк МСК" 4 000 000-00 (четыре миллиона) руб. в конкурсную массу.

В связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о ООО «Прованс», в отношении которых внесена запись о недостоверности, юридическое лицо ликвидировано по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» путем исключения из ЕГРЮЛ юридического лица.

Суды учитывали, что оспоренная в рамках дела о банкротстве ООО «Технопарк МСК» сделка совершена непосредственно с участием ответчика и была направлена на безвозмездную передачу денежных средств в размере 4 000 000 руб. от ООО «Технопарк МСК» в пользу ООО «Прованс», то есть с целью вывода денежных средств, принадлежащих ООО «Технопарк МСК», в преддверии банкротства.

Таким образом, являясь единственным участником и генеральным директором ООО «Прованс», ФИО2 была осведомлена о мнимом характере заключенной с ООО «Технопарк МСК» сделки от 01.10.2017, что свидетельствует о недобросовестном поведении данного лица.

Как установили суды, в период с 05.12.2017 по 21.03.2019 на счет ООО «Прованс» перечислены денежные средства только истцом, иных операций по кредиту за заявленный период не совершалось, однако совершались операции по дебету за счет денежных средств, полученных от ООО «Технопарк МСК» по мнимой сделке.

Так, Обществом совершена выплата заработной платы ФИО2, и перечисление 3.901.100 руб. в счет оплаты обязательственных отношений с иным лицом, что свидетельствует о неразумности действий ФИО2, направившей полученные по безвозмездной сделке с ООО «Технопарк МСК» денежные средства на оплату себе заработной платы и расчет с иным кредитором.

Ответчиком не доказано, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, ФИО2 действовала добросовестно и приняла все меры для исполнения организацией обязательств по перечислению ООО "Технопарк МСК" 4 000 000 руб. в порядке реституции.

Более того, ФИО2 не предприняла мер по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности, послужившей основанием для прекращения регистрирующим органом деятельности юридического лица.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанции, исходя из совокупности установленных обстоятельств пришли к выводу о том, что в данном случае действия ответчика не связаны с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, напротив, в действиях ответчика усматриваются признаки недобросовестности и неразумности (статья 10 ГК РФ).

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Судами правильно применены нормы материального права, не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Учитывая, что производство по кассационной жалобе в суде кассационной инстанции окончено, приостановление исполнения судебного акта, принятое определением Арбитражного суда Московского округа от 17.05.2023, подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по делу №А40-148677/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2022 и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по делу №А40-148677/2022, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 17.05.2023.


Председательствующий-судья Л.В. Федулова


Судьи: З.А. Аталикова


С.В. Краснова