Решение от 10 февраля 2022 г. по делу № А66-16972/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А66-16972/2020
г.Тверь
10 февраля 2022 года



изготовлено в полном объеме


Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Бачкиной Е.А., при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии представителей: ответчика – ФИО2 по доверенности, третьего лица – ФИО3 (главврач), рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование», г.Москва

к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Тверской области, г. Тверь

третье лицо: Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тверской области «Тверской областной клинический онкологический диспансер», г. Тверь

об оспаривании решений

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование» (далее – заявитель, Общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании решений Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тверской области (далее – ответчик, Фонд, ТФОМС) от 28.07.2020 №53, от 06.08.2020 №62, от 10.08.2020 №63 и от 18.08.2020 №64 недействительными.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тверской области «Тверской областной клинический онкологический диспансер» (далее – третье лицо, Учреждение, ГБУЗ «ТОКОД»)

Заявитель в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о времени и месте проведения разбирательства по делу.

Ответчик возражал относительно заявленных требований в соответствии с доводами, изложенными в отзыве.

Представитель третьего лица поддержал позицию ответчика, представил отзыв в материалы дела.

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие представителя заявителя.

Пи рассмотрении дела суд исходил из следующих обстоятельств.

Между Фондом и ООО «Росгосстрах-Медицина» (страховая медицинская организация; впоследствии переименовано в ООО «Капитал Медицинское Страхование») заключен договор о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования от 09.01.2017 № 6 (далее – Договор), по условиям которого Фонд принимает на себя обязательства по финансовому обеспечению деятельности страховой медицинской организации в сфере обязательного медицинского страхования, а страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную застрахованным лицам в соответствии с условиями, установленными в территориальной программе обязательного медицинского страхования, за счет целевых средств.

В пункте 2.23 Договора предусмотрена обязанность страховой медицинской организации осуществлять контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи застрахованным лицам в медицинских организациях, с которыми страховой медицинской организацией заключены договоры на оказание и оплату медицинской помощи, в том числе путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи в соответствии с порядком, утвержденным приказом Федерального фонда от 28.02.2019 № 36 «Об утверждении Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию» (далее – Порядок контроля), и представлять в территориальный фонд отчет о результатах контроля.

Обществом проведены экспертизы качества медицинской помощи 41 случая оказания медицинской помощи застрахованным лицам в условиях круглосуточного/дневного стационара ГБУЗ Тверской области «Тверской областной клинический онкологический диспансер» по профилю «онкология», по итогам которых выявлены нарушения при оказании медицинской помощи: в 37 случаях - код дефекта / нарушения при оказании медицинской помощи - 3.2.3; в 14 случаях - код дефекта / нарушения при оказании медицинской помощи - 4.3.; в 4 случаях - код дефекта / нарушения при оказании медицинской помощи- 3.2.1.

Учреждение, не согласившись с результатами проведенной обществом экспертизы качества медицинской помощи, направило в Фонд претензии. На основании указанных претензий Фондом организовано проведение повторной экспертизы качества медицинской помощи, о чем составлены акты повторной экспертизы № 233-РЭ от 27.07.2020, № 247-РЭ от 05.08.2020, №248-РЭ от 07.08.2020, № 248-РЭ от 23.07.2020.

Комиссией Фонда по урегулированию спорных вопросов между участниками обязательного медицинского страхования, работающими в сфере обязательного медицинского страхования Тверской области, по результатам рассмотрения претензий Учреждения приняты решения от 28.07.2020 №53, от 06.08.2020 №62, от 10.08.2020 №63 и от 18.08.2020 №64.

Решением от 28.07.2020 № 53 претензия ГБУЗ ТОКОД по двадцати двум страховым случаям (медицинская карта стационарного больного №№ 2628, 1982, Д1656, Д1142, Д1672, 1912, 1641, 2260, Д1444, Д1618, Д1370, Д1480, Д1252, Д1322, Д1469, Д1446, 2315, 2088, 2095, 2297, 2218, Д1449) признана обоснованной. Финансовые санкции по коду дефекта 3.2.3. и 4.2, предъявленные ранее Филиалом ООО «Капитал МС» в Тверской области к ГБУЗ ТОКОД отменены.

Решением от 06.08.2020 № 62 претензия ГБУЗ ТОКОД по тринадцати страховым случаям (медицинская карта стационарного больного №№ Д2052, Д2123, Д2108, Д2115, Д2257, Д2009, Д2124, Д2266, Д1997, Д2502, Д2427, Д2228, Д2076) признана обоснованной. Финансовые санкции по коду дефекта 3.2.3. и 4.2, предъявленные ранее Филиалом ООО «Капитал МС» в Тверской области к ГБУЗ ТОКОД отменены.

Решением от 10.08.2020 № 63 претензия ГБУЗ ТОКОД по восемнадцати страховым случаям (медицинская карта стационарного больного №№ 2894, 3044, 3395, 2905, 2929, 3353, 3322, 2833, 3487, 2866, 3485, 3720, 3606, 3771, 2715, 2798, 3008, 2883) признана обоснованной. Финансовые санкции по коду дефекта 3.2.3. и 3.2.1, предъявленные ранее Филиалом ООО «Капитал МС» в Тверской области к ГБУЗ ТОКОД отменены.

Решением от 11.08.2020 № 64 претензия ГБУЗ ТОКОД по четырнадцати страховым случаям (медицинская карта стационарного больного №№ Д772, 1623, 1177, 1619, 1482, Д803, 828, 1310, 780, 1233, 1258, 791, 1670, 1273) признана обоснованной. Финансовые санкции по коду дефекта 3.2.3. и 3.2.1, предъявленные ранее Филиалом ООО «Капитал МС» в Тверской области к ГБУЗ ТОКОД отменены.

Общество, не согласившись с выводами Актов повторной экспертизы, направило в ТФОМС 20.08.2020, 21.08.2020, 24.08.2020, 28.08.2020 Протоколы разногласий с просьбой пересмотреть её результаты.

Фонд письмом от 17.09.2021 № 2822 вернул акты ЭКМП Обществу без рассмотрения протоколов разногласия, сославшись на то, что Порядком контроля не предусмотрено направление протоколов разногласий к актам реэкспертизы.

Полагая решения Фонда несоответствующими закону и нарушающими права и законные интересы Общества, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Исследовав представленные сторонами доказательства, изучив письменные пояснения сторон, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, в судебном заседании, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из части 2 статьи 201 АПК РФ обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а, во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом по смыслу статей 65, 198 и 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Правоотношения, возникающие в сфере обязательного медицинского страхования, регулируются Федеральным законом от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Закон № 326-ФЗ).

В силу пункта 10 части 2 статьи 38 Закона № 326-ФЗ страховая медицинская организация обязана осуществлять контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи в медицинских организациях, в том числе путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи, и представлять отчет о результатах такого контроля.

В силу части 1 статьи 40 Закона № 326-ФЗ, контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены территориальной программой обязательного медицинского страхования и договором на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, проводится в соответствии с порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, установленным Федеральным фондом.

Согласно части 2 той же статьи Закона № 326-ФЗ контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

Результаты медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи оформляются соответствующими актами по формам, установленным Федеральным фондом. По результатам контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи применяются меры, предусмотренные статьей 41 настоящего Закона и условиями договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию (части 9 и 10 статьи 40 Закона № 326-ФЗ).

В соответствии с положениями статьи 42 Закона № 326-ФЗ медицинская организация в течение 15 рабочих дней со дня получения актов страховой медицинской организации вправе обжаловать заключение страховой медицинской организации при наличии разногласий по результатам медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи путем направления претензии в территориальный фонд.

Территориальный фонд в соответствии с требованиями части 3 статьи 42 Закона № 326-ФЗ в течение 30 рабочих дней со дня поступления такой претензии рассматривает поступившие от медицинской организации материалы и организует проведение повторных медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи.

Повторные медико-экономический контроль, медико-экономическая экспертиза и экспертиза качества медицинской помощи проводятся экспертами, назначенными территориальным фондом, и оформляются решением территориального фонда (часть 4 статьи 42 Закона № 326-ФЗ).

Аналогичная процедура была предусмотрена действующим в спорный период Порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденным приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 28.02.2019 № 36.

Так пунктом 93 данного Порядка установлено, что территориальный фонд в течение тридцати рабочих дней с даты поступления претензии рассматривает поступившие от медицинской организации документы и организует проведение повторных медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи, которые в соответствии с частью 4 статьи 42 Закона № 326-ФЗ оформляются решением территориального фонда с представлением в соответствии с пунктом 61 настоящего Порядка акта реэкспертизы и/или экспертного заключения.

По результатам реэкспертизы территориальный фонд в течение десяти рабочих дней после оформления акта повторного контроля принимает решение, в том числе с учетом письменно выраженной позиции страховой медицинской организации (при наличии), и направляет результаты рассмотрения в форме соответствующих актов и решения, подписанного руководителем, в страховую медицинскую организацию и медицинскую организацию.

Согласно пунктам 53, 54, 56 Порядка контроля, территориальный фонд на основании части 11 статьи 40 Закона № 326-ФЗ осуществляет контроль за деятельностью страховых медицинских организаций путем организации контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, проводит медико-экономический контроль, медико-экономическую экспертизу, экспертизу качества медицинской помощи, в том числе повторно.

Повторные медико-экономическая экспертиза или экспертиза качества медицинской помощи проводятся другим специалистом-экспертом медико-экономическая экспертиза или другим экспертом качества медицинской помощи экспертиза качества медицинской помощи.

Повторная экспертиза качества медицинской помощи проводится параллельно или последовательно с экспертизой качества медицинской помощи, осуществляемой страховой медицинской организацией, с привлечением другого эксперта качества медицинской помощи.

Задачами реэкспертизы являются проверка обоснованности и достоверности заключения специалиста-эксперта или эксперта качества медицинской помощи, первично проводившего медико-экономическую экспертизу или экспертизу качества медицинской помощи; контроль деятельности специалистов-экспертов/экспертов качества медицинской помощи.

Приложение 8 к Порядку контроля содержит перечень оснований для отказа в оплате медицинской помощи (уменьшения оплаты медицинской помощи).

Согласно пункту 91 Порядка контроля решение территориального фонда, признающее правоту медицинской организации, доведенное до страховой медицинской организации в сроки, установленные пунктом 61 Порядка, является основанием для отмены (изменения) решения о неоплате, неполной оплате медицинской помощи и/или об уплате медицинской организацией штрафа за неоказание, несвоевременное оказание либо оказание медицинской помощи ненадлежащего качества по результатам первичной медико-экономической экспертизы и/или экспертизы качества медицинской помощи.

В рассматриваемом случае врачами – экспертами качества оказания медицинской помощи Общества выявлены: 37 случаев с кодом дефекта 3.2.3 (невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учётом стандартов медицинской помощи, в том числе рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, приведших к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях); 14 случаев с кодом дефекта 4.3 (отсутствие в документации информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях); 4 случая с кодом дефекта 3.2.1 (невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица).

Исследовав материалы дела, суд считает верными выводы Фонда, изложенные в оспариваемых решениях, об ошибочном применении Обществом санкций по кодам дефекта 4.3, 3.2.1 и 3.2.3, ввиду следующего.

В соответствии с частью 9 статьи 20 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон № 323-ФЗ) медицинское вмешательство без согласия гражданина допускается, если его состояние не позволяет выразить свою волю или отсутствуют законные представители.

Согласно части 1 статьи 20 Закона № 323-ФЗ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, форма информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форма отказа от медицинского вмешательства утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 7 статьи 20 Закона № 323-ФЗ).

По мнению заявителя в медицинских картах отсутствует добровольное информированное согласие пациента на применение отдельных конкретных препаратов и их комбинаций в рамках химиотерапевтических схем, предусмотренных действующими клиническими рекомендациями.

Между тем, из материалов дела следует, что в медицинских картах по спорным случаям оказания медицинской помощи имеются согласия, подписанные пациентами, в частности в историях болезни присутствуют три вида информированных добровольных согласий:

- на химиотерапевтическое лечение с указанием всех возможных осложнений лечения;

- на определенный вид медицинского вмешательства, осуществляемого при оказании всех видов медицинской помощи (курс лекарственной терапии);

- на медицинское вмешательство, в том числе с согласием на проведение лечебных мероприятий: прием таблетированных препаратов, инъекций, внутривенных вливаний, диагностических и лечебных пункций.

Информированные добровольные согласия, которые даны пациентами, в рассматриваемых случаях не противоречат Закону № 323-ФЗ, содержат предупреждения пациентов о возможных осложнениях лечения, а также указания на наименования вида медицинского вмешательства.

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что наличие в медицинской документации добровольного информированного согласия пациента на применение отдельных конкретных препаратов и их комбинаций законодательством Российской Федерации не предусмотрено.

Доводы Общества об обратном не основаны на нормах права, а также противоречат буквальному содержанию рассматриваемого кода дефекта 4.3.

Применение Обществом кодов дефекта 3.2.3 и 3.2.1 по мнению суда также необоснованно.

Заявитель ссылается на отсутствие в медицинской документации письменного отказа от медицинского вмешательства, при отсрочке курса лечения по семейным обстоятельствам.

Согласно части 8 статьи 20 Закона № 323-ФЗ порядок дачи отказа от медицинского вмешательства, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, форма отказа от медицинского вмешательства утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Отказ от медицинского вмешательства является письменным юридически значимым документом, подписанным гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником и влекущий юридические значимые последствия для пациента.

В медицинских картах по спорным случаям оказания медицинской помощи отсрочка начала курса лечения обоснована указанием на обстоятельства со слов пациента (в частности, по семейным обстоятельствам).

Доводы Общества о том, что указанные в медицинской документации причины отсрочки начала курса лечения, отраженные на основании слов пациента, должны быть документально подтверждены, не основаны на нормах права и подлежат отклонению.

Вместе с тем, Учреждение не может нести ответственность за действия пациентов при несоблюдении рекомендаций врачей и нарушение сроков обращения в медицинское учреждение, обязанность выяснять конкретную причину неявки пациента в назначенный день на медицинскую организацию законом не возложено. Напротив, на граждан, находящиеся на лечении, положениями части 3 статьи 27 Закона № 323-ФЗ возложена обязанность соблюдения режима лечения.

Ссылка Общества на устные пояснения граждан о том, что отсрочка начала лечения имела место по инициативе сотрудников Учреждения, материалами дела не подтверждены и подлежат отклонению.

Доказательства, что пациенты обращались в Учреждение в назначенный срок начала лечения и лечение не начато в указанный срок по причинам, зависящим от Учреждения, отсутствуют.

Доводы Общества о допущенных учреждением нарушениях при оказании медицинской помощи, ввиду отсутствия в медицинских картах сведений об установке порт-системы также не могут быть приняты.

В протоколе заседания комиссии Фонда от № 64 от 11.08.2020 отмечено, решение по установке долгосрочного полностью имплантируемого центрального венозного катетера «порт-система принимает лечащий врач или врачебная комиссия при желании пациента, в случае отсутствия противопоказаний.

Обязательного применения порт-системы нормами права не установлено.

Как верно отметили Фонд и Учреждение порт-система является одним из способов применения препарата, наряду с примененными учреждением иными не запрещенными способами. При этом установка порт-системы представляет собой оперативное вмешательство, с возможностью возникновения осложнений, не требуется при краткосрочной терапии.

Кроме того, из материалов дела следует, что по ряду спорных случаев медицинская документация содержит сведения об установке порт-системы.

Применительно к остальным спорным случаям в актах проведенной Обществом экспертизы качестве медицинской помощи обязательное применение именно порт-системы, неправомерность примененного Учреждением способа введения препарата не обоснованы.

Выводы Общества о том, что Учреждением не исполняется требование по указанию в сигнатуре листа назначений о режиме введения препарата, об оценке соблюдения режима введения препарата, что создает риск ненадлежащего введения, опасного для пациента развития побочных эффектов, не достигая терапевтической дозы в крови, также не свидетельствуют о правомерности применения заявителем рассматриваемых кодов дефекта.

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что в медицинских картах стационарных больных по рассматриваемым спорным случаям оказания медицинской помощи в дневниковых записях имеется информация о дате и времени начала курса, продолжении курса и завершении курса терапии (протокол № 64 от 11.08.2020).

Вопреки доводам Общества, в листе назначений указания о времени введения препарата могут быть краткими и не содержать всю необходимую информацию, а дневниковые записи позволяют установить более точные сведения.

Аналогичные выводы сделаны судами трех инстанций при рассмотрении дела № А66-2013/2021.

Кроме того, суд отмечает следующее.

Заявление о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц в соответствии со статьей 198 АПК РФ может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 117 АПК РФ заявитель вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если срок пропущен по уважительной причине, ходатайство подлежит удовлетворению. Отсутствие уважительных причин к восстановлению срока является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства. Установление причин пропуска процессуального срока и их оценка находятся в компетенции суда, результаты их рассмотрения отражаются в решении арбитражного суда по делу.

Таким образом, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок для подачи соответствующего заявления не является пресекательным и может быть восстановлен арбитражным судом, но только по ходатайству лица, участвующего в деле, обратившегося с таким заявлением.

Согласно части 1 статьи 115 АПК РФ лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных данным Кодексом или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

Ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в арбитражный суд, в котором должно быть совершено процессуальное действие. Одновременно с подачей ходатайства совершаются необходимые процессуальные действия (подается заявление, жалоба, представляются документы и другое), в отношении которых пропущен срок (часть 3 статьи 117 АПК РФ).

Нормы АПК РФ не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, поэтому право установления наличия этих причин и их оценки по правилам статей 65 и 71 Кодекса принадлежит суду.

Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к компетенции суда, рассматривающего вопрос о восстановлении указанного срока, а возможность восстановления процессуального срока ставится законом в зависимость от усмотрения суда при наличии соответствующего ходатайства со стороны заявителя и мотивов обращения с таким ходатайством.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица, обратившегося с суд, не могут рассматриваться в качестве уважительных причин пропуска процессуального срока.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В данном случае из материалов дела следует и подтверждается заявителем, что решение № 53 было получено филиалом Общества 13.08.2020, а решения № 63, №62 и №64 - 20.08.2020.

Таким образом, о нарушении его прав и законных интересов Обществу стало известно не позднее 20.08.2020, при этом заявитель исчисляет срок на обращение в суд с момента получения писем Фонда о нецелесообразности рассмотрения направленных Обществом протоколов разногласий.

Вместе с тем само по себе направление протоколов разногласий и получение ответа на них не изменяет момент, когда Обществу должно было стать известно о нарушении его прав оспариваемыми решениями Фонда. Обязательный досудебный порядок урегулирования настоящего спора (в том числе путем направления протоколов разногласий) законодательством Российский Федерации не предусмотрен.

Таким образом, оснований исчислять установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок на обращение в суд с настоящими требованиями с 21.09.2020 не имеется.

Выбор момента на обращение в суд после получения писем Фонда в данном случае обусловлен волеизъявлением самого Общества при отсутствии у него правовых и фактических препятствий к обращению в суд в установленный АПК РФ срок.

Указанные Обществом обстоятельства направления протоколов разногласий и получения ответов на них могли бы свидетельствовать о причинах пропуска заявителем срока на обращение в суд, но не имеют правового значения в отсутствие ходатайства о восстановлении пропущенного срока.

Такое ходатайство Обществом не заявлено.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 17.03.2010 № 6-П, на судебной власти лежит обязанность по предотвращению злоупотребления правом на судебную защиту со стороны лиц, требующих восстановления пропущенного процессуального срока при отсутствии к тому объективных оснований. Произвольное восстановление процессуальных сроков противоречило бы целям их установления, и нарушало бы баланс интересов сторон.

Принимая во внимание получение оспариваемых решений 13.08.2020 и 20.08.2021, на момент направления обществом настоящего заявления в суд (21.12.2020) срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, истек.

Пропуск срока на подачу заявления является самостоятельным достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, что отвечает требованиям статьи 9 АПК РФ и принципу правовой определенности.

При таких обстоятельствах отсутствие со стороны заявителя ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд, как и процессуальных препятствий к подаче такого ходатайства, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска данного срока, не зависящих от заявителя, объективно препятствовавших ему своевременно обратиться в суд, влечет отказ в удовлетворении требований Общества о признании незаконными оспариваемых решений фонда.

Исходя из изложенного, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований.

Расходы по госпошлине по правилам статьи 110 АПК РФ подлежат оставлению на заявителе.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Расходы по госпошлине оставить на заявителе.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Вологда в сроки и порядке, установленные АПК РФ.


Судья Е.А. Бачкина