Постановление от 29 октября 2020 г. ФАС ПО (ФАС Поволжского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-48631/2019

Дело № А12-34923/2017
г. Казань
30 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2020 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Хайруллиной Ф.В.,

судей Муравьева С.Ю., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии:

ФИО1 – представитель ФИО2, доверенность от 20.08.2018,

ФИО3 – лично, паспорт,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020

по делу № А12-34923/2017

по заявлению ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Волга Пром Кровля» (ИНН <***>, ОГРН <***>), с участием в деле заинтересованных лиц: общества с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «Новопокровский» (ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Хромус», ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

уполномоченный орган в лице Инспекции Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью«Волга Пром Кровля» (далее - должник, общество «Волга Пром Кровля»).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.11.2017 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Волга Пром Кровля».

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.03.2018 (резолютивная часть оглашена 21.02.2018) заявление Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда признано обоснованным, в отношении общества «Волга Пром Кровля» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 02.07.2018 общество «Волга Пром Кровля» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего до его утверждения возложены на временного управляющего ФИО6.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 14.08.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества «Волга Пром Кровля» ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 5 005 565 руб.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц судом привлечены: ФИО4, ФИО2, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «Новопокровский» (далее – Банк, ООО Коммерческий Банк «Новопокровский»), общество с ограниченной ответственностью «Хромус», ФИО5.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 14.12.2018, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019, требование ФИО1 в размере 5 005 565 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Волга Пром Кровля».

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 16.08.2019 определение суда от 14.12.2018 и постановление апелляционного суда от 29.03.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.04.2020 требование ФИО1 в размере 5 005 565 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Волга Пром Кровля».

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020 определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с судебным актом суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебный акт отменить как принятый с нарушением норм действующего законодательства, оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, правомерны и обоснованны выводы суда первой инстанции о подтверждении задолженности не только двухсторонними документами между должником и ФИО4, но банковскими документами, платежным поручением о перечислении безналичного платежа, документами с третьим лицом ФИО3, судом первой инстанции приведены достаточные доказательства отсутствия мнимости сделок, представлены доказательства возможности оплаты за уступленное право требования, выводы суда апелляционной инстанции несостоятельны, не основаны на должной оценке доказательств, дополнительные соглашения, договор уступки не оспорены.

Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационнотелекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ и в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru в порядке, предусмотренном статьей 121 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.09.2020 судебное разбирательство отложено на 27.10.2020 на 15 часов 00 минут.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.10.2020 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судей Ананьева Р.В., Петрушкина В.А., находящихся в отпуске, на судей Муравьева С.Ю., Фатхутдинову А.Ф., в связи с чем рассмотрение кассационной жалобы начато сначала.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

ФИО3 выразила согласие с доводами жалобы, просила его удовлетворить.

Иные лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили, кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Волга Пром Кровля» (заемщик) и ООО Коммерческий Банк «Новопокровский» был заключен договор об открытии кредитной линии (далее - кредитный договор) от 31.05.2016 № 2016/КЛЗ/В-З, по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию на пополнение оборотных средств с лимитом задолженности в размере 15 000 000 рублей, с процентной ставкой 17,5% годовых, сроком до 25.05.2017.

В обеспечение названного обязательства были заключены четыре договора поручительства от 31.05.2016, в том числе: № 2016/П/КЛЗ-Э-2 с ФИО2, № 2016/П/КЛЗ-З-З с ФИО4

Дополнительным соглашением к договорам от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-Э-2 и № 2016/П/КЛЗ-З-З уменьшена сумма обязательств поручителей С-ных до 2 505 565 рублей и 2 500 000 рублей соответственно.

ФИО4, являясь поручителем перед банком по обязательствам должника, что подтверждается кредитным договором от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-З-З, договором поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-3, дополнительным соглашением к договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/Ю13, определением Советского районного суда г. Краснодара от 23.08.2017 по делу № 2-1338/17, погасила задолженность общества «Волга Пром Кровля» перед банком через третье лицо: ФИО3 (далее – ФИО3), которая на основании заключенного между ней и поручителем - ФИО4 соглашения о возложении исполнения обязательств на третье лицо от 31.07.2017 уплатила банку денежные средства в сумме 2 500 000 рублей платежным поручением от 31.07.2017 № 2 в погашение обязательств ФИО4 по договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-3.

Погашение задолженности по договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-3 подтверждается также письмом управляющего Московским филиалом банка от 31.07.2017 исх. МФ-01-17/882 об исполнении договора поручительства ФИО4

В последующем ФИО4 вернула ФИО3 уплаченные ею 2 500 000 рублей банку в погашение обязательств ФИО4 по договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-3 за должника (заёмщика) общества «Волга Пром Кровля», что подтверждается распиской ФИО3 от 25.10.2017.

Учитывая, что дополнительным соглашением к договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-3 сторонами предусмотрено, что к поручителю, исполнившему обязательства заемщика в размере 2 500 000 рублей переходят права банка в указанном размере по кредитному договору, ФИО4 уступила ФИО1 право требования с должника денежных средств в сумме 2 500 000 рублей по цене 250 000 рублей на основании заключенного между ними договора уступки прав (цессии) от 12.02.2018.

ФИО2 являлся поручителем по обязательствам должника перед банком по кредитному договору на основании договора поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-2 и погасил задолженность должника перед банком через третье лицо: ФИО3, которое на основании заключенного между ней и поручителем – ФИО2 соглашения о возложении исполнения обязательств на третье лицо от 31.07.2017 уплатила банку денежные средства в сумме 2 505 565 рублей.

Погашение задолженности по договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-2 подтверждается также письмом управляющего Московским филиалом банка от 31.07.2017 исх. МФ-01-17/881 об исполнении договора поручительства ФИО2

В последующем ФИО2 вернул ФИО3 уплаченные ею 2 505 565 рублей банку в погашение обязательств ФИО2 по договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-2 за должника (заёмщика) общества «Волга Пром Кровля», что подтверждается распиской ФИО3 от 25.10.2017.

Учитывая, что дополнительным соглашением к договору поручительства от 31.05.2016 № 2016/П/КЛЗ-3-2 сторонами предусмотрено, что к поручителю, исполнившему обязательства заемщика в размере 2 505 565 рублей переходят права банка в указанном размере по кредитному договору, ФИО2 уступил ФИО1 право требования с должника денежных средств в сумме 2 505 565 рублей по цене 250 000 рублей на основании заключенного между ними договора уступки прав (цессии) от 12.02.2018.

Таким образом, на основании заключенных с ФИО4 и ФИО2 договоров уступки прав (цессии) от 12.02.2018 на сумму 2 500 000 рублей и 2 505 565 рублей соответственно, у должника возникла задолженность перед ФИО1, что явилось основанием для обращения последнего в суд с настоящим заявлением.

При новом рассмотрении, разрешая спор, и удовлетворяя заявление о включении в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Волга Пром Кровля», суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 9, 16, 71, 134, 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), исходил из того, что требование кредитора является обоснованным, подтверждено представленными доказательствами. Суд отклонил доводы о фиктивности задолженности общества «Волга Пром Кровля» перед ФИО4, ФИО2, об аффилированности ФИО2 и общества «Волга Пром Кровля». Суд исходили из того, что задолженность подтверждена двухсторонними документами между должником и ФИО4, ФИО2, и многочисленными банковскими документами, судебными актами, платежным поручением о перечислении безналичного платежа, документами с третьим лицом – ФИО3, а финансовая возможность ФИО2 договором от 25.10.2017 купли-продажи недвижимого имущества, предметом которого являлся незавершенный строительством магазин продовольственных товаров с аптекой готовых форм (степень готовности 76 %), а также коммерческими условиями от 25.10.2017 (приложение № 1 к договору от 25.10.2017 купли-продажи нежилого помещения), распиской от 25.10.2017 о получении денежных средств.

Таким образом, включая задолженность в реестр требований кредиторов, суд исходил из экономической целесообразности выдачи С-ными поручительства по обязательствам должника и стандартных требований кредитных организаций о предоставлении обеспечения по обязательствам, возникающим в банковской сфере, всеми аффилированными лицами.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, руководствовался положениями статьи 9, 16, 71, 100 Закона о банкротстве и учел правовые позиции, изложенные в пунктах 3.1, 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики от 29.01.2020).

Проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Из пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве следует, что при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 3.1, 6.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Поэтому суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов - они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

Таким образом, в соответствии с содержащимися в Обзоре судебной практики от 29.01.2020 разъяснениями, в том числе с учетом приведенных подходов о распределении бремени доказывания, судам следует устанавливать: является ли кредитор контролирующим должника лицом; если кредитор был аффилированным с должником лицом, не имеющим контроля над должником, выдало ли оно обеспечение под влиянием контролирующего должника лица; каково было имущественное положение должника в момент заключения обеспечительных сделок по его обязательствам перед банками.

Как установлено судами, ФИО2 являлся учредителем общества «Волга Пром Кровля» с 50% долей участия в уставном капитале организации, а также являлся финансовым директором с правом первой подписи, что последним не оспаривалось и подтверждено материалами дела, в том числе обращением с требованием о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01.05.2016 по 11.04.2019 (определение от 17.06.2019 по настоящему делу; заявление по делу № 2-2611/2020 в Дзержинский районный суд г. Волгограда).

При таких обстоятельствах, суд апелляционной пришел к правомерному выводу, что ФИО2 и его супруга ФИО4 являлись аффилированными лицами с должником.

Данные обстоятельства не оспаривались названными лицами. Напротив, при первоначальном рассмотрении дела ФИО2 пояснял, что именно указанные обстоятельства явились основанием, что он и его супруга являлись поручителями общества по его кредитным обязательствам. Обычаями делового оборота, установлено, что учредители общества, зачастую выступают поручителями по кредитам собственных организаций. ФИО2 и ФИО4 не предполагали будущего банкротства организации и рассчитывали, что кредит будет погашен за счет средств общества.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и установлено в рамках обособленных споров по настоящему делу (определения суда от 13.11.2019, 14.11.2019, 19.11.2019, 25.11.2019) на дату заключения договоров поручительства, должник находился в условиях имущественного кризиса, в частности имелась задолженность перед КБ «Транснацинальный банк» (ООО) в размере 597 175,33 руб. (долг возник с 13.09.2013, что подтверждается решением Жирновского районного суда Волгоградской области от 22.08.2017 по делу № 2-306/2017); перед АО «Банк Интеза» в размере 26 031 790,03 руб. (долг возник с 19.06.2015, что подтверждается решениями Центрального районного суда г. Волгограда от 06.06.2017 по делу № 2-4009/2017, от 13.07.2017 по делу № 2-3740/2017, 20.11.2017 по делу № 2- 6539/2017); перед обществом с ограниченной ответственностью «Вилларго» в размере 1 508 450 руб. (долг возник с апреля 2016, что подтверждается решением арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2017 по делу № А40-100836/17-138-985, определение по указанному делу от 22.06.2018) и др.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что на момент заключения договоров поручительства, должник находился в трудном экономическом положении, отвечал признаку неплатежеспособности, что подтверждается реестром требований кредиторов должника, задолженность перед которыми существовала на 2016 год; договоры поручительства были заключены С-ными в условиях имущественного кризиса подконтрольного им основного должника, контролирующее лицо, выдавая поручительство, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 6.1 Обзора, такие требования поручителя, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Суд правомерно отметил, что в обход указанного порядка удовлетворения требований аффилированного с должником лица, с целью установления задолженности в реестре требований кредиторов должника наравне с иными внешними кредиторами, С-ными были совершены действия по уступке права требования ФИО1 (отцу), т.е. с целью создания видимости реальных долговых обязательств.

Кредитором не опровергнуты доводы конкурсного управляющего об отсутствии доказательств финансового состояния ФИО3 предоставить денежные средства, поскольку согласно представленным платежным документам (на сумму 4 512 450 руб.), 31.07.2017 на расчетный счет ФИО3 могла поступить только сумма в размере 2 882 111,69 руб., которой явно не достаточно для погашения суммы в размере 5 005 565 руб.

Также не опровергнуты сомнения относительно возможности подписания третьим лицом ФИО3 31.07.2017 соглашений и дополнительных соглашений с Банком и одновременно с ФИО2 и ФИО4 лично, с учетом дополнительной записи начальника Управления по работе с ВИП-клиентами ООО Коммерческий Банк «Новопокровский» ФИО8 о том, что ФИО3 подписала оба соглашения в ее присутствии в г. Москве, в то время как указанные лица находились в этот день в разных городах (г. Москва, г. Волгоград), а также сомнения в отношении возможности подписания соглашения от 31.07.2017 между ФИО2 и ФИО3 в г. Волгограде, как это указано в документе, в то время как оба лица находились в указанный день в г. Москве и представили суду иные соглашения, подписанные в г. Москве.

Суд отклонил доводы кредитора о том, что в материалы дела не представлено доказательств погашения задолженности за счет денежных средств взятых ФИО2 под отчет, указав, что он не влияет на выводы суда об отсутствии оснований для включения требований поручителей в реестр, поскольку такие требования поручителей, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 2 ГК РФ, пункт 6.1. Обзора судебной практики от 29.01.2020, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-ЭС20-224(2,3,5) по делу № А65-20265/2018).

Таким образом, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что действия кредитора направлены на создание кредиторской задолженности перед аффилированным лицом в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника, в связи с чем, обоснованно отменил определение, вынес новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования о включении в реестр требований кредиторов должника.

Судебная коллегия считает, что судом апелляционной инстанции на основании полного и всестороннего исследования содержащихся в материалах дела документов установлены имеющие значение для дела обстоятельства, полно, всесторонне и объективно исследованы доказательства в их совокупности и взаимной связи, с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, исходя из положений статей 65, 71 АПК РФ, и сделаны выводы, основанные на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемого судебного акта в кассационном порядке, не представлено.

Поскольку выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ для отмены либо изменения судебного акта, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020 по делу № А12-34923/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Ф.В. Хайруллина

Судьи С.Ю. Муравьев

А.Ф. Фатхутдинова