Решение от 1 марта 2024 г. по делу № А73-12598/2023

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-12598/2023
г. Хабаровск
01 марта 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 26.02.2024

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Гребенниковой Е.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стройкор» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680000, <...>)

к ФИО2

о взыскании 232 200 руб.

при участии: согласно протоколу судебного заседания

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Стройкор» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявление к ФИО2 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности убытков в размере 232 200 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины.

Определением от 09.09.2023 исковое заявление принято судом к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением от 08.11.2023 в порядке ст. 66 АПК РФ от УФНС России по Хабаровскому краю истребовано регистрационное дело и сведения обо всех открытых в период деятельности счетах ООО «Клевер», дело назначено к судебному разбирательству.

Определением от 15.01.2024 в порядке ст. 66 АПК РФ от банковских организаций истребованы сведения о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Клевер».

В судебном заседании после отложения представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований.

Ответчик не обеспечил явку представителя в судебное заседание, отзыв на исковое заявление в материалы дела не представлен.

Судебная корреспонденция трижды направлялась в адрес ответчика по адресу регистрации гражданина, подтверждённому адресной справкой УМВД России по Хабаровскому краю, и была возвращена отделением почтовой связи в связи с истечением срока хранения после неудачных попыток вручения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования и иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Как указано в абзаце 2 пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ, сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

В связи с этим неполучение ответчиком по адресу его регистрации корреспонденции является его собственным риском и все неблагоприятные последствия таких бездействий несёт сам ответчик.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Таким образом, в соответствии с положениями статьи 123 АПК РФ ответчик признаётся извещенным о начавшемся судебном процессе по делу № А73-12598/2023 надлежащим образом.

Дело рассмотрено судом по правилам статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей ответчика, извещённого надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 14.02.2024 до 26.02.2024.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Согласно публичным сведения ЕГРЮЛ ООО «Клевер» (ИНН <***>, далее – Общество) осуществляло деятельность с момента регистрации 22.08.2018 до 28.06.2023. Единственным участником и руководителем (директором) на протяжении всего периода деятельности Общества являлся ФИО2.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 26.03.2020 по делу № А73-1211/2020 в пользу ООО «Стройкор» (ИНН <***>) с ООО «Клевер» (ИНН <***>) взыскано неосновательное обогащение в размере 210 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 200 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 руб., а всего 232 200 руб.

Как следует из материалов дела № А73-1211/2020, основанием для взыскания неосновательного обогащения явилось отсутствие встречного предоставления после перечисления 22.11.2019 ООО «Стройкор» в адрес ООО «Клевер» денежных средств в размере 210 000 руб. на основании выставленного счета от 22.11.2019 на оплату услуг экскаватора и бульдозера.

Исполнительные листы по делу № А73-1211/2020 были предъявлены истцом к исполнению в ОСП по Железнодорожному району.

Исполнительные производства, возбужденные на основании указанных исполнительных листов, были прекращены службой судебных приставов постановлениями от 08.12.2020 и 21.12.2021 на основании пункта 3 части статьи 36 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с невозможностью установить местонахождение должника и его имущества.

28.06.2023 ООО «Клевер» было исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке по причине наличия сведений о недостоверности.

Ссылаясь на недобросовестность и неразумность действий директора Общества, непринятие им действий, направленных на погашение задолженности, при наличии соответствующей возможности, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Оценив доводы истца и представленные им доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к следующему.

Согласно статье 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении).

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 настоящего Федерального закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Предусмотренный статьей статье 21.1 указанного закона порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт б пункта 5).

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечёт последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как указал Конституционный суд РФ в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П (далее – Постановление № 20-П), предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинён тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота. При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности – для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия) (пункт 3 Постановления № 20-П).

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, далее - Постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 531 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения. К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

В зависимости от обстоятельств дела и исходя из основных начал гражданского законодательства, закреплённых в статье 1 ГК РФ, суд может признать недобросовестным и иные действия контролирующего лица, если в них усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО (пункт 4 Постановления № 20-П, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

В соответствии с частью 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Процессуальная деятельность суда по распределению бремени доказывания по рассматриваемой категории дел в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечёт неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об ООО, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика (пункт 3.2 Постановления № 20-П).

В Определении от 11.11.2021 № 2358-О Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что, оценив правовые возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей, суд при рассмотрении на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО конкретного дела в силу имеющейся у него дискреции может в зависимости от обстоятельств дела и представленных истцом доводов и доказательств предложить лицам, участвующим в деле, включая ответчика, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В отсутствие каких-либо пояснений со стороны ответчика (суд трижды предлагал представить ответчику мотивированный отзыв), реализуя предусмотренные статьями 9, 65 АПК РФ полномочия, суд с учётом приведённых разъяснений по ходатайству истца истребовал от банковских организаций выписки о движениях денежных средств по расчётным счетам Общества.

По результатам проведённого анализа представленной в материалы от АО «Альфа-Банк» банковской выписки Общества суд установил ряд операций после получения денежных средств от истца:

- по снятию наличных денежных средств со счёта – 35 операций на общую сумму 4 930 000 руб.;

- по осуществлению покупок в различных магазинах, кафе, на АЗС (в т.ч. Леруа Мерлен, Домино, Самбери, Кофе таун, ФИО3, WORLD CLASS, KFC, Мускатный кит, Море краба и др.) – 144 операции на общую сумму 361 993,49 руб.

В ходе судебного разбирательства представитель истца также обратил внимание на значительное количество платежей, осуществлённых Обществом в адрес компаний, основной вид деятельности которых связан с поставками продуктов (ООО «Марлен ДВ», ИП ФИО4, ООО «Компания ФИО5», ООО «ИЛС» и др.) и не соотносится с хозяйственной деятельностью ООО «Клевер».

Также судом установлено, что на протяжении 2020 года по расчётному счёту ООО «Клевер», открытому в ПАО «Промсвязьбанк», производились перечисления денежных средств в адрес своих контрагентов, однако перечислений в адрес истца, в том числе после вынесения решения Арбитражного суда Хабаровского края от 26.03.2020 по делу № А73-1211/2020, Общество не осуществляло даже частично.

Каких-либо пояснений относительно указанных выше спорных операций ответчик в материалы дела не представил, судьбу обналиченных денежных средств и мотивы осуществления операций, не связанных с хозяйственной деятельностью Общества, суду не раскрыл, как и мотивы уклонения от исполнения обязательства перед истцом при одновременном осуществлении расчётов с иными контрагентами.

Специфика организационно-правовой формы общества с ограниченной ответственностью, предусматривающая его имущественную обособленность (пункт 1 статьи 48 ГК РФ) и самостоятельную ответственность (статья 87 ГК РФ), ограничивает возможность возложения на его контролирующих лиц обязательств корпорации в субсидиарном порядке в обычных условиях, поскольку данный подход противоречил бы правовой природе указанной организационно-правовой формы юридического лица.

Вместе с тем в рассматриваемом случае из банковской выписки следует нарушение единственным контролирующим Общества лицом принципа имущественной обособленности корпорации, поскольку принадлежащие ей денежные средства свободно использовались (расходовались) им по своему усмотрению в собственных интересах.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.)

По смыслу приведенных выше правовых норм и разъяснений, неосуществление директором ликвидации общества в установленном Законом о банкротстве порядке при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долга перед кредитором в рассматриваемом случае свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующим общество лицом своими обязанностями и попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, при том, что разумная цель изъятия директором у Общества денежных средств, более чем достаточных для погашения задолженности перед истцом, не была раскрыта ответчиком.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о недобросовестном характере действий ФИО2, из-за которых ликвидированное в принудительном порядке ООО «Клевер» уклонилось от исполнения денежного обязательства в размере 210 000 руб. перед ООО «Стройкор», что на основании разъяснений Конституционного суда РФ, приведённых в Постановлении от 21.05.2021, является основанием для возложения на ответчика обязательств Общества по уплате истцу денежных средств в размере 210 000 руб. в порядке субсидиарной ответственности.

Между тем суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика убытков в виде судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 200 руб. и расходов на оплату юридических услуг в размере 15 000 руб., взысканных с ООО «Клевер» в рамках дела № А73-1211/2020 и оставшихся непогашенными в ходе исполнительного производства, поскольку согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах», издержки, связанные с ведением дел в суде, не могут быть отнесены к ущербу, подлежащему возмещению, так как они не связаны непосредственно с восстановлением нарушенного вследствие причинения ущерба права. Следовательно, понесенные лицами, участвующими в деле, судебные расходы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку они связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках судопроизводства.

С учётом изложенного, исковые требований подлежат частичному удовлетворению в размере 210 000 руб.

Расходы по уплаченной государственной пошлине распределяются между сторонами пропорционально размеру удовлетворённых исковых требований по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>) в пользу ООО «Стройкор» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) убытки в размере 210 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 913 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.


Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.



Судья Е.П. Гребенникова