Решение от 28 апреля 2026 г. АС Ставропольского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-22854/2024
29 апреля 2026 года
г. Ставрополь


Резолютивная часть решения объявлена 15 апреля 2026 года

Решение изготовлено в полном объеме 29 апреля 2026 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Чапуговой В.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тагиевым С.В.,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

общества с ограниченной ответственностью «Альянспрофэко», г. Санкт-Петербург, ОГРН <***>,

к государственному бюджетному учреждению Ставропольского края «Стававтодор», Ставропольский край, г. Ставрополь, ОГРН <***>,

с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества Ингосстрах Банк, г. Москва,

о признании недействительным требования об осуществлении уплаты денежной суммы по независимой гарантии,

при участии в судебном заседании генерального директора ООО «Альянспрофэко»

ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности от 30.12.2025 № 3, представителя ответчика ФИО3 по доверенности от 12.01.2026 № 48,

в отсутствие представителя третьего лица,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Альянспрофэко» (далее – истец, ООО «Альянспрофэко») обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению Ставропольского края «Стававтодор» (далее – ответчик, ГКУ СК «Стававтодор») о признании недействительным требования ответчика от 09.02.2024 № 02/02-10/236, адресованного акционерному обществу «Ингосстрах Банк» (далее – АО Ингосстрах Банк) об осуществлении уплаты денежной суммы в размере 870 999,99 руб. по независимой гарантии от 11.07.2023 № ЭБГ-163049, выданной для обеспечения исполнения контракта от 17.07.2023 № 233-ЭА.

Определением суда от 11.03.2025 к участию в деле привлечено третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, АО Ингосстрах Банк (далее – третье лицо, АО «Ингосстрах»). Указанным судебным актом к производству суда приняты уточненные исковые требования истца о применении последствий признания требования ответчика от 09.02.2024 № 02/02-10/236 недействительным в виде обязания ГБУ СК «Стававтодор» возвратить АО Ингосстрах Банк денежную сумму, выплаченную последним по независимой гарантии от 11.07.2023 № ЭБГ-163049 в размере 870 999,99 руб.

Определением суда от 12.02.2026 к производству суда приняты уточненные исковые требования истца о признании недействительным требования ответчика от 09.02.2024

№ 02/02-10/236, адресованного АО «Ингосстрах» об осуществлении уплаты денежной суммы в размере 870 999,99 руб. по независимой гарантии от 11.07.2023 № ЭБГ-163049, выданной для обеспечения исполнения контракта от 17.07.2023 № 233-ЭА.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении уточненных требований.

Ответчик возражал против удовлетворения требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнении к нему. По запросу суда представил письменные пояснения.

В судебном заседании суд объявил перерыв до 01 апреля 2026 года.

После окончания перерыва стороны поддержали позиции по делу, ответили на вопросы суда.

Суд объявил перерыв в судебном заседании до 15 апреля 2026 года.

После окончания перерыва суд задал вопрос истцу о том, настаивает ли он на заявленных требованиях с учетом рассмотрения судом дела № А63-3214/2026. Представитель истца указал, что уточненные исковые требования поддерживает.

От ответчика посредством системы «Мой арбитр» 15.04.2026 в 14 часов 13 минут поступило в суд ходатайство об отложении судебного разбирательства по причине болезни представителя.

Поскольку отделом делопроизводства и обеспечения судопроизводства суда указанный документ на момент проведения судебного заседания зарегистрирован не был, суд заявленное ответчиком ходатайство не рассматривает.

В соответствии с частью 3 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие ответчика и третьего лица.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, арбитражный суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов электронного дела, между ГБУ СК «Стававтодор» (далее – заказчик) и ООО «Альянспрофэко» (далее – исполнитель) заключен контракт от 17.07.2023 № 233-ЭА на оказание услуг по разработке и согласованию в уполномоченном органе Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзоре) проекта санитарно-защитной зоны (СЗЗ) для объектов ГБУ СК «Стававтодор» и внесению сведений о границах установленной СЗЗ на объектах в Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН) согласно спецификации (приложение № 1) и техническому заданию (приложение № 2).

Пунктом 1.3 контракта предусмотрено, что услуги указанные в пункте 1.1 контракта, оказываются в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к контракту), техническим заданием (приложение № 2), а также иными нормативными документами, предусмотренными законодательством Российской Федерации.

Цена контракта составляет 2 212 949,89 руб. (пункт 2.1 контракта).

Срок оказания услуг: с даты заключения контракта по 01.12.2023 (пункт 1.5 контракта).

В соответствии с пунктом 3.1.2. контракта заказчик принял на себя обязательство обеспечить исполнителю условия для оказания услуг.

Согласно пункту 5.1. технического задания заказчик предоставляет исполнителю доступ ко всей имеющейся у заказчика информации и документам на время, необходимое для выполнения работ, на основании письменного запроса. Заказчик несет ответственность за полноту, достоверность и обоснованность представленных исходных данных, послуживших основой для разработки проекта, а также за своевременное представление проектной организации (исполнителю) изменений (дополнений) к исходным данным (техническому заданию).

Исполнитель самостоятельно осуществляет сбор необходимой для выполнения работ в соответствии с целями технического задания исходной информации, в том числе у третьей стороны.

Обеспечение исполнения контракта установлено в размере 30 % от начальной (максимальной) цены контракта, что составляет 870 999,99 руб. (пункт 5.1 контракта).

В силу пункта 5.12 контракта в случае, если обеспечением исполнения контракта является безотзывная независимая гарантия, заказчик при неисполнении исполнителем любого из обязательств по контракту, вправе потребовать у гаранта уплаты денежной суммы в полном объеме.

В случае если обеспечением исполнения контракта является безотзывная независимая гарантия, заказчик при ненадлежащем исполнении исполнителем любого из обязательств по контракту вправе потребовать у гаранта уплаты денежной суммы в соответствии с выставленной неустойкой (пункт 5.13 контракта).

Согласно пункту 9.2 контракта расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, а также в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств в порядке и сроки, определенные статьей 95 Федерального закона № 44-ФЗ.

Во исполнение принятых на себя обязательств ООО «Альянспрофэко» (далее – принципал) внесено обеспечение исполнения контракта в размере 870 999,99 руб. перед ГБУ СК «Стававтодор» (далее – бенефициар) в форме независимой гарантии от 11.07.2023

№ ЭБГ-163049, выданной АО «Ингосстрах» (далее – гарант). Банковская гарантия является безотзывной, вступает в силу с 11.07.2023 и действует до 12.02.2024 включительно. Данная сумма обеспечивает исполнение принципалом его обязательств, предусмотренных контрактом от 17.07.2023 № 233-ЭА, заключенным с бенефициаром, включающих, в том числе обязательства принципала по уплате неустоек.

Согласно пункту 3 независимой гарантии бенефициар в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом обязательств, обеспеченных независимой гарантией, вправе до окончания ее срока действия предъявить требование об уплате денежной суммы по независимой гарантии в размере цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему фактически исполненных принципалом обязательств, предусмотренных контрактом и оплаченных бенефициаром, но не превышающем размер обеспечения исполнения контракта и сумму независимой гарантии.

Пунктом 10 независимой гарантии определено, что гарант обязан уплатить бенефициару денежную сумму по независимой гарантии в размере, указанном в требовании, не позднее 10 рабочих дней со дня, следующего за днем получения гарантом требования бенефициара, соответствующего условиям независимой гарантии, при отсутствии предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации оснований для отказа в удовлетворении этого требования.

Поскольку по состоянию на 01.12.2023 исполнитель не представил заказчику результат по контракту, ГБУ СК «Стававтодор» 08.12.2023 исх. № 02-10/3037 приняло решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, мотивированное нарушением условий контракта, в том числе сроков выполнения работ.

Решением Управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю от 29.12.2023 № 026/10/104-29565/2023 исполнитель включен в реестр недобросовестных поставщиков.

Впоследствии письмом от 09.02.2024 № 02/02-10/236 бенефициар направил в адрес гаранта требование об уплате денежной суммы по независимой гарантии в размере

870 999,99 руб. в связи с неисполнением, ненадлежащим исполнением обязательств по контракту. Требование получено банком 16.02.2024 № 150-01/18-3176.

Гарант удовлетворил требования бенефициара и произвел уплату денежной суммы по независимой гарантии в размере 870 999,99 руб., что подтверждается платежным поручением от 29.02.2024 № 163049.

Истец в исковом заявлении указал, что заказчик не представил полный перечень документов и материалов по контракту, в связи с чем односторонний отказ от исполнения контракта не обоснован, факт неисполнения обязательство со стороны исполнителя отсутствует.

Полагая, что требование ответчика от 09.02.2024 № 02/02-10/236, адресованное АО «Ингосстрах» об осуществлении уплаты денежной суммы в размере 870 999,99 руб. по независимой гарантии от 11.07.2023 № ЭБГ-163049, выданной для обеспечения исполнения контракта от 17.07.2023 № 233-ЭА, является недействительным, истец обратился с иском в суд.

При рассмотрении данного дела судом установлено, что между сторонами возникли правоотношения, регулируемые параграфом 6 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 369 Гражданского кодекса Российской Федерации банковская гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом его обязательства перед бенефициаром (основного обязательства).

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Статьей 374 ГК РФ предусмотрено, что требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии. Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания срока действия независимой гарантии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 376 ГК РФ независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством.

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

По представлении бенефициаром гаранту требования об уплате суммы по банковской гарантии с приложением указанных в гарантии документов банк после проверки требования и документов на их соответствие условиям гарантии и ее сроку должен либо произвести выплату по гарантии, либо отказать бенефициару в удовлетворении его требования (статьи 374 - 376 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 379 ГК РФ предусмотрено, что принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Факт совершения гарантом платежа в пользу бенефициара порождает для гаранта и принципала особые правовые последствия в случае необоснованной выплаты по гарантии.

В соответствии со статьей 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

Таким образом, законодатель предоставил принципалу право требовать от бенефициара возмещения убытков, если предъявленное им требование к гаранту об осуществлении платежа по банковской гарантии являлось необоснованным.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2021 № 306-ЭС21-9964 по делу № А55-6005/2019, принципал получает право взыскания с бенефициара убытков в порядке статьи 375.1 ГК РФ только после реального возмещения затрат гаранту в порядке регресса (пункт 1 статьи 379 ГК РФ), то есть убытки могут быть взысканы в пользу принципала в той части, в которой требование об их взыскании охватывается фактически исполненной принципалом в пользу гаранта регрессной обязанности и составляет разницу между объемом исполнения по основному (обеспеченному) обязательству, на который бенефициар мог претендовать, и суммой, компенсированной принципалом банку.

Следовательно, лишь с указанного момента принципал в соответствии со статьей 375.1 ГК РФ получает право требовать взыскания с бенефициара убытков, связанных с реальным возмещением затрат гаранту.

До указанного момента принципал вправе обратиться за защитой своих нарушенных прав и законных интересов в порядке, предусмотренном статьей 4 АПК РФ, статьей 12 ГК РФ в целях установления правовой определенности в отношениях между сторонами основного (обеспеченного) обязательства.

Судом установлено, что в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по контракту от 17.07.2023 № 233-ЭА, заказчик предъявил гаранту требование о выплате денежной суммы по независимой гарантии в размере 870 999,99 руб.

Истец, обращаясь с иском в суд, указал, что фактическое неисполнение обязательств по контракту от 17.07.2023 № 233-ЭА отсутствовало, в связи с чем требование заказчика является злоупотреблением правом, направленным на получение неосновательного обогащения. Требование истца направлено на предотвращение злоупотреблений со стороны ответчика и возможных убытков.

Ответчик при рассмотрении дела привел следующие доводы. По контракту исполнитель обязался осуществить сбор исходных данных, заказчик передал исполнителю имеющуюся у него информацию. Законность и правомерность принятого заказчиком решения подтверждена решением Управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю. На основании пункта 5.12 контракта ответчик предъявил банку требование об уплате денежной суммы в полном объеме. Истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права.

Третье лицо представило в суд позицию по делу, в которой указало на ненадлежащий способ защиты нарушенного права.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 24.04.2025 по делу № А63-24987/2023, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта от 08.12.2023 исх. № 02-10/3037 признано недействительным.

Согласно данным информационного ресурса «Картотека арбитражных дел» Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 15.04.2026 оставил без изменения решение Арбитражного суда Ставропольского края от 24.04.2025 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026 по делу № А63-24987/2023.

Суд установил, что выполнение работ в установленный контрактом срок не представлялось возможным ввиду обстоятельств, связанных с виной заказчика.

ГБУ СК «Стававтодор», несмотря на свою осведомленность о выявленных препятствиях у исполнителя для выполнения работ, не оказало должным образом ему содействия, не способствовало созданию необходимых условий для выполнения работ.

Таким образом, суд пришел к выводу, в том числе в результате исследования судебной экспертизы, что у заказчика отсутствовали правовые основания для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Принимая во внимание изложенное, аналогичные ранее рассмотренным в другом деле доводы сторон, касающиеся обстоятельств исполнения контракта от 17.07.2023 № 233-ЭА, не подлежат повторному рассмотрению и оценке в рамках данного дела.

Также суд считает необходимым отметить, что положения действующего законодательства, в том числе нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», не содержат императивных требований, согласно которым неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком (исполнителем) обязательств по контракту является безусловным основанием для удержания всей суммы обеспечения обязательств.

Обеспечение исполнения обязательств носит компенсационный характер, в связи с чем выплата по гарантии по своей правовой природе не может расцениваться как ответственность за неисполнение контракта.

Банковская гарантия, обеспечивающая исполнение контракта, носит исключительно компенсационный характер и обеспечительную функцию.

Ответчик не обосновал, что сумма, предъявленная им к выплате по банковской гарантии, соразмерна последствиям нарушения обязательств; об убытках или ином ущербе заказчик гаранту не заявлял.

Требования о возмещении денежных средств за счет банковской гарантии, должны быть доказанными, а их размер не может автоматически признаваться равным сумме гарантии, произвольно уменьшенной на определенный самим заказчиком коэффициент.

Доводы ответчика о том, что условиями спорного контракта заказчику предоставлено право при неисполнении исполнителем любого из обязательств по контракту потребовать у гаранта уплаты денежной суммы в полном объеме, суд не принимает, поскольку банковская гарантия обеспечивает исполнение обязательства принципала перед бенефициаром, а не является способом обогащения бенефициара за счет принципала, причем не связанным ни с характером нарушения обязательств принципалом, ни с размером санкций за такое нарушение.

Ссылки ответчика на то, что решение об одностороннем отказе соответствует действующему законодательству, что подтверждено решением Управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю от 29.12.2023

№ 026/10/104-29565/2023, суд считает необоснованными.

Суд не связан обстоятельствами, признанными соответствующей комиссией установленными, ее выводы не носят для суда обязательного характера, поскольку суд обязан непосредственно исследовать доказательства по делу и дать им оценку в соответствии с нормами процессуального законодательства.

В настоящее время указанное решение обжаловано в Арбитражный суд Ставропольского края (дело № А63-5500/2024).

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что требование ответчика об осуществлении уплаты денежной суммы по независимой гарантии от 11.07.2023 № ЭБГ-163049, являлось необоснованным.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2025 по делу № А40-218110/2024 удовлетворены исковые требования АО «Ингосстрах» к ООО «Альянспрофэко», взыскана сумма по банковской гарантии в размере 870 999,99 руб.; проценты за пользование денежными средствами по банковской гарантии за период с 07.03.2024 по 30.08.2024 в размере 151 639,67 руб.; неустойка по банковской гарантии за период с 07.03.2024 по 30.08.2024 в размере 231 250,50 руб. и 25 539 руб. расходы по госпошлине.

Указанный судебный акт исполнен ООО «Альянспрофэко» 20.01.2026, что подтверждается платежным поручением от 20.01.2026 № 17 на сумму 1 279 429,16 руб.

Принимая во внимание данные обстоятельства, учитывая, что в соответствии со статьей 375.1 ГК РФ принципал получил право взыскания с бенефициара убытков, суд считает, что удовлетворение заявленного требования, исполненного в полном объеме, не повлечет восстановление нарушенных прав истца.

Из информационного ресурса «Картотека арбитражных дел» следует, что ООО «Альянспрофэко» обратилось с исковым заявлением к ГБУ СК «Стававтодор» о взыскании убытков в размере 1 279 429,16 руб. (дело № А63-3214/2026).

Согласно сформированным высшими судебными инстанциями правовым подходам, с учетом положений статьи 46 Конституции Российской Федерации и статьи 4 АПК РФ, гарантирующих право на судебную защиту нарушенного права, исходить из допустимости не предусмотренного прямо статьей 12 ГК РФ способа защиты возможно лишь при условии, если отсутствуют иные способы защиты нарушенного права, и такой способ защиты установит правовую определенность в правоотношениях сторон.

Как было указано выше, защита интересов принципала от недобросовестного поведения бенефициара возможна в порядке, предусмотренном статьей 375.1 ГК РФ.

Истцом в настоящее время реализован указанный способ защиты нарушенного права (дело № 63-3214/2026).

После наступления данных обстоятельств на вопрос суда о том, как избранный способ защиты гражданских прав обеспечит их восстановление, истец указал, что судебный акт по данному делу будет иметь преюдициальное значение для рассмотрения дела о взыскании с ответчика убытков.

Вместе с тем намерение истца создать преюдицию при отсутствии возможности осуществить восстановление нарушенных прав заявленным истцом способом, не может служить основанием для удовлетворения исковых требований.

Принимая во внимание изложенное, суд оказывает истцу в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 4, 69, 156, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья В.С. Чапугова