Постановление от 25 апреля 2024 г. по делу № А68-15121/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А68-15121/2022
г. Калуга
26 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22.04.2024 Постановление изготовлено в полном объеме 26.04.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего судьи Нарусова М.М., судей Егоровой Т.В.,

ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу № А68-15121/2022,

У С Т А Н О В И Л:

Министерство имущественных и земельных отношений Тульской области (далее – истец, Министерство) обратилось в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к ФИО3, ФИО2, ФИО4 (далее – ФИО3, ФИО2, ФИО4, ответчики) о взыскании солидарно задолженности по договору аренды земельного участка № 231 от 11.10.2013 в сумме 1 115 527, 74 руб., пени в сумме 107 726, 47 руб. по обязательствам ликвидированного общества с ограниченной ответственностью «ВЕЛИЙ» (далее – ООО «ВЕЛИЙ»).

Решением Арбитражного суда Тульской области от 20.09.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 решение Арбитражного суда Тульской области от 20.09.2023 по делу № А68-15121/2022 отменено, исковые требования удовлетворены, распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым по делу вышеуказанным постановлением, ФИО2 обратилась в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции. В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что действий (бездействий) в результате которых общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами она не совершала, о

задолженности общества перед Министерством имущественных и земельных отношений не знала.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд округа не направили.

От ФИО3 в материалы дела поступил отзыв, согласно которому просит кассационную жалобу удовлетворить.

Дело рассмотрено в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов арбитражных судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Центрального округа пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 11.10.2013 между Государственным учреждением культуры Тульской области «Дом народного творчества и кино» и ООО «ВЕЛИЙ», по согласованию с Министерством, руководствуясь протоколом от 23.09.2013, заключен договор аренды № 231 недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...> (лит. В., комнаты с номерами 1-16 на поэтажном плане общей площадью 360,0 кв. м).

С 23.06.2016 года на основании Положения о министерстве имущественных и земельных отношений Тульской области, утвержденного постановлением правительства Тульской области от 13.10.2016 № 452, распоряжения правительства Тульской области от 24.05.2016 № 368-р «О передаче имущества, находящегося в собственности Тульской области, в государственную казну Тульской области», в связи с изъятием объекта из оперативного управления государственного учреждения культуры Тульской области в государственную казну Тульской области, руководствуясь Законом Тульской области от 03.03.2015 № 96 «Об утверждении Положения о порядке участия органов исполнительной власти Тульской области в предоставлении в аренду имущества, находящегося в государственной собственности Тульской области» Министерство является арендодателем по вышеуказанному договору аренды недвижимого имущества.

Решением Арбитражного суда Тульской области от 15.08.2018 по делу № А686971/2018, договор аренды от 11.10.2013 № 231 расторгнут, с ООО «ВЕЛИЙ» взыскана арендная плата в сумме 881 760 руб. за период с 23.06.2016 по 30.04.2018.

Решением Арбитражного суда Тульской области от 26.06.2020 по делу № А681512/2020, с ООО «ВЕЛИЙ» взыскана арендная плата в сумме 341 494,21 руб.

У ООО «ВЕЛИЙ» перед Министерством имеется задолженность по арендной плате и пени по договору аренды от 11.10.2013 № 231 земельного участка в размере 1 223 254,21 руб. (1 115 527,74 руб. 74 коп. задолженность по арендной плате и пени 107 726,47 руб.).

19.01.2022 ООО «ВЕЛИЙ» прекратило деятельность в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности, копия выписки из ЕГРЮЛ.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ директором ООО «ВЕЛИЙ» являлась ФИО3, учредителями являлись ФИО4, ФИО2, ФИО5

Истцом в адрес ответчиков направлены претензии с требованием о погашении задолженности по арендной плате и пени, однако оплаты задолженности от ФИО3, ФИО4, ФИО2 и ответов на претензию не поступило.

Ссылаясь на данные обстоятельства, указывая что, ответчики ФИО4, ФИО2, ФИО5 - умер, что подтверждается прилагаемой справкой, являлись учредителями ООО «ВЕЛИЙ», а ФИО3 единоличным исполнительным органом данного общества, допустили образование указанной задолженности, не предприняли действий направленных на ее уменьшение путем расторжения договора аренды, а также не провели ликвидации юридического лица в установленном законом порядке, в связи с чем они несут субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «ВЕЛИЙ», истец обратился в суд с исковым заявлением. При этом истец указал, что задолженность образовалась в период с 23.06.2016 по 30.10.2022, когда ответчики фактически осуществляли контрольные и управленческие функции в отношении юридического лица.

Сделав вывод о необоснованности заявленных исковых требований, исходя из того, что доказательств невозможности оплаты долга в результате недобросовестных действий ответчиков в материалы дела не представлено, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 48, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», отказал в их удовлетворении.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда области и удовлетворяя исковые требования, правомерно исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. При этом исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

По правилу пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Пунктом 3.1. статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению

кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзаце 3 и 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных необходимо исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, а если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны спорного правоотношения.

Принимая решение о создании юридического лица в организационно-правовой форме общества с ограниченной ответственностью и работе в нем его участники и лица, занимающие соответствующие должности в такой организации, соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловлены законодательным определением условий, являющихся основанием для их привлечения к гражданско-правовой ответственности, включая в отдельных случаях обязанность субсидиарно отвечать по неисполненным обязательствам такого хозяйственного общества.

В связи с этим стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц, обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах представляемой ими организации предполагает, исходя из основополагающего в договорном праве принципа «pacta su № t serva № da» (с лат. «договоры должны соблюдаться»), принятие всех необходимых по характеру обязательства и условиям оборота мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами.

В свою очередь, применяемое регулирование гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений должно позволять обеспечить их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям, потребностям рынка и социально-экономической ситуации, не ущемляющее экономическую свободу и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а равно предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей меры и условия привлечения к ответственности лиц, уклоняющихся от следования данным стандартам поведения.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц служит мерой гражданско-правовой ответственности и ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов и восстановлении их имущественного положения. При этом, наличие вины указанных лиц как одного из оснований привлечения к гражданско-правовой ответственности предполагается, при условии установления иных элементов данного юридического состава с учетом предусмотренных законом презумпций. При рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного юридического лица презумпции в отношении таких оснований, как противоправное поведение и причинная связь между ним и причиненным кредитору вредом, перераспределяют бремя доказывания в пользу кредитора, который, как правило, ограничен информации о причинах фактического прекращения деятельности должника и мотивах поведения контролирующих его лиц, а следовательно, доказывание им неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Выравнивание в такой правовой ситуации объективно предопределенного

неравенства в возможностях доказывания осуществляется, в частности, посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости для недопущения извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, в том числе при злоупотреблении правом.

Из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» (далее -постановление КС РФ № 6-П) следует, что формой недобросовестного поведения, предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ, является уклонение его участников и иных лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ, от совершения необходимых действий как по сохранению правоспособности юридического лица при намерении продолжать экономическую деятельность, так и по прекращению деятельности хозяйственного общества, в случае утраты интереса к ее продолжению, в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, поскольку такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица.

Конституционный Суд Российской Федерации в указанном постановлении обратил внимание на то, что необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу и дестабилизируется гражданский оборот.

Установленные пунктом 3 статьи 307 ГК РФ стандарты добросовестного поведения позволяют кредиторам рассчитывать, что прибегая к судебной защите своих имущественных прав они вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях (на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности).

В соответствии с пунктами 5.1, 6 и 7 постановления КС РФ № 6-П, исходя из закрепленного в гражданском законодательстве и законодательстве об обществах с ограниченной ответственностью специального требования о добросовестности, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд

требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении и о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту. В этой связи непредставление лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на привлекаемое к ней лицо.

Суд апелляционной инстанции верно указал, что изложенные Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6- П концептуальные правовые подходы к рассмотрению споров о привлечении к субсидиарной ответственности, положенные в основу принятых Верховным Судом Российской Федерации определений от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424 и от 04.10.2023 № 305-ЭС23-11842 являются определяющими для оценки правоотношений сторон.

Оценка доказательств осуществляется судом в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ. Перечень средств доказывания содержится в ч. 2 ст. 64 АПК РФ.

В силу ст. ст. 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Представленными в материалы дела доказательствами, в том числе вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Тульской области от 15.08.2018 по делу № А68-6971/2018, и от 26.06.2020 по делу № А68-1512/2020, а также материалами исполнительного производства, подтверждается наличие у ООО «ВЕЛИЙ» неисполненных обязательств перед истцом.

В соответствии с частью 1 статьи 131 АПК РФ предоставление отзыва на исковое заявление с указанием имеющихся возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении, является процессуальной обязанностью ответчиков, которой ФИО3 и ФИО4, извещенные надлежащим образом о судебном разбирательстве, пренебрегли как в первой так и в апелляционной инстанции, что, как верно указано судом апелляционной инстанции не соответствует стандарту добросовестного процессуального поведения.

Принимая во внимание довод истца о недобросовестном поведении ответчиков, являющихся участниками (ФИО4, ФИО2) и директором (ФИО3) ООО «ВЕЛИЙ», суд апелляционной инстанции верно указал, что проявляя процессуальное бездействие в ходе судебного разбирательства в судах двух инстанций, ответчики ФИО3 и ФИО4 не приводят никаких разумных объяснений объективной невозможности исполнения в 2016-2018 годах подконтрольным им обществом обязательств перед Министерством имущественных и земельных отношений Тульской области.

С момента создания и до момента исключения ООО «ВЕЛИЙ» из ЕГРЮЛ его участниками являлись ФИО4, ФИО2, ФИО3 в период с 30.07.2018 до момента исключения из ЕГРЮЛ занимала должность директора организации, ввиду чего исключительно их воля определяла экономическую политику коммерческой организации, в том числе в судебных спорах с деловыми партнерами, проявлением которой в рассматриваемом случае, с учетом фактического отказа от опровержения

доказательственных презумпций, на которых основаны требования истца, является уклонение ООО «ВЕЛИЙ» в нарушение требований статей 309 - 310 ГК РФ от исполнения договорных обязательств, а создание формальных условий, закономерно повлекших исключение налоговым органом в силу статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ данного хозяйственного общества из ЕГРЮЛ, и прекращение на основании пункта 3 статьи 49 и пункта 2 статьи 64.2 ГК РФ его правоспособности существенного нарушило интересы истца как добросовестного кредитора указанной организации, предоставив ему законное право требовать привлечения по неисполненным обязательства к субсидиарной ответственности директора ликвидированного юридического лица ФИО3 и участников общества ФИО4 и ФИО2

При изложенных обстоятельствах судом апелляционной инстанции правомерно удовлетворено исковое заявление.

Отклоняя довод ФИО2, о том, что она не совершала действий (бездействия) в результате которых общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, суд апелляционной инстанции верно указал на то, что в нарушение часть 2 статьи 57 Закона № 14-ФЗ, согласно которому решение общего собрания участников общества о добровольной ликвидации общества и назначении ликвидационной комиссии принимается, в том числе, по предложению участника общества, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2 предпринимала действия по созыву общего собрания участников общества с включением в повестку вопроса о ликвидации ООО «ВЕЛИЙ», равно как и не представлено доказательств того, что общество, в лице его единоличного органа, либо лица контролировавшие деятельность должника предпринимали действия направленные на уменьшение задолженности, в том числе путем расторжения договора аренды.

Руководствуясь статьями 195, 196, 200 ГК РФ, учитывая, что ООО «ВЕЛИЙ» прекратило свою деятельность 19.01.2022 и именно с этого момента истец мог узнать о нарушении своего права, пришел к верному выводу, что срок исковой давности истцом не нарушен, в связи с чем обоснованно отклонил довод ФИО2 об истечении срока исковой давности.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия приходит к выводу, что судом апелляционной инстанции надлежащим образом, с учетом положений статей 65, 71 АПК РФ, произведена оценка всей совокупности имеющихся в деле доказательств. Все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства дела установлены верно. При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют фактические и правовые основания для опровержения положенных в основу судебного акта выводов.

Фактически доводы кассационной жалобы выражают несогласие с результатами оценки доказательств, направлены на их переоценку и установление иных фактических обстоятельств, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, определенных в главе 35 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт основан на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принят с соблюдением норм материального и процессуального права и на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит оставлению без изменения.

В связи с окончанием кассационного производства меры, принятые определением Арбитражного суда Центрального округа от 26.02.2024, по приостановлению исполнения обжалуемого постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по настоящему делу с момента принятия судом кассационной инстанции настоящего постановления утрачивают силу на основании ч. 4 ст. 283 АПК РФ.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу № А68-15121/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу № А68-15121/2022, принятое определением Арбитражного суда Центрального округа от 26.02.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.

Председательствующий М.М. Нарусов

Судьи Т.В. Егорова

ФИО1