Решение от 12 июля 2021 г. по делу № А35-1523/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А35-1523/2021
12 июля 2021 года
г. Курск


Резолютивная часть решения объявлена 05.07.2021.

Решение в полном объеме изготовлено 12.07.2021.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Клочковой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Виал» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к бюджетному медицинскому учреждению «Курская областная клиническая больница» комитета здравоохранения Курской области (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании задолженности в размере 186 151 руб. 12 коп.,

от истца – не явился, извещен надлежащим образом,

от ответчика – не явился, извещен надлежащим образом,

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Виал» (далее – истец, ООО «ТД «Виал», общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к бюджетному медицинскому учреждению «Курская областная клиническая больница» комитета здравоохранения Курской области (далее – ответчик, учреждение, БМУ «КОКБ») о взыскании задолженности по оплате поставленных товаров на основании контракта № 0344200010620000018_240474 от 20.02.2020 в размере 182 000 руб. 00 коп., неустойки за просрочку оплаты товара за период с 18.09.2020 по 25.02.2021 в размере 4 151 руб. 12 коп., всего 186 151 руб. 12 коп., неустойки с 26.02.2021 по дату фактической оплаты, а также судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 6 730 руб.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие представителей сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Как следует из материалов дела, ООО «ТД «Виал», адрес: 108820, Москва город, Мосрентген поселение, Завода Мосрентген поселок, Институтский проезд, дом 25, эт. 3 пом. 1 ч. часть, ОГРН: <***>, зарегистрировано в качестве юридического лица: 10.03.2015, ИНН: <***>.

БМУ «КОКБ», адрес: 305007, Курская область, Курск город, Сумская улица, 45, а, ОГРН: <***>, зарегистрировано в качестве юридического лица: 24.12.1993, ИНН: <***>.

20.02.2020 между обществом (поставщик) и учреждением (заказчик) по итогам проведения электронного аукциона (идентификационный код закупки 202463000551046320100101450012120000) заключен контракт № 0344200010620000018_240474, по условиям которого поставщик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, осуществить поставку лекарственных препаратов для медицинского применения - Натрия амидотризоат (код ОКПД-2 21.20.23.112), Гадодиамид (код ОКПД-2 21.20.23.112) (далее - товар) в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к контракту), а «заказчик» обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, принять и оплатить поставленный товар. Номенклатура товара и его количество определяются спецификацией (приложение № 1 к контракту), технические показатели - Техническими характеристиками (приложение № 2 к Контракту).

Согласно пункту 2.2 контракта, его цена составляет 381 200 руб. 00 коп., включая НДС 34 654,55 руб.

В соответствии с пунктами 9.2-9.3, 9.5 контракта, оплата по контракту осуществляется в безналичном порядке путем перечисления денежных средств со счета заказчика на счет поставщика. Датой оплаты считается дата списания денежных средств со счета заказчика.

Оплата по контракту осуществляется после исполнения обязательств поставщиком по поставке товара в полном объеме.

Оплата по контракту за поставленный товар осуществляется заказчиком после представления поставщиком документов, предусмотренных пунктом 5.3. контракта, а также документов на оплату:

а) счета (в случае, если по условиям контракта, предусмотрена предварительная оплата товара);

б) счета-фактуры (или универсального платежного документа);

в) товарной накладной, подписанных «заказчиком», в трех экземплярах (два экземпляра для заказчика и один экземпляр для поставщика);

г) акта приема-передачи товара (приложение № 4 к контракту), подписанных поставщиком и заказчиком в трех экземплярах (два экземпляра для заказчика и один экземпляр для поставщика).

Оплата по Контракту осуществляется по факту поставки товара, предусмотренного спецификацией (приложение № 1 к контракту), в течение тридцати дней с даты подписания заказчиком акта приема-передачи товара (приложение № 4 к контракту), на основании документов, предусмотренных пунктом 9.3. контракта.

Наименование и количество поставляемого товара согласованы сторонами в технических характеристиках (приложение № 2 к контракту – л.д. 27-28), сроки поставки – календарным планом (приложение № 3 к контракту – л.д. 29).

Во исполнение обязательств по контракту истец поставил в адрес ответчика товар, в том числе, по товарной накладной № 5950 от 04.08.2020 на сумму 182 000 руб. 00 коп.

Товар получен учреждением 17.08.2020, о чем свидетельствует отметка в товарной накладной (л.д. 33), о получении товара сторонами контракта составлен акт приема-передачи (л.д. 35).

Ответчик полученный по данной товарной накладной товар не оплатил.

Претензией от 29.01.2021 (л.д. 38) истец обратился к ответчику с требованием об оплате задолженности за поставленный товар и неустойки в срок не позднее 7 дней с даты получения претензии.

Данное письмо направлено учреждению 29.01.2021 посредством электронной почты (л.д. 40).

Ответа на претензию не последовало.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате поставленного товара, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик представил письменный отзыв на исковое заявление и дополнение к нему, в которых признал наличие задолженности перед истцом в размере 182 000 руб., но просил отказать в удовлетворении исковых требований в части взыскания пени и задолженности в размере 4 846 руб. 48 коп., а также ходатайствовал снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае принятия судом решения о взыскании неустойки.

В обоснование возражений учреждение сослалось на то, что в связи с введением на территории Курской области режима повышенной готовности, исполнение БМУ «КОКБ» заключенных контрактов оказалось невозможным вследствие чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, поскольку в период с 28.03.2020 по 30.07.2020 снизились объемы оказанной учреждением медицинской помощи, что повлекло за собой уменьшение объемов финансирования медицинской помощи со стороны страховых медицинских организаций.

Кроме того, учреждение пояснило, что вследствие ограничений, связанных с противодействием распространению новой коронавирусной инфекции, у организаций здравоохранения стало меньше возможностей иметь дополнительные источники поступления денежных средств от оказания платных медицинских услуг.

Ответчик указал, что в августе 2020 г. после снятия ограничений в части деятельности медицинской организации и возобновлении планового оказания медицинской помощи, БМУ «КОКБ» возобновило прием пациентов и оказание медицинской помощи, однако страховыми медицинскими организациями денежные средства на оплату медицинской помощи, оказанной с августа 2020 года поступили не в полном объеме. Учреждение пояснило, что страховыми медицинским организациями были нарушены обязательства по договорам на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, действовавшими до 31.12.2020, и предусматривающими конкретные сроки перечисления средств обязательного медицинского страхования учреждению.

Ответчик сослался на то, что его многочисленные обращения в страховые медицинские организации, ТФОМС области, комитет здравоохранения Курской области, в адрес заместителя Губернатора Курской области ФИО2 по вопросу финансирования БМУ «КОКБ» не принесли результата, а в настоящее время учреждением в Арбитражном суде Курской области рассматриваются исковые заявления БМУ «КОКБ» о взыскании со страховых медицинских организаций денежных средств, невыплаченных в 2020 году.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

При разрешении спора суд исходит из того, что между сторонами возникли отношении по поставке товара, регулируемые Главой 30 ГК РФ и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд».

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу части 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Статьей 525 ГК РФ предусмотрено, что поставка товара для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530 ГК РФ).

К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522 ГК РФ), если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса.

В силу статьи 526 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Учитывая предусмотренное пунктом 9.5 контракта условие, оплата товара, поставленного по товарной накладной № 5950 от 04.08.2020, должна была быть произведена в течение тридцати дней с даты подписания заказчиком акта приема-передачи товара.

Таким образом, товар должен был быть оплачен учреждением не позднее 16.09.2020.

Факт надлежащего исполнения истцом обязательств по поставке товара и наличие задолженности ответчика в размере 182 000 руб. 00 коп. подтвержден материалами дела и ответчиком не оспорен.

Поскольку доказательств, свидетельствующих об оплате ответчиком поставленного товара, в материалы дела не представлено, требования истца о взыскании основного долга в сумме 182 000 руб. 00 коп. являются законными, обоснованными и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока оплаты поставленного товара за период с 18.09.2020 по 25.02.2021 в размере 4 151 рубля 12 копеек.

Гражданское законодательство предусматривает ответственность лица, не исполнившего либо ненадлежащим образом исполнившего свои обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Размер неустойки может устанавливаться сторонами обязательства, как в твердой сумме неисполненного обязательства, так и в процентах к сумме неисполненного обязательства, при этом соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

В силу части 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

В соответствии с частью 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы. Штрафы начисляются за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Согласно пунктам 11.10 – 11.11 спорного контракта, в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер пени устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от неуплаченной в срок суммы.

В связи с тем, что ответчик обязательства по оплате поставленного товара не исполнил, суд считает правомерным требование истца о взыскании неустоек.

Расчет сумм пеней произведен истцом в соответствии с условиями контракта, судом проверен и признан верным.

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика неустойку с 26.02.2021 по дату фактической оплаты.

В пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки либо ее сумма может быть ограничена. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем. При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

Таким образом, действующее законодательство предоставляет возможность взыскания неустойки по день фактической уплаты суммы долга.

Учитывая положения статьи 330 ГК РФ, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика неустойки в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от неуплаченной в срок суммы основного долга в размере 182 000 рублей 00 копеек с 26.02.2021 до момента фактического исполнения обязательства.

Доводы ответчика со ссылками на обстоятельства непреодолимой силы подлежат отклонению по следующим основаниям.

В силу пункта 9 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Аналогичные положения содержатся в пункте 11.16 спорного контракта.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в Гражданском кодексе Российской Федерации понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

В ответе на вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, разъяснено, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать:

а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.

В подтверждение доводов о действии обстоятельств непреодолимой силы ответчик представил акты сверок расчетов по договорам на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному страхованию, заключенным ответчиком со страховыми медицинскими организациями с протоколами разногласий, письменные обращение ответчика к АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», ООО СК «Ингосстрах-М», от 16.12.2020, письменные обращение ответчика к Заместителю Губернатора Курской области ФИО2, и.о. председателя комитета здравоохранения Курской области, директору ТФОМС Курской области от 10.12.2020 и 16.12.2020, письмо территориального фонда ОМС Курской области от 23.12.2020 № 01-04/3581 относительно финансирования БМУ «КОКБ», письменное обращение ответчика от 09.02.2021 № 15-11/1076 к Прокурору города Курска по вопросу ненадлежащего финансирования БМУ «КОКБ» страховыми медицинскими организациями и территориальным фондом ОМС Курской области, ответ прокуратуры от 15.03.2021 № 145ж-2021 на данное обращение, а также копию письменного мнения территориального фонда ОМС Курской области в рамках дела № А35-2854/2021.

Оценивая данные материалы, суд приходит к следующим выводам.

30 января 2020 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) признала вспышку нового коронавируса чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение, 11 февраля 2020 года заболевание получило название нового коронавирусного заболевания (COVID-2019), а 11 марта 2020 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила пандемию новой коронавирусной инфекции.

Распространение новой коронавирусной инфекции несет за собой не только угрозу здоровью всех граждан, но и создает значительные препятствия для экономической деятельности хозяйствующих субъектов, в условиях объявления нерабочих дней, введения режима повышенной готовности и самоизоляции, что является общеизвестным обстоятельством, не требующим доказывания в соответствии с частью 1 статьи 69 АПК РФ.

На территории Курской области ограничения, направленные на предотвращение распространения в Курской области новой коронавирусной инфекции COVID-19, введены распоряжением Губернатора Курской области от 10.03.2020 № 60-рг «О введении режима повышенной готовности».

Между тем, доводы ответчика сводятся к недостаточности бюджетного финансирования, послужившей причиной возникновения спорной задолженности.

Из пояснений ответчика следует, что одним из источников финансового обеспечения БМУ «КОКБ» являются средства фонда обязательного медицинского страхования и страховых медицинских организаций, а с учетом того, что в соответствии с контрактами, заключенные между БМУ «КОКБ» и истцом, предполагалась поставка лекарственных препаратов для оказания специализированной медицинской помощи, то оплата по указанным контрактам должна осуществляться как раз за счет данных средств.

Согласно пункту 9.1 спорного контракта, оплата по нему осуществляется за счет средств:

- обязательного медицинского страхования, полученных за оказание специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в стационарных условиях 365 200 руб. 00 коп.;

- поступлений от оказания платных услуг (выполнения работ) и иной приносящей доход деятельности (стационарная медицинская помощь) 16 000 руб.00 коп.

Таким образом, значительная часть денежных средств должна была быть выплачена поставщику за счет средств внебюджетного фонда.

В силу части 2 статьи 83 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», финансовое обеспечение оказания гражданам специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи осуществляется за счет:

- средств обязательного медицинского страхования;

- бюджетных ассигнований бюджетов субъектов Российской Федерации, выделяемых в рамках территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (в части медицинской помощи, не включенной в территориальные программы обязательного медицинского страхования, а также расходов, не включенных в структуру тарифов на оплату медицинской помощи, предусмотренную в территориальных программах обязательного медицинского страхования);

- бюджетных ассигнований федерального бюджета, выделяемых медицинским организациям, подведомственным федеральным органам исполнительной власти (в части медицинской помощи, не включенной в базовую программу обязательного медицинского страхования, а также расходов, не включенных в структуру тарифов на оплату медицинской помощи, предусмотренную в базовой программе обязательного медицинского страхования);

- бюджетных ассигнований бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования на финансовое обеспечение высокотехнологичной медицинской помощи, не включенной в базовую программу обязательного медицинского страхования, оказываемой гражданам Российской Федерации федеральными государственными учреждениями, функции и полномочия учредителя которых осуществляют федеральные органы исполнительной власти;

- бюджетных ассигнований федерального бюджета на софинансирование расходов субъектов Российской Федерации, возникающих при оказании гражданам Российской Федерации высокотехнологичной медицинской помощи, не включенной в базовую программу обязательного медицинского страхования. Порядок софинансирования указанных в настоящем пункте расходов субъектов Российской Федерации устанавливается Правительством Российской Федерации;

- иных источников в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Частью 7 статьи 14 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее - Закон об ОМС) предусмотрено, что деятельность в сфере обязательного медицинского страхования осуществляется на основании договора о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования, заключаемого между территориальным фондом обязательного медицинского страхования и страховой медицинской организацией, а также договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, заключаемого между страховой медицинской организацией и медицинской организацией в интересах застрахованных лиц (физических лиц, перечень которых установлен статьей 10 Закона об ОМС).

В соответствии с частью 1 статьи 39 Закона об ОМС (в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений) для заключения договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию медицинская организация должна быть включена в реестр медицинских организаций, которые участвуют в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования и которым решением комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования установлен объем предоставления медицинской помощи, подлежащий оплате за счет средств обязательного медицинского страхования.

Базовая программа обязательного медицинского страхования определяет виды медицинской помощи, перечень страховых случаев, структуру тарифа на оплату медицинской помощи, способы оплаты медицинской помощи, оказываемой застрахованным лицам по обязательному медицинскому страхованию в Российской Федерации за счет средств обязательного медицинского страхования, а также критерии доступности и качества медицинской помощи. В базовой программе обязательного медицинского страхования устанавливаются требования к условиям оказания медицинской помощи, нормативы объемов предоставления медицинской помощи в расчете на одно застрахованное лицо, нормативы финансовых затрат на единицу объема предоставления медицинской помощи, нормативы финансового обеспечения базовой программы обязательного медицинского страхования в расчете на одно застрахованное лицо, а также расчет коэффициента удорожания базовой программы обязательного медицинского страхования (статья 35 Закона об ОМС).

В силу пункта 8 статьи 3, статьи 35 Закона об ОМС базовая программа обязательного медицинского страхования является составной частью программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, утверждаемой Правительством Российской Федерации.

Территориальная программа обязательного медицинского страхования формируется в рамках реализации базовой программы в соответствии с требованиями, установленными базовой программой обязательного медицинского страхования (часть 9 статьи 35, часть 1 статьи 36 Закона об ОМС). При этом территориальная программа обязательного медицинского страхования может включать в себя перечень страховых случаев, видов и условий оказания медицинской помощи в дополнение к установленным базовой программой (часть 7 статьи 36 Закона об ОМС).

Объемы предоставления медицинской помощи, установленные территориальной программой обязательного медицинского страхования, распределяются решением комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования между страховыми медицинскими организациями и между медицинскими организациями исходя из количества, пола и возраста застрахованных лиц, количества прикрепленных застрахованных лиц к медицинским организациям, оказывающим амбулаторно-поликлиническую помощь, а также потребности застрахованных лиц в медицинской помощи (часть 10 статьи 36 Закона об ОМС в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений).

Страховая медицинская организация производит оплату медицинской помощи, оказанной застрахованному лицу, по тарифам на оплату медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования в порядке, установленном Правилами обязательного медицинского страхования (часть 7 статьи 15, часть 6 статьи 39 Закона об ОМС в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений), в частности, на основании предоставленных медицинской организацией реестров счетов и счетов на оплату медицинской помощи в пределах объемов предоставления медицинской помощи, установленных решением комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования.

Указанные меры позволяют реализовать право застрахованных лиц на бесплатное получение медицинской помощи (статьи 37 Закона об ОМС).

Как справедливо отмечено ответчиком, 03.04.2020 Правительством РФ было принято Постановление № 432 «Об особенностях реализации базовой программы обязательного медицинского страхования в условиях возникновения угрозы распространения заболеваний, вызванных новой коронавирусной инфекцией», которым предусмотрено финансовое обеспечение расходов страховых медицинских организаций и медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, осуществляется в порядке ежемесячного авансирования оплаты медицинской помощи без учета фактического выполнения объемов предоставления медицинской помощи (подпункт «м» пункта 5).

Таким образом, указанная норма, действовавшая с 01.04.2020 по 31.12.2020 включительно (Постановления Правительства РФ от 03.08.2020 № 1166, от 03.12.2020 № 1995), изменила порядок финансирования, не ставя размер перечисляемых сумм в зависимость от объема предоставления медицинской помощи, а связывая его с объемом годового финансового обеспечения объема предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, распределенного решением комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования.

При таких обстоятельствах, ссылки ответчика на то, что учреждение в определенный период фактически простаивало, не имеют отношения к делу, поскольку подпунктом «м» пункта 5 Постановления Правительства РФ № 432 от 03.04.2020 прямо предусмотрено ежемесячное авансирование оплаты медицинской помощи, а спорный контракт предусматривает оплату по нему в основном за счет средств обязательного медицинского страхования.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 20.03.2019 № 307-ЭС18-18880 по делу № А56-50938/2017, медицинские организации не должны нести негативные последствия за недостатки планирования программы обязательного медицинского страхования или прогнозирования заболеваемости населения, а также за несвоевременность корректировки объемов медицинской помощи.

Между тем, пункт 9 статьи 34 Закона № 44-ФЗ связывает освобождение стороны государственного (муниципального) контракта от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства в виде неустойки только с двумя обстоятельствами:

- непреодолимой силой;

- виной другой стороны контракта.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что если неисполнение обязательств страховыми медицинскими организациями по соответствующим договорам и произошло по причине распространения новой коронавирусной инфекции, то данное обстоятельство не может быть рассмотрено судом в качестве форс-мажора в контексте разъяснений, изложенных в ответе на вопрос № 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020.

В частности, Верховным Судом Российской Федерации указано, что отсутствие у должника необходимых денежных средств по общему правилу не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств. Однако если отсутствие необходимых денежных средств вызвано установленными ограничительными мерами, в частности запретом определенной деятельности, установлением режима самоизоляции и т.п., то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств на основании статьи 401 ГК РФ. Освобождение от ответственности допустимо в случае, если разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать неблагоприятных финансовых последствий, вызванных ограничительными мерами (например, в случае значительного снижения размера прибыли по причине принудительного закрытия предприятия общественного питания для открытого посещения).

В рассматриваемом случае установленные ограничительные меры не были непосредственной причиной отсутствия денежных средств у ответчика. Указанное, как следует из представленных ответчиком материалов, связано с внутренними организационными мероприятиями в рамках бюджетного процесса.

По мнению суда, негативные последствия нарушений, допущенных участниками бюджетного процесса, во всяком случае не могут ложиться на поставщиков по государственным (муниципальным) контрактам. Исходя из буквального толкования пункта 9 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, при решении вопроса о взыскании неустойки наличие (отсутствие) вины заказчика по контракту в неисполнении или ненадлежащим исполнении обязательств правового значения не имеет.

При этом нормы Закона № 44-ФЗ являются специальными по отношению к нормам ГК РФ (Обзор судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017).

Кроме того, суд учитывает, что ответчик не представил доказательств добросовестного принятия стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

Так, пунктом 14.3 спорного контракта предусмотрено, сторона, у которой возникли обстоятельства непреодолимой силы, обязана в течение трех календарных дней письменно информировать другую сторону о случившемся и его причинах.

О том, что просрочка исполнения обязательства вызвана обстоятельствами непреодолимой силы – распространением новой коронавирусной инфекции – ответчик до предъявления иска истцу не сообщал. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Суд полагает, что указанное поведение ответчика не отвечает критерию добросовестности, в то время как для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать добросовестное принятие ею разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что учреждение не подтвердило надлежащими доказательствами фактическую невозможность исполнить обязательства в установленный срок в силу объективных причин, наличие законных препятствий для надлежащего исполнения заключенного с истцом контракта, а также иных препятствий, объективно вызванных обстоятельствами непреодолимой силы, принятие БМУ «КОКБ» разумных и достаточных действий для минимизации негативных последствий.

Наличие условий, содержание которых раскрыто в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, (в том числе, в ответе на вопрос № 7), при которых введенные ограничительные меры могут быть признаны обстоятельством непреодолимой силы применительно к обязательствам БМУ «КОКБ» по спорному контракту, ответчиком не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

Оценив период заключения контракта и поставки товара, а также принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих наличие оснований для освобождения учреждения от ответственности за неисполнение обязательства по оплате поставленного товара, суд приходит к выводу о том, что исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Также учреждение заявило ходатайство о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд не находит правовых оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

Правила статьи 333 ГК РФ предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае – явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (например, пункт 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ).

В пунктах 2, 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 №17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. Доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки.

Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Таким образом, суд должен установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 1, 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается. Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ), а также с принципом состязательности (ст. 9 АПК РФ).

В данном случае, учитывая положения указанных норм права, разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81, Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7, принимая во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 21.12.2000 № 263-О, конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, арбитражный суд не усматривает оснований для снижения размера штрафа.

Заявляя о необходимости уменьшения присужденной ко взысканию неустойки, ответчик, вопреки правилам статьи 65 АПК РФ, не привел убедительных доводов и не представил доказательств, свидетельствующих об исключительности случая нарушения им условий спорного договора, допускающей снижение пени.

Доводы ответчика, приведенные в обоснование ходатайства, сводятся к ссылкам на распространение новой коронавирусной инфекции, которые уже были оценены судом выше.

Доводы ответчика относительно задолженности в размере 4 846 руб. 48 коп. судом не оцениваются, поскольку данное требование как на дату подачи иска, так и на дату рассмотрения спора истцом не заявлялось.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В связи с изложенным, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 585 руб. 00 коп., понесенные истцом (платежное поручение от 26.02.2021 № 76 на сумму 6 730 руб.), подлежат взысканию с ответчика, а излишне уплаченная при подаче искового заявления сумма государственной пошлины в размере 145 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Виал» удовлетворить.

Взыскать с бюджетного медицинского учреждения «Курская областная клиническая больница» комитета здравоохранения Курской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Виал» задолженность в размере 186 151 руб. 12 коп., в том числе долг по контракту № 0344200010620000018_240474 от 20.02.2020 в сумме 182 000 руб. 00 коп., неустойку в размере 4 151 руб. 12 коп. за период с 18.09.2020 по 25.02.2021, продолжив начисление неустойки с 26.02.2021 по день фактического исполнения обязательства, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 585 руб. 00 коп.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Виал» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 145 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Курской области.

Судья Е.В. Клочкова