Решение от 2 мая 2026 г. АС Республики Карелия

Арбитражный суд Республики Карелия ул. Красноармейская, 24 а, <...>, тел./факс: <***> / 790-625

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А26-9742/2025
г. Петрозаводск
03 мая 2026 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2026 года.


Полный текст решения изготовлен 03 мая 2026 года.

Судья Арбитражного суда Республики Карелия Иванова Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Варламовой И.И.,


рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3, Иванова Евгения Валерьевича к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «КНВ» в размере в размере 288 044,15 руб. и 100 000 руб. компенсации морального вреда (с учетом уточнения иска),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - общество с ограниченной ответственностью «КНВ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

установил:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Карелия с иском о привлечении бывшего директора общества с ограниченной ответственностью «КНВ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, далее – Общество, ООО «КНВ») ФИО2, действующего директора ООО «КНВ» ФИО3, фактически контролирующего деятельность ООО «КНВ» лицо - Иванова Евгения Валерьевича (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с ответчиков солидарно в пользу истца денежных средств в размере 300 000 руб., подлежащих выплате Обществом в пользу истца на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17.12.2024 по делу 2-7/2024, которым утверждено мировое соглашение, заключенное между истцом и ООО «КНВ».

Исковые требования обоснованы ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец в предварительном судебном заседании 02.02.2026 заявила ходатайство об уточнении заявленных требований, просила взыскать с ответчиков 100 000 руб. морального вреда и 20 385 руб. судебных расходов (3000 руб. – расходы на представителя за представление интересов истца в суде общей юрисдикции;

15 000 руб. – расходы на доверителя за представление интересов истца в


Верховном суде Республики Карелия, 2 000 руб. – расходы за совершение нотариальных действий по оформлению нотариальной доверенности), 385 руб. почтовые расходы. Кроме того, истец указала, что в ходе принудительного исполнения судебного акта в её пользу было взыскано 11955,85 руб., в с вязи с чем сумма, предъявляемая к ответчикам составляет 288 044,15 руб. – данную сумму истец просит взыскать в свою пользу.

Учитывая право истца, предусмотренное ст. 49 АПК РФ, суд 02.02.2026 принял к рассмотрению требование к ответчикам о взыскании 288 044,15 руб. - долга в порядке субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника ООО «КНВ» и дополнительные требования о взыскании 100 000 руб. морального вреда и 20 385 руб. судебных расходов.

В судебном заседании 04.03.2026 истец дополнительно заявила об увеличении почтовых расходов до 933 руб., просила взыскать судебные издержки в общем размере 20 933 руб., из них 3000 руб. - расходы на представителя за представление интересов истца в суде общей юрисдикции; 15 000 руб. - расходы на доверителя за представление интересов истца в Верховном суде Республики Карелия, 2 000 руб. - расходы за совершение нотариальных действий по оформлению нотариальной доверенности, 933 руб. - почтовые расходы.

Учитывая право истца, предусмотренное ст. 49 АПК РФ, суд 04.03.2026 принял к рассмотрению требование к ответчикам о взыскании 288 044,15 руб. - долга в порядке субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника ООО «КНВ» и дополнительные требования о взыскании 100 000 руб. морального вреда и 20 933 руб. судебных расходов.

Определением от 02.02.2026 к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «КНВ».

Истец, ответчики и третье лицо явку своих представителей в суд не обеспечили, в силу положений части 1, пункта 2 части 4 статьи 123, частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в связи с чем на основании части 3,5 статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено судом в их отсутствие и в отсутствие истца.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.


ФИО1 обратилась в Пряжинский районный суд Республики Карелия с иском к ООО «КНВ» о защите прав потребителя по тем основаниям, что 06.05.2022 между сторонами заключен договор на оказание услуг, а именно: косметический ремонт дома, в том числе утепление стены и фундамента дома, обшивка всего дома сайдингом. Поскольку истец осталась недовольна качеством выполненных ответчиком работ, в его адрес была направлена претензия, однако в добровольном порядке ответчик требования истца об устранении недостатков не исполнил.

К участию в деле в качестве соответчиков судом были привлечены Иванов Евгений Валерьевич и ФИО2.


В окончательной редакции исковых требований истец просила суда обязать взыскать с ответчиков расходы на устранение недостатков произведенных работ в размере 514 400 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Решением Пряжиского районного суда Республики Карелия исковые требования удовлетворены частично, с ООО «КНВ» в пользу ФИО1 взысканы стоимость устранения недостатков ремонта жилого дома в размере 479 000 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 244 600 руб.

Не согласившись с вышеуказанным решением ООО «КНВ» обратилось в Верховный суд Республики Карелия.

Определением Верховного суда Республики Карелия от 17.12.2024 решение Пряжинского районного суда Республики Карелия от 30 мая 2024 г. отменено в связи с заключением сторонами мирового соглашения.

Верховным судом принят отказ истца от исковых требований о защите прав потребителя, предъявленных к ФИО2, Иванову Евгению Валерьевичу, утверждено мировое соглашение, заключенное между ФИО1 и ООО «КНВ», на следующих условиях:

«1. Настоящее мировое соглашение заключается сторонами в целях разрешения спора по делу № 2-7/2024 ( № 33-4003/2024) по исковому заявлению ФИО1 к ООО «КНВ» о защите прав потребителей.

2. Заключая мировое соглашение, ООО «КНВ» обязуется выплатить ФИО1 денежные средства в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей.

3. Сроки выплаты.


Выплата указанной суммы в рамках мирового соглашения будет осуществлена в следующем порядке:

1-я часть в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей будет выплачена 30 января 2025 года:

2-я часть в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей будет выплачена 28 февраля 2025 года:

3-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей будет выплачена 30 марта 2025 года;

4-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 апреля 2025 года;

5-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 мая 2025 года;

6-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 июня 2025 года;

7-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 июля 2025 года;

8-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 августа 2025 года;

9-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 сентября 2025 года;

10-я часть в размере 30 000 (тридцать тысяч) будет выплачена 30 октября 2025 года.


4. Судебные расходы, понесенные сторонами в рамках производства по делу № 2-7/2024 ( № 33-4003/2024) при подписании настоящего мирового соглашения, в дальнейшем к взысканию не подлежат.

5. Настоящее мировое соглашение составлено в 3 (трех) экземплярах, имеющих равную юридическую силу, по одному экземпляру для каждой из Сторон и один экземпляр для утверждения судом и приобщения к материалам гражданского дела № 2-7/2024 ( № 33-4003/2024).

6. Мировое соглашение не нарушает права и законные интересы других лиц и не противоречит закону.

7. Расходы на оплату произведенной экспертизы и государственной пошлины несет ООО «КНВ».

Производство по настоящему делу прекратить.


Разъяснить сторонам, что повторное обращение в суд по иску о том же предмете, между теми же сторонами, по тем же основаниям не допускается.».

В связи с неисполнением в добровольном порядке условий мирового соглашения Пряжинским районным судом Республики Карелия выдан исполнительный лист серии ФС № 050849781 на принудительное исполнение заключённого сторонами мирового соглашения; приставом исполнителем 08.04.2025 возбуждено исполнительное производство № 29397/25/10024-ИП в отношении ООО «КНВ».

Постановлением от 30.10.2025 исполнительное производство окочено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание; сумма, взысканная в ходе исполнительного производства составила 11955,85 руб., остаток долга 288 044,15 руб. (л.д. 75).

В связи с тем, что ООО «КНВ» не исполнило обязательства по исполнению судебного акта, истец обратился в суд с настоящим иском к ФИО2 (участнику и директору ООО «КНВ», с которым истец заключал спорный договор оказания услуг), действующему директору ООО «КНВ» ФИО3 и Иванову Евгению Валерьевичу – лицу, которое являлось фактическим управляющим делами ООО «КНВ» и отдавал должнику обязательные для исполнения указания, иным образом определял его действия.

Исследовав представленные в дело доказательства, суд приходит следующим выводам.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Юридическое лицо должно быть зарегистрировано в едином государственном реестре юридических лиц в одной из организационно-правовых форм, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно п. 1,3 ст. 49 ГК РФ, юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.


Анализ вышеуказанных положений позволяет прийти к выводу, что юридическое лицо является самостоятельным участником гражданских правоотношений, обладающим правосубъектностью и способностью нести личную имущественную ответственность.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, ООО «КНВ» имеет организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью.

В силу ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Следовательно, по общему правилу участники общества с ограниченной ответственностью не несут ответственности по обязательствам юридического лица.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1. ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 вышеуказанной статьи).

Таким образом, несмотря на синкретичность института возмещения убытков, закон связывает механизм привлечения участников и руководителя единоличного исполнительного органа юридического лица к субсидиарной ответственности с выявленными фактами недобросовестности и неразумности их поведения, смещая акцент с презумпции виновности лица, нарушившего обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ) к опровержению презумпции добросовестности (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с п. 5 ст. 10 Кодекса, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. В Определении Верховного Суда РФ от 01.09.2015 № 5-КГ15-92 разъяснено, что презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Из изложенного следует, что само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности его участника или руководителя.

Как следует из материалов дела, ООО «КНВ» зарегистрировано в ЕГРЮЛ – 24.05.2019 за основным государственным регистрационным номером (далее -ОГРН) <***>.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, участником и директором общества с 27.05.2024 является ФИО3.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).


Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Вышеуказанная позиция отображена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4».

В Определении Конституционного Суда РФ от 11.11.2021 № 2358-О было также отмечено, что сделанный Судом в Постановлении от 21 мая 2021 года № 20-П вывод, связанный с предметом рассмотрения по делу (когда истцом-кредитором выступает физическое лицо-потребитель, чьи права гарантированы также специальным законодательством о защите прав потребителей), сам по себе не исключает применения такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» указано, что, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловлены установленным законодателем - исходя из существа и целевой направленности деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом ее субъектов, включая права, обязанности и меры ответственности. В свою очередь, законодатель, действуя в рамках своих полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечить их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям граждан,


потребностям рынка, социально-экономической ситуации, не ущемляющее экономическую свободу и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а равно предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей меры и условия привлечения к ответственности на основе принципов гражданского законодательства.

В нормах об отдельных категориях субъектов, о некоторых видах деятельности законодатель воспроизводит конституционное и общеотраслевое положение об обязательности добросовестного поведения, дополнительно подчеркивая тем самым особую значимость следования в соответствующих случаях стандарту добросовестности и акцентируя внимание на требованиях к обязанному лицу, связанных с учетом законных интересов других лиц, с проявлением им большей осмотрительности, разумности, с рачительным отношением к вверенному имуществу и пр. Отмеченное означает, что в таких случаях обязанное лицо должно прилагать дополнительные усилия, включая несение расходов для обеспечения их эффективности, по сравнению с мерами, имеющими общий характер и обычно принимаемыми любыми (всеми) участниками гражданского оборота во исполнение предписаний статей 1 и 10 ГК Российской Федерации.

В частности, именно так требования к добросовестному поведению воспроизведены в данном Кодексе для лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, для членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.), а также для лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания названным лицам (пункт 3 статьи 53 и пункт 3 статьи 53.1). Они обязаны действовать добросовестно и разумно в интересах этого юридического лица. Речь идет о совокупности интересов лиц, которые небезразличны к функционированию организации и от деятельности которых в той или иной степени зависит достижение ее уставных целей. Для корпоративных коммерческих организаций это трудовой коллектив, государственные органы, менеджмент, акционеры (пайщики, партнеры, товарищи и т.п.) и др. Удовлетворение интересов каждой отдельно взятой группы (например, интереса трудового коллектива в своевременной выплате и регулярном повышении заработной платы, в создании безопасных условий труда и в снижении нагрузки и т.д.), а потому и готовность ее членов содействовать достижению юридическим лицом целей деятельности неизбежно оказывает влияние на удовлетворение интересов другой группы лиц. Применительно к таким корпоративным коммерческим организациям, как общества с ограниченной ответственностью, положение об обязанности действовать добросовестно законодатель воспроизводит и при определении обязанностей единоличного исполнительного органа общества в статье 44 Закона об ООО, тем самым делая акцент на особой востребованности для соответствующих отношений такого поведения, которое учитывает интересы различных лиц, значимых для деятельности общества.

Стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с


ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 по делу № А56-64205/2021 было также отмечено, что из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления № 53).

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца


переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления № 53).

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3).

Как следует из материалов дела ООО «КНВ» не исключено из ЕГРЮЛ, однако, несмотря на то, что общество не исключено из ЕГРЮЛ, фактически является недействующим (брошенным) юридическим лицом, в связи с чем его руководитель подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

По смыслу закона юридическое лицо считается недействующим в силу объективного наличия признаков фактического прекращения его деятельности, предусмотренных законом. Факт причинения убытков кредитору юридического лица, обязательство перед которым осталось неисполненным, предполагается в силу самого прекращения деятельности юридического лица без осуществления процедуры ликвидации или банкротства.

В пункте 7 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.11.2025) указано, что кредитор вправе обратиться в суд с иском о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности до исключения должника из ЕГРЮЛ, если юридическое лицо фактически прекратило свою деятельность.

В вышеуказанном Обзоре указано, что между причинителем вреда - контролирующим лицом, совершившим действия, в результате которых задолженность юридического лица остается непогашенной, и потерпевшим - кредитором возникают гражданские правоотношения, связанные с возмещением причиненного вреда. При этом возможность привлечения контролирующих лиц, не осуществивших надлежащего завершения деятельности юридического лица, не может быть поставлена в зависимость от действий (бездействия) регистрирующего органа (пункт 3 статьи 3.1 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 64.2, 1064 ГК РФ).

Таким образом, в случае представления кредитором доказательств, подтверждающих, что должник по основному обязательству фактически прекратил свою деятельность, суд с учетом обстоятельств дела и признаков, установленных в пункте 1 статьи 64.2 ГК РФ и пункте 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ вправе привлечь контролирующее лицо к субсидиарной ответственности до исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, если установит, что невозможность удовлетворения требования кредитора обусловлена поведением контролирующего лица.

В настоящем случае судом принимается во внимание позиция, изложенная в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 № 305-ЭС24-


22290 по делу № А40-113828/2023, согласно которой признаками недействующего юридического лица ("брошенный бизнес"), созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"):

1) длительное (более одного года) не представление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. В настоящем случае установлено через открытые источники, в том числе, и из ответа ИФНС на запрос суда, что за 2022 - 2023 года отчётность не предоставлялась либо была представлена нулевая, впоследствии общество намеренно было в 2023 году ликвидировано;

2) длительное (более одного года) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.

Судом при рассмотрении настоящего спора от УФНС по Республике Карелия была истребована информация о результатах налоговой проверки, в рамках которой 09.06.2025 старшим государственным налоговым инспектором Управления ФНС России по Республике Карелия ФИО5 осуществлен допрос ФИО3 по обстоятельствам её участия в деятельности ООО «КНВ».

В суд поступил ответ УФНС по Республике Карелия согласно которому в рамках отработки обращения поступившего от ФИО1, перенаправленного в налоговый орган Управлением Роспотребнадзора по Республике Карелия от 07.05.2025 № 10-00-04/28-843-2025 проводились мероприятия налогового контроля в отношении ООО «КНВ» ИНН <***> в рамках компетенции налоговых органов.

Проведены допросы руководителей организации: ФИО2 ИНН <***>, являющегося должностным лицом ООО "КНВ" в период 24.05.2019 - 27.05.2024, а также руководителя ФИО3 ИНН <***>, являющейся должностным лицом ООО "КНВ" начиная с 27.05.2024.

В ходе допроса свидетелей установлены обстоятельства, указывающие, что гражданин Иванов Евгений Валерьевич неофициально руководил деятельностью ООО «КНВ» начиная с 2022 года, являлся прорабом, контролировал ремонтные работы, искал подрядчиков и исполнителей работ (сотрудников), формировал строительные бригады.

Свидетель ФИО2. пояснил обстоятельства своего участия в ООО «КНВ», подтвердил, что являлся директором, а всю работу контролировал Иванов Евгений Валерьевич.

Свидетель ФИО3 в ходе допроса подтвердила, что при получении документов от прежнего владельца компании (ФИО2) передала их Иванову Евгению Валерьевичу вместе с электронной подписью и факсимиле. Печать организации, ЭЦП флешка, факсимиле и приложение мобильного банка ООО «КНВ» также находятся у Иванова Евгения Валерьевича.


По результатам проведенных Управлением мероприятий в отношении ООО «КНВ» 11.06.2025 представлена уточненная декларация № 2 по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за период 2022 года, отражен факт хозяйственной деятельности за ремонтные работы, производимые для ФИО1, сумма дополнительно исчисленного налога составила 1 800 рублей.

Обстоятельства участия Иванова Евгения Валерьевича повреждается и самим истцом, которая указывает на то, что именно он присутствовал на участке при исполнении спорного договора, заключенного с истцом; именно Иванов Е.В. вел с ней переписку в социальной сети «Вконакте» по вопросу исполнения спорной сделки (в связи с чем в иске истец ошибочно указывала его участком ООО «КНВ»).

В пунктах 3 постановления N 53 разъяснено на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

При рассмотрении настоящего дел, суд приходит к выводу о доказанности степени вовлеченности Иванова Евгения Валерьевича в процесс управления должником, полагая, что его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника было значительным.

Иванов Евгений Валерьевич относится к числу контролирующих должника лиц, что обуславливает применение к нему ответственности, предусмотренной пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ.

При рассмотрении настоящего спора судом установлены признаки «брошенного бизнеса» в отношении ООО «КНВ» в силу следующего.

Суд судом исследованы имеющиеся в материалах исполнительного производства ответы на запросы из Банков и движении денежных средств по счетам ООО «КНВ»: согласно ответу банка «ВТБ» от 28.05.2025 движения денежных средств за период с 01.12.2024 по 04.06.2025 не осуществлялись (указаны 3 счета ООО «КНВ»); согласно ответу ПАО Сбербанк за период с 17.12.2024 по 03.07.2025 17.12.2024 совершена одна операция по списанию денежных средств по решению налогового орган на сумму 597,65 руб. – иных операций не соверашется; согласно выписке по расчётному счёту «Т Банка» за период с 17.12.2024 по 27.06.2025 (дата, когда участником общества и единоличным исполнительном органом стала ФИО3) по данному расчётному счёту осуществлялись незначительные поступления денежных средств, фактически поступление прекращено.

Согласно сведениям о доходах, выплаченных ООО «КНВ» в пользу физического лица – ФИО3, в 2024 году данная сумма составила 158750 руб. в 2025 году – 0.


На сегодняшний день адресом места нахождения ООО «КНВ» является адрес места жительства ФИО3.

Таким образом, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам «брошенного бизнеса» истцу было достаточно косвенно доказать совокупность вышеизложенных обстоятельств, что по мнению суда им сделано.

В силу ч. 2 ст. 9, ч. 3.1. ст. 70 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Как следует из Постановления Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 № 8127/13 по делу № А46-12382/2012, суд не вправе отклонить представленные истцом доказательства, если ответчик не участвовал в судебном заседании и не возражал по существу предъявленного иска, поскольку в противном случае он фактически исполняет обязанность ответчика по опровержению этих доказательств.

В Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006 разъяснено, что исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (ст. 9, ч. 3 ст. 65, ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Как разъяснено в абз. 4 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление отзыва на исковое заявление, доказательств, уклонение стороны от участия в экспертизе, неявка в судебное заседание, а также сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела в силу части 2 статьи 9 АПК РФ может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в отнесении на лицо судебных расходов (часть 5 статьи 65 АПК РФ), в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 АПК РФ), оставлении искового заявления без рассмотрения (пункт 9 части 1 статьи 148 АПК РФ), появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (пункт 1 части 2 статьи 311 АПК РФ).

В п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 16.12.2010 № 1642-О-О также отмечено, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности


процесса (ст. 123, ч. 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Судом принято во внимание, что ответчиками доводы истца не оспорены, оценка им не дана, позиция по делу не изложена, доказательства погашения задолженности не представлены. До настоящего времени доказательства совершения ответчиками действий, направленных на мирное урегулирование спора, в материалы дела не представлены. При наличии заинтересованности в рассмотрении дела ответчики, добросовестно используя принадлежащие им процессуальные права, имели реальную возможность представления письменных мотивированных возражений (отзыва) по существу заявленных истцом требований. Процессуальная незаинтересованность ответчиков в разрешении спора не может создавать каких-либо преимуществ в пользу данного лица перед истцом.

Также суд отмечает, что третье лицо ООО «КНВ», в котором ФИО3 является руководителем, также не представило каких-либо пояснений, возражений или доказательств оплаты в материалы дела.

Из представленных в материалы дела следует, что задолженность ООО «КНВ» перед истцом подтверждена Определением Верховного суда Республики Карелия от 17.12.2024, утвердившим мировое соглашение. В период рассмотрения дела (с 13.07.2024 по 27.05.2024) директором ООО «КНВ» был ФИО2, в тот же период также был и участником общества.

Указанная задолженность образовалась у ООО «КНВ перед истцом из факта заключения договора оказания услуг от 06.05.2022. В указанный период директором ООО «КНВ» являлся ФИО2 Позднее, в период с 27.05.2024 по настоящее время должность директора и участника ООО «КНВ» занимает ФИО3, которая также не предприняла каких-либо активных мер по урегулированию имевшейся задолженности перед истцом.

Все перечисленные лица: ФИО2, действующий директор ООО «КНВ» ФИО3, лицо фактически контролировавший деятельность общества - Иванов Евгенией Валерьевич - в разные отрезки времени в период с 06.05.2022 (дата заключения спорной сделки) до сегодняшнего дня имели не только возможности, но и были обязаны предпринять все возможные меры по погашению задолженности перед истцом, а в случае невозможности такого погашения обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве). Ничего из вышеперечисленного указанными лицами сделано не было, доказательств обратного ими в материалы дела не представлено.

Документация по финансово-хозяйственной деятельности общества не представлена при рассмотрении настоящего спора.

Номинальный статус руководителя и участника ООО «КНВ» (ФИО2 или ФИО3) не может быть принят во внимание в качестве основания для освобождения от субсидиарной ответственности.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения


контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Как следует из пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями, а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом. В этом случае по общему правилу номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно.

При указанных обстоятельствах, по мнению суда, в действиях ответчиков очевидны признаки недобросовестности, поскольку, являясь руководителем, учредителем, и лицом фактически управлявшим деятельностью общества ООО «КНВ», ответчики не мог не знать о наличии у его общества долга перед истцом, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом. При этом, как следует из материалов дела, попыток погасить долг перед истцом ответчиками не предпринималось. Иного не доказано.

Ввиду изложенного требование о взыскании убытков подлежит удовлетворению судом в заявленном размере, а именно 288 044 руб. 15 коп.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков морального вреда в размере 100 000 руб.

По смыслу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам относятся личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину в силу закона.

Суд установил, что ответчики не принимали мер к исполнению судебного акта, в котором установлен факт некачественного выполнения работ (спор сторон возник в 2022 году); суд учитывает, что стороны урегулировали спор миром, подписав мировое соглашение, однако, к его исполнению не приступили, фактически прекратив свою деятельность (то есть, не имели намерения его исполнять). За совершение действий, посягающих на принадлежащие гражданину неимущественные права и нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность возместить моральный вред.

Так как ответчики необоснованно в течение длительного времени не принимали мер к исполнению взятых на себя обязательств, суд полагает, что этими действиями нарушены неимущественные права истца и возмещает моральный вред, причинённый ей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины причинителей вреда с соблюдением требований разумности и справедливости и присуждает ко


взысканию солидарно сумму 20 000 руб. в остальной части заявленных требований отказывает.

Согласно статье 101 АПК РФ в состав судебных расходов помимо государственной пошлины входят и судебные издержки.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Как указано в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление № 1), перечень судебных издержек, предусмотренный статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим; понесенные стороной расходы могут быть признаны судом судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо в целях защиты прав и законных интересов данной стороны в рамках данного судебного дела. В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек.

В силу частей 1 и 2 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления № 1, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В рамках настоящего дела истец понес судебные расходы в сумме 933 руб., связанные с направлением ответчикам иска, уточнений исковых требований (принятых в ходе рассмотрения дела) в порядке исполнения требований статей 125, 126 АПК РФ.

Несение данных расходов и их непосредственная связь с рассмотрением настоящего дела подтверждены надлежащими доказательствами. Ответчиками факт несения и размер данных расходов истца не оспорены.

При таких обстоятельствах предъявленные истцом почтовые расходы являются судебными издержками по настоящему делу и подлежат взысканию в его пользу с ответчиков в размере 933 руб.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании 20 000 руб. судебных расходов (3000 руб. – расходы на представителя за представление интересов истца в суде общей юрисдикции; 15 000 руб. – расходы на доверителя за представление интересов истца в Верховном суде Республики Карелия, 2 000 руб. – расходы за


совершение нотариальных действий по оформлению нотариальной доверенности), мотивированное статей 110-112 АПК РФ.

Рассмотрев указанное требование истца, суд приходит к следующим выводам.

В обоснование своих требований истец представил договор на оказание юридических услуг, заключенный с ИП ФИО6 16.09.2024 № 137/09/24 на представление интересов в Верховном суде РК по делу № 2-7/2024 в связи с подачей апелляционной жалобы; платежные документы об оплате услуг представителя на общую сумму 18 000 руб. (с учётом заключения дополнительного соглашения от 09.10.2024) и нотариальную доверенность на представление интересов истца, выданную ФИО6 содержащую сведения об оплате денежных средств за свершение нотариальный действий в размере 2000 руб.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 101, 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления, так как факт оказания услуг и несения истцом расходов на оплату данных услуг по настоящему делу истцом не подтвержден.

Услуги, заявленные истцом, оказывались ей в рамках рассмотрения иного дела № 2-7/2024 в суде общей юрисдикции и не связанных с рассмотрением настоящего дела. При утверждении мирового соглашения, Верховный суд указал, что судебные расходы, понесенные сторонами в рамках производства по делу № 2-7/2024 ( № 33-4003/2024) при подписании настоящего мирового соглашения, в дальнейшем к взысканию не подлежат.

Данные расходы по смыслу ст. 15 ГК РФ не являются убытками истица и не могут быть предъявлены в рамках настоящего спора.

При указанных обстоятельствах, суд отказывает истцу во взыскании 20 000 руб. - судебных расходы на оплату услуг представителя и расходы на оформление доверенности по делу № 2-7/2024 ( № 33-4003/2024), как не относящиеся к рассматриваемому делу.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются со стороны. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (ст. 101 Кодекса).

Принципы исчисления и размер государственной пошлины, уплачиваемой при подаче искового заявления в арбитражные суды, установлены статьей 333.21 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ).

При цене иска в размере 288 044 руб. 15 коп., размер государственной пошлины составляет 19 402 руб. (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ).

Исковые требования удовлетворены, следовательно, сумма государственной пошлины относится поровну на ответчиков и подлежит взысканию с последних в доход федерального бюджета на основании ст. 110 АПК РФ, так как истцу была предоставлена отсрочка при подаче иска.


Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Карелия

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить.


Привлечь ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>), Иванова Евгения Валерьевича (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «КНВ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) перед ФИО1.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3, Иванова Евгения Валерьевича в пользу ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 288 044 руб. 15 коп. сумму основного долга, а также 20 000 руб. морального вреда, 933 руб. потовых расходов.

В удовлетворении остальной части судебных издержек отказать.


2. Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 467 руб.

3. Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 467 руб.

4. Взыскать с Иванова Евгения Валерьевича (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 467 руб.

5. Решение может быть обжаловано:


- в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, <...>);

- в кассационном порядке в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в Арбитражный суд Северо-Западного округа (190000, <...>) при условии, что данное решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд Республики Карелия.

Судья Иванова Е.В.