Постановление от 29 ноября 2023 г. по делу № А50-21227/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6580/23

Екатеринбург

29 ноября 2023 г.


Дело № А50-21227/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 ноября 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Васильченко Н.С.,

судей Абозновой О.В., Гайдука А.А.,

при ведении протокола судебного заседания, проводимого в режиме веб-конференции, помощником судьи Головач Т.Г. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СФ Урал» (далее – общество «СФ Урал», ответчик) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023 по делу № А50-21227/2022 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «СФ Урал» – ФИО1 (доверенность от 17.08.2023), ФИО2 (доверенность от 17.08.2023);

общества с ограниченной ответственностью «Пермская компания нефтяного машиностроения» (далее – общество «ПКНМ», истец) – ФИО3 (доверенность от 01.01.2023), ФИО4 (доверенность от 15.11.2023).

Общество «ПКНМ» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к обществу «СФ Урал» о взыскании штрафа в сумме 81 162 евро (с учетом изменения исковых требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общества с ограниченной ответственностью «ДельтаЛизинг», «СФТ» (далее – общества «ДельтаЛизинг», «СФТ», третьи лица).

Решением суда от 24.04.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023 решение суда отменено, исковые требования удовлетворены: с общества «СФ Урал» в пользу общества «ПКНМ» взысканы штраф в сумме 81 162 евро с осуществлением выплаты в рублях по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на день исполнения решения суда, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску и за подачу апелляционной жалобы в общей сумме 50 146 руб.

Общество «СФ Урал» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Заявитель жалобы считает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отклонил ссылку ответчика на наличие в данном случае оснований для применения положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как отмечает ответчик, до момента начала в феврале 2022 года специальной военной операции (СВО) и введения в марте 2022 года правительством Южной Кореи санкционных ограничений общество «СФ Урал» как добросовестный поставщик не могло предвидеть наступление данных негативных событий, в связи с чем введение санкций Южной Кореей может рассматриваться как чрезвычайное обстоятельство, которое, по его мнению, соответствуют критериям, приводимым в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

Как отмечает ответчик, ни общество «СФ Урал» (поставщик), ни истец (покупатель), указавший в качестве единственного поставщика оборудования предприятие, расположенное в Южной Корее, не могли предвидеть и предотвратить ухудшение международной обстановки в 2022 году после начала СВО.

По мнению заявителя жалобы, ссылаясь на то, что введенные правительством Южной Кореи и Корейским агентством безопасности и промышленности санкции не связаны с полным ограничением на экспорт, а привели лишь к ужесточению экспортного контроля в Россию, суд апелляционной инстанции не учел, что введение дополнительных ограничительных мер в виде ужесточения экспортного контроля также является мерой, не зависящей от воли сторон договора, официального дилера или завода-изготовителя, а является обстоятельством непреодолимой силы, если рассматривать его в совокупности с прочими обстоятельствами поставки.

Общество «СФ Урал» указывает, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание содержание уведомления производителя оборудования Doosan Machine Co. Ltd о том, что в связи с введением правительством Южной Кореи санкций продажа и экспорт станков в Российскую Федерацию прекращены, что, по мнению ответчика, является достаточным доказательством того, что станки, а точнее их составные части, имеют компоненты, которые включены в перечень стратегического оборудования.

Заявитель жалобы обращает внимание суда на необходимость оценки и применения при рассмотрении спора положений пункта 10.7 договоров, в соответствии с которым стороны расширили понятие форс-мажора для спорных поставок и к обстоятельствам, освобождающим от ответственности, отнесли также изменения в области таможенного оформления и экспортных операций, а также любые эмбарго и санкции.

Кроме того, ответчик отмечает, что у общества «СФ Урал» после введения санкций отсутствовали необходимые станки корейского производства, в связи с чем в переписке с истцом оно предлагало рассмотреть вопрос поставки станков иного производителя с аналогичными характеристиками.

Общество «СФ Урал» считает необоснованным утверждение суда апелляционной инстанции, согласно которому, чтобы доказать наступление обстоятельства непреодолимой силы, необходим документ, выданный в установленном порядке компетентным органом – Торгово-промышленной палатой Российской Федерации (далее – ТПП РФ). Так, в письме от 22.03.2022 № ПР/0108 ТПП РФ проинформировала о приостановлении рассмотрения заявлений о выдаче заключений о свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы по договорам, заключенным в рамках внутрироссийской экономической деятельности в связи с санкционными ограничениями в отношении иностранных комплектующих и оборудования. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции не должен был ограничиваться ссылкой на отсутствие заключения ТПП РФ, а исходить из совокупности всех имеющихся в материалах дела доказательств.

Заявитель жалобы также ссылается на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и полагает, что в сложившихся обстоятельствах в действиях истца имеются признаки недобросовестного поведения.

В отзыве на кассационную жалобу общество «ПКНМ» просит оставить постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между обществом «ПКНМ» (лизингополучатель), обществом с ограниченной ответственностью ЛК «Сименс Финанс» (далее – общество ЛК «Сименс Финанс», впоследствии переименовано в общество «ДельтаЛизинг») (покупатель) и обществом «СФ Урал» (продавец) заключен договор купли-продажи от 07.09.2021 № 93056 (далее – договор № 93056) на поставку горизонтальных токарных металлообрабатывающих центров модели Puma 4100LC с ЧПУ Fanuc 0i-TF Plus iHMI 15, (2 шт.) производства компании Doosan Machine Tools Co., Ltd. (Южная Корея) (далее – оборудование) и выполнение пусконаладочных работ.

В соответствии с условиями договора продавец принял на себя обязательства передать в собственность покупателю, а также осуществить работы по пусконаладке оборудования, а покупатель обязался принять это оборудование и результат выполненных работ и уплатить за него сумму, предусмотренную по договору (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора покупатель приобретает товар для передачи его в финансовую аренду обществу «ПКНМ» по заключенному между ними договору финансовой аренды от 07.09.2021 № 93056-ФЛ/ПР-21.

Сумма договора составляет 560 400 евро (пункт 2.2 договора).

В силу пункта 3.1.1 договора покупатель обязан уплатить продавцу в течение 10 дней с даты вступления в силу договора 168 120 евро, что составляет 30 % от суммы договора и является авансом.

В соответствии с договором купли-продажи от 10.11.2021 № 96063 (далее – договор № 96063) на поставку вертикального обрабатывающего центра DNM 750L II производства компании Doosan Machine Tools Co., Ltd. (Ю. Корея) (далее – оборудование) и выполнение пусконаладочных работ общество «СФ Урал» (продавец) приняло на себя обязательства передать в собственность обществу ЛК «Сименс Финанс» (покупатель), а также осуществить работы по пусконаладке оборудования, а покупатель обязался принять это оборудование и результат выполненных работ и уплатить за него сумму, предусмотренную по договору (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора покупатель приобретает товар для передачи его в финансовую аренду обществу «ПКНМ» (лизингополучатель) по заключенному между ними договору финансовой аренды от 10.11.2021 № 96063-ФЛ/ПР-21.

Сумма договора составляет 251 220 евро (пункт 2.2 договора).

В силу пункта 3.1.1 договора покупатель обязан уплатить продавцу в течение 10 дней с даты вступления в силу договора 62 805 Евро, что составляет 25 % от суммы договора и является авансом.

Согласно пункту 3.1.2 договоров второй платеж покупателем производится в 7-дневный срок с даты получения им уведомления продавца о готовности товара к отгрузке со склада завода-изготовителя в Южной Корее с приложением копии уведомления завода-изготовителя об отгрузке/фото с заводскими номерами (при наличии их на товаре). Указанное уведомление направляется продавцом с подписью уполномоченного представителя в установленном договором порядке в течение 150 рабочих дней с даты оплаты покупателем первого авансового платежа. В случае задержки продавцом срока направления уведомления (исчисляемого с даты заключения договора) более чем на десять рабочих дней покупатель вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора (расторгнуть договор) в установленном договором порядке.

Согласно пункту 8.4 договоров существенными нарушениями условий договора продавцом, в частности, считаются односторонний отказ от исполнения обязательств по поставке оборудования, иные случаи, признаваемые гражданским законодательством нарушениями договора купли-продажи.

В случае существенного нарушения продавцом условий договоров, продавец обязан уплатить штраф в размере 10 % от суммы договора стороне (лизингополучателю или покупателю), заявившей данное требование.

Согласно пункту 8.5 договоров в случае существенного нарушения продавцом условий договора покупатель либо лизингополучатель, получивший письменное согласие покупателя на расторжение договора согласно статье 670 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора (расторгнуть договор) полностью или в части и потребовать уплаты штрафа за существенное нарушение договора, установленное пунктом 8.4 договора.

В соответствии с пунктом 10.7 договоров стороны согласовали, что покупатель и продавец не обязаны исполнять обязательства, вытекающие из договора, в случае, если исполнению препятствуют ограничения, вызванные изменениями требований к таможенным и экспортно-импортным операциям в национальном или международном законодательстве, а также любые эмбарго или иные санкции, в том числе, но не ограничиваясь этим, эмбарго или другие санкции, наложенные ООН, ЕС или США. При этом стороны признают сам факт наступления указанных обстоятельств достаточным основанием для отказа от исполнения обязательств или их изменения в одностороннем порядке покупателем, устранения ответственности за неисполнение обязательств.

Во исполнение пункта 3.1.1 договора № 93056 общество ЛК «Сименс Финанс» оплатило в адрес общества «СФ Урал» в течение 10 дней с даты вступления в силу данного договора 168 120 евро (14 173 356 руб. 60 коп.), дата платежа – 01.10.2021.

На основании пункта 3.1.1 договора № 96063 общество ЛК «Сименс Финанс» оплатило в адрес общества «СФ Урал» в течение 10 дней с даты вступления в силу данного договора 62 805 евро (5 172 619 руб.), дата платежа – 18.11.2021.

В нарушение пункта 3.1.2 договоров от общества «СФ Урал» в течение 150 рабочих дней с даты оплаты покупателем первого авансового платежа (с 01.10.2021 по 19.05.2022 по договору № 93056 и с 18.11.2021 по 05.07.2022 по договору № 96063) не поступило уведомлений продавца о готовности товара к отгрузке со склада завода-изготовителя в Южной Корее.

Истцом направлены ответчику уведомления от 22.07.2022 № 1210, 1211 об одностороннем расторжении договоров № 93056, 96063 с 25.07.2022. Общество ЛК «Сименс Финанс» дало письменное согласие на расторжение данных договоров.

Платежным поручением от 01.08.2022 № 1 общество «СФ Урал» возвратило в адрес общества ЛК «Сименс Финанс» аванс по договору № 93056 в сумме 14 173 356 руб. 60 коп., платежным поручением от 01.08.2022 № 2 аванс по договору № 96063 в сумме 5 172 324 руб. 62 коп.

Истцом на основании пункта 8.4 договоров в адрес ответчика 04.08.2022 направлены претензии о выплате в пользу истца штрафа в сумме 56 040 Евро по договору № 93056 и в сумме 25 122 евро по договору № 96063 (с осуществлением выплаты в рублях по официальному курсу на момент платежа).

Поскольку претензии истца об уплате штрафа по договорам № 93056, 96063 в общей сумме 81 162 евро оставлены ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с соответствующим исковым заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из того, что надлежащее исполнение ответчиком обязательств по договорам оказалось невозможным вследствие наступления чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, возникших после их заключения, которые стороны не могли предвидеть и предотвратить разумными средствами.

Кроме того, приняв во внимание, что в соответствии с условиями договора № 93056 поставка оборудования должна была произведена в срок до 28.07.2023, а по договору № 96063 – до 13.09.2022, суд первой инстанции пришел к выводу, что расторжение истцом договоров на основании уведомлений от 27.07.2022 произошло в одностороннем порядке до наступления сроков поставки, ответчиком не были нарушены предусмотренные пунктом 8.4 существенные условия договоров, в связи с чем заявленный ко взысканию штраф в сумме 81 162 евро взысканию не подлежит.

Как отметил суд первой инстанции, уведомление продавца об отгрузке не является условием для поставки оборудования, а является основанием для внесения очередного платежа по пункту 3.1.2 договоров, так как о направлении уведомления указано в разделе платежи с целью определения порядка расчетов. При этом основанием или нарушением существенного условия о поставке, являющимся условием для расторжения договоров купли-продажи ввиду отсутствия уведомления об отгрузке, не является.

Суд апелляционной инстанции признал необоснованными выводы суда первой инстанции о доказанности ответчиком наличия обстоятельств непреодолимой силы, которые бы препятствовали ему своевременно исполнить договорные обязательства.

Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 329, пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», суд апелляционной инстанции признал обоснованным требование истца о взыскании с ответчика штрафной санкции, предусмотренной пунктом 8.4 договоров.

Суд кассационной инстанции, проанализировав доводы ответчика, выводы, изложенные в обжалуемом постановлении суда апелляционной инстанции, полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с пунктом 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям поставки товара применяются общие положения о договорах купли-продажи, если иное не предусмотрено правилами названного Кодекса об этих видах договоров.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 670 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор вправе предъявлять непосредственно продавцу имущества, являющегося предметом договора финансовой аренды, требования, вытекающие из договора купли-продажи, заключенного между продавцом и арендодателем, в частности в отношении качества и комплектности имущества, сроков его поставки, и в других случаях ненадлежащего исполнения договора продавцом. При этом арендатор имеет права и несет обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом для покупателя, кроме обязанности оплатить приобретенное имущество, как если бы он был стороной договора купли-продажи указанного имущества. Однако арендатор не может расторгнуть договор купли-продажи с продавцом без согласия арендодателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов обеспечения исполнения обязательств является неустойка.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Исходя из толкования условий пункта 8.4 договоров № 93056, 96063 суд апелляционной инстанции установил, что между сторонами состоялось соглашение об установлении неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств в виде штрафа.

Поскольку обязательства по поставке оборудования ответчиком не исполнены, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению, и взыскал с ответчика штрафные санкции в сумме 81 162 евро, рассчитанной в рублях по курсу, установленному Центральным банком Российской Федерации на день исполнения решения суда.

Доводы ответчика о том, что невозможность поставки товара возникла вследствие введенных Южной Кореей санкций на поставку оборудования, суд апелляционной инстанции отклонил, указав, что невозможность исполнить обязательство в установленный срок по причине запрета страны-производителя товара на поставку оборудования не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее его ответственность, поскольку поставщик, которому было известно о введении ограничений с 2014 года, взяв на себя обязанность в установленный договором срок поставить товар, должен действовать разумно при планировании и исполнении своих обязательств. Доказательств, подтверждающих полный запрет Южной Кореей поставки спорного оборудования в Российскую Федерацию, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что согласно Руководству о подаче заявки на разрешение на экспорт для 57 материалов от 04.04.2022 № KOSTI 22-N 0201, выпущенному Корейским агентством безопасности торговли и промышленности, правительство Южной Кореи лишь ужесточило экспортный контроль в Россию стратегических материалов и определенных нестратегических товаров и поставило под особый контроль деятельность заинтересованных в экспорте предпринимателей. При этом согласно приложению к названному Руководству («Связанная таблица товаров, подлежащих ситуативному разрешению, контрольных номеров, ключевых слов и кодов ТН ВЭД») спорное оборудование не включено в список нестратегических товаров (04.04.2022 файл Руководства размещен в Системе управления стратегическими товарами (http://www.yestrade.go.kr), курируемой Министерством экономики и знаний Республики Корея). Как отметил суд апелляционной инстанции, соответствующие товары не присутствуют и в списке стратегических материалов Уведомления об экспорте и импорте стратегических материалов 2022-53 от 25.03.2022 Министерства торговли, промышленности и энергетики Республики Корея, в котором правительство Южной Кореи четко формулирует и придерживается общих принципов выдачи разрешений на экспорт и импорт стратегических товаров. Согласно указанной информации допустима выдача разрешения на экспорт товаров, если они используются в мирных целях. В документе отсутствует прямое указание на то, что поставляемые товары относятся к запрещенным к экспорту стратегическим товарам. Речь идет об ужесточении контроля, но не о наложении эмбарго. Вырабатываемые в режимах экспортного контроля («Режим контроля за ракетными технологиями», «Вассенаарские договоренности», «Группа ядерных поставщиков», «Австралийская группа») списки товаров не являются запретительными. В отношении включенной в них номенклатуры на национальном уровне устанавливается государственное регулирование экспорта, нацеленное на минимизацию рисков использования поставляемой продукции в незаявленных целях путем тщательного анализа каждой сделки и получения необходимых гарантий от конечного потребителя. Ответчиком также не представлено актов корейских государственных органов, которые каким-либо образом ограничивали оборот именно спорного оборудования (например, решения о приостановке экспортных лицензий на конкретный товар, какие-либо переговоры Doosan Machine Tools Со. Ltd с государственными органами о возможности поставок в Российскую Федерацию оборудования и др.).

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что уведомление ответчика от 30.05.2022 № 204/2, согласно которому из-за введенных Южной Кореей санкций отгрузка станков в Российскую Федерацию приостановлена на неопределенный срок, не имеет под собой достаточных нормативно-правовых оснований для такого приостановления, а решение корейского производителя отказаться от экспорта товаров принято самовольно, в одностороннем порядке – в письме компания Doosan Machine Tools Со. Ltd от 10.03.2022 указала именно о своем решении «временно воздержаться» от продажи станков «до получения дополнительного уведомления правительства Кореи», что является исключительно нарушением обязанностей со стороны контрагентов должника в понимании пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации – контрагентом и стороной обязательства для истца является ответчик, а не дилер. Тем более, как следует из пояснений ответчика, оборудование действительно было в наличии, но по иной цене.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции признал несостоятельной ссылку ответчика на пункт 10.7 договоров, поскольку санкции должны быть установлены именно нормативно-правовыми актами соответствующих государственных органов.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что договоры подписаны осенью 2021 года, следовательно, продавец на момент их подписания знал о сложившейся политической ситуации в стране, а также о всех ограничительных мероприятиях и трудностях и посчитал возможным заключить договоры.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что компетентным органом, имеющим право на выдачу заключений об обстоятельствах непреодолимой силы в каждом конкретном случае, являются уполномоченные Торгово-промышленные палаты («Методические рекомендации по вопросам выдачи торгово-промышленными палатами заключений об обстоятельствах непреодолимой силы по договорам, заключаемым между российскими субъектами предпринимательской деятельности», утвержденные Торгово-промышленной палатой Российской Федерации от 27.03.2020 № 02в/0241).

С учетом содержания пунктов 2.3, 4.4 Положения о порядке свидетельствования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор) (приложение к постановлению Правления Торгово-промышленной палаты Российской Федерации от 23.12.2015 № 173-14) суд апелляционной инстанции исходил из того, что единственным подтверждением наступления обстоятельства непреодолимой силы является сертификат, а не письмо завода-изготовителя. Между тем продавец такой документ (сертификат) не представил.

Ссылка ответчика на проведение специальной военной операции Российской Федерации на Украине также не признана судом апелляционной инстанции обстоятельством непреодолимой силы для сторон спора, так как исполнение сторонами обязательств из договоров не связано с территорией Украины. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции верно указал на отсутствие оснований для освобождения ответчика от предусмотренной договорами ответственности в виде взыскания штрафа.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, разрешая спор по существу, не принял во внимание следующее.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела и установлении правоотношений сторон, следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

С учетом изложенного суд не связан правовой квалификацией, даваемой истцом относительно заявленных требований, и правовой квалификацией заявляемых ответчиком возражений, которые могут быть как правильными, так и ошибочными, а должен рассматривать требования истца и возражения ответчика исходя из предмета и оснований иска (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также принять решение, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Указанная позиция о том, что арбитражный суд не связан правовой квалификацией заявленных истцом требований и, соответственно, правовой квалификацией заявляемых ответчиком возражений, изложена также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010, в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

В рассматриваемом случае общество «ПКНМ», обращаясь в суд с исковым требованием о взыскании с ответчика штрафа, предусмотренного пунктом 8.4 договоров, в сумме 56 040 евро по договору № 93056 и в сумме 25 122 евро по договору № 96063, указывало на нарушение обществом «СФ Урал» существенных условий договора.

Между тем в действующем законодательстве указаны случаи, при наступлении которых взыскание штрафных санкций недопустимо.

Согласно статье 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве на период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Главная цель принятия Постановления № 497, сформулированная в его преамбуле, мотивирована ссылкой на пункт 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Указанная норма закона направлена на обеспечение такого элемента публичного порядка Российской Федерации, как стабильность экономики (экономическая безопасность государства). Именно этими ценностями публичного порядка Российской Федерации обусловлено введение моратория.

Разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого в определенных случаях, даны в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 44).

В силу пункта 7 указанного Постановления в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028.

Мораторием, в частности, предусмотрен запрет на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (пункт 1 статьи 9.1, пункт 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Постановление № 497, которым был введен мораторий, вступило в силу со дня его официального опубликования с 01.04.2022 (опубликовано на официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru 01.02.2022), то есть подлежало применению судами при рассмотрении настоящего спора.

Применение норм о моратории, направленных на защиту публичного порядка и носящих императивный характер, является обязанностью суда. Данный подход получил единообразное развитие в судебной практике (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028, от 22.02.2023 № 305-ЭС22-22860).

Невозможность начисления неустойки в период действия моратория, введенного Постановлением № 497, при непоставке товара, поскольку правоотношения сторон связаны с договором, по которому одна из сторон обязуется поставить необходимое оборудование, а другая оплатить его, целью такого договора является получение материального блага за счет уплаты денежных средств, установлена судебной практикой, в частности, определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2023 № 305-ЭС23-7696.

Таким образом, с учетом Постановления № 497 и разъяснений, данных судами высшей инстанции, требование общества «ПКНМ» о взыскании с общества «СФ Урал» штрафа за неисполнение обязательства по поставке оборудования, возникшего до введения моратория, не подлежит удовлетворению.

Кроме того, суд кассационной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии с положениями статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как следует из содержания пункта 8.4 договоров, существенными нарушениями условий договора продавцом считаются следующие: односторонний отказ от исполнения обязательств по поставке оборудования, а равным образом – задержка продавцом срока поставки оборудования более чем на 60 дней; односторонний отказ от исполнения обязательств по выполнению работ, а равным образом – задержка продавцом, по вине или инициативе продавца срока выполнения работ, указанных в пункте 7.1 договора, более чем на 60 дней; поставка оборудования ненадлежащей комплектности/качества с недостатками, которые не могут быть устранены продавцом в срок, превышающий более чем 30 дней, установленный пунктом 8.2 договора; иные случаи, признаваемые гражданским законодательством нарушениями договора купли-продажи.

В случае существенного нарушения продавцом условий договора продавец обязан уплатить штраф в размере 10 % от суммы договора (за вычетом суммы неустойки, уплаченной продавцом согласно пункту 8.3 договора) стороне (лизингополучателю или покупателю), заявившей данное требование.

В силу пункта 4.1 договоров поставка оборудования должна быть совершена в течение 200 дней с даты первого платежа по договору, предусмотренного пунктом 3.1.1 договора, т. е. по договору № 93056 – до 28.07.2022, по договору № 96063 – до 13.09.2022.

Признавая обоснованным требование истца о взыскании с ответчика штрафных санкций, предусмотренных пунктом 8.4 договоров, в общей сумме 81 162 евро, суд апелляционной инстанции не учел, что до истечения установленного договорами срока поставки оборудования истец в соответствии с пунктом 3.1.2 договоров направил в адрес общества «СФ Урал» уведомления от 22.07.2022 № 1210, 1211 об одностороннем расторжении договоров № 93056, 96063 с 25.07.2022.

В пункте 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами или договором.

На основании пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке – с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора (пункт 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что, разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Таким образом, при расторжении договора обязательства по нему прекращаются на будущее время.

Принимая во внимание вышеизложенное, поскольку на момент направления истцом ответчику уведомлений от 22.07.2022 № 1210, 1211 об одностороннем расторжении договоров с 25.07.2022 срок исполнения обязательства по поставке оборудования не наступил, суд кассационной инстанции полагает верным вывод суда первой инстанции о том, что основания для применения к ответчику штрафных санкций, предусмотренных пунктом 8.4 договоров, отсутствуют.

При таких обстоятельствах обжалуемое постановление апелляционного суда подлежит отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу положений подпункта 5 пункта 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Поскольку суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что постановление апелляционного суда подлежит отмене, а решение суда – оставлению в силе с учетом изложенной выше мотивировочной части.

В силу положений части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с частью 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным этой статьей.

С учетом результата рассмотрения судом кассационной инстанции жалобы общества «СФ Урал» итоговый судебный акт по настоящему делу принят в пользу названного общества, что предполагает возмещение его судебных расходов иной стороной по делу.

При таких обстоятельствах государственная пошлина, уплаченная обществом «СФ Урал» за рассмотрение кассационной жалобы, подлежит взысканию в пользу заявителя кассационной жалобы с общества «ПКНМ».

Руководствуясь статьями 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023 по делу № А50-21227/2022 Арбитражного суда Пермского края отменить.

Решение Арбитражного суда Пермского края от 24.04.2023 оставить в силе.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пермская компания нефтяного машиностроения» в пользу общества с ограниченной ответственностью «СФ Урал» 3000 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.С. Васильченко


Судьи О.В. Абознова


ФИО5