Постановление от 2 июля 2021 г. по делу № А66-89/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 июля 2021 года

Дело №

А66-89/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Воробьевой Ю.В., Казарян К.Г.,

при участии до перерыва от общества с ограниченной ответственностью «Лифттехника» ФИО1 (доверенность от 08.10.2019), от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 10.10.2019), от ФИО4 - Чалой Н.М. (доверенность от 23.04.2021), от Злых Н.В. - ФИО5 (доверенность от 18.10.2019); после перерыва от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 10.10.2019), от ФИО4 - Чалой Н.М. (доверенность от 23.04.2021),

рассмотрев 24.06.2021 и 01.07.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжская топливно-энергетическая компания» ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Лифттехника», общества с ограниченной ответственностью «Климентина», ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО2, ФИО10 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Тверской области общества от 01.02.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 по делу № А66-89/2018,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 06.04.2018 по заявлению кредитора ФИО11 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжская топливно-энергетическая компания», место нахождения: 170017, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО12.

Решением от 20.08.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением от 20.05.2021 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.

Определением от 10.06.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО13.

Кредитор ФИО4 16.10.2019 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 37 750 400 руб., как обеспеченного залогом в силу закона.

Определением суда от 01.02.2021 требование кредитора признано обоснованным в сумме 37 750 400 руб. основного долга как обеспеченное залогом в силу закона, подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 определение от 01.02.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО4, ссылаясь на допущенные судом первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права, а также несоответствие их выводов обстоятельствам дела, просит отменить обжалуемые судебные акты в части удовлетворения ее требования за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, вывод судов о компенсационном характере финансирования по договорам участия в долевом строительстве от 29.07.2014 № 39-01/2014 и от 30.07.2014 № 42-01/2014 (далее - ДДУ), по договорам уступки права требования от 30.04.2015 (далее - Договоры уступки от 30.04.2015) является ошибочным, так как судами достоверно не установлено, что в период осуществления платежей с 28.08.2014 по 12.09.2014 и с 07.10.2015 по 25.11.2015 у должника был имущественный кризис.

ФИО4, указывая на разъяснения, данные в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, полагает, что корпоративная взаимосвязанность должника и кредитора сама по себе не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора.

ФИО4 обращает внимание на то, что для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора необходимо установить наличие/отсутствие у должника имущественного кризиса на момент, когда ФИО14 и ФИО4 вносили уплаты по ДДУ. Оплата по ДДУ осуществлена в 2014 году в сумме 30 952 000 руб., что составляет 82% от полной суммы ДДУ - 37 750 400 руб.

Суды приняли во внимание:

- соглашение о намерениях от 19.10.2015, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «МСУ-63 Гидромонтаж» и должником;

- нотариально заверенное заявление исполнявшего обязанности временного управляющего должника ФИО15;

- письмо Общества от 21.08.2017 в адрес ООО «СУ Эверест»;

- свидетельские показания ФИО16;

- финансовый анализ, составленный конкурсным управляющим и сделали вывод о том, что на момент заключения ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2015 должник находился в состоянии финансового кризиса, а поступающие в кассу должника денежные средства по оплате ДДУ ФИО14 представляли компенсационное финансирование должника.

ФИО4 полагает, что все указанные доказательства являются косвенными и нуждаются в доказывании.

Конкурсный управляющий должника ФИО6 в своей кассационной жалобе просит отменить определение от 01.02.2021 и постановление от 05.04.2021, в удовлетворении требования кредитора - отказать.

ФИО6 ссылается на мнимость ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2015, на которых основаны требования ФИО4, так как целью заключения указанных сделок являлось обеспечение формального гражданско-правового прикрытия корпоративных отношений.

Делая вывод о мнимости ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2015, ФИО6 указывает, что ФИО4 и ФИО14 не имели возможности уплатить цену, указанную в договорах. Оплата по договорам была произведена ими за счет заемных денежных средств, полученных от ФИО17, однако последний достоверно не подтвердил наличие в его распоряжении достаточных денежных средств для предоставления займов ФИО4, Злых Н.В. и ФИО11

Кроме того, Общество, акционерное общество (далее - АО) «Трест Гидромонтаж», ООО «МСУ-63», Злых Н.В. и ФИО4 являются аффилированными лицами, а значит им были известны обстоятельства, связанные с неплатежеспособностью Общества.

Действия кредитора и должника при заключении ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2015, с учетом аффилированности сторон, фактически являлись перераспределением денежных потоков и долгов внутри группы взаимозависимых лиц в ущерб интересам независимых кредиторов должника. Судами необоснованно не применены положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ООО «Лифттехника» в своей кассационной жалобе также просит отменить определение от 01.02.2021 и постановление от 05.04.2021, в удовлетворении требования кредитора отказать.

Доводы жалобы ООО «Лифттехника» аналогичны доводам жалобы ФИО6

Дополнительно податель жалобы указал на отсутствие у ФИО17 финансовой возможности предоставить денежные средства ФИО4, на отсутствие экономической выгоды в заключении договоров займа; утверждает, что денежные средства должнику по ДДУ не передавались, соответственно, должником не использовались.

Доводы кассационных жалоб ООО «Климентина», ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО2, ФИО10 повторяют доводы жалоб ООО «Лифттехника» и ФИО6

В отзыве от 23.06.2021 конкурсный управляющий ФИО13 просит кассационную жалобу ФИО6 удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении остальных жалоб, поданных участниками спора, - отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО14 (участником долевого строительства) и Обществом (застройщиком) заключены ДДУ от 29.07.2014 и от 30.07.2014 с дополнительным соглашением от 22.01.2015 № 1, по условиям которых застройщик обязался по завершении строительства торгово-гостиничного комплекса (г. Тверь) и получении разрешения на ввод его в эксплуатацию передать участнику долевого строительства по акту приема-передачи нежилые помещения общей стоимостью 37 750 400 руб.

Между ФИО14 и ФИО4 30.04.2015 заключены Договоры уступки, оплата по ним произведена в сумме 30 952 000 руб.

Переход права зарегистрирован в установленном законом порядке.

ФИО4 заключила с должником дополнительное соглашение от 30.03.2017 № 1 к ДДУ от 29.07.2014, дополнительные соглашения от 30.05.2017 и от 14.11.2017 № 1 к ДДУ от 30.07.2014.

Дополнительное соглашение от 30.05.2017 стороны расторгли.

Заявитель и ФИО11 заключили 28.12.2017 договоры уступки прав требования по ДДУ (далее - Договоры уступки от 28.12.2017), оплата по ним произведена на сумму 37 750 400 руб.

Соглашением от 17.06.2019 ФИО4 и ФИО11 расторгли Договоры уступки от 28.12.2017, также ФИО4 переданы права требования к должнику по указанным выше ДДУ.

Общество свои обязательства по ДДУ не исполнило.

Согласно пункту 3.5 ДДУ оплата цены помещения, указанной в пункте 3.1 договора, производится участником долевого строительства в сроки и порядке, предусмотренном графиком платежей (Приложение № 2), путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника и любым другим способом, не противоречащим действующему законодательству.

Порядок передачи помещения участнику долевого строительства согласован сторонами в разделе 6 ДДУ.

Суд первой инстанции установил, что оплата по ДДУ производилась через кассу должника, о чем свидетельствуют кассовые чеки, квитанции к приходным кассовым ордерам, листы кассовых книг, что документально не опровергнуто участниками спора.

Судом первой инстанции констатирован факт аффилированности ФИО4 с Обществом в связи с наличием у нее доли участия в уставном капитале в размере 80%.

Кроме того, судом установлено, что на момент заключения спорных договоров ФИО17, ФИО14, ФИО4, акционерное общество «Трест Гидромонтаж» входили в одну группу лиц, а поступающие от ФИО14 в кассу должника денежные средства по ДДУ собой кризисное финансирование должника.

К выводу о том, что в период уплаты по ДДУ Общество находилось в тяжелом финансовом положении, о чем ФИО4 была осведомлена в силу ее аффилированности с должником, суд первой инстанции пришел, проанализировав и приняв во внимание следующие доказательства:

- соглашение о намерениях, заключенное 19.10.2015 между должником и ООО «МСУ-63 Гидромонтаж»;

- заявление ФИО12, исполнявшего обязанности временного управляющего должника, о причинах неотражения в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства от 01.07.2019 фактов о вхождении ФИО4 в одну группу аффилированных с должником лиц;

- связь спорных договоров с возникновением признаков банкротства должника в 2015 – 2016 годах;

- составленный конкурсным управляющим финансовый анализ, согласно которому баланс должника имел неудовлетворительную структуру в течение 2015 – 2017 годов, стоимость имущества была недостаточной для исполнения денежных обязательств.

При этом суд первой инстанции не нашел оснований для признания спорных ФИО19 ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2014 мнимыми сделками, отклонил доводы о безденежности договоров займа, заключенных ФИО14 и ФИО4 с ФИО17, ввиду отсутствия у последнего финансовой возможности предоставить денежные средства в спорном размере.

По изложенным выше основаниям суд первой инстанции требование ФИО4 в размере 37 750 400 руб. признал обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд, принял во внимание возражения кредиторов, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил в силе судебный акт первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб, заслушав представителей кредиторов и должника, суд кассационной инстанции находит основания для отмены судебных актов в связи со следующим.

В соответствии с абзацем восьмым статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами в деле о банкротстве признаются - кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В обоснование заявленного требования ФИО4 представила два ДДУ, заключенных между ФИО14 и Обществом, Договоры уступки от 30.04.2015, заключенные между ею и ФИО14

Так, по ДДУ от 29.07.2014 объектом долевого строительства являются помещения, общая ориентировочная площадь которых составляет 501,04 кв.м, цена - 25 052 000 руб.

В подтверждение уплаты за помещения представлена квитанция к приходному кассовому ордеру и приходный кассовый ордер от 02.09.2014 № 49, согласно которым ФИО14 внесла в кассу Общества 25 052 000 руб.

Согласно выписке по расходным операциям кассы за 02.09.2014, действительно, денежные средства были приняты от ФИО14 в сумме 25 052 000 руб. и в тот же день выданы ФИО18 в сумме 25 052 000 руб. (расходный кассовый ордер от 02.09.2014 № 111).

По ДДУ от 30.07.2014 объектом долевого строительства являются помещения, общая ориентировочная площадь которых составляет 272,63 кв.м, общая цена - 21 391 460 руб.

В подтверждение уплаты за помещения представлены квитанции к приходным кассовым ордерам, согласно которым ФИО14, а в последующем ФИО4 в кассу Общества внесено 12 698 400 руб.

Кроме того, представлены листы кассовой книги, приходные кассовые ордера, расходные кассовые ордера, банковские выписки, подтверждающие зачисление денег на расчетный счет и расход денежных средств.

Возражая против обоснованности требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов Общества (далее - Реестр), конкурсный управляющий и кредиторы заявили о корпоративном характере ее требований и ее аффилированности с должником, а также о мнимости как ДДУ, так и ФИО19 уступки от 30.04.2015, так как ФИО17 не имел финансовой возможности предоставить ФИО4 займы для покупки помещений.

Кредиторы, возражающие против заявленных требований в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 71 или пунктом 3 статьи 100 Закона о банкротстве, вправе обозначить сомнения в аффилированности заявителя с должником на предмет соответствия его статусу конкурсного кредитора, а последний обязан опровергнуть данный факт либо подтвердить его с учетом реальности гражданских правоотношений и соответственно предъявленного денежного обязательства, равного по своей природе требованию обычного кредитора, не входящего с должником в группу лиц.

Возникающие в этой связи спорные вопросы нашли свое разрешение в упомянутом Обзоре от 29.01.2020, на что обратили внимание суды первой и апелляционной инстанций.

В данном случае суд первой инстанции, исходя из совокупности изложенных выше обстоятельств, пришел к выводу, что на момент заключения ФИО14 ДДУ, а ФИО4 ФИО19 уступки от 30.04.2015 должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем указанным лицам было известно в силу их аффилированности с Обществом. В связи с этим, руководствуясь Обзором от 29.01.2020 (пункты 3.2, 3.3), суд субординировал требования ФИО4

ФИО4 не согласилась с выводами суда в данной части, а кредиторы - не согласились с оценкой судом доказательств безденежности ДДУ и обжаловали судебные акты в апелляционную инстанцию.

Апелляционный суд не отклонил довод возражающих кредиторов относительно отсутствия оплаты по ДДУ, довод ФИО4 относительно того, что Общество в 2014 и 2015 годах не обладало признаками неплатежеспособности, однако при этом не проверил природу возникновения обязательств, а также направленность и цель заключения ДДУ и ФИО19 уступки от 30.04.2015.

Более того, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций не устанавливали значимые для настоящего дела обстоятельства, касающиеся формирования у ФИО17 источника денежных средств, впоследствии выданных ФИО14 по договору займа от 01.08.2014 № 2: 32 000 000 руб. по расписке, под 8,25%, срок возврата 31.07.2019, - и ФИО4 по договору займа от 27.04.2015: 38 000 000 руб. по расписке, под 8,25%, срок возврата 30.04.2019; не выяснили ни цель выдачи займов указанным лицам, ни факт получения процентов по указанным договорам займа.

Суды не исследовали специфику внутригрупповых отношений по строительству объекта, не осуществили проверку обстоятельств расходования денежных средств, не установили, повлияет ли включение в Реестр денежного требования ФИО4 в сумме 37 750 400 руб. на соотношение в реестре Общества требований иных независимых кредиторов и будут ли в этом случае нарушены имущественные интересы иных кредиторов должника.

Кроме того, с учетом доводов как ФИО4, так и конкурсного управляющего и кредиторов суд кассационной инстанции полагает, что, давая им оценку, в том числе в отношении заключения как ДДУ и дополнительных соглашений к ним, ФИО19 уступки от 30.04.2015, договоров займа от 01.08.2014 и от 27.04.2015, следует:

- установить, был ли у должника имущественный кризис (недостаточность активов) в 2014 - 2015 годы, отклонялось ли поведение ФИО17 в данном случае от стандартов разумного и добросовестного поведения займодавца, принимал ли он во внимание имущественное положение ФИО14 и ФИО4;

- в случае наличия у ФИО17 финансовой возможности предоставить займы, установить экономическую целесообразность и смысл для ФИО17 в предоставлении займов ФИО14 и ФИО4 с учетом их финансового состояния, в отсутствие какого-либо обеспечения по возврату займов подтвердить/опровергнуть, что эти действия явно были направлены на причинение ущерба другим кредиторам Общества;

- установить, предоставлялись ли такие займы иным лицам, не входящими с ним в группу лиц, и были или не были направлены займы на строительство объекта.

Оценивая финансовую возможность ФИО17 предоставить займы ФИО14 и ФИО4 в суммах 32 000 000 руб. и 38 000 000 руб., необходимо учесть обособленный спор по делу № А66-89/2018 по заявлению Злых Н.В о включении в Реестр требований в сумме 6 038 000 руб.; последней, так же как и ФИО4 и ФИО14, денежные средства для оплаты помещений по ДДУ от 25.04.2014 № 17-01/2014 были предоставлены по договору займа от 30.04.2014 № 1 ФИО17

Оценивая экономическую целесообразность ФИО17 по предоставлению займов ФИО14 и ФИО4, суду необходимо учесть обособленный спор по делу № А66-89/2018 по заявлению ФИО11 о включении в Реестр требования в размере 377 671 400 руб.

В заседании кассационной инстанции представитель ФИО4 пояснила, что предоставление ФИО17 ФИО4 38 000 000 руб. имело экономическую цель «чтобы деньги не лежали»; она должна была ему вернуть их после продажи помещений в торгово-гостиничном комплексе. Денежные средства были возращены ФИО17, после того как ФИО4 заключила с ФИО11 28.12.2017 договор уступки прав требования.

Однако ФИО11 отказано во включении ее требования в Реестр, ввиду неподтверждения ею, того, что ее финансовое положение позволяло произвести расчеты наличными со Злых Н.В. на сумму 6 038 000 руб. и с ФИО4 на сумму 37 750 400 руб.

Суды пришли к выводу о том, что заключенные ФИО11 со Злых Н.В. и ФИО4 Договоры уступки от 28.12.2017 не носили реальный характер, имели своей целью нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Суды квалифицировали Договоры уступки от 28.12.2017 как мнимые сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Между ФИО11, Злых Н.В. и ФИО4 в 2019 году были заключены соглашения о расторжении ФИО19 уступки от 28.12.2017.

Суд кассационной инстанции также обращает внимание на то, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы ФИО4, в которой она ходатайствовала о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции в связи с необходимостью оценки ее доводов, связанных с финансовым состоянием должника в 2015 году, доказательств, имеющихся в материалах дела, разрешения вопроса о назначении экспертизы Арбитражным судом Северо-Западного округа были рассмотрены кассационные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего Общества ФИО6 на определение от 06.09.2018 и постановление от 14.10.2020 по делу № А66-89/2018 - обособленный спор по требованию акционерного общества (далее - АО) «Трест Гидромонтаж Групп» о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 253 106 руб. 29 коп.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.02.2021 определение от 06.09.2018 и постановление от 14.10.2020 по делу № А66-89/2018 отменены, дело направлено в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что при наличии данных, приведенных в анализе от 01.07.2019 финансово-хозяйственной деятельности должника, выполненном временным управляющим Обществом ФИО12 за период с 01.01.2014 по 31.12.2017, а также по состоянию на 25.06.2019, с учетом финансового анализа, подготовленного конкурсным управляющим, согласно которому баланс Общества в течение 2015-2017 годов имел неудовлетворительную структуру, а стоимость имущества была недостаточной для исполнения денежных обязательств, необходимость оценки финансового анализа, подготовленного временным управляющим, наряду с финансовым анализом, составленным конкурсным управляющим, не исключается.

Суд кассационной инстанции также указал, что суды не проверили доводы конкурсного управляющего о том, что в распоряжении временного управляющего не имелось ряда документов, которые впоследствии были получены конкурсным управляющим и учтены при составлении им финансового анализа. Содержание означенных конкурсным управляющим документов судами не устанавливалось.

В этой связи, суд указал, что при наличии сомнений в обоснованности выводов конкурсного управляющего о нахождении Общества в финансовом кризисе в спорный период и при невозможности проверки с учетом всей совокупности установленных по делу обстоятельств в результате оценки представленных доказательств суд мог назначить соответствующую экспертизу (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В постановлении же от 05.04.2021 Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции относительно периода, когда у Общества возникли признаки неплатежеспособности, без учета выводов, содержащихся в постановлении от 05.02.2021.

С учетом отмены судебных актов по указанному обособленному спору вопрос о том, когда у Общества возникли признаки неплатежеспособности и были ли внесены денежные средства ФИО14 и ФИО4 в период финансового кризиса, находится в споре.

Кроме того постановлениями Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.08.2020, 26.08.2020 и 05.04.2021 в рамках дела № А66-89/2018 отменены судебные акты и направлены в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение обособленные споры по заявлениям ООО «МСУ» и ООО «МСУ-63 Гидромонтаж» о включении в реестр требований кредиторов Общества.

Как и в обособленном споре по делу № А66-89/2018 по заявлению АО «Трест Гидромонтаж Групп» о включении в реестр требований кредиторов должника его требования, суды указали на аффилированность кредиторов с Обществом через участие ФИО17 в совете директоров АО «Трест Гидромонтаж» и АО «Трест Гидромонтаж Групп», в уставном капитале Общества, а также посредством участия ФИО4 в уставном капитале Общества (статья 9 Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1, статья 19 Закона о банкротстве).

С учетом возражений независимых кредиторов Общества суд кассационной инстанции по указанным обособленным спорам пришел к выводу, что суды нижестоящих инстанций не отклонили доводы возражающих кредиторов относительно отсутствия между ООО «МСУ», ООО «МСУ-63 Гидромонтаж», АО «Трест Гидромонтаж Групп» и Обществом корпоративных связей или иных отношений и не проверили природу возникновения обязательств, а также направленность и цель подрядных сделок: для кого именно строились объекты по упомянутым договорам подряда, кто является получателем иной, например корпоративной выгоды (помимо платы за выполненные работы), при том, что объекты строились с привлечением инвестиций третьих лиц, независимых кредиторов должника, не устанавливали могут ли обстоятельства аффилированности в данном конкретном случае влиять на судьбу заявленных требований. При таком положении кассационный суд направил обособленные споры на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Таким образом, при рассмотрении данного обособленного спора суды не установили всю совокупность обстоятельств, касающихся правоотношений между кредитором и должником, не проверили обоснованность возражений лиц, участвующих в деле о банкротстве Общества, имеющих существенное значение для дела.

В силу части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении судам следует учесть изложенное, устранить вышеупомянутые нарушения, рассмотреть все доводы лиц, участвующих в деле, и дать им надлежащую оценку, установить обстоятельства, входящие в предмет доказывания по заявленным основаниям, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 01.02.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 по делу № А66-89/2018 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Ю.В. Воробьева

К.Г. Казарян