Постановление от 31 июля 2025 г. по делу № А07-16397/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9839/22

Екатеринбург

01 августа 2025 г.


Дело № А07-16397/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Артемьевой Н.А., Плетневой В.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.02.2025 по делу № А07-16397/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель Аю Р.Э. – ФИО2 (доверенность от 11.12.2023, паспорт).


Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.09.2020 ФИО3 (далее также – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.02.2025 процедура реализации имущества должника завершена, в отношении него применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при реализации имущества гражданина.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, Аю Р.Э. (далее также – кредитор) обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты изменить, не применять в отношении должника правило об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Аю Р.Э. отмечает, что судами не учтен факт искусственного наращивания ФИО3 кредиторской задолженности, предоставление ею заведомо ложных сведений при получении кредитов, в частности, при заполнении заявления-анкеты при оформлении кредита в акционерном обществе Акционерный коммерческий банк «Форштадт» (далее – Банк «Форштадт»), сокрытие имущества. По мнению кредитора, оформление должником кредитных договоров в 2018, 2019 и 2020 годах свидетельствует о взятии должником на себя заведомо неисполнимых обязательств с целью последующего освобождения ее от долгов в рамках дела о банкротстве. Кредитор полагает, что недобросовестное поведение ФИО3 подтверждается также использованием ею карты своей матери в целях вывода денежных средств.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением арбитражного суда от 29.07.2020 по заявлению ФИО3 возбуждено дело о признании ее несостоятельным (банкротом).

В реестр требований кредиторов включены требования четырех кредиторов на общую сумму 6 101 457 руб. 20 коп., в том числе:

– Банка «Форштадт» в сумме 181 892 руб. 95 руб.;

– публичного акционерного общества «Сбербанк России» в сумме 418 426 руб. 65 коп.;

– публичного акционерного общества «Банк ВТБ» в общей сумме 2 719 423 руб. 30 коп.;

– акционерного общества «Банк Русский Стандарт» в сумме 26 887 руб. 60 коп.;

– общества с ограниченной ответственностью «АйДи Коллект в сумме 18 426 руб. 70 коп.;

– Аю Р.Э. в сумме 2 736 400 руб.

Требования Аю Р.Э. в сумме 237 000 руб. и 1 362 380 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

За период процедуры банкротства погашение требований кредиторов произведено в сумме 1 228 385 руб. 87 коп.

Согласно полученным финансовым управляющим ответам из регистрирующих органов установлено, что за должником не зарегистрировано какое-либо имущество, подлежащее включению в конкурсную массу.

Финансовый управляющий представил в арбитражный суд отчет о ходе процедуры реализации имущества должника с приложенными документами, реестр требований кредиторов, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и выплате вознаграждения арбитражному управляющему.

Финансовым управляющим подготовлено заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства. На основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, проведенной в процедуре реализации имущества гражданина, были сделаны следующие выводы: об отсутствии признаков фиктивного банкротства, об отсутствии признаков преднамеренного банкротства.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для дальнейшего проведения процедуры реализации имущества должника, осуществления финансовым управляющим всех мероприятий, предусмотренных законодательством о банкротстве.

В части завершения процедуры реализации имущества должника кассационная жалоба доводов не содержит, в связи с чем в обозначенной части судебные акты судом округа не проверяются и не оцениваются (статья 286 АПК РФ).

Кредиторы Аю Р.Э. и общество «Форштадт» заявили о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

В обоснование заявления о неприменении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами Аю Р.Э. ссылался на сокрытие должником своих активов, задолженности перед Аю Р.Э., а также намеренное наращивание кредиторской задолженности.

Применяя в отношении должника правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, учитывая поведение должника в процедуре банкротства, отсутствие обстоятельств, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для применения в данном случае правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд апелляционной инстанции с указанным выводом согласился, при этом суды руководствовались следующим.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Случаи, когда гражданин не может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, предусмотрены статьей 213.28 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т. д.).

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, исходя из фактических обстоятельств данного дела, суды заключили, что оснований для отказа в освобождении гражданина от долгов не имеется, поскольку фактов недобросовестного поведения ФИО3, в том числе, доказательств сокрытия какого-либо имущества должником, уклонения от сотрудничества с финансовым управляющим, отказа в представлении каких-либо документов, совершение подозрительных сделок, материалами дела не установлено; недобросовестность поведения должника при вступлении в кредитные правоотношения не доказана, а конкретных доказательств злоупотребления правом со стороны должника кредитором в материалы дела не представлено. Согласно представленному заключению финансового управляющего признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в отношении должника не выявлены, а иных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении должника как при принятии на себя обязательств, так и в процедуре банкротства, судами не установлено, суды обеих инстанций сделали правильный вывод о недоказанности обстоятельств, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, и влекущих неосвобождение должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Отклоняя доводы Аю Р.Э. об использовании должником банковской карты своей матери, суд апелляционной инстанции исходил из того, что само по себе использование карты матери для расчетов по реальным обязательствам не может быть положено в основу вывода о недобросовестности действий должника при взятии на себя обязательств, иного из материалов дела не следует и кредитором не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

Признавая несостоятельными доводы кредитора о наращивании должником кредиторской задолженности, суды отметили, что последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, только в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации. Между тем, в данном случае противоправное поведение должника, направленное на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, судами установлено не было.

При этом из материалов электронного дела о банкротстве, в том числе материалов обособленных споров о включении задолженности перед кредиторами в реестр требований кредиторов должника, следует, что должник, принимая на себя кредитные обязательства, до определенного момента, вплоть до обращения в суд с заявлением о признании себя банкротом, вносила платежи (так, в отношении публичного акционерного общества «Сбербанк России» платежи вносились вплоть до мая 2020 года, в отношении Банка ВТБ платежи вносились вплоть до июня 2020 года – т. 1 л.д. 56 – 79, в отношении Банка «Форштадт» - вплоть до июня 2020 года); в материалах дела также имеется документ, заверенный Сбербанком России, из содержания которого усматривается, что в пользу самого Аю Р.Э. вносились платежи вплоть до мая 2020 года (т. 1 л.д. 114).

При этом в суд первой инстанции должник представила пояснения, что причиной финансовых затруднений послужил факт повреждения автомашины матери в результате ДТП и необходимость получения займа для его восстановления, для погашения которого, ввиду высоких процентов и недостаточности собственных доходов, ею брались новые кредиты.

При таких обстоятельствах суды пришли к справедливому выводу об отсутствии в действиях должника признаков противоправного поведения, направленного на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Ссылка Аю Р.Э. на то, что должник, вступая в кредитные отношения с Банком «Форштадт», указал недостоверные сведения и скрыл наличие других кредитных обязательств, была предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции и правомерно отклонена, поскольку, как верно отмечено апелляционным судом, с самостоятельной жалобой названное общество не обращалось; при этом, как следует из содержания заявления самого Банка «Форштадт», на момент заключения должником кредитного договора от 30.01.2018 у должника был единственный кредитный договор со Сбербанком России от 27.06.2017 (задолженность по которому составила сумму порядка 142 тыс. руб.), в связи с чем Банк не был лишен возможности запросить информацию о кредитной истории ФИО3 на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях».

Таким образом, применяя в отношении должника правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела в действиях должника признаков недобросовестности и (или) противоправности, влекущих отказ в освобождении от обязательств, иного из материалов дела не следует и кредитором не доказано (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Данные выводы судов являются правильными, сделаны в соответствии с верным применением норм процессуального и материального права, оснований не согласиться с ними у суда округа не имеется.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.02.2025 по делу № А07-16397/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова


Судьи                                                                                    Н.А. Артемьева


                                                                                              В.В. Плетнева