Решение от 10 июля 2018 г. по делу № А33-3787/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е


10 июля 2018 года


Дело № А33-3787/2018

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 03.07.2018. В полном объёме решение изготовлено 10.07.2018.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Медведевой О.И., рассмотрев в судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Красноярск,

к обществу с ограниченной ответственностью «Электрические сети Сибири» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Красноярск,

о взыскании неосновательного обогащения,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца:

публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Красноярск,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, представителя по доверенности № 00/393 от 09.11.2016,

от ответчика: Магды А.С., представителя по доверенности от 09.08.2017; ФИО2, представителя по доверенности от 12.12.2017,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО3,



установил:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (далее - ПАО «МРСК Сибири»; истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Электрические сети Сибири» (далее - ООО «ЭСС»; ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 469 149,69 руб. за период с 08.12.2016 по 31.07.2017 в виде полученной оплаты со стороны гарантирующего поставщика по котловому тарифу по спорным точкам поставки.

Определением от 29.03.2018 исковое заявление принято к производству суда; к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, привлечено публичное акционерное общество «Красноярскэнергосбыт» (далее – ПАО «Красноярскэнергосбыт»); предварительное и судебное заседания назначены на 16.05.2018.

Определением от 16.05.2018 судебное заседание отложено на 03.07.2018.

В судебное заседание 03.07.2018 представитель третьего лица, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явился. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в его отсутствие.

Представитель истца поддержала исковые требования в полном объеме со ссылкой на доказательства, приложенные к иску, а также на представленные в материалы дела возражения на отзыв ответчика (с приложением подтверждающих документов).

На основании статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данные документы приобщены судом к материалам дела.

Представители ответчика возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным ранее, представив в материалы дела дополнительные документы в подтверждение позиции по иску.

На основании статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данные документы приобщены судом к материалам дела.

От третьего лица какие-либо документы, пояснения и возражения в материалы дела не поступили.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом иными правовыми актами, а также действий граждан и юридических лиц, в том числе, - из неосновательного обогащения.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В статье 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Исходя из изложенных норм, неосновательное обогащение может иметь место при наличии двух условий одновременно:

- приобретения или сбережения одним лицом (приобретателем) имущества за счет другого лица (потерпевшего), что подразумевает увеличение (при приобретении) или сохранение в прежнем размере (сбережение) имущества на одной стороне, явившееся следствием соответствующего его уменьшения или неполучения на другой стороне;

- данное приобретение (сбережение) имущества (денег) произошло у одного лица за счет другого при отсутствии оснований, предусмотренных законом, иными правовыми актами либо на основании сделки.

Из материалов дела следует, что ПАО «МРСК Сибири» является территориальной сетевой организацией, по отношению к которой ООО «ЭСС» обладает статусом смежной сетевой организации; Приказами Региональной энергетической комиссии Красноярского края №/№ 85-п от 30.06.2015, 8-п от 27.01.2016 ООО «ЭСС» утверждены индивидуальные тарифы для взаиморасчетов с ПАО «МРСК Сибири» в 2017 году; в том числе: с 01.01.2017 по 30.06.2017 - 219,85 руб./МВТ/ч; с 01.07.2017 по 31.12.2017 - 285,61 руб./МВТ/ч.

В конце периода тарифного регулирования ООО «ЭСС» заключен договор аренды объектов электросетевого хозяйства № 40 от 25.11.2016 с ООО «Домостроительная компания». В связи с этим ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭСС» подписано дополнительное соглашение № 18.2400.558.12ДС27 от 13.12.2016 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, согласно которому Приложения №/№ 1-1, 2 к договору дополнены точкой поставки: КТП-8025 РУ-0,4кВ.

По мнению истца, указанное обстоятельство послужило причиной недополучения им необходимой валовой выручки (НВВ), необоснованного получения ООО «ЭСС» в период с 08.12.2016 по 31.07.2017 денежных средств в сумме 469 149,69 руб. от ПАО «Красноярскэнергосбыт» за услуги по передаче электрической энергии до потребителя ООО «Домостроительная компания», которые оплачены истцу по индивидуальному тарифу. При этом спорная точка поставки электрической энергии, которой стороны дополнили Приложение № 1 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, не учтена при тарифном регулировании на 2016 г.

С учетом изложенного ПАО «МРСК Сибири» просит взыскать с ООО «ЭСС» неосновательное обогащение в виде разницы между стоимостью оказанных услуг по котловому тарифу, подлежащих оплате гарантирующим поставщиком ПАО «МРСК Сибири», и индивидуальным тарифом на услуги по передаче электрической энергии между смежными сетевыми организациями (ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭЭС»), стоимость по которому оплачена ответчиком истцу по согласованным в договоре точкам поставки.

При этом материалами дела (договор оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, заключенный между ОАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭСС», с учетом дополнительных соглашений №/№ 18.2400.558.12ДС27 от 13.12.2016, 18.2400.558.12ДС28 от 30.01.2017, договор оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.1455.10 от 17.12.20100, заключенный между ОАО «Красноярскэнергосбыт» и ОАО «МРСК Сибири», договор оказания услуг по передаче электрической энергии и купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь электрической энергии № 016/3-191 от 29.12.2012, заключенный между ОАО «Красноярскэнергосбыт» и ООО «ЭСС», договор аренды № 40 от 25.11.2016 с ООО «Домостроительная компания) подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается факт договорных отношений по оказанию услуг по передаче электрической энергии между ООО «ЭСС» и ПАО «МРСК Сибири» по договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, а также наличие у ответчика оборудования электротехнического назначения, переданного ему по договору аренды оборудования № 40 от 25.11.2016 и участвующего в оказании услуг по передаче электрической энергии.

В силу статьи 26 Федерального закона Российской Федерации от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным.

В соответствии со статьёй 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно статье 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Правоотношения по оказанию услуг по передаче электроэнергии регулируются также Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 и Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее - Правила № 442).

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец не доказал обоснованность исковых требований, поскольку спорные точки поставки внесены в договор № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, заключенный между ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭСС»; расчеты ООО «ЭСС» производятся по индивидуальному тарифу, установленному РЭК Красноярского края; ПАО «МРСК Сибири» не является сетевой организацией по отношению к спорным точкам поставки и не вправе получать денежные средства по единому (котловому) тарифу; величина НВВ скорректирована ООО «ЭСС» на 2016-2017 гг. Доводы ответчика против иска соответствуют материалам дела, требованиям законодательства и сложившейся судебной практике.

Пунктом 2 Правил № 861 предусмотрено, что сетевые организации - организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям, а также осуществляющие право заключения договоров об оказании услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих другим собственникам и иным законным владельцам и входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть.

В силу пункта 8 Правил № 861 услуги по передаче электрической энергии предоставляются сетевой организацией на основании договора о возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии. В целях обеспечения исполнения своих обязательств перед потребителями услуг (покупателями и продавцами электрической энергии) сетевая организация заключает договоры с иными сетевыми организациями, имеющими технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства, находящимся в собственности данной сетевой организации или на ином законном основании, в соответствии с разделом III Правил № 861.

Согласно пункту 15 Правил № 861 сетевая организация обязана обеспечить передачу электрической энергии в точке поставки потребителя услуг (потребителя электрической энергии, в интересах которого заключается договор), качество и параметры которой должны соответствовать техническим регламентам с соблюдением величин аварийной и технологической брони.

Под «точкой поставки» понимается место исполнения обязательств по договору об оказании услуг по передаче электрической энергии, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей, а до составления в установленном порядке акта разграничения балансовой принадлежности электросетей - в точке присоединения энергопринимающего устройства (объекта электроэнергетики).

Пункт 34 Правил № 861 устанавливает обязанности по договору смежных сетевых организаций предоставления услуг по передаче электрической энергии и оплаты этих услуг и (или) осуществления встречного предоставления услуг по передаче электрической энергии.

Согласно пункту 35 Правил № 861 при заключении договора между смежными сетевыми организациями стороны определяют принадлежащие им на праве собственности или на ином законном основании объекты электросетевого хозяйства, в отношении которых необходимо осуществить взаимную координацию изменения эксплуатационного состояния, ремонтных работ, модернизацию оборудования и иные мероприятия (далее - объекты межсетевой координации). Перечень объектов межсетевой координации является неотъемлемой частью договора между смежными сетевыми организациями.

В силу подпункта «г» пункта 41 Правил № 861 по договору между смежными сетевыми организациями при исполнении договора между территориальными сетевыми организациями, обслуживающими потребителей, расположенных на территории одного субъекта Российской Федерации, сторонами договора осуществляется взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии, при этом потребителями услуг являются обе стороны.

Исходя из изложенных норм, смежные сетевые организации одновременно являются исполнителями и потребителями услуг по передаче электрической энергии, т.е. имеют встречные обязанности по оплате услуг по передаче электрической энергии, а заключенный ими договор оказания услуг по передаче электрической энергии предполагает наличие у сторон договора специального статуса.

Из материалов дела следует, что между ОАО «МРСК Сибири» (сетевой организацией 1; в настоящее время – ПАО «МРСК Сибири») и ООО «ЭСС» (сетевой организацией 2) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.06.2012 № 18.2400.558.12, предмет которого – обязательства сторон осуществлять взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии в точках присоединения к электрическим сетям сторон путём осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих сторонам на праве собственности и (или) ином законном основании, и оплачивать друг другу услуг по передаче электроэнергии в порядке и в сроки, установленные договором.

В случае если после заключения договора произойдёт изменение состава точек присоединения и существенных условий, указанных в пункте 2.2 договора, данные изменения производятся в соответствующих приложениях к договору путём оформления дополнительных соглашений в срок 5 рабочих дней (пункт 2.3 договора).

В силу пункта 3.3.2 договора сетевая организация 1 обязуется своевременно и в полном объёме производить оплату оказанных сетевой организацией 2 услуг по передаче электроэнергии в соответствии с условиями договора.

В разделе 4 договора сторонами согласован порядок определения стоимости оказываемых по договору услуг.

В соответствии с пунктами 6.1, 6.3 договора он вступает в силу с момента подписания и действует до 24 час. 00 мин. 31.12.2012. В случае если ни одна из сторон не направила другой стороне в срок не менее чем за один месяц до окончания срока действия договора уведомление о его расторжении либо внесении в него изменений, либо о заключении нового договора, договор считается продлённым на следующий календарный год на тех же условиях.

Исходя из буквального толкования условий договора оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, заключенного между ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭСС», он заключен между смежными сетевыми организациями и направлен на урегулирование взаимоотношений между ними.

Материалами дела (договор аренды оборудования № 40 от 25.11.2016 между ООО «ЭСС» и ООО «Домостроительная компания») подтверждается факт наличия у ответчика в спорный период на праве аренды объектов электросетевого хозяйства (КТП № 8025), предназначенных для оказания услуг по передаче электрической энергии.

В связи с нахождением в аренде у ответчика спорного объекта электросетевого хозяйства сторонами заключено дополнительное соглашение № 18.2400.558.12ДС27 от 13.12.2016 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, согласно которому Приложения №/№ 1-1, 2 к договору дополнены следующими точками поставки: КТП-8025 РУ-0,4 кВ.

Пунктом 2.1 данного соглашения предусмотрено, что оно вступает в силу с момента подписания и распространяет свое действие на отношения, возникшие с соответствующей даты, указанной в Приложениях №/№ 1, 2, 3 к дополнительному соглашению.

30.01.2017 сторонами также заключено дополнительное соглашение от 30.01.2017 № 18.2400.558.12ДС28 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012, которым Приложение № 3 к договору «Плановое количество электрической энергии и величина заявленной мощности» принято сторонами в редакции Приложения № 1 к данному соглашению (пункт 1.5 соглашения).

Пунктом 2.1 данного соглашения предусмотрено, что оно вступает в силу с момента подписания и распространяет свое действие на отношения с 01.01.2017.

Частью 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

Статьей 3 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» предусмотрено, что потребители электроэнергии – это лица, приобретающие электрическую энергию для собственных бытовых и (или) производственных нужд.

Согласно абзацу 1 пункта 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» в случае, если происходит смена собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, а виды производственной деятельности, осуществляемой новым собственником или иным законным владельцем, не влекут за собой пересмотр величины присоединенной мощности и не требуют изменения схемы внешнего электроснабжения и категории надежности электроснабжения, повторное технологическое присоединение не требуется и ранее определенные границы балансовой принадлежности устройств или объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства не изменяются. При этом новый собственник или иной законный владелец энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики обязан уведомить сетевую организацию или владельца объектов электросетевого хозяйства о переходе права собственности или возникновении иного основания владения энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики.

Исходя из изложенных норм, с момента заключения указанных договоров аренды оборудования и передачи объектов электросетевого хозяйства ответчику фактически он стал организацией, оказывающей услуги по передаче электроэнергии конечным абонентам с использованием данного оборудования.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 13881/11 по делу № А19-966/2011 сформирована правовая позиция, согласно которой общество приобретает статус сетевой организации и право на оказание услуг по передаче электрической энергии после установления для него регулирующим органом индивидуального тарифа.

Указанный подход обусловлен тем, что в соответствии с пунктом 49 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском рынке, утвержденных Приказом ФСТ РФ от 06.08.2004 № 20-э/2 (ред. от 26.12.2011, с изм. от 13.06.2013) расчет единых на территории субъекта Российской Федерации тарифов на услуги по передаче электрической энергии, дифференцированных по уровням напряжения, для потребителей услуг по передаче электрической энергии (кроме сетевых организаций) (далее в данном пункте, а также в пунктах 54.1 и 54.2 - потребители), независимо от того, к сетям какой сетевой организации они присоединены (далее - единые (котловые) тарифы), производится на основе НВВ, рассчитанной в соответствии с пунктом 47 Методических указаний для каждой сетевой организации, расположенной на территории субъекта Российской Федерации. Указанная НВВ дифференцируется по уровням напряжения в соответствии с пунктом 48 Методических указаний.

Для расчета единых (котловых) тарифов на территории субъекта Российской Федерации на каждом уровне напряжения суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения.

Соответственно основополагающим фактором для сетевой организации является первоначальное установление индивидуального тарифа и как следствие учет данной организации в тарифных решениях на определенный период.

При таких обстоятельствах к числу признаков, определяющих наличие статуса сетевой организация, относятся:

- владение на праве собственности или на ином установленном федеральнымизаконами основании объектами электросетевого хозяйства;

- оказание услуг по передаче электрической энергии и осуществление в установленном порядке технологического присоединения энергопринимающих устройств;

- наличие, установленного индивидуального тарифа на услуги по передаче электрической энергии.

При этом с учетом признаков, определяющих статус сетевой организации, ПАО «МРСК Сибири» не обладает статусом сетевой организации в отношении спорных точек поставки, поскольку не является владельцем объектов электросетевого хозяйства, посредством которого оказывается услуга по передаче электрической энергии до потребителей. Доказательства обратного ПАО «МРСК Сибири» в материалы дела не представлены.

Реализация принципа недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии осуществляется через котловую экономическую модель, в рамках которой денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому) тарифу, впоследствии распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар смежных сетевых организаций (далее - индивидуальные тарифы) (пункт 42 Правил № 861, пункт 49 Методических указаний № 20-э/2).

В соответствии с пунктом 42 Правил № 861, пунктом 83 Основ ценообразования № 1178, пунктом 49 Методических указаний № 20-э/2 расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе необходимой валовой выручки (далее - НВВ), определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации - получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице № П1.30 Методических указаний 20-э/2. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объема этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу, тарифные решения принимаются, исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил № 1178, пункт 81 Основ ценообразования № 1178).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии, а также учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования № 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний N 20-э/2).

Исходя из изложенных норм, расчеты за услуги по передаче электроэнергии осуществляются по регулируемым ценам, которые устанавливаются на основании прогнозных, однако имеющих экономическое обоснование на момент утверждения тарифа данных (в том числе сведений о составе и характеристиках объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации, об объемах перетока электроэнергии через эти объекты).

При расчетах должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем сетевым организациям, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

По существу, тарифным решением, включающим котловой и индивидуальные тарифы и обосновывающим их данные, утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. Участие в регулируемой деятельности всех сетевых организаций и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность сетевых организаций придерживаться в своей деятельности установленных параметров. Следование этим величинам должно обеспечивать как формирование котловой валовой выручки, так и ее справедливое и безубыточное распределение между сетевыми организациями.

Следовательно, по общему правилу, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов, с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования. Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2). Иной подход означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу «держателя котла».

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС14-4622 от 08.04.2015.

Из материалов дела следует, что дополнительным соглашением от 13.12.2016№ 18.2400.558.12ДС27 стороны включили в договор об оказании услуг по передаче электроэнергии точки поставки, переданные ответчику по договору аренды № 40 от 25.11.2016 (сооружение КТП № 8025 РУ-0,4кВ).

В пункте 4.8 договора № 18.2400.558.12 от 01.06.2012 сторонами согласована формула, по которой рассчитывается стоимость услуг по передаче электроэнергии, подлежащих оплате сетевой организацией 2 по договору, исходя из индивидуального тарифа, утвержденного органом исполнительной власти.

Из материалов дела следует и истцом не оспаривается, что в заявленный в иске период ответчик с ним рассчитывался по установленным РЭК Красноярского края индивидуальным тарифам.

Согласно пояснениям ответчика, им принимались необходимые меры в целях надлежащего урегулирования тарифных показателей, в частности, в РЭК Красноярского края направлялись договоры аренды с экономическим обоснованием расходов по содержанию данных объектов, что подтверждается письмами №/№ 340 от 01.12.2016, 350 от 13.12.2016, заявлением в РЭК Красноярского края № 119 от 28.04.2017.

При этом из письма РЭК Красноярского края № 02-2136 от 09.06.2018 следует, что при формировании необходимой валовой выручки (далее - НВВ) и индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии, установленных для взаиморасчетов между ООО «ЭСС» и ПАО «МРСК Сибири» - «Красноярскэнерго» на 2017 год и последующие периоды регулирования в рамках долгосрочного периода регулирования, скорректирована НВВ и величина индивидуального тарифа на услуги по передаче электрической энергии с учетом нахождения во владении и получения доходов по объектам ООО «Домостроительная компания» (договор аренды имущества № 40 от 25.11.2016) в 2016 году.

По результатам оценки имеющихся в материалах дела документов и пояснений сторон в их совокупности, а также с учетом сложившейся судебной практики, суд приходит к выводу о том, что НВВ, недополученная истцом в спорный период в результате приобретения ответчиком новых объектов электросетевого хозяйства, скорректирована регулирующим органом в 2017 году; индивидуальный тариф для взаиморасчетов между ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭСС» в период с 01.01.2017 по 30.06.2017 составлял 219,85 руб./МВТ/ч; с 01.07.2017 по 31.12.2017 - 285,61 руб./МВТ/ч, т.е. на последующий период регулирования индивидуальный тариф увеличен в пользу ПАО «МРСК Сибири», что обусловлено, в том числе увеличением объема передачи электрической энергии по новым точкам поставки, корректировкой тарифных показателей РЭК Красноярского края. Кроме того, истцом и ответчиком подписаны сводные акты учета перетока электрической энергии за декабрь 2016 года, январь-июль 2017 года с учетом увеличения объема.

При таких обстоятельствах основания для взыскания с ответчика неосновательного обогащения в сумме 469 149,69 руб. за период с 08.12.2016 по 31.07.2017 (разница между стоимостью оказанных услуг по котловому тарифу, подлежащих оплате гарантирующим поставщиком в пользу ПАО «МРСК Сибири», и индивидуальным тарифом на услуги по передаче электрической энергии между ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ЭЭС»), отсутствуют.

Ссылка истца в иске на то, что действия ответчика по получению в аренду объектов электросетевого хозяйства в середине периода тарифного регулирования свидетельствуют о злоупотреблении правом, не принимается судом.

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно. В то же время действия, совершенные по воле сетевой организации, направленные на изменение без объективных причин, заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия, как кратное необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, могут квалифицироваться как недобросовестные.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций.

В пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Указанная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622 по делу № А26-6783/2013.

Согласно пояснениям ответчика, факт заключения им договоров аренды электротехнического оборудования сам по себе не является обстоятельством, свидетельствующим о злоупотреблении правом в целях перераспределения валовой выручки сетевой организации. Поскольку ответчик является сетевой организаций, основным видом деятельности которой является оказание услуг по передаче электрической энергии, обоснованными и разумными являются его действия по увеличению производственных мощностей, в том числе за счет приобретения новых объектов электроэнергетики (заключение договоров аренды, приобретение в собственность и др.).

Соответственно заключение договора аренды электротехнического оборудования на долгосрочный период является одним из способов увеличения объема передачи электрической энергии сетевой организацией.

Само по себе приобретение объектов электросетевого хозяйства в конце периода тарифного регулирования у собственника объектов не может расцениваться как злоупотребление правом со стороны ответчика, поскольку действующим законодательством предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неучтенных расходов, понесенных по не зависящим от этих организаций причинам.

При этом суд учитывает, что спорные объекты принимались ответчиком в аренду непосредственно от потребителей, не имеющих ранее статуса сетевой организации, т.е. со стороны ответчика отсутствовали признаки злоупотребления правом и манипуляции объектами электросетевого хозяйств.

Кроме того, приняв объекты электроэнергетики в аренду, ответчик действовал добросовестно, т.к. заключил с ПАО «МРСК Сибири» дополнительное соглашение к договору оказания услуг по передаче электрической энергии в части включения новых точек поставки, согласовав данные изменения с гарантирующим поставщиком - ПАО «Красноярскэнергосбыт» и представив в РЭК Красноярского края необходимые документы для формирования тарифных показателей с учетом новых объектов.

Довод истца о том, что, несмотря на согласование сторонами спорных точек поставки в договоре оказания услуг по передаче электрической энергии, это не является достаточным основанием для осуществления расчетов по новым точкам поставки, которые не учтены регулирующим органом при установлении тарифов, также отклоняется судом.

Фактически данный довод не может повлиять на результат рассмотрения настоящего дела, поскольку действующим законодательством предусмотрен порядок корректировки мерами тарифного регулирования прогнозных величин НВВ, что и было сделано РЭК Красноярского края согласно имеющимся в материалах дел письмам.

В силу пункта 46 Методических указаний № 20-э/2 при определении тарифа на услуги по передаче электрической энергии (мощности) по четырем уровням напряжения не учитываются сети потребителей, находящиеся у них на правах собственности или иных законных основаниях при условии, что содержание, эксплуатация и развитие этих сетей производится за счет средств указанных потребителей.

Поскольку ПАО «МРСК Сибири» не владело объектом ООО «Домостроительная компания», его содержание, эксплуатация производились за счет собственника; электросетевое оборудование данного потребителя не могло быть учтено в НВВ и в тарифных решениях для ПАО «МРСК Сибири»; только после их принятия во владение ответчика они впервые включены в тарифное регулирование, т.е. сетевой организацией по отношению к ним является ответчик.

При этом ООО «Домостроительная компания», оборудование которого передано в аренду ответчику, заключен договор энергоснабжения с ПАО «Красноярскэнергосбыт», которому оно и производит оплату электрической энергии.

В силу пункта 10 Методических указаний № 20-э/2 плата по договору энергоснабжения включает в себя, в том числе плату за услуги по передаче электрической энергии.

Исходя из модели тарифного регулирования, действующей на территории Красноярского края, гарантирующий поставщик - ПАО «Красноярскэнергосбыт» получает плату от потребителей, включающую стоимость услуги по передаче электрической энергии, в дальнейшем в рамках договора оказания услуг по передаче электрической энергии производит оплату сетевой организации за услуги по передаче электрической энергии по единому (котловому) тарифу.

Из материалов дела следует, что в рамках настоящего дела все точки поставки согласованы как между ПАО «МРСК Сибири» и ответчиком (дополнительное соглашение № 18.2400.558.12 ДС27 от 13.12.2016 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012), так и между ответчиком и ПАО «Красноярскэнергосбыт».

На основании дополнительного соглашения № 18.2400.558.12 ДС27 от 13.12.2016 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии № 18.2400.558.12 от 01.06.2012 согласованы новые точки поставки, ПАО «Красноярскэнергосбыт» производит оплату по единому (котловому) тарифу сетевой организации, оказывающей услуги по передаче электрической энергии, - ООО «ЭСС».

При этом избыток (недостаток) средств необходимой валовой выручки сетевых компаний компенсируется органом регулирования установлением индивидуальных тарифов для смежных сетевых организаций; роль и назначение индивидуального тарифа при данной котловой модели носит исключительно компенсационный характер.

С учетом изложенного, с момента включения новых точек поставки в договор оказания услуг по передаче электрической энергии ответчик вправе получать денежные средства от гарантирующего поставщика и должен производить оплату в пользу ПАО «МРСК Сибири» по утвержденному индивидуальному тарифу, действовавшему в соответствующий период.

Ссылки истца на то, что в 2016-2017 гг. ответчик не обладал статусом сетевой организации в отношении спорных точек поставки, до момента их учета в тарифах и НВВ для ООО «ЭСС» являлся лицом, не препятствующим перетоку через их объекты электрической энергии для нужд конечных потребителей, не принимаются судом.

Так, факт владения ответчиком спорной точкой поставки в 2016-2017 гг. подтверждается материалами дела, она включена в договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.06.2012 № 18.2400.558.12, заключенный сторонами, дополнительным соглашением от 13.12.2016. Согласно письму РЭК Красноярского края № 02-2136 от 09.06.2018 индивидуальный тариф, установленный для взаиморасчетов между ООО «ЭСС» и ПАО «МРСК Сибири», скорректирован с учетом получения доходов по объекту ООО «Домостроительная компания».

При этом внесение изменений в договор оказания услуг по передаче электрической энергии№ 18.2400.558.12 от 01.06.2012 необходимо ООО «ЭСС» для подтверждения перед органом государственного регулирования цен параметров, необходимых для установления тарифа (пункты 12, 17(13) Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от29.12.2011№1178).

Указанная правовая позиция отражена в постановлениях Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 26.04.2016 по делу № А33-10191/2015, от 07.07.2015 по делу № А33-18545/2014 (по спорам между теми же сторонами).

При таких обстоятельствах определяющими статус сетевой организации обстоятельствами являются факт владения объектами электросетевого хозяйства на законном основании, согласование изменений в договор оказания услуг по передаче электрической энергии со смежной сетевой организацией и последующее урегулирование тарифных показателей. При этом последующая корректировка индивидуального тарифа с учетом приобретенных ответчиком в середине периода тарифного регулирования объектов электросетевого хозяйства свидетельствует о подтверждении регулирующим органом у ответчика статуса сетевой организации в отношении спорных точек поставок.

Довод истца о том, что предусмотренный дополнительным соглашением порядок расчетов по тарифам, при формировании которых в НВВ ответчика спорные объекты не учтены, свидетельствует об обходе тарифной схемы, отклоняется судом как основанный на неверном толковании норм действующего законодательства.

Истец также указывает на то, что ООО «ЭСС» не имеет оснований для получения котловой выручки от ПАО «Красноярскэнергосбыт» за услуги по передаче электрической энергии по объектам, объем передачи по которым не учтен РЭК Красноярского края при формировании тарифов на спорный период, т.е. в тариф регулирующим органом не заложены затраты ответчика на эксплуатацию спорного объекта; запланированная котловая выручка (без учета новых объектов) обеспечивает покрытие заявленной НВВ текущего года; поскольку ранее владельцем спорных объектов являлся непосредственно потребитель, объемы по передаче электрической энергии учтены для ПАО «МРСК Сибири» как для вышестоящей организации в качестве конечных потребителей ПАО «Красноярскэнергосбыт», передачу по которым осуществляет ПАО «МРСК Сибири».

Вместе с тем данная позиция противоречит вышеизложенному подходу суда, основанному на нормах законодательства, подлежащего применению к спорным правоотношениям, и сложившейся судебной практики, а также документально не подтверждена и опровергается материалами настоящего дела, письмами РЭК Красноярского края.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При подаче иска истцу истцом уплачена государственная пошлина в сумме 12 383 руб. платежным поручением № 5768 от 22.02.2018.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 383 руб. относятся на истца, как на проигравшую сторону.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.


Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Красноярского края.




Судья

О.И. Медведева