Решение от 13 августа 2018 г. по делу № А40-134700/2018

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-134700/18-48-598
14 августа 2018 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 14.08.18

Полный текст решения изготовлен 14.08.18


Арбитражный суд в составе:

Председательствующего: судьи  Бурмакова И.Ю. /единолично/,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

Общественно-государственного объединения "Всероссийское физкультурно-спортивное общество "Динамо" (дата регистрации 09.12.1991, 125167, <...>, ОГРН:1037739407826, ИНН:7714012406)

к ответчикам:

1) АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" (дата регистрации 13.12.1991, 125167, <...>, ОГРН:1027700547511, ИНН:7714067099)

2) ФИО2 (дата и место рождения – сведения в материалах дела)

третьи лица:

1) Общероссийская общественная организация "Российский футбольный союз" (дата регистрации 28.04.2000, 119992, <...>, ОГРН:1037700085026, ИНН:7704016803)

2) Некоммерческое партнерство "Российская футбольная Премьер-Лига" (дата регистрации 28.11.2001, 119270, <...>, ОГРН:1037739291127, ИНН:7704233830)

3) АССОЦИАЦИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ФУТБОЛЬНЫХ КЛУБОВ "ФУТБОЛЬНАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ЛИГА" (дата регистрации 11.01.2011, 115172, <...>, ОГРН:1117799000021, ИНН:7705124551)

о признании Трудового договора от 29.12.17, заключенного между Акционерным обществом "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" и спортсменом- профессионалом ФИО2, недействительным в части условия пункта 18.1 следующего содержания: "В случае выплаты указанной суммы спортивные и иные санкции к Футболисту не применяются. В случае осуществления указанной выплаты (компенсации) в пользу Клуба, Клуб утрачивает право на получение любых иных выплат (компенсаций) в том числе компенсации за подготовку Футболиста".

при участии согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о признании Трудового договора от 29.12.17, заключенного между Акционерным обществом "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" и спортсменом- профессионалом ФИО2, недействительным в части условия пункта 18.1 следующего содержания: "В случае выплаты указанной суммы спортивные и иные санкции к Футболисту не применяются. В случае осуществления указанной выплаты (компенсации) в пользу Клуба, Клуб утрачивает право на получение любых иных выплат (компенсаций) в том числе компенсации за подготовку Футболиста".

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что трудовой договор в спорной части заключен без принятия соответствующего решения Совета директоров.

Истец доводы поддержал.

 1-й ответчик- АО "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" считает иск обоснованным по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Представитель 2-го ответчика ФИО2 против иска возражал по основаниям, изложенным в отзыве, ссылаясь на необоснованность требований.

            Третьи лица не явились, извещение подтверждено данными сайта почты России и Верховного суда РФ.

            Судом отклонено ходатайство второго ответчика о привлечении ответчика к участию в деле в качестве истца, а также устное ходатайство истца о привлечении к делу в качестве третьего лица АО "ФК "Спартак- Москва".

 Исследовав материалы дела,  суд установил, что исковые требования не подлежат    удовлетворению, так как признает обоснованными указанные ниже доводы второго ответчика.

Между ответчиками- Акционерным обществом "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" и спортсменом- профессионалом ФИО2, заключен Трудовой договор от 29.12.17.

Истец оспаривает пункт 18.1 указанного Трудового договора следующего содержания: "В случае выплаты указанной суммы спортивные и иные санкции к Футболисту не применяются. В случае осуществления указанной выплаты (компенсации) в пользу Клуба, Клуб утрачивает право на получение любых иных выплат (компенсаций) в том числе компенсации за подготовку Футболиста".

Ссылаясь на нарушение ответчиками пп 24 п 26.4. Устава работодателя, истец- акционер обосновывает право на иск тем, что у него возникли убытки в размере денежных сумм, которые он мог бы получить в качестве компенсации, в том случае, если бы оспариваемого условия не содержалось в трудовом договоре на момент его досрочного прекращения.  Истец утверждает так же, что ответчик ФИО3 воспользовался своим правом на одностороннее расторжение трудового договора, желая причинить вред ответчику-работодателю.

Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что обстоятельства, связанные с убытками и причинением вреда не входят в предмет доказывания по настоящему делу, поскольку исковые требования заявлены не об убытках и не о возмещении вреда. Право на иск о недействительности сделки для истца вытекает из подп 3) п 1 ст 225.1. АПК РФ в силу корпоративного характера спора, независимо от доказанности убытков и вреда для истца. В любом случае, действующее законодательство не позволяет взыскивать убытки, которые возможно наступят в будущем. На момент обращения с рассматриваемым иском (14 июня 2018 года), трудовые отношения с ответчиком ФИО4 не были прекращены, он лишь обратился к работодателю с заявлением об увольнении от 04 июля 2018 года, которое (увольнение), согласно самого заявления и ч 1 ст 348.12 ТК РФ должно было произойти только 04 июля 2018 года.

Таким образом, доводы истца, фактически сводятся к ссылке на нарушение пп 18 п 1 ст 65 Федерального Закона «Об Акционерных Обществах» № 208-ФЗ, согласно которому Уставом может быть установлена и иная компетенция Совета Директоров.

Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что ФЗ "Об акционерных обществах" также содержит абз 4 п 2 ст. 69 этого же Закона, согласно которому уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров на совершение определенных сделок. При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 6 статьи 79 настоящего Федерального закона, по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.

Суд отклоняет довод истца о том, что ответчик ФИО4 заключил договор со спорным условием, зная об имеющихся ограничениях полномочий Генерального директора и необходимости получения одобрения совета директоров для некоторых сделок, совершаемых работодателем, как не подтвержденный документально.  Суд также отклоняет, как не подтвержденный документально, довод истца о том, что это знание обуславливается содержанием такого ограничения в Уставе работодателя.

В соответствии с  п 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" закон устанавливает презумпцию неограниченности полномочий лица, заключившего сделку от имени Общества, а бремя доказывания того, что иное лицо в сделке знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены. При этом, ссылка на запись в оспариваемом договоре о том, что лицо, действующее от имени работодателя действует на основании устава не может являться доказательством того, что другая сторона знает или могла знать о наличии в уставе каких бы то ни было ограничений полномочий руководителя.

Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что  пп 24 п 26.4. Устава ответчика-работодателя устанавливает ограничения для Генерального директора работодателя на заключение сделок с возможностью приобретения или отчуждения прямо или косвенно имущества или имущественных прав на сумму свыше 100 000 000 рублей.

Согласно тексту искового заявления истец считает, что противоправность оспариваемого условия трудового договора состоит не в способе формирования или размере выплат в пользу ответчика-работника, а  в самом по себе лишении работодателя возможности получить компенсацию за подготовку ответчика-работника при его последующем трудоустройстве в иной футбольный клуб и в лишении работодателя возможности просить о применении спортивных санкций, предусмотренных Регламентами РФС к ответчику-работнику. Суд отклоняет указанные доводы истца, так как признает обоснованным довод второго ответчика о том, что согласно последнему абзацу статьи  57 ТК РФ, «по соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений». Регламенты РФС по своей сути и правовому режиму являются отраслевыми соглашениями (ст. 45 ТК РФ) и локальными нормами трудового права. Нормы ст 57 ТК РФ закрепляют в ТК РФ принцип свободы трудового договора, аналогичный по своему правовому значению нормам ст. 421 ГК РФ о свободе гражданско-правового договора, но с учетом отраслевой специфики. При этом, пунктом 6 ст 23 Регламента РФС по статусу и переходам (трансферу) футболистов, в развитие этого принципа установлено правило, согласно которого «Профессиональный футбольный клуб и футболист-профессионал вправе заключить соглашение в письменной форме или включить в трудовой договор положение, согласно которому профессиональный футбольный клуб полностью или частично отказывается от своего права на компенсацию за подготовку этого футболиста.» Регламент РФС так же не содержит запрета сторонам трудовых отношений отказаться от применения спортивных санкций, включив это условие в трудовой договор и обусловив такой отказ каким бы тот ни было встречным предоставлением от работника или установив такой отказ без него.

Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что спорным трудовым договором установлено и истцом не оспаривается положение (п 18.1. абз 1), согласно которому  при досрочном расторжении трудового договора по инициативе работника, в пользу работодателя должна быть осуществлена выплата в размере 1 500 000 (Один миллион пятьсот тысяч) Евро в рублях по текущему курсу ЦБ РФ. Право на включение в трудовые договоры со спортсменами-профессионалами условий о таких выплатах в пользу работодателя закреплено ч 3-5 ст 348.12 ТК РФ.

Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что оспариваемое истцом условие трудового договора предполагает, что к ответчику-работнику не могут быть применены спортивные и иные санкции, а равно не подлежит выплате в пользу работодателя какая бы то ни было компенсация, в том числе компенсация за подготовку футболиста - лишь в том случае, если работник в течение месяца после досрочного увольнения произошедшего по собственной инициативе, осуществит выплату, предусмотренную абз 1 п 18.1. трудового договора. Данная выплата сама по себе носит компенсационный характер, и, в случае соглашения сторон об этом, может компенсировать не только возможные потери работодателя от досрочного расторжения трудового договора, но и содержать в себе иные компенсации, о чем стороны договора и договорились. Суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что закону и иным нормам трудового права такое соглашение сторон не противоречит.

Суд констатирует, что согласно материалам дела  сумма компенсации в предусмотренном договором размере и в установленные договором сроки (абз 1 п 18.1.) была выплачена работником (ФИО2) в пользу работодателя. При этом, материалами дела установлено, что работодатель направил ФИО2 реквизиты для перечисления денежных средств и 25.07.18 принял денежные средства в сумме 110 289 150 рублей от работника ФИО2  без возражений. Указанные денежные средства работодатель работнику не возвратил в связи с несогласием с оспариваемым пунктом Трудового договора.

Ввиду изложенного, суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что  включение сторонами в текст трудового договора не только условия об обязательной выплате работником в пользу работодателя очень крупной денежной суммы (компенсации) в случае одностороннего расторжения трудового договора по инициативе работника (абз 1 п 18.1.), но и корреспондирующего ему условия об отказе работодателя от санкций к работнику и компенсаций в связи с его новым трудоустройством в случае такой выплаты (абз 2 п 18.1.) является  соблюдением  принципа баланса интересов сторон трудового договора. Таким образом, суд признает обоснованным довод второго ответчика о том, что для включения в трудовой договор такого условия одобрение Совета Директоров, ни в силу Закона, ни в силу Устава работодателя, ни в силу спортивных регламентов РФС не требуется.

Суд также учитывает, что Определениями Верховного суда Российской Федерации 5-В08-84 от 14.11.08, 48-В09-13 от 24.12.11 установлена недопустимость  и невозможность применения правил о недействительности сделок к трудовым отношениям, за специально оговоренными исключениями.

Суд отклоняет возражения истца и АО "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "ДИНАМО-МОСКВА" против доводов 2-го ответчика ФИО2, как противоречащие изложенному выше и не подтвержденные документально.

Злоупотребление правом не допускается и в силу ст. 10 ГК РФ судебной защите не подлежит.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Суд также констатирует, что Арбитражным судом города Москвы рассматривалось аналогичное дело с участием того же истца, того же ответчика-работодателя, и другого работника - футболиста- профессионала (Дело № А40-153783/2017). Предмет спора и доводы истца-акционера в упомянутом деле были аналогичны тем, что имеются в рассматриваемом деле, а именно: по основаниям отсутствия одобрения Советом Директоров ответчика-работодателя, акционером оспаривалось соглашение работника и работодателя, заключенное ими в рамках трудовых правоотношений. Решением АСГМ  в удовлетворении исковых требований отказано,  постановлениями 9ААС  и АС МО отказано в удовлетворении  апелляционной и кассационной жалоб.

Госпошлина  и иные судебные издержки, понесенные истцом,   относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь  ст. ст. 4, 65,  110,  123, 124,  156, 167-171 АПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.


Решение может быть обжаловано в месячный срок в  Девятый арбитражный апелляционный суд.


СУДЬЯ                                                                                            Бурмаков И. Ю.