Постановление от 18 апреля 2024 г. по делу № А35-1076/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«

Дело № А35-1076/2018
г. Калуга
18» апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «11» апреля 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено «18» апреля 2024 года.

Арбитражный суд Центрального округа в составе: председательствующего Григорьевой М.А. судей Андреева А.В.

ФИО1, при ведении протокола судебного

заседания помощником судьи: Шабалиным И.А.

при участии в заседании: от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Железный город» ФИО2 - представитель по

ФИО3: доверенности от 22.09.2023;

от акционерного общества ФИО4 - представитель по «Экспобанк»: доверенности от 23.12.2022;

от ФИО5: ФИО5 - паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще,

рассмотрев в открытом судебном заседании, путем использования системы веб-конференции, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Железный город» ФИО3 на определение Арбитражного суда Курской области от 29.08.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 по делу № А35-1076/2018,

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Курской области определением от 29.08.2023 частично удовлетворил заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Железный город» о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отказав в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5 и ФИО6, и установив основания для привлечения к ответственности ФИО7 и ФИО12 ФИО12.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 26.02.2024 оставил определение суда области без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6, конкурсный управляющий ООО «Железный город» ФИО3 обратился в кассационный суд с жалобой на судебные акты в соответствующей части.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий настаивает на том, что признаки банкротства и соответствующая обязанность ФИО5 и ФИО6 по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникли не позднее 30.09.2016. Поскольку ни ФИО5, ни ФИО6 с заявлением о банкротстве общества в арбитражный суд не обратились, конкурсный управляющий полагает, что они оба подлежат привлечению к ответственности в связи с неисполнением этой обязанности.

Кроме того, конкурсный управляющий настаивает на том, что ФИО6 (наряду с ФИО8) является собственником общего бизнеса ООО «Железный город» и аффилированного с ним контрагента ООО «УниСтрой» (участник и единоличный исполнительный орган - ФИО6), что, по мнению конкурсного управляющего, делает ФИО6 конечным бенефициаром ООО «Железный город».

Кроме того, согласно кассационной жалобе конкурсный управляющий полагает, что ФИО5 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам общества в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов, поскольку, по мнению конкурсного управляющего, ФИО5, являясь единоличным исполнительным органом должника, предпринимал неправомерные действия по заключению от имени должника (после возбуждения дела о банкротстве) залоговых сделок и допускал неуплату обществом налогов.

ФИО5 представил отзыв на кассационную жалобу, в которой возражает против доводов конкурсного управляющего. Кроме прочего, ФИО5 обращает внимание, что сделки, которые по мнению конкурсного управляющего являются убыточными для должника, совершены от имени общества в периоды, когда ФИО5 не являлся руководителем общества.

Кредитор в настоящем деле о банкротстве акционерное общество «Экспобанк» представил отзыв на кассационную жалобу конкурсного управляющего, просит оставить ее без удовлетворения. АО «Экспобанк» (ранее - ПАО «Курский промышленный банк») настаивает, что договоры с ПАО «Курский промышленный банк» действительны (не оспорены), в период их заключения признаки неплатежеспособности должника отсутствовали, и доказательства того, что именно эти сделки привели к неплатежеспособности должника в материалах дела отсутствуют. Указывает, что вступившими в силу

судебными актами установлено, что просрочки исполнения денежных обязательств перед ПАО «Курский промышленный банк» начались у должника с мая 2019 года.

Кроме того, кредитор АО «Экспобанк», защищая обеспечительные сделки, указывает, что должник и ООО «УиСтрой» входили в одну группу компаний (имели общих учредителей и руководителей - ФИО7 и ФИО6), что, по мнению банка, объясняет мотивы заключения должником договоров залога в обеспечение обязательств ООО «УиСтрой». Данные договоры залога не оспорены и являются действительными, а в материалах дела отсутствуют доказательства наличия признаков неплатежеспособности у должника в период их заключения.

В силу положения части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет обоснованность обжалуемого судебного акта лишь в той мере, в какой это необходимо для проверки соответствия проверяемого акта нормам материального и процессуального права, исходя из установленных статьей 286 АПК РФ пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Таким образом, по правилам части 1 статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов в обжалуемой части, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Конкурсный управляющий ООО «Железный город» ФИО3 не согласен с принятыми судебными актами только в части отказа о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Железный город», в иной части судебные акты по настоящему делу кассатором не оспариваются, в связи с чем не являются предметом исследования и оценки окружного суда в силу статьи 286 АПК РФ, и не подлежат пересмотру.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Железный город» ФИО3, в судебном заседании поддержала доводы изложенные в кассационной жалобе в полном объёме.

Представитель АО «Экспобанк» и ФИО5, просили оставить судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

02.04.2018 арбитражный суд возбудил производство по делу № А351076/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью

«Железногорская МСО» по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «Спецкомплекс».

09.08.2019 возбуждено дело о банкротстве ООО «Железный город» по заявлению уполномоченного органа ФНС России за № А35-6777/2019.

05.12.2019 определением суда (резолютивная часть объявлена 28.11.2019) заявление ООО «Спецкомплекс» признано обоснованным, в отношении ООО «Железный город» (оно же - ООО «Железногорская МСО») введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Судом установлено (согласно обжалуемым судебным актам), что в процессе деятельности должник сменил наименование, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесены соответствующие сведения. Учитывая, что основной государственный регистрационный номер (ОГРН), а также идентификационный номер налогоплательщика (ИНН) ООО «Железногорская МСО» и ООО «Железный город» совпадают, указанные организации являются одним и тем же юридическим лицом. При указанных обстоятельствах должником по настоящему делу является ООО «Железный город».

06.12.2019 определением суда (резолютивная часть определения объявлена 02.12.2019) дело № А35-6777/2019 объединено в одно производство с делом № А35-1076/2018 с присвоением делу номера А35-1076/2018.

03.09.2020 решением арбитражного суда (резолютивная часть объявлена 27.08.2020) ООО «Железный город» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

10.12.2020 определением суда (резолютивная часть объявлена 03.12.2020) арбитражный управляющий ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Железный город».

29.04.2021 определением суда к процедуре банкротства ООО «Железный город» применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

17.08.2021 определением суда конкурсным управляющим ООО «Железный город» утвержден ФИО11.

22.04.2022 конкурсный управляющий должника ФИО11 обратился в суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО7, ФИО6, ФИО12 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Железный город», признать наличие оснований для привлечения их как контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, приостановить производство по рассмотрению настоящего заявления до окончания расчетов с кредиторами в рамках дела о банкротстве ООО «Железный город».

Материалами дела установлено, что ООО «Железногорская МСО» было образовано 19.02.2001 и 14.12.2018 переименовано в ООО «Железный город».

ФИО6 в период с 30.12.2014 по 12.11.2017 являлся участником общества с долей в уставном капитале общества по 50%.

Суды установили, что о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов конкурсный управляющий не заявлял. В

отношении бывшего участника общества ФИО6 управляющим заявлено требование о привлечении к ответственности за необращение в суд с заявлением о банкротстве общества, а, кроме того, приведен довод о том, что ФИО6 является конечным бенефициаром от деятельности ООО «Железный город».

ФИО5 являлся руководителем общества с 25.03.2014 по 25.07.2017.

В отношении него конкурсный управляющий заявил, что в результате неправомерных действий ФИО5 должником в период с 01.01.2015 по 31.12.2017 не исполнялись обязательства по уплате обязательных платежей, что привело к возникновению убытков в виде пени и штрафов в размере 16 654 097,48 руб.

Кроме того, управляющий указал на заключение между ПАО «Курский промышленный банк» (в настоящее время АО «Экспобанк») и должником договоров залога Ю01-14-006З/01 от 26.03.2014 и Ю01-14-006З/08 от 27.09.2017 (в редакции дополнительных соглашений), в результате которого увеличились долговые обязательства должника, а также на заключение Генерального соглашение <***> -17-037ГС от 27.07.2017, согласно которому операции между банком и заемщиком осуществляются на основании отдельно заключаемых в период с 19.04.2018 по 21.11.2018 кредитных договоров. Конкурсный управляющий настаивал, что при заключении указанных кредитных договоров ФИО5 было известно о неспособности общества исполнить обязательства перед банком.

Определяя момент наступления обязанности руководителя обратится с заявлением о признании должником банкротом, суды установили следующее.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2016 год стоимость всех обязательств должника составляла 761 863 000 руб. При этом долгосрочные обязательства общества составили 440 327 000 руб., краткосрочные - 321 536 000 руб.

Возникновение долгосрочных обязательств общества связано с тем, что в 2016 году ООО «Железный город» производило работы по строительству нескольких секций жилых домов по договорам долевого участия в строительстве жилья. В момент внесения каждым из дольщиков денежных средств в оплату приобретаемого жилого помещения у Общества возникали долгосрочные обязательства перед дольщиками, которые могли считаться исполненными только после ввода секции в эксплуатацию и передачи квартиры дольщику. Учитывая длительность процесса по возведению секций жилого дома, долгосрочные обязательства общества отражались в его бухгалтерском балансе на протяжении длительного периода времени. По мере внесения дольщиками взносов и передачи им застройщиком квартир в пригодном к эксплуатации объекте недвижимости обязательства должника либо уменьшались, либо увеличивались в зависимости от того обстоятельства, какая именно сумма поступала на счет застройщика от дольщиков и кому из них должником уже были переданы объекты долевого строительства.

Из представленного бухгалтерского баланса должника за 2016 год следует, что долгосрочные обязательства должника в 2015 году уменьшились по сравнению с 2014 годом, а в 2016 году - увеличились по сравнению с 2015 годом.

Указанные обстоятельства обусловлены спецификой деятельности должника как застройщика, обязательства которого перед внесшими вклады

дольщиками прекращались только после передачи им объектов долевого строительства по мере их возведения.

Возникновение краткосрочных обязательств общества объясняется тем, что, помимо деятельности общества по строительству жилья по договорам долевого участия, ООО «Железный город» осуществляло строительство и других объектов, работая, в том числе на давальческом сырье. Краткосрочные обязательства общества прекращались после сдачи объектов, строительство которых могло продолжаться более года. При этом, учитывая, что некоторые контрагенты поставляли ООО «Железный город» строительные материалы в счет дальнейшего приобретения квартир в строящихся жилых домах, соответствующие краткосрочные обязательства прекращались после передачи поставщикам стройматериалов квартир по мере их возведения в жилом доме.

Согласно данным бухгалтерского баланса должника за 2016 год стоимость всех активов должника составляла 771 051 000 руб. (строка 1600 баланса), в то время, как конкурным управляющим ошибочно указана сумма в размере 524 983 000 руб.

Пассивы должника в 2016 году (строка 1300 баланса) составили 9 188 000 руб., в то время, как в 2014 году их стоимость составляла 1 497 000 руб., в 2015 году - 5 078 000 руб.

Кроме того, по итогам 2016 года по сравнению с 2015 годом выросла выручка общества и стала составлять 187 386 000 руб., тогда, как в 2015 году ее показатель составлял 45 940 000 руб.

Чистая прибыль общества в 2016 году составила 4 110 000 руб., что на 529 000 руб. больше, чем в 2015 году.

При таких обстоятельствах, по результатам анализа имущественного состояния должника, суды пришли к выводу, что факт наличия у должника в 2016 году задолженности перед контрагентами в настоящем случае не подтверждает безусловно неплатежеспособность общества.

Кроме того, в акте выездной налоговой проверки, проведенной уполномоченным органом в отношении должника, указано, что доход общества в 2016 году составил более 24 000 000 руб., в 2017 году - более 18 000 000 руб., что опровергает довод конкурсного управляющего относительно возникновения у ООО «Железный город» признаков неплатежеспособности в 2016 году.

Определяя период образования у должника признака объективного банкротства по доводу конкурсного управляющего о доведении контролирующими лицами общества до состояния банкротства, суды установили, что факт наступления объективного банкротства общества в 2016 году исключен.

Суды определили, что момент (период) наступления объективного банкротства должника не может считаться возникшим ранее начала 2019 года.

При этом основными причинами возникновения несостоятельности должника в указанный период времени явились действия ФИО12 и ФИО7, направленные на вывод в период с декабря 2018 года по май 2019 года основных активов ООО «Железный город» в подконтрольное общество - ООО «Специализированный застройщик Железногорское МСО». Данные обстоятельства установлены вступившим в силу судебным актом, который в этой части не обжалуется в кассационном порядке.

Осознавая последствия признания должника банкротом и введения конкурсного производства, связанные с продажей арендных прав на земельные

участки и утратой возможности для привлечения финансирования в целях завершения строительства возводимых объектов недвижимости, контролирующими должника лицами была разработана и реализована следующая правовая схема.

28.06.2018 было учреждено юридическое лицо с практически идентичным и созвучным должнику фирменным наименованием, адресом и видами деятельности - ООО «Железногорское МСО» (ИНН <***>; ОГРН <***>).

14.12.2018 в ЕГРЮЛ были внесены изменения в наименование должника: ООО «Железногорская МСО» было переименовано в ООО «Железный город».

В период с декабря 2018 года по май 2019 года практически все активы должника были выведены во вновь образованное юридическое лицо - ООО «Железногорское МСО», которое, в свою очередь, 19.06.2019 было переименовано в ООО «Специализированный застройщик Железногорское МСО».

При этом об аффилированности ООО «Железный город» и ООО «Специализированный застройщик Железногорское МСО» свидетельствуют следующие обстоятельства:

1) данные лица входят в одну группу - «Группа компаний Железногорская МСО», что подтверждается информацией на сайте Единой информационной системы жилищного строительства (URL: пир8://наш.дом.рф/сервисы/единый реестр застройщиков/группа компаний/1394731001);

2) учредителем указанных лиц является одно и то же лицо - ФИО7 Он же являлся «фактическим руководителем» застройщиков и представлял их во время совместной встречи с участниками долевого строительства и главой Железногорска, которая состоялась 14.02.2019;

3) лица зарегистрированы по одному и тому же адресу: 307150, Курская обл., Железногорский р-н, сл. Михайловка, ул. Строительная, 3А.

Описанная совокупность событий и действий создала правовые условия для продолжения строительства, несмотря на введённую в сентябре 2020 года в отношении должника процедуру конкурсного производства.

Таким образом, зарегистрировав за собой новое наименование, ООО «Железногорская МСО», избежав огласки о том, что предприятие-застройщик стало неплатежеспособным, передало свои активы в ООО «Специализированный застройщик Железногорское МСО», подконтрольное ФИО7

При этом, учитывая, что наименование лица, получившего активы должника, изначально незначительно отличалось от прежнего наименования должника, последнему на протяжении определённого периода времени удавалось скрывать свою неплатежеспособность перед дольщиками и кредиторами, поскольку создавалась иллюзия продолжения строительства домов ООО «Железногорская МСО» (в то время, как указанные действия осуществлялись ООО «Железногорское МСО»), а банкротство «якобы» велось в отношении иного лица - ООО «Железный город».

Указанные обстоятельства установлены также решением ФНС № 09- 32/07 от 25.09.2019, принятым по результатам проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «Железногорская МСО», установившей, помимо

прочего, что должником была создана схема незаконного предъявления к вычету сумм налогов посредством искусственного включения в цепочку хозяйственных операций технических организаций, фактически не осуществляющих хозяйственную деятельность, - ООО «Стройлюкс», ООО «Плутон», ООО «Стройрегион», ООО «Кирпичка», ООО «КонсТрейд», ООО «Стройторг», ООО «Шанс», ООО «Эредас» и доначислен налог в сумме более 50 000 000 руб.

Учитывая эти и иные обстоятельства, установленные актом налоговой проверки, суды пришли к выводу, что объективное банкротство общества наступило в результате неправомерных действий ФИО12 и ФИО7 в период с декабря 2018 года по май 2019 года.

Оценивая довод о неправомерности действий ФИО5, руководившего должником в период с 01.01.2015 по 31.12.2017, суды установили (на основании акта налоговой проверки), что вменяемые контролировавшим должника лицам действия в виде неуплаты налогов были совершены ФИО7 в пределах должностных полномочий, определенных внутренними документами общества.

Осведомленность ФИО5 о противоправном поведении ФИО7, его умысле в уклонении от уплаты должником налогов, материалами дела не доказана, вследствие чего отсутствуют основания утверждать, что неуплаченные в заявленный период налоги явились следствием действий ФИО5

Кроме того, заявляя о неправомерных действиях ФИО5 в доведении общества до банкротства, конкурсный управляющий указывал на заключение ПАО «Курский промышленный банк» (в настоящее время АО «Экспобанк») и должником договоров залога Ю01-14-006З/01 от 26.03.2014 и Ю01-14-006З/08 от 27.09.2017 (в редакции ряда дополнительных соглашений), в результате которых увеличились долговые обязательства должника, а также на заключение между указанным лицом генерального соглашения № Ю01-17- 037ГС от 17.07.2017, согласно которому операции между банком и заемщиком осуществляются на основании отдельно заключаемых в период с 19.04.2018 по 21.11.2018 кредитных договоров.

Между тем, материалами дела опровергается наличие неплатежеспособности должника как на дату заключения генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017, так и в период заключения кредитных договоров с 19.04.2018 по 21.11.2018.

Действительность генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017 и кредитных договоров между ПАО «Курский промышленный банк» и должником, подтверждена вступившими в законную силу судебными актами о включении требований АО «Экспобанк» (ранее - ПАО «Курский промышленный банк») в реестр требований кредиторов должника и судебными актами о взыскании с должника в пользу АО «Экспобанк» задолженности по кредитным договорам.

Так, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Курской области от 17.03.2020 по делу № А35-1076/2018 требования ПАО «Курский промышленный банк», основанные на генеральном соглашении № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017 и заключенных в соответствии с ним кредитных договорах, включены в реестр требований кредиторов должника в размере 52 065 632,90 руб.

В данном определении судом указано, что «начиная с мая 2019 года заемщик (ООО «Железный город») в нарушение условий кредитных договоров начал допускать нарушение сроков оплаты по кредитным договорам».

Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курской области от 23.03.2022 по делу № А35-11415/2021 с должника в пользу АО «Экспобанк» взыскана задолженность в сумме 19 147 857,25 руб., в том числе по кредитным договорам, заключенным в рамках генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017, в размере 14 723 263,89 руб., по кредитному договору <***> от 23.08.2018 в размере 4 424 593,36 руб., а также 118 739 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В указанном решении судом также отмечено, что «с 13.05.2019 заемщик (ООО «Железный город») в нарушение условий соглашения начал допускать нарушение сроков оплаты основной суммы (кредита) и процентов за пользование кредитом».

Таким образом, в период заключения кредитных договоров с 19.04.2018 по 21.11.2018 у должника отсутствовали просроченные обязательства перед ПАО «Курский промышленный банк» по исполнению обязательств по ранее заключенным Кредитным договорам.

При таких обстоятельствах, Арбитражный суд Курской области обжалуемым определением от 29.08.2023 отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Железный город».

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статей 9, 61.10, 61.11, 61.12, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статье 71 АПК РФ, разъяснениями изложенными в пунктах 9, 15, 16, 17, 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 53), правовыми позициями изложенными в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8) по делу № А40-208852/2015, от 17.11.2021 № 305-ЭС17-7124(6) по делу № А41-90487/2015, от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723 (2, 3), № 305-ЭС18-17611 от 15.02.2019 по делу № А41-14638/2016, суды установили отсутствие оснований для вывода о том, что невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Железный город» стала следствием действий и (или) бездействия ФИО5 и/или ФИО6, а также, пришли к выводу, что материалами дела опровергается наступление обязанностей ФИО5 или ФИО6 обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества.

Суд округа полагает, что судами правильно определены подлежащие применению нормы права, а выводы судов согласуются с установленными по делу обстоятельствами.

Материалами дела установлено, что ФИО5 являлся руководителем общества-должника с 25.03.2014 по 25.07.2017.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с

заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При рассмотрении настоящего спора суды установили, что довод конкурсного управляющего о наступлении признака неплатежеспособности у должника в 2016 году опровергается материалами дела.

Анализируя финансовое состояние должника по финансовым документом и исходя из обстоятельств, установленных налоговой проверкой, судом установлено, что ООО «Железный город» могло рассчитываться с кредиторами и в 2016 году, и в 2017 году, однако, целенаправленно не осуществляло указанных действий.

Указанное свидетельствует о том, что возникновение в 2016 году у ООО «Железный город» кредиторской задолженности обусловлено исключительно нежеланием должника осуществлять расчеты с отдельными кредиторами, а не фактом неплатежеспособности общества.

С учетом изложенного, суды правомерно пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО6 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Железный город» за неподачу ими заявления о банкротстве должника, поскольку довод конкурсного управляющего о возникновении у должника в 2016 году признаков несостоятельности не нашел документального подтверждения.

Коме того, суд округа учитывает, что ФИО6 являлся участником общества до 12.11.2017, при этом правила, устанавливающие обязанность участников общества принимать меры для обращения в суд с заявлением о банкротстве должника, введены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

При этом, общество продолжало функционировать и осуществлять расчеты с иными контрагентами.

Указанное обстоятельство подтверждается судебными актами, вынесенными в рамках заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника, совершенных после возбуждения дела о банкротстве должника.

Более того, определением Арбитражного суда Курской области от 09.08.2018 ООО «Спецкомплекс» было отказано во введении в отношении ООО «Железногорская МСО» наблюдения в связи с тем, что после принятия заявления к производству суда должником была частично погашена задолженность.

Определением Арбитражного суда Курской области от 05.02.2019 производство по заявлению ООО «ПСК-Дальний Восток» о признании ООО «Железногорская МСО» несостоятельным (банкротом) было прекращено в связи с отказом кредитора от требований по причине перечисления ему должником в ноябре 2018 года денежных средств.

В части требования о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих должника лиц, выразившихся в доведении ООО «Железный город» до банкротства, конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО5 являлся единоличным исполнительным органом в период с 18.12.2013 по 25.07.2017, в результате неправомерных действий которого должником в период с 01.01.2015 по 31.12.2017 не исполнялись обязательства по уплате обязательных платежей, что привело к возникновению убытков в виде пени и штрафов в размере 16 654 097,48 руб.

Так же, конкурсный управляющий указывал на заключение между ПАО «Курский промышленный банк» (АО «Экспобанк») и должником договоров залога № Ю01-14-006З/01 от 26.03.2014 и № Ю01-14-006З/08 от 27.09.2017 (с учетом дополнительных соглашений), в результате которого увеличились долговые обязательства должника, а также на заключение между указанными лицами генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 27.07.2017, согласно которому операции между Банком и Заемщиком осуществляются на основании отдельно заключаемых в период с 19.04.2018 по 21.11.2018 кредитных договоров. При заключении указанных кредитных договоров ФИО5 было известно о неспособности общества исполнить обязательства перед Банком.

О привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов конкурсный управляющий не заявлял.

В пункте 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно разъяснениям указанным в пункте 16 Постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших

возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Таким образом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из анализа правоприменительной практики (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.11.2021 № 305- ЭС19-14439 (3-8) по делу № А40-208852/2015, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2021 № 305-ЭС17-7124(6) по делу № А41-90487/2015) следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующие критерии:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления Пленума № 53).

Правовая позиция так же изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723 (2, 3).

Применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) - кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

В отношении критерия № 3 судам при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо поименно устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Тот факт, что лица занимали одну и ту же

должность либо обладали одинаковым статусом контролирующего лица, еще не означает потенциальной тождественности выводов в отношении их вины. Изучению подлежат возражения каждого ответчика, из чего следует, что общие абстрактные выводы об их недобросовестности (неразумности), основанные исключительно на их принадлежности к числу контролирующих лиц (либо к одной группе контролирующих лиц), недопустимы. Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. В контексте названного критерия это означает, что суд, установив наличие отношения ответчика к руководству общества, должен проверить, являлся ли конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно (статья 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Также, подлежит установлению судом степень информированности номинальных руководителей о действиях фактических бенефициаров, связь с ними, возможность влияния на решения общества, личные встречи, контакты.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, оценив степень влияния действий (бездействия) ФИО5 как контролирующего должника лица на положение должника, проверив наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) указанного лица и фактически наступившим объективным банкротством ООО «Железный город», суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказан факт наступления объективного банкротства должника по вине указанного лица. Более того, конкурным управляющим не обоснован момент возникновения объективного банкротства должника в 2016 году.

Так, в пункте 4 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (то есть недостаточность имущества).

Оценив показатели финансово-хозяйственной деятельности должника в 2016 году, суды указали, что факт наступления объективного банкротства должника в заявленный конкурсным управляющим период времени исключен.

Момент (период) объективного банкротства должника не может считаться возникшим ранее начала 2019 года.

При этом основными причинами возникновения несостоятельности должника в указанный период времени явились действия ФИО12 и ФИО7, направленные на вывод в период с декабря 2018 года по май 2019 года основных активов ООО «Железный город» в подконтрольное общество - ООО «Специализированный застройщик Железногорское МСО».

По вопросу действий ФИО5 по неисполнению обязательств по уплате обязательных платежей в период с 01.01.2015 по 31.12.2017, то судами установлено следующее.

В решении № 09-32/07 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Железный город» от 25.09.2019, указано, что по результатам проверки налоговым органом установлено, что должником создана схема незаконного предъявления к вычету сумм налогов посредством искусственного включения в цепочку хозяйственных операций «технических»

организаций, ведущих формальный документооборот и фактически не осуществляющих хозяйственную деятельность, - ООО «Эредас» (в 3 квартале 2016 года), ООО «АРМ Групп» (в 4 квартале 2016 года), ООО «Плутон», ООО «Строй-регион», ООО «Кирпичка», ООО «КонсТрейд», ООО «Эредас» (в 1 квартале 2017 года), ООО «Стройторг», ООО «Плутон», ООО «КонсТрейд» (во 2 квартале 2017 года), ООО «Строй-инвест», ООО «Стройлюкс» (в 3 квартале 2017 года), ООО «Строй-инвест», ООО «Стройторг», ООО «Шанс», ООО «Стройлюкс» (в 4 квартале 2017 года) и доначислен налог в сумме более 50 млн. руб. Согласованные действия указанных организаций с должником направлены на искусственное создание условий для минимизации налоговых обязательств.

Конкурсный управляющий указал, что в результате неправомерных действий ФИО5 должником в период с 01.01.2015 по 31.12.2017 не исполнялись обязательства по уплате обязательных платежей, что привело к возникновению убытков в виде пени и штрафов в размере 16 654 097,48 руб.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что на основании приказа № 46/1 генерального директора ООО «Железногорская МСО» ФИО5 от 20.06.2014 на ФИО7 были возложены обязанности по подписанию с 01.07.2014 документации должника, в том числе, договоров долевого участия, дополнительных соглашений, договоров уступки права требования к договорам долевого участия, справок о доходах физических лиц, финансовых документов для банков, документов для ФНС, приказов на прием и увольнение работников, первичных документов общества (накладных, счетов-фактур, актов выполненных работ).

С данным приказом ФИО7 был ознакомлен под роспись, о чем свидетельствует его подпись, проставленная на указанном документе.

В соответствии с протоколом внеочередного собрания учредителей ООО «Железногорская МСО» от 30.01.2015 участниками общества ФИО7 и ФИО6, владеющими по состоянию на указанную дату по 50% долей в уставном капитале общества каждый, было принято решение о назначении ответственным за финансово-хозяйственную деятельность ООО «Железногорская МСО» ФИО7

Согласно должностной инструкции коммерческого директора ООО «Железногорская МСО» ФИО7, утверждённой 17.01.2017 генеральным директором общества ФИО5, в обязанности ФИО7, так же входило руководство финансово-хозяйственной деятельностью предприятия и контроль за материально-техническим обеспечением предприятия, финансовыми и экономическими показателями его деятельности, за правильным использованием банковского кредита, за выполнением договорных обязательств по поставкам продукции.

Суды установили, что из акта проверки налогового органа следует, что в процессе допроса ФИО5 в качестве свидетеля (протокол допроса № 0934/27 от 06.02.2019) последний пояснил, что в период с 01.01.2015 по 24.07.2017 он работал в ООО «Железногорское МСО» в должности генерального директора, с 25.07.2017 по 31.12.2017 - в должности заместителя генерального директора по экономической безопасности. На данные должности он был назначен собранием участников общества. В его должностные обязанности входило руководство административно-хозяйственной деятельностью общества, осуществление контроля за исполнением трудового распорядка, контроля за качеством выполняемых на строительных объектах работ. Кроме того, им

подписывались документы, предъявляемые ему на подпись (счета-фактуры, товарные накладные, договоры, справки по форме КС-2 и КС-3). Платежные поручения им не подписывались, денежными средствами на расчетных счетах он не распоряжался, поскольку всеми финансовыми вопросами занимался коммерческий директор общества ФИО7 и финансовый директор ФИО13 Именно ФИО7 производился поиск контрагентов для ведения обществом предпринимательской деятельности. Одобрение кандидатуры контрагента производилось на основании единоличного решения ФИО7

Показания иных допрошенных в ходе проведения мероприятий налогового контроля свидетелей, в частности, свидетеля ФИО14, являвшегося представителем ООО «Стройлюкс», ООО «Плутон», ООО «Строй- регион», ООО «Кирпичка», ООО «Констрйед», ООО «Стройторг», ООО «Шанс», не противоречат показаниям ФИО5

Как пояснил свидетель ФИО14, все вопросы относительно заключения договоров между ООО «Железный город» и вышеуказанными организациями, обсуждались им лично с ФИО7, переговоры велись в кабинете ФИО7

Таким образом, именно ФИО7 совершены действия по созданию незаконной схемы для минимизации налоговых обязательств ООО «Железный город» путем предъявления к вычету сумм налогов посредством включения в цепочку хозяйственных операций «технических» организаций - ООО «Стройлюкс», ООО «Плутон», ООО «Строй-регион», ООО «Кирпичка», ООО «Констрйед», ООО «Стройторг», ООО «Шанс».

Как правомерно установлено судом первой инстанции, осведомленность ФИО5 о противоправном поведении ФИО7, его умысле в уклонении от уплаты должником налогов, материалами дела не доказана, вследствие чего отсутствуют основания утверждать, что неуплаченные в заявленный период налоги явились следствием действий ФИО5

Так же, конкурсный управляющий указывал на заключение между ПАО «Курский промышленный банк» (АО «Экспобанк») и должником договоров залога № Ю01-14-006З/01 от 26.03.2014 и № Ю01-14-006З/08 от 27.09.2017 (с учетом дополнительных соглашений), в результате которого увеличились долговые обязательства должника, а также на заключение между указанными лицами генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 27.07.2017, согласно которому операции между Банком и Заемщиком осуществляются на основании отдельно заключаемых в период с 19.04.2018 по 21.11.2018 кредитных договоров. При заключении указанных кредитных договоров ФИО5 было известно о неспособности общества исполнить обязательства перед Банком.

Конкурсный управляющий утверждал, что при заключении кредитных договоров ФИО5 было известно о неспособности общества исполнить обязательства перед Банком.

Между тем, конкурсным управляющим должника не доказано наличие у должника признаков неплатежеспособности ни на дату заключения генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017, ни в период заключения кредитных договоров с 19.04.2018 по 21.11.2018.

Действительность генерального соглашения № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017 и кредитных договоров, подтверждена вступившими в законную

силу судебными актами о включении требований АО «Экспобанк» в реестр требований кредиторов должника и судебными актами о взыскании с Должника в пользу АО «Экспобанк» задолженности по кредитным договорам.

Так, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Курской области от 17.03.2020 по делу № А35-1076/2018 требования ПАО «Курский промышленный банк», основанные на генеральном соглашении № Ю01-17-037ГС от 17.07.2017 и заключенных в соответствии с ним кредитных договорах, в размере 52 065 632,90 руб., в том числе 41 953 217 руб. основного долга, 4 180 038,85 руб. процентов за пользование кредитом, 5 932 377,05 руб. неустойки включены в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди, из них 17 485 781,97 руб. как обеспеченные залогом имущества должника, неустойка в размере 5 932 377,05 руб. учтена в реестре требований кредиторов должника отдельно. Суд указал, что «начиная с мая 2019 года Заемщик (ООО «Железный город») в нарушение условий кредитных договоров начал допускать нарушение сроков оплаты по кредитным договорам».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курской области от 23.03.2022 по делу № А35-11415/2021 с должника в пользу АО «Экспобанк» взыскана задолженность в сумме 19 147 857,25 руб., в том числе по кредитным договорам, заключенным в рамках генерального соглашения <***>- 17-037ГС от 17.07.2017, в размере 14 723 263,89 руб., по кредитному договору <***> от 23.08.2018 в размере 4 424 593,36 руб., а также 118 739 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Суд установил, что «с 13.05.2019 Заемщик (ООО «Железный город») в нарушение условий Соглашения начал допускать нарушение сроков оплаты основной суммы (кредита) и процентов за пользование кредитом».

Таким образом, в период заключения кредитных договоров с 19.04.2018 по 21.11.2018 у должника отсутствовали просроченные обязательства перед ПАО «Курский промышленный банк» (АО «Экспобанк») по исполнению обязательств по ранее заключенным кредитным договорам.

При этом, само по себе получение должником кредитных денежных средств не может причинить ему вред, при этом факт наличия либо отсутствия у должника в момент выдачи банком кредита признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества с учетом характера возникших правоотношений могли бы иметь значение при рассмотрении заявления об оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве банка, поскольку невозврат кредита негативно отразится на кредиторах и вкладчиках банка, но не на кредиторах должника - заемщика.

Заключение кредитного договора предполагает его исполнение со стороны банка путем выдачи кредита заемщику, то есть подразумевает наделение заемщика денежными средствами на возвратной и платной основе, а не изъятие имущества заемщика, уменьшение его стоимости или размера либо увеличение размера имущественных требований к должнику.

При этом само по себе наделение денежными средствами на условиях их возвратности и платности при недоказанности несоответствия соответствующих условий сделки рыночным (в частности при недоказанности чрезмерности платы за пользование кредитом) не может быть расценено как направленное на причинение вреда заемщику и его кредиторам.

Суды установили, что должник и ООО «УниСтрой» входили в одну группу компаний, что объясняет мотивы заключения должником договоров

залога № Ю01-14-0063/01 от 26.03.2014 и № Ю01-14-006З/08 от 27.09.2017 в обеспечение исполнения обязательств ООО «УниСтрой» перед ПАО «Курский промышленный банк» по кредитному договору <***> -14-006К от 26.03.2014.

Учитывая изложенное, именно наличием общих корпоративных связей объясняется заключение должником договоров залога в обеспечение исполнения обязательств ООО «УниСтрой» перед ПАО «Курский промышленный банк» (АО «Экспобанк») по кредитному договору.

Наличие корпоративных либо иных связей между поручителем и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (Определение СКЭС Верховного Суда РФ № 305-ЭС18-17611 от 15.02.2019 по делу № А41-14638/2016).

Таким образом, суды правомерно отклонили доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курской области от 29.08.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 по делу № А35-1076/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий М.А. Григорьева

Судьи А.В. Андреев

ФИО1