Решение от 18 июля 2023 г. по делу № А66-3484/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

(с перерывом в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

Дело № А66-3484/2023
г.Тверь
18 июля 2023 года


(резолютивная часть решения от 12 июля 2023 года)

Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Борцовой Н.А., при ведении протокола, аудиозаписи судебного заседания помощником судьи Ужко А.В., при участии от истца - ФИО1, ФИО2 (после перерыва), ответчика - ФИО3, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью. "Производственная компания "Техинком-Центр", г. Тверь, (ОГРН <***>, ИНН <***>), к ответчику ФИО4, д. Дубровка,

о взыскании 19 425 584-11 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "Производственная компания "Техинком-Центр", г. Тверь, (далее - истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО4, д. Дубровка, (далее - ответчик, ФИО4) о взыскании 19 425 584-11 рублей убытков.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражных судов в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

К судебному заседанию от ответчика поступили дополнительные пояснения.

Истец требования поддержал в полном объеме.

Ответчик требования оспорил.

Суд завершил исследование доказательств по делу.

Для подготовки к судебным прениям в судебном заседании объявлен перерыв до 12 июля 2023 года 12 час. 30 мин. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда в сети "Интернет".

После перерыва рассмотрение дела продолжено в том же составе суда, при участии представителей сторон.

Стороны приняли участие в прениях.

Из материалов дела следует, что 21 апреля 2016 года было создано общество с ограниченной ответственностью "Производственная компания «Техинком-Центр", доли в уставном капитале которого были распределены следующим образом:

ФИО4 - доля в уставном капитале 15%;

ФИО5 - доля в уставном капитале 15%;

ФИО6 доля в уставном капитале 35%;

ФИО7 - доля в уставном капитале 35%.

Общество для ведения хозяйственной деятельности получило в возмездное пользование объекты недвижимости, расположенные по адресу: <...>:

- земельный участок, кадастровый № 69:40:020030:237, площадью 15 921 кв.м,

- здание, кадастровый № 69:40:0200030:167, площадью 1 398 кв.м,

- здание установки очистки вентвыбросов, кадастровый № 69:40:0200030:33:14 (69:40:0200030:49) площадью 3 320,1 кв.м, за исключением помещений №№4 площадью 33,1 кв.м, 5 площадью 34,6 кв.м, 6 площадью 3,8 кв.м, 7 площадью 7,6 кв.м, совокупной площадью 79,1 кв.м.,

- сооружение - газопровод, кадастровый № 69:40:0200030:192 длиной 140 м,

- нежилое здание - служебная постройка (Навес), кадастровый № 69:40:0200030:48 площадью 477,8 кв.м,

- нежилое здание - служебная постройка (Навес), кадастровый № 69:40:0200030:47 площадью 518,9 кв.м.

Указанные объекты в период 2017-2020 г.г. принадлежали на праве общей долевой собственности следующим лицам:

ФИО7 - доля в праве общей долевой собственности 35%;

ФИО4 - доля в праве общей долевой собственности 15%;

ФИО5 - доля в праве общей долевой собственности 15%;

ФИО6 - доля в праве общей долевой собственности 35%.

Для оформления пользования указанным имуществом между Обществом и участниками Общества неоднократно и последовательно заключались договоры аренды недвижимого имущества, а именно:

- договор аренды № 03/06-04/19 от 03.06.2018 г. сроком до 03.04.2019 г. с совокупным размером арендной платы за весь период действия договора в сумме 65 420 000 рублей;

- договор аренды № 04/04-02/20 от 04.04.2019 г. сроком до 03.02.2020 г. с совокупным размером арендной платы за весь период действия договора в сумме 65 420 000 рублей;

- договор аренды № 04/02-12/20 от 04.02.2020 г. сроком до 31.12.2020 г. с совокупным размером арендной платы за весь период действия договора в сумме 40 000 000 рублей (с учетом Дополнительного соглашения к договору от 09.07.2020 г.).

18 октября 2021 года общим собранием участников общества было принято решение о прекращении полномочий генерального директора ФИО4, новым генеральным директором с 11 ноября 2021 года был назначен ФИО8.

Для целей определения рыночной стоимости права аренды вышеуказанного недвижимого имущества Обществом был привлечен независимый оценщик общества с ограниченной ответственностью "Центр оценки".

Согласно отчету № 479/07-22 об оценке рыночной стоимости права аренды, составленному по состоянию на 21.07.2022 г. оценщиком ФИО9, рыночная стоимость права аренды указанных выше объектов недвижимости составила (без учета НДС):


Стоимость права аренды недвижимости

на 2018 год

на 2019 год

на 2020 год

По отчету об оценке

789 262 рублей в месяц

887 920 рублей в месяц

917 946 рублей в месяц

По договору аренды

6 542 000 рублей в месяц

6 542 000 рублей в месяц

3 636 363 рублей в месяц

21.11.2022 года постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда с Общества в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 взысканы: задолженность по арендным платежам в размере 17 802 150 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 24.06.2019 г. по 31.03.2022 г. в сумме 2 389 206-01 рублей, а так же проценты на сумму задолженности начиная с 02.10.2022 г. по день фактического исполнения обязательства по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, 12 000 рублей в возмещение уплаты госпошлины.

14.02.2023 года постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда было оставлено без изменения Арбитражным судом Северо-Западного округа.

Как указывает истец, арендная плата по договору аренды № 04/04-02/20 от 04.04.2019 г., определенная в соответствии с рыночной стоимостью, согласно отчету № 479/07-22 об оценке рыночной стоимости права аренды, за 11 месяцев срока действия договора должна была составить 8 909 226 рублей (9 месяцев в течение 2019 года стоимостью 887 920 рублей в месяц, 1 месяц действия в течение 2020 года стоимостью 887 920 рублей в месяц). При этом индивидуальному предпринимателю ФИО5, пропорционально его доле в праве общей долевой собственности в размере 15 %, причиталось к оплате 1 361 477-10 рублей. Выплачено индивидуальному предпринимателю ФИО5 2 000 000 рублей. Таким образом, убыток составил 8 451 522-90 рублей - сумма взысканной индивидуальным предпринимателем ФИО5 задолженности в размере 7 813 000 рублей и переплата относительно рыночной цены в размере 638 522-90 рублей.

Арендная плата по договору аренды № 03/06-04/19 от 03.06.2018 г.. определенная в соответствии с рыночной стоимостью, согласно отчету № 479/07-22 об оценке рыночной стоимости права аренды, за 11 месяцев срока действия договора должна была составить 9 076 514 рублей (7 месяцев в течение 2018 года стоимостью 789 262 рублей в месяц, 4 месяца действия в течение 2019 года стоимостью 917 946 рублей в месяц). При этом индивидуальному предпринимателю ФИО5, пропорционально его доле в праве общей долевой собственности в размере 15 %, причиталось к оплате 1 336 383-90 рублей. Выплачено индивидуальному предпринимателю ФИО5 1 034 700 рублей. Таким образом, убыток составил 4 087 466-10 рублей - сумма взысканной индивидуальным предпринимателем ФИО5 задолженности в размере 4 389 466 рублей за вычетом разницы между рыночной ценой и фактически выплаченной суммой в размере 301 683-90 рублей.

Арендная плата по договору аренды № 04/02-12/20 от 04.02.2020 г.. определенная в соответствии с рыночной стоимостью, согласно отчету № 479/07-22 об оценке рыночной стоимости права аренды, за 10 месяцев срока действия договора должна была составить 10 097 406 рублей. При этом индивидуальному предпринимателю ФИО5, пропорционально его доли в праве общей долевой собственности в размере 15 %, причиталось к оплате 1 514 610-90 рублей. Таким образом, убыток составил 4 485 389-10 рублей.

По расчету истца, прямые убытки Общества от недобросовестных действий бывшего генерального директора Общества ФИО4, выразившихся в заключении заведомо невыгодных и невыполнимых для общества договоров, цена которых многократно завышена относительно рыночной, составили 17 024 378-10 рублей переплаты по договорам аренды, взысканной индивидуальным предпринимателем ФИО5 в виде задолженности, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 24.06.2019 г. по 31.03.2022 г. в сумме 2 389 206-01 рублей и расходы по оплате госпошлины в размере 12 000 руб. Всего убытки составили 19 425 584-11 рублей.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав может осуществляться, в том числе путем возмещения убытков (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 г. № 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" разъяснено, что дела о взыскании убытков с руководителя организации (в том числе бывшего) рассматриваются судами общей юрисдикции и арбитражными судами в соответствии с правилами о разграничении компетенции, установленными процессуальным законодательством.

В силу п. 4 ст. 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают, в том числе, дела по спорам, связанным с ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица, являющегося коммерческой организацией, а также некоммерческим партнерством, ассоциацией (союзом) коммерческих организаций, иной некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей, некоммерческой организацией, имеющей статус саморегулируемой организации в соответствии с федеральным законом.

Пунктом 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с п. 4 ст. 32 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Согласно п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Аналогичные положения закреплены в п. 1 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Из анализа указанных норм права следует, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции.

В соответствии с п. 3 ст. 40 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества: без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В силу п. 4 ст. 40 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Согласно п. 2 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд Общество или его участник (п. 5 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Пленум Верховного Суда РФ в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 г. № 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" разъяснил, что руководитель организации (в том числе бывший) на основании ч. 2 ст. 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.02.2011 г. № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

В силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении дела № А66-13188/2022 по требованию о признании недействительными договоров аренды земельных участков, зданий и сооружений № 03/06-04/19 от 03.06.2018, № 04/04-02/20 от 04.04.2019, № 04/02-12/20 от 04.02.2020 (с учетом дополнительного соглашения), заключенных ответчиками (арендодателями) с истцом (арендатором) суд указал, что, учитывая сложную корпоративную структуру хозяйственного общества и наличие в нем различных органов, нарушение соответствующей внутрикорпоративной процедуры согласования сделки и (или) злоупотребление уполномочиями представителем юридического лица подразумевает ситуацию, при которой воля юридического лица на совершение сделки формируется с соответствующими пороками, как раз и являющими основанием для лишения ее юридической силы.

Между тем, в ситуации, когда такие пороки не усматриваются, сделка является действительной (определение Верховного Суда РФ от 09.08.2021 г. № 301-ЭС21-12965 по делу № А43-42047/2019).

Сговор по смыслу п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации между всеми участниками Общества, с одной стороны, и самим Обществом - с другой, невозможен, поскольку определение основных направлений деятельности общества является прерогативой его участников. Сговор также предполагает обсуждение условий сделки и ее совершение в условиях искажения или сокрытия информации, в том числе умолчания о существенных фактах.

В рассмотренной судом в рамках указанного дела ситуации, мажоритарные участники Общества (индивидуальный предприниматель ФИО6 и индивидуальный предприниматель ФИО7) с даты совершения первой из оспариваемых сделок и до момента предъявления иска в суд, выступали в договорах на стороне арендодателя, непрерывно сохраняли корпоративный контроль над Обществом, имели решающую возможность определять принимаемые в Обществе решения в силу преобладающего участия в его уставном капитале (70% в совокупности), в том числе прекращать полномочия и избирать единоличный исполнительный орган.

Таким образом, заключение оспариваемых сделок как результат согласования воли, с одной стороны – Общества, а, с другой – всех его участников, исключает возможность сговора или согласованных действий во вред Обществу.

Суд также обратил внимание, что, поскольку установление цены договоров аренды не предписывалось обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действовавшими в момент их заключения, выводы о завышении стоимости спорных сделок не основаны на положениях статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соблюдение конкурентных процедур для установления действительной рыночной стоимости земельного участка в рассматриваемом случае законом также не предусмотрено.

Договоры аренды заключены внутри одной группы лиц, состоящей из Общества и индивидуальных предпринимателей – участников Общества.

В спорных обязательствах на стороне арендодателя выступали все участники Общества, являвшиеся собственниками арендуемого имущества в соответствующих долях, размер которых совпадал с размером их долей в уставном капитале Общества.

Таким образом, договоры аренды не могли противоречить интересам Общества, которое в данном случае выражало консолидированный интерес его участников, что исключало возможный конфликт интересов между органами управления и участниками Общества как таковой.

Бремя доказывания факта причинения убытков Обществу действиями (бездействием) генерального директора или его участника, а также их размера и причинно-следственной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для Общества возложено на заявителя.

Вместе с тем на бывшем руководителе и участнике Общества как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие его действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора о том, является ли причиной понесенных должником убытков нарушение руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые подтверждают либо опровергают виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 Постановления № 62.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела такие доказательства не представлены.

Применительно к представленным доказательствам, с учетом вышеизложенных обстоятельств, у суда отсутствуют основания полагать, что директор Общества действовал при наличии заинтересованности в совершении сделки (пп.1 п. 2 Постановления № 62), знал или должен был знать, что его действия не отвечали интересам юридического лица (пп. 5 п. 1 Постановления № 62).

Заключение договоров аренды в силу природы права долевой собственности было возможно только при наличии волеизъявления всех участников Общества – собственников имущества (п. 1 ст. 246 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, заключение договоров аренды как результат согласования воли, с одной стороны – Общества, а, с другой – всех его участников, по определению исключает возможность конфликта интересов у участника, владеющего долей в размере 15%, хотя бы и являвшегося единоличным исполнительным органом.

Договоры аренды не могли противоречить интересам Общества, которое в данном случае, как указывалось выше, выражало консолидированный интерес его участников, что исключало возможный конфликт интересов между органами управления и участниками Общества как таковой.

Наличие условий, предусмотренных п. 3 Постановления № 62, судом также не усмотрено.

В отношении процентов за пользование чужими денежными средствами, суд учитывает, что часть периода начисления процентов возникла после вступления в должность нового директора Общества.

Требование о выплате арендных платежей и процентов за пользование чужими денежными средствами (претензия) ФИО5 были предъявлены Обществу в то время, когда полномочия ФИО4 как генерального директора были прекращены.

Вместе с тем, действующий исполнительный орган добровольно не удовлетворил претензионные требования ФИО5, допустил судебное разбирательство, что увеличило, понесенный Обществом расходы в виде возмещения расходов по уплате государственной пошлины

Кроме того, в целом, по своей правовой природе проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются способом компенсации кредитору потерь при просрочке исполнения денежного обязательства должником, а также в иных случаях невозможности пользования деньгами, в размере, необходимом для оплаты по замещающей (абстрактной) сделке.

Включение истцом в сумму иска процентов за пользование чужими денежными средствами с точки зрения правового обоснования предъявленных требований обусловлено не самим фактом просрочки исполнения обязательства по уплате арендных платежей, а отрицанием наличия обязательства как такового.

Самостоятельных оснований для взыскания с руководителя процентов Общество не привело.

Поскольку основания для взыскания с ответчика в качестве убытков задолженности Общества по арендной плате отсутствуют, проценты за пользование чужими денежными средствами в качестве убытков также взысканию не подлежат.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 пункта 10 постановления № 62, в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В данном случае, с иском обратилось юридическое лицо, при этом факт возникновения убытков Общество связывает с принятием постановления Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 ноября 2022 года по делу № А66-9831/2022.

Суд при этом учитывает, что оценка установленной в договорах аренды арендной платы применительно к доводам о наличии в действиях участников Общества и самого Общества признаков злоупотребления правом, была дана при рассмотрении дела № А66-13188/2022.

В рамках настоящего спора истец производит расчет убытков, исходя из суммы, взысканной судом апелляционной инстанции, а также сумм, определенных в отчете об оценке.

Таким образом, суд считает, что срок исковой давности Обществом не пропущен.

При рассмотрении настоящего дела судом также не установлено оснований применения принципа "эстоппель".

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд город Вологда в течение месяца со дня его принятия.


Судья Н.А. Борцова