Постановление от 11 января 2024 г. по делу № А03-9917/2022

493/2024-497(2)

ЁАРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А03-9917/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 11 января 2024 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Казарина И.М. судей Глотова Н.Б. ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 (судьи Кудряшева Е.В., Дубовик В.С., Михайлова А.П.) по делу № А03-9917/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Алтайского края от 12.12.2022 по делу № А03-9917/2022 ФИО2 (далее – должник, ФИО2) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.08.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023, завершена процедура реализации имущества гражданина без применения правил, предусмотренных абзацем первым пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), об освобождении ФИО2 от обязательств.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, должник обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда от 04.10.2023 и принять новый судебный акт, которым завершить реализацию имущества гражданина и освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

В обоснование жалобы должник указывает, что он стремился к исполнению своих

обязательств перед кредиторами, принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов, кредитные организации имели возможность объективно исследовать финансовое состояние должника и оценить кредитные риски.

В отзыве на кассационную жалобу ПАО «Банк «Санкт-Петербург» не согласилось с доводами кассационной жалобы, сославшись на недобросовестное поведение должника при получении и использовании кредитных средств.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, исходя из доводов кассационной жалобы, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.08.2022 заявление ФИО2 признано обоснованным и введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Решением суда от 12.12.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

В ходе процедуры банкротства сформирован реестр требований кредиторов должника, в соответствии с которым кредиторы первой, второй очередей отсутствуют, в третью очередь включены требования: ПАО «Ак Барс» Банк в размере 1 002 648,48 рублей, Банк ГПБ (АО) в размере 1 272 194,09 рублей, АО «Россельхозбанк» в размере 1 161 614,60 рублей, АО «СМП Банк» в размере 986 661,70 рубля, ПАО «Банк «Санкт- Петербург» в размере 1 179 465,63 рублей, АО «Райффайзенбанк» в размере 1 026 077,44 рублей. Поступившие в конкурсную массу денежные средства направлены финансовым управляющим на частичное погашение требований кредиторов (4,71%).

Завершая реализацию имущества гражданина, суд первой инстанции исходил из выполнения финансовым управляющим всех необходимых мероприятий в процедуре банкротства. При этом, не применяя правило об освобождении должника от исполнения обязательств, суд указал на получение должником в течение нескольких дней в разных банках кредитных денежных средств на сумму более 6 200 000 рублей, на кратное превышение размера принятых обязательств над суммой ежемесячного дохода,

на отсутствие доказательств необходимости получения должником кредитов и их расходования, на намеренное принятие должником на себя заведомо неисполнимых кредитных обязательств, которые не собирался исполнять.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. Суд округа не усматривает оснований для отмены состоявшихся судебных актов.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. Целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Однако процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода

от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

С учетом изложенного отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что ФИО2 в течение трех дней (28.07.2021, 29.07.2021 и 30.07.2021) заключил с шестью банками (АО «Райффайзенбанк», АО «Россельхозбанк», ГПБ (АО), ПАО «Банк «Санкт- Петербург», АО «СМП Банк», ПАО «Ак Барс» Банк) кредитные договоры на общую сумму более 6 200 000 рублей.

Оформляя указанные обязательства, должник скрыл информацию от банков об одномоментном получении заемных средств на значительную сумму в нескольких кредитных учреждениях.

Подобное поведение должника свидетельствует о намеренном создании ситуации, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО2 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования (порядок выгрузки информации в бюро кредитных историй в течение нескольких рабочих дней не позволил кредитным организациям получить информацию об указанных действиях должника).

Указанное поведение само по себе неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Кроме того, размер ежемесячных платежей по кредитным обязательствам превышал ежемесячный доход ФИО2, что с очевидностью для последнего свидетельствовало о принятии непосильных обязательств, обслуживание которых в принципе невозможно.

По смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя

непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, другие кредитные обязательства и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации. Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512.

Поскольку принятие гражданином на себя столь значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера, как уже отмечалось, возлагают на последнего встречную обязанность по раскрытию своего имущественного положения, цели получения кредита (займа), его расходования и иных сведений, необходимых для финансового анализа, проверки и выявления подлежащего включению в конкурсную массу имущества.

Проверяя доводы кредиторов о наличии такого основания для неосвобождения от исполнения обязательств как недобросовестность поведения должника, выразившаяся в умышленном принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств для списания их в последующем посредством процедуры потребительского банкротства, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно возложили бремя опровержения приводимых доводов (подтвержденных соответствующими доказательствами) на должника.

Однако, должник приводимые кредиторами доводы в нарушение статей 9, 65 АПК РФ не опроверг, обоснование добросовестности своего поведения (либо простой неразумности, либо объективной невозможности исполнения обязательств, в том числе вследствие нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств) не представил.

Должником обоснованно отмечено, что принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения долгов.

Вместе с тем, в настоящем случае имело место осознанное принятие должником на себя невозможных к исполнению обязательств (с учетом размера ежемесячного дохода и подлежащих уплате ежемесячных платежей по кредитам), а также отсутствие уменьшения доходов должника после получения кредитов, которое свидетельствовало бы об изменении жизненных обстоятельств, влекущих невозможность обслуживания своих кредитов.

Фактически доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют позицию должника, приведенную в судах первой и апелляционной инстанций, которой дана подробная и мотивированная оценка, и не свидетельствуют о нарушении судами норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А03-9917/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий И.М. Казарин

Судьи Н.Б. Глотов

ФИО1