Постановление от 12 января 2025 г. по делу № А74-14107/2019

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172


ПОСТАНОВЛЕНИЕ Ф02-5521/2024

Дело № А74-14107/2019
13 января 2025 года
город Иркутск


Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 13 января 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Двалидзе Н.В., судей: Бронниковой И.А., Волковой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,

при участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц- связи при содействии Арбитражного суда Республики Хакасия ФИО1 (паспорт), его представителя ФИО2 (доверенность от 19.04.2022, паспорт), представителя Прокуратуры Республики Хакасия Ващеуловой Е.П. (служебное удостоверение, доверенность от 25.11.2024), путем использования системы веб-конференции конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Черногорская котельная № 2» ФИО3 (паспорт), представителя общества с ограниченной ответственностью «Аврора – Центральная Энергоcтанция» ФИО4 (доверенность от 19.11.2024, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 07 июня 2024 года по делу № А74-14107/2019, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 05 сентября 2024 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Черногорская котельная № 2» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «Черногорская котельная № 2», должник), решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 12 октября 2020 года признанного несостоятельным (банкротом),

конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила суд:

1. привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: учредителей и бывших директоров ФИО5, ФИО6, бывших руководителей ФИО7, ФИО1 (далее – ФИО1);

2. до окончания расчетов с кредиторами установить все обстоятельства, имеющие значение для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей и бывших директоров ФИО5, ФИО6, бывших руководителей ФИО7, ФИО1 к субсидиарной ответственности;

3. после установления наличия оснований для привлечения учредителей, бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности, приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 07 июня 2024 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 05 сентября 2024 года, заявленные требования удовлетворены частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Черногорская котельная № 2». Приостановлено рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами в деле № А74-14107/2019. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

ФИО1, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 07 июня 2024 года и постановление суда апелляционной инстанции от 05 сентября 2024 года отменить в части удовлетворенных требований, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и в указанной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из кассационной жалобы следует, что в рамках настоящего обособленного спора иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника судами не исследовались, причина и момент наступления объективного банкротства должника не устанавливались. Заявителем не представлено доказательств

неправомерных действий ответчика, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов, а так же не доказана причинно-следственная связь между совершением спорных сделок и наступлением банкротства должника. Судами не принято во внимание и не положено в основу судебных актов заключение судебного эксперта по вопросу причин банкротства должника. ФИО1 не отвечает ни одному из перечисленных в статье 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признаков, а соответственно не может считаться контролирующим должника лицом, что исключает возможность привлечения его к субсидиарной ответственности. С учетом выводов суда о специфике деятельности должника как теплоснабжающей организации в данном случае отсутствуют основания для вывода о том, что должник работал как центр убытков, а вся прибыль аккумулировалась на иных лицах, ввиду чего ошибочны выводы о создании ответчиком схемы деятельности должника с центрами прибыли и убытков, о получении иным лицом выгоды от перемещения активов, от организации порядка взаимодействия между обществами, поскольку они носят предположительный характер, не подтверждены относимыми, допустимыми, достаточными доказательствами. Суд не установил факты, свидетельствующие, что на момент заключения сделки у должника имелись кредиторы, требования которых в последствии были включены в реестр требований кредиторов. Договор аренды был заключен в мае 2018 года, когда отсутствовали и признаки объективного банкротства должника, и кредиторы. Судом не установлены ключевые элементы состава правонарушения, предусмотренные специальными основаниями пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, что нарушает принципы равноправия и состязательности сторон в процессе. Судами нарушены нормы материального права при привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве. Отсутствуют обязательства перед кредиторами, возникшие после 11.10.2019, резолютивная часть судебного акта апелляционного суда противоречит выводам суда, сделанным его мотивировочной части. Ссылка суда на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2022 № 305-ЭС21-14470 (1,2) по делу № А40-101073/2019 является неправомерной. Судом оставлено без внимания, что у ООО «Аврора Центральная Энергостанция» формировались как доходы от осуществления основного вида деятельности (сдачи имущества в аренду) в виде получения арендной платы, так и расходы, связанные с содержанием имущества. При этом указанная арендная плата выплачивалась не в полном объеме и не в установленные договором сроки.

ООО «АврораЦентральная ЭнергоСтанция» в отзыве на кассационную жалобу считает доводы, изложенные в ней обоснованными, заслуживающими внимания, просит направить дело на новое рассмотрение.

Конкурсный управляющий ООО «Черногорская котельная № 2», Прокуратура города Черногорска в отзывах на кассационную жалобу ссылаются на необоснованность доводов кассационной жалобы, просят оставить судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 26.11.2024 рассмотрение дела отложено на 19 декабря 2024 года в 11 часов 10 минут.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах заявленных доводов.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Республики Хакасия и Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу об обоснованности доводов кассационной жалобы и наличии оснований для ее удовлетворения и направления дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Хакасия.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 21.11.2012 ООО «Империя» зарегистрировано в качестве юридического лица, о чем Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Хакасия в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за основным государственным регистрационным номером <***>. Учредителем и директором ООО «Империя» являлся ФИО5 На основании решения единственного учредителя (участника) ООО «Империя» от

10.05.2018 № 1/18 ФИО5 изменено наименование ООО «Империя» на ООО «Черногорская котельная № 2», изменен основной вид деятельности и принята новая редакция Устава общества.

Основным видом деятельности должника с 21.05.2018 (дата внесения изменений в ЕГРЮЛ) стало производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными (код ОКВЭД 35.30.14). Дата фактического начала деятельности по указанному виду 01.07.2018.

Согласно решению от 22.06.2018 № 3/18 единственный учредитель ФИО5 принимает ФИО6 в состав учредителей ООО «Черногорская котельная № 2» с вкладом в уставный капитал 20 000 рублей, ФИО6 становится учредителем с 67% долей в уставном капитале общества. После внесения вклада ФИО6 доля участника общества ФИО5 составляет 33%.

03.07.2018 принято решение о досрочном освобождении от должности директора ООО «Черногорская котельная № 2» ФИО5 С 04.07.2018 до 01.11.2018 директором должника являлся ФИО7 Согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным учредителем должника с 23.07.2018 становится ФИО6 (размер доли 100%). Директором и единоличным исполнительным органом с 02.11.2018 и до 10.09.2019 также являлся ФИО6

В период с 11.09.2019 года и до открытия конкурсного производства полномочия директора были возложены на заместителя директора - ФИО1, при этом налоговый орган о смене руководителя должника надлежащим образом не был уведомлен.

Для ведения основного вида деятельности между ООО «Черногорская котельная № 2» и ООО «Аврора ЦЭС» заключены три договора аренды. ФИО1 являлся руководителем и участником арендодателя.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь в том числе ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования в части ответчика ФИО1 по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, исходил из создания ответчиком бизнес – модели работы, где должнику отводилась роль «центра убытков», а также получения значительной выгоды от сдачи имущества в аренду и организации сопутствующей деятельности на ООО «Черногорская котельная № 2».

Третий арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность судебных актов проверяется судом кассационной инстанции в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

На основании пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника, имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Как установлено судами, с 22.06.2018 ФИО6 являлся учредителем должника, директором с 02.11.2018 года и до 10.09.2019; затем с 11.09.2019 до открытия конкурсного производства полномочия руководителя должника были возложены на ФИО1 Кроме того, ФИО1 являлся руководителем (с 2018 года) и единственным участником (с 2015 года) ООО «АврораЦентральная ЭнергоСтанция». С

01.08.2018 ответчик исполнял обязанности начальника службы охраны, по совместительству, на период действия договора аренды недвижимого имущества с оборудованием от 23.05.2018 № 1 на основании приказа о приеме работника на работу № 75/3 л/с от 01.08.2018. Приказом от 02.11.2018 № 116/1 л/с подписанным директором ФИО6, ФИО1 переведен на должность заместителя директора. Как следует из копии приказа № 110 Л/С от 10.09.2019 ФИО1 до 11.09.2019 исполнял обязанности заместителя директора ООО «Черногорская котельная № 2», а с 11.09.2019 на него возложены обязанности директора. Согласно доверенности от 13.12.2018, ФИО1 был уполномочен совершать все фактические и юридические действия от имени ООО «Черногорская котельная № 2», что также подтверждается его должностным регламентом. В период с 11.09.2019 вплоть до открытия конкурсного производства полномочия директора были возложены на заместителя директора - ФИО1

С учетом изложенного суд округа признает верными выводы судов о наличии у ФИО1 полномочий по фактическому и юридическому контролю деятельности ООО «Черногорская котельная № 2» не позднее даты выдачи доверенности от 13.12.2018. В связи с чем, доводы ответчика об отсутствии у него статуса контролирующего должника лица, правомерно отклонены судами.

Между тем сам по себе статус контролирующего должника лица не является достаточным основанием для привлечения такого лица к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Черногорская котельная № 2».

Как следует из абзаца 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо установить наличие следующих обстоятельств:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Указанная позиция находит отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021 по делу № А40-252160/2015, включенном впоследствии в пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2021).

При этом, субсидиарная ответственность наступает тогда, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц (определение Верховного суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3)).

Таким образом, определяющим для вывода о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию, является вывод о причинах несостоятельности должника обусловленных фактическими действиями (бездействием) такого лица.

В рассматриваемом случае субъектом банкротства является ООО «Черногорская котельная № 2», основным видом деятельности которого с 23.05.2018 является производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными. Таким образом, общество является предприятием жилищно-коммунального хозяйства, реализующим социально-значимые для региона функции.

Для цели осуществления указанной деятельности должником заключены договоры аренды от 23.05.2018 (перезаключен 31.05.2019), от 23.05.2018 с ООО «Аврора ЦЭС» о передаче должнику во временное владение и пользование котельной с оборудованием.

Также в пользование передано нежилое помещение по договору аренды от 01.09.2019 площадью 54 кв.м. Ежемесячный размер арендной платы не превышал 800 тыс. руб.

Как следует из кассационной жалобы и установлено определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 17.02.2021, задолженность по договору аренды от 23.05.2018 № 1 образовалась с 30.11.2018 в сумме 2 968 056 руб. 41 коп., по договору от 31.05.2019 в сумме 1 350 000 руб. с июня 2019 года, по договору от 23.05.2018 в сумме 145 705 руб. - с июля 2018 года, по договору от 01.09.2019 в сумме 32 400 руб. с сентября 2019 года. Данная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, действительный доход арендодателя в виде фактического поступления арендных платежей от сдачи в аренду имущества датируется по октябрь 2018 года, то есть не более чем за пять месяцев.

Сумма требований кредиторов, включенная в реестр согласно отчету конкурсного управляющего, составляет 78 405 993 руб. 17 коп., что не сопоставимо с величиной фактически полученной арендной платы ответчиком по договорам аренды.

При этом как следует из кассационной жалобы и не опровергается установленными судами обстоятельствами дела, право взыскания платежей с населения и организаций, равно как и выпадающих доходов, связанных с необоснованностью и субсидированием тарифов принадлежало ООО «Черногорская котельная № 2». Доказательства перечисления денежных средств потребителями коммунальных услуг непосредственно арендатору или ответчику ФИО1, материалы дела не содержат. Между тем, только в конкурсном производстве сумма поступивших от взыскания дебиторской задолженности составляет 5 711 577 руб. 25 коп. Обстоятельства, свидетельствующие о ненадлежащей организации работы с потребителями по взысканию текущей и просроченной задолженности, судами не установлены, равно как и не установлены соответствующие и исключительные обязанности ФИО1 по организации такой работы.

При изложенных обстоятельствах, суд округа приходит к выводу о необоснованности вывода судов о существенной убыточности сделки, повлекшей возникновение несостоятельности ООО «Черногорская котельная № 2».

Выводы судов о создании схемы аккумулирования всей доходной части от предпринимательской деятельности на счетах арендодателя и обязательств на должнике, как достаточные для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, с учетом конкретных обязательств дела о величине дохода, полученного арендодателем, принимая во внимание несение расходной части на уплату обязательных платежей и иных сопутствующих расходов арендодателя, а также права арендатора на получение и

взыскание платежей за поставленные коммунальные ресурсы, не соответствуют материалам дела и являются преждевременными.

Представляется, что для вывода об организации центра убытков и центра прибыли, как основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности – необходимо установление получения такого дохода, который сопоставим с величиной обязательств должника, а его прямое получение ООО «Черногорская котельная № 2» являлось бы достаточным для предотвращения возникновения и наращивания признаков несостоятельности общества. Между тем, такие обстоятельства не установлены судами и не следуют из материалов дела. В связи с чем, в рассматриваемой части доводы заявителя кассационной жалобы признаются обоснованными.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 08.08.2023 № 305-ЭС18- 17629(5-7), от 27.11.2023 № 305-ЭС18-6680 (28-30)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление № 53).

Публичная деятельность предприятий жилищно-коммунального хозяйства носит убыточный характер (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4), от 21.10.2021 № 307-ЭС21-5954(2,3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149 (10-14)), что связано с платежной дисциплиной населения и оплатой поставленных ресурсов и оказанных услуг.

Между тем, данная сфера отношений выходит за пределы возможного влияния арендодателя как собственника имущественного комплекса.

Для цели компенсации убыточной деятельности на законодательном уровне предусмотрены компенсационные механизмы путем предоставления субсидий из бюджета соответствующего уровня, взыскания межтарифной разницы и т.д. Доказательства невозможности или недоступности использования восстановительных механизмов, заявителем не представлены.

Сам по себе способ организации деятельности в виде сдачи в аренду имущественного комплекса может влиять на права и законные интересы кредиторов исключительно ввиду невозможности удовлетворения требований за счет имущества, полученного в аренду. В связи с чем, ущерб от такой деятельности может быть оценен лишь в размере стоимости такого имущества, которое при добросовестном осуществлении предпринимательской деятельности, могло и должно было быть направлено на удовлетворение требований кредиторов должника.

Между тем, величина вреда, причиненного кредиторам невозможностью удовлетворения требований за счет объекта теплоснабжения, судами не установлена. При этом, суд округа обращает внимание на следующее. По общему правилу в силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве объекты теплоснабжения составляют конкурсную массу. Такая категория объектов относится к социально – значимым объектам коммунальной инфраструктуры. Отчуждение объектов коммунальной инфраструктуры происходит в особом порядке с возложением на покупателей обязанности надлежащим образом содержать и использовать объекты в соответствии с их целевым назначением, а также исполнять иные устанавливаемые в соответствии с законодательством Российской Федерации обязательства (пункт 4 статьи 132 Закона о банкротстве). Ограничения по использованию имущества теплоснабжающих организаций призваны обеспечить и сохранить публичные интересы, поскольку отчуждение такого имущества может повлечь негативные последствия для граждан, особенно в отопительный период. Продажа объектов теплоснабжения осуществляется на торгах в форме конкурса, где цена определяющего значения не имеет, а превалируют предложения интересантов о порядке использования таких объектов. Следовательно, установление стоимости объектов не тождественно уменьшению конкурсной массы на полную величину стоимости исходя из возможных рыночных величин. С учетом данного обстоятельства суд округа полагает разумным при исследовании вопроса величины компенсации учитывать предусмотренную Законом о банкротстве цель реализации, которая не предполагает поступления в конкурсную массу действительного рыночного эквивалента. Данный правовой подход

нашел отражение в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.11.2024 № А10-7174/2022.

Как следует из пункта 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024), в случае недоказанности оснований привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с презумпцией подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановления № 53). Размер таких убытков применительно к рассматриваемым обстоятельствам должен определяться с учетом правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 30 октября 2023 года № 50-П.

При таких обстоятельствах с учетом доводов заявителя кассационной жалобы, судам следовало определить размер причиненного вреда ответчиком (при его наличии) от организованной схемы работы.

Кроме того, суд округа признает заслуживающими внимания доводы заявителя жалобы о неисследовании судами обстоятельств, повлекших несостоятельность должника, о наличии или отсутствии в данном факте вины ФИО1, равно как неустановление возможности ведения безубыточной деятельности на средствах производства самим арендодателем.

Между тем, доводы о нарушении судами норм материального права при привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, судом округа отклоняются, поскольку, основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в порядке приведенной правовой нормы, не установлены.

С учетом изложенного, поскольку судами имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства установлены не в полном объеме, определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда на основании ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене, дело - передаче на новое рассмотрение (п. 3 ч. 1 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить всю совокупность обстоятельств, необходимых для определения

наличия или отсутствия оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, а также размера и вида его ответственности. Кроме того, рассмотреть вопрос о привлечении к участию в деле федерального органа исполнительной власти, уполномоченного Правительством Российской Федерации на проведение государственной политики в отношении соответствующего субъекта естественной монополии.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 07 июня 2024 года по делу № А74-14107/2019, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 05 сентября 2024 года по тому же делу отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1. В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Хакасия.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Двалидзе

Судьи И.А. Бронникова

И.А. Волкова