Постановление от 27 февраля 2020 г. по делу № А50-24662/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8996/18

Екатеринбург

27 февраля 2020 г. Дело № А50-24662/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2020 г. Постановление изготовлено в полном объеме 27 февраля 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шершон Н.В., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Штейнера Бориса Александровича на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.09.2019 по делу № А50-24662/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.11.2016 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Домсервис» возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Креон» (далее – общество «Креон», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.02.2017 в отношении общества «Креон» введено наблюдение, временным управляющим утвержден Артемов Олег Иванович.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.05.2016 общество «Креон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Артемов О.И.

Определением от 29.05.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Лигостаев Сергей Иванович.

Лигостаев С.И. 03.06.2019 обратился Арбитражный суд Пермского края с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника Штейнера Б.А. в пользу общества «Креон» убытков в размере 3 725 500 руб.


Определением от 28.06.2019 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Коротков Андрей Павлович.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.09.2019 (судья Калугин В.Ю.) заявление Лигостаева С.И. удовлетворено: со Штейнера Б.А. в пользу должника взысканы убытки в сумме 3 725 500 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2019 (судьи Мухаметдинова Г.Н., Плахова Т.Ю., Чепурченко О.Н.) определение суда первой инстанции от 26.09.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Штейнер Б.А. просит определение от 26.09.2019 и постановление от 09.12.2019 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, вывод судов о незаконном распоряжении денежными средствами должника сделан без учета того, что после прекращения полномочий директора должника Штейнер Б.А. передал все документы по деятельности должника, включая документы о расходовании спорных денежных средств, новому директору Короткову А.П., и они должны находиться по месту нахождения должника, иное не доказано, отсутствие документов по месту нахождения должника Коротков А.П. не фиксировал, доказательства утраты документов, включая спорные, и их изъятия Штейнером Б.А., не представлены, бухгалтерские и иные документы должника находятся вне контроля Штейнера Б.А. и по прошествии времени с момента прекращения его полномочий директора он не может их представить, при этом суды неверно распределили бремя доказывания, без учета презумпции добросовестности Штейнера Б.А. и факта нахождения документов должника по месту нахождения его руководителя, и необоснованно, признав, что документы общества удерживает Штейнер Б.А., а не Коротков А.Р., обязали Штейнера Б.А. доказывать обратное. Заявитель считает, что неисполнение определения от 19.06.2017 об обязании Короткова А.П. и Штейнера Б.А. передать конкурсному управляющему документы должника не свидетельствует о непередаче Штейнером Б.А. документов Короткову А.П. и доказательством нахождения документов у Штейнера Б.А. не является, а иных доказательств непередачи документов должника Штейнером Б.А. Короткову А.П. нет, при этом непередача Коротковым А.П. управляющему документов должника не является основанием для взыскания со Штейнера Б.А. убытков. Заявитель полагает, что суды вышли за пределы спора, необоснованно признав Короткова А.П. номинальным руководителем без его заявления о его номинальном статусе и о фактически контролировавшем должника лице, а также без соответствующих доказательств и не учли, что наличие у руководителя должника Короткова А.П. документации общества предполагается, и именно он обязан доказать наличие уважительных причин ее непредставления. Штейнер Б.А. поясняет, что спорные денежные средства он получил под отчет для ведения хозяйственной деятельности должника, а авансовые отчеты и все первичные документы о расходах представил в бухгалтерию, он дал пояснения о расходовании спорных денежных средств на деятельность должника (предварительную подготовку к


оказанию услуг управляющим компаниям, приобретение материалов для ремонтных работ, заправку автотранспорта), а оказанные услуги отражены в бухгалтерском учете, поэтому Штейнер Б.А. не обладает конкретными сведениями о данных расходах, а бухгалтерский учет являлся предметом камеральной проверки налогового органа в декабре 2016 года, и нарушения в нем не выявлены, но суд не истребовал у общества данные камеральной проверки, не исследовал и не оценил их, а доказательства, опровергающие эти обстоятельства, и, свидетельствующие, что Штейнер Б.А. действовал не в пользу должника, неразумно, недобросовестно и направил денежные средства не на деятельность должника, отсутствуют, при том, что оснований полагать, что денежные средства расходовались без оправдательных документов, а руководство должником, осуществляющим деятельность и участвующим в сделках, осуществлялось без использования денежных средств, не имеется. По мнению заявителя, поскольку спорные денежные средства он расходовал до продажи 12.01.2017 доли в уставном капитале общества «Креон», когда единственным участником общества являлся он сам, то его действия по расходованию этих денежных средств, совершавшиеся по воле единственного участника общества, не могли противостоять интересам общества, и Штейнер Б.А. не может быть признан действовавшим в ущерб должнику.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Креон» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.06.2007, при этом учредителем и директором общества в период до 23.01.2017 являлся Штейнер Б.А., после указанной даты полномочия директора осуществлял Коротков А.П.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.11.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Креон».

Определением от 06.02.2017 в отношении общества «Креон» введено наблюдение, временным управляющим утвержден Артемов О.И.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.05.2016 должник признан банкротом, в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Артемов О.И.

Определением от 29.05.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Лигостаев С.И.

Конкурсным управляющим по результатам анализа движения денежных средств по расчетному счету должника обнаружены операции по списанию денежных средств со счета должника на счет Штейнера Б.А. за период с 19.03.2014 по 22.09.2015 в общей сумме 3 725 500 руб.

Не обнаружив сведений о целевом использовании указанных денежных средств, о внесении их на расчетный счет должника или о погашении указанными денежными средствами каких-либо обязательств организации, в отсутствие первичной документации должника и иных документов о финансово-хозяйственной деятельности общества, которые подтверждали бы


правомерность получения Штейнером Б.А. спорных денежных средств, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о взыскании со Штейнера Б.А. в пользу должника причиненных нецелевым расходованием денежных средств убытков в сумме 3 725 500 руб.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, (абзац 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом, и лицо, которое, в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1, 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пунктов 1, 2 которой, лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). При этом для привлечения лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать факт наступления вреда, наличие и


размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62) разъяснено, что, в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно (неразумно) и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, этот директор может дать пояснения о своих действиях (бездействии), указать на причины убытков, представить соответствующие доказательства, а при отказе директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (подпункты 4, 5 пункта 2 постановления Пленума 62).

Руководствуясь вышеназванными норами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность перечисления со счета должника в пользу Штейнера Б.А. денежных средств в общей сумме 3 725 500 руб., установив, что в ходе конкурсного производства какие-либо документы, подтверждающие целевое расходование спорных денежных средств, полученных Штейнером Б.А. от должника, конкурсным управляющим не обнаружены, обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника по акту приема-передачи документов, в том числе установленная определением от 19.06.2017, ни


Штейнером Б.А., ни последующим руководителем Коротковым А.П. не исполнена, и обратное не доказано, а доводы Штейнера Б.А. о передаче всех документов общества Короткову А.П. носят предположительный характер, ничем не подтверждены, и никаких доказательств, свидетельствующих о передаче Штейнером Б.А. Короткову А.П. каких-либо документов, печатей, материальных и иных ценностей должника, а также о наличии документации общества по месту его нахождения на момент прекращения полномочий Штейнера Б.А., в деле не имеется, при том, что из материалов настоящего дела о банкротстве следует, что смена руководителя должника имела место уже после возбуждения дела о банкротстве общества «Креон» и вывода из общества всех ликвидных активов, а обстоятельства и экономическая целесообразность продажи и покупки доли уставного капитала в обществе-банкроте суду не раскрыты, при том, что после смены руководителя должник никакой деятельности не вел, а Коротков А.П., умерший 09.05.2019, отвечал признакам номинального руководителя должника, и никаких доказательств того, что он фактически принял на себя и каким-либо образом осуществлял полномочия руководителя и участника должника, отсутствуют, суды установили, что в материалах дела нет никаких доказательств, подтверждающих обоснованность расходования спорных денежных средств на нужды должника, и при этом материалами дела в полном объеме и надлежащим образом доказано, что Штейнер Б.А. фактически уклоняется от передачи управляющему необходимой документации должника, в то время как доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и. свидетельствующие об ином, не представлены, никаких ходатайств об истребовании доказательств никем не заявлено.

Исходя из изложенного, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих передачу Штейнером Б.А. в установленном порядке документации должника как Короткову А.П., так и конкурсному управляющему должнику, отсутствие соответствующей документации по месту нахождения должника и невозможность ее розыска конкурсным управляющим должника, а также наличие у Короткова А.П. признаков номинального руководителя, суды распределили бремя доказывания по настоящему спору, обязав Штейнера Б.А., как лицо, являвшееся последним фактическим руководителем и единственным участником должника, доказать добросовестность его поведения при перечислении со счета должника в свою пользу спорных денежных средств, при этом суды не приняли во внимание ссылку Штейнера Б.А. на отсутствие у него документов должника, поскольку в обоснование данного утверждения Штейнер Б.А. ссылается только на смену участника и руководителя общества «Креон», в то время как в связи с отсутствием в материалах дела каких-либо документов, свидетельствующих о том, что Штейнер Б.А. предпринимал меры по передаче документации должника Короткову А.П., сама по себе смена участника и руководителя общества, в отсутствие передачи документов по деятельности общества новому участнику и руководителю, имеющему признаки номинального руководителя, не может являться достаточным основанием для освобождения Штейнера Б.А.


от доказывания обоснованности получения спорных денежных средств и их расходования на нужды должника.

Учитывая изложенные обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех представленных в дело доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, учитывая, что бывший руководитель должника Штейнер Б.А. не опроверг доводы конкурсного управляющего о необоснованности списания со счета должника на счет Штейнера Б.А. спорных денежных средств в общей сумме 3 725 500 руб. и не представил надлежащих и достаточных доказательств получения денежных средств в указанном размере для ведения текущей хозяйственной деятельности должника и их последующего целевого расходования в интересах должника, фактически уклонился от передачи соответствующей документации общества «Креон», касающейся обстоятельств спорных перечислений, как новому руководителю, так и конкурсному управляющему должника, в то время как иное из обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств установить не представляется возможным, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом того, что недобросовестные и неразумные действия Штейнера Б.А. по необоснованному списанию со счета должника денежных средств в общей сумме 3 725 500 руб., в отсутствие доказательств их целевого расходования в интересах должника, привели к уменьшению размера имущества должника и возникновению у него спорных убытков, в то время как никаких доказательств, опровергающих названные обстоятельства, и, свидетельствующих об ином, не представлено.

Ссылки Штейнера Б.А. на то, что в результате расходования спорных денежных средств по воле единственного участника общества – Штейнера Б.А. интересы должника не нарушены, не приняты судами во внимание как основанные на неверном толковании норм права и несоответствующие материалам дела, в том числе, с учетом того, что конструкция юридического лица предполагает имущественную обособленность этого субъекта и его самостоятельную ответственность (пункт 1 статьи 48, статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), исходя из которых имущество юридического лица не может считаться принадлежащим его участникам и они, по общему правилу, не вправе распоряжаться им в своих интересах, не совпадающих с имущественными интересами самого юридического лица, то есть, умаляя имущественную массу юридического лица, вопреки цели извлечения прибыли, тем более, что в данном случае в результате вывода из владения должника спорных денежных средств причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, которые не смогли получить удовлетворение своих законных требований за счет спорных денежных средств.

Таким образом, исходя из совокупности вышеназванных установленных судами по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае необходимой и достаточной совокупности обстоятельств, являющихся основанием для взыскания со Штейнера Б.А. причиненных обществу «Креон» его недобросовестными и неразумными действиями как руководителя общества убытков в общей сумме 3 725 500 руб., а также из


отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды признали требования конкурсного управляющего должника подлежащими удовлетворению.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод заявителя о том, что законность расходования спорных денежных средств подтверждается материалами камеральной проверки налогового органа в декабре 2016 года, которые суд не истребовал, не исследовал и не оценил, судом округа отклоняется, как основанный на неправильном толковании процессуальных норм и не соответствующий материалам дела, в том числе, с учетом того, что названный документ в материалах дела отсутствует, никаких доказательств, подтверждающих данный довод заявителя, в материалы дела не представлено, никаких ходатайств об истребовании соответствующих документов никто из лиц, участвующих в деле, в ходе рассмотрения настоящего спора в судах первой и апелляционной инстанции не заявлял, при том, что препятствий для заявления соответствующих ходатайств не имелось, и иное не доказано, а Штейнер Б.А. ни в одно судебное заседание судов первой и апелляционной инстанций не явился и явку своего представителя не обеспечил.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, так как не подтверждены документально, не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций, являлись предметом оценки судов и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Пермского края от 26.09.2019 по делу № А50-24662/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2019 по тому же делу следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26.09.2019 по делу № А50-24662/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Штейнера Бориса Александровича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи Н.В. Шершон

О.Э. Шавейникова