Решение от 14 июня 2018 г. по делу № А51-2917/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-2917/2018
г. Владивосток
14 июня 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 07 июня 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 14 июня 2018 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Фокиной А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «НЗН» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Департаменту лицензирования и торговли Приморского края

о признании незаконным решения от 02.02.2018 № 21 «О приостановлении действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции», о взыскании 3000 руб. судебных расходов на оплату госпошлины,

при участии в заседании; от заявителя - директора ФИО2, представителя ФИО3 (по доверенности № 07 от 18.03.2018), от Департамента - представителей ФИО4 (по доверенности от 14.07.2017), ФИО5 (по доверенности от 29.08.2017), ФИО6 (по доверенности от 23.01.2018),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «НЗН» (далее – заявитель, общество, ООО «НЗН») обратилось в арбитражный суд с заявлением к Департаменту лицензирования и торговли Приморского края (далее – Департамент) о признании незаконным решения от 02.02.2018 № 21 «О приостановлении действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции», а также взыскании 3000 руб. судебных расходов на оплату госпошлины.

Заявитель требования, изложенные в заявлении поддержал, пояснил суду, что Департаментом в отношении общества были проведены контрольные мероприятия с выездом на место осуществления деятельности ООО «НЗН» по адресу <...>, № 3, № 4 (лит. К), магазин, в результате которых было установлено следующее: 1) общество осуществляет оборот алкогольной продукции без маркировки, 2) количество единиц алкогольной продукции, находящейся в торговом зале общества, не соответствует сведениям из системы ЕГАИС о наличии алкогольной продукции в торговом зале, 3) обнаружены недостоверные сведения в документах в отношении помещений, в которых осуществляется оборот алкогольной продукции, представленных лицензиатом для получения лицензии, что, по мнению Департамента, нарушает положения подпунктов 9, 12 части 2 статьи 16 Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ) и явилось основанием для приостановления действия лицензии, выданной обществу, на розничную продажу алкогольной продукции в магазине по адресу: <...>, № 3, № 4 (лит. К).

Общество с данным ненормативным правовым актом не согласно, указало, что изъятие алкогольной продукции проведено в присутствие понятых, не являющихся гражданами Российской Федерации и не владеющих русским языком, при этом услуги переводчика им предоставлены не были; пояснило, что часть изъятой продукции была ранее (26.01.2018) отбракована самими сотрудниками общества по причине отсутствия маркировки и была изъята из оборота, помещена в «зону брака» и к реализации не предлагалась; полагает, что фактически пересчитать алкогольную продукцию в объеме 7581 единица в период проведения осмотра 31.01.2018 в течение нескольких часов не представляется возможным физически, при этом согласно проведённой инвентаризации вся алкогольная продукция, имеющаяся на остатках в ЕГАИС, фактически имеется в наличии в магазине в полном объёме; расхождения, указанные Департаментом, не учитывают фиксацию алкогольной продукции одного и того же наименования по разным алкокодам; кроме того, общество полагает, что довод Департамента о недостоверности сведений в документах в отношении помещений, в которых осуществляется оборот алкогольной продукции, опровергается документально – сведениями из ЕГРП.

Департамент предъявленные к нему требования не признал, сослался на законность оспариваемого решения.

Из материалов дела и пояснений сторон суд установил следующее.

Департаментом лицензирования и торговли Приморского края ООО «НЗН» (ИНН <***>, ОГРН <***>) на основании заявления и представленных документов, предусмотренных пунктом 3.2 статьи 19 Закона № 171-ФЗ, выдана лицензия 25РПА0004321 на осуществление розничной продажи алкогольной продукции в магазине, расположенном по адресу: <...>, № 3, № 4, (лит. К), сроком действия с 31.12.2016 до 31.12.2018.

В Департамент поступило обращение ООО «Империя» о реализации ООО «НЗН» алкогольной продукции без маркировки и с поддельными марками, а также о нарушении лицензионных требований при реализации алкогольной продукции в обособленном подразделении, расположенном по адресу: <...>, пом. №№ 8, 3, 4 (лит. К).

На основании данного обращения Департаментом возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования от 30.01.2018 № 30.

В рамках осуществления административного расследования в отношении ООО «НЗН» по месту осуществления лицензионной деятельности Департаментом были установлены нарушения обществом требований статьи 12 Закона № 171-ФЗ, что отражено в протоколе осмотра помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 31.01.2018 № 1, протоколе изъятия алкогольной продукции от 31.01.2018 № 30.

Так, Департаментом выявлен факт оборота ООО «НЗН» алкогольной продукции без федеральных специальных марок, а именно, вина «Виноградная долина» (емкость 1 л, крепость 9-11 %, дата розлива 22.03.2017, производитель ООО «Винзавод «Надежда», 1 бутылка); напитка слабоалкогольного «Ягуар» (емкость 0,5 л, крепость 7,2 %, дата розлива 12.10.2017, производитель ООО «Юнайтед Боттлинг Групп», 1 бутылка), что нарушает положения статей 12, 25 Закона № 171-ФЗ.

Кроме того, в ходе осмотра объекта ООО «НЗН» при пересчете алкогольной продукции (за исключением пива и пивных напитков, сидра, пуаре и медовухи) Департаментом выявлено несоответствие количества единиц алкогольной продукции, находящейся в торговом зале ООО «НЗН», сведениям из системы ЕГАИС (по 2 регистру), а именно: фактически на момент осмотра в торговом зале и складе находилось 7584 ед. алкогольной продукции (в торговом зале 1630 единиц, в складских помещениях №№ 3, 4 – 5112 единиц, в помещении № 5 (коридор) – 472 единицы, в помещении № 6 (подсобное) – 370 единиц) в то время, как согласно отчету из ЕГАИС на остатках по 2 регистру (в торговом зале) числится 49995 ед. алкогольной продукции по состоянию на 01.02.2018.

Данные обстоятельства отражены в протоколе осмотра помещений № 1 от 31.01.2018; протоколе изъятия № 30 от 31.01.2018; фото/видео отчете к протоколу осмотра от 31.01.2018 № 1.

Помимо этого, Департаментом обнаружены недостоверные данные в документах, представленных лицензиатом для получения лицензии на розничную продажу алкогольной продукции, а именно, в отношении помещений магазина №№ 3-8 общей площадью 91,7 кв. м: согласно выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРП) от 05.12.2017 № 25/000/002/2017-341156 имеют усл. № 25-25-01/035/2305-336, однако в договоре субаренды от 01.09.2015 данный номер не указан, помещения № 3 - № 8 указаны под инвентарным номером 05:401:002:000209490:0008, что является условным номером объекта с наименованием «объект розничной торговли магазин» общей площадью 168,2 кв. м.

Департаментом установлено, что помещения №№ 1, 2, 3-8, 9 фактически представляют из себя три изолированные секции одного здания, между которыми отсутствуют смежные проходы и дверные проемы.

Как указано Департаментом, объект с наименованием «объект розничной торговли – магазин», расположенный по адресу: <...> (лит. К), не представляет собой единый имущественный комплекс и не может считаться магазином, соответствующим требованиям Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» и пунктам 15, 38, 109 ГОСТ Р 51303-2013.

В обоснование довода о недостоверности сведений в отношении объекта торговли Департамент также сослался на Технический паспорт склада, инв. номером 05:401:002:000209490:0008, по адресу: <...>, лит. К, составленный по состоянию на 02.06.2003, полагая, что данный документ подтверждает, что помещения, в которых общество осуществляет торговую деятельность, не являются магазином, а являются складом.

На основании проведенных контрольных мероприятий 02.02.2018 Департаментом было вынесено решение № 21 о приостановлении действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции № 25РПА0004321, бланк лицензии серии 25 ПК № 0004966, выданной ООО «НЗН» (690105. <...>. кв. 7, ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения обособленных подразделений, осуществляющих розничную продажу алкогольной продукции: <...>, пом. №№ 8, 3, 4, (лит. К), магазин (пункт 1).

Согласно данному решению специалистам контрольного отдела Департамента (пункт 2) надлежало произвести снятие остатков алкогольной продукции в срок не более 14 дней со дня принятия решения о приостановлении действия лицензии в магазине ООО «НЗН» (пункт 2.1) и внести информацию о приостановлении действия лицензии в сводный реестр выданных, приостановленных и аннулированных лицензий на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (пункт 2.2).

Полагая, что оспариваемое решение не соответствует требованиям законодательства, ООО «НЗН» обратилось в Арбитражный суд Приморского края с рассматриваемым заявлением.

В соответствии со статьей 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ основанием для признания ненормативных правовых актов недействительными, а также действий (бездействия) должностного лица неправомерными является несоответствие их закону и иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания арбитражным судом незаконными ненормативных актов и действий государственных органов, должностных лиц необходимо наличие одновременно двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, между тем, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, и изучив представленные ими доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании статьи 71 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения требований заявителя в силу следующего.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12.11.2003 № 17-П и от 23.05.2013 № 11-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как алкогольная продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Правовые основы производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и ограничения потребления (распития) алкогольной продукции в Российской Федерации устанавливает Федеральный закон от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ).

Согласно абзацу второму пункта 1 Закона № 171-ФЗ государственное регулирование производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и ограничение потребления (распития) алкогольной продукции осуществляются в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан, экономических интересов Российской Федерации, обеспечения безопасности указанной продукции, нужд потребителей в ней, а также в целях контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Статьей 3 Закона № 171-ФЗ предусмотрено, что законодательство о государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции состоит из названного федерального закона, иных федеральных законов и нормативных правовых актов Российской Федерации, а также принимаемых в соответствии с ними законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

В статье 16 Закона № 171-ФЗ закреплены особые требования к розничной продаже и потреблению (распитию) алкогольной продукции.

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1, абзацами пятым, седьмым и одиннадцатым пункта 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ розничная продажа алкогольной продукции (за исключением пива и пивных напитков, сидра, пуаре, медовухи, а также вина, игристого вина (шампанского), произведенных крестьянскими (фермерскими) хозяйствами без образования юридического лица, индивидуальными предпринимателями, признаваемыми сельскохозяйственными товаропроизводителями) осуществляется организациями. Розничная продажа пива и пивных напитков, сидра, пуаре, медовухи осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями.

В пункте 9 части 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ установлен запрет на розничную продажу алкогольной продукции в нестационарных торговых объектах, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 6 настоящей статьи.

В пункте 12 части 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ также установлено, что не допускается розничная продажа алкогольной продукции без маркировки в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

Пунктом 2 статьи 12 Закона № 171-ФЗ предусмотрено, что алкогольная продукция, производимая на территории Российской Федерации, за исключением алкогольной продукции, поставляемой на экспорт, в обязательном порядке маркируется федеральными специальными марками.

Согласно пункту 3 указанной статьи федеральная специальная марка и акцизная марка являются документами государственной отчетности, удостоверяющими законность (легальность) производства и (или) оборота на территории Российской Федерации алкогольной продукции, указанной в пункте 2 настоящей статьи, осуществление контроля за уплатой налогов, а также являются носителями информации единой государственной автоматизированной информационной системы (ЕГАИС) и подтверждением фиксации информации о реализуемой на территории Российской Федерации алкогольной продукции в единой государственной автоматизированной информационной системе.

В силу пункта 6 статьи 12 Закона № 171-ФЗ за правильность нанесения и за подлинность федеральных специальных марок несут ответственность собственники (владельцы) алкогольной продукции, осуществляющие ее производство или оборот.

В соответствии с пунктом 16 статьи 2 Закона № 171-ФЗ под оборотом алкогольной продукции понимается закупка (в том числе импорт), поставки (в том числе экспорт), хранение, перевозки и розничная продажа, на которые распространяется действие настоящего Федерального закона.

Проверка подлинности федеральных специальных марок и акцизных марок осуществляется организациями - покупателями, имеющими соответствующую лицензию, визуально, а также с использованием доступа к информационным ресурсам уполномоченного Правительством Российской Федерации федерального органа исполнительной власти (пункт 3.3 статьи 12 Закона № 171-ФЗ).

При этом 29 Правил функционирования единой государственной автоматизированной информационной системы учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2015 № 1459, определено, что при выявлении несоответствия сведений о продукции, нанесенных на федеральную специальную марку или акцизную марку, и информации, содержащейся в единой информационной системе, достоверной считается информация, содержащаяся в единой информационной системе.

Основанием для аннулирования лицензии в судебном порядке является оборот алкогольной продукции без маркировки в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона либо с поддельными марками (пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ).

Маркировка алкогольной продукции федеральными специальными марками (равно как и акцизными марками) выполняет следующие основные функции: удостоверение законности (легальности) производства и оборота алкогольной продукции на территории Российской Федерации и осуществление контроля за уплатой налогов (акцизов и т.д.) с алкогольной продукции.

Кроме того, учитывая, что федеральная специальная марка, среди прочих сведений, должна содержать подтверждение соответствия алкогольной продукции установленным требованиям качества и безопасности (подпункт 8 пункта 3.1 статьи 12 Закона № 171-ФЗ), маркировка алкогольной продукции направлена на защиту здоровья потребителей такой продукции и обеспечение ее безопасности.

С учетом изложенного суд полагает, что такая форма правового регулирования, как маркировка алкогольной продукции, способствует осуществлению государственного контроля в этой области общественных отношений, позволяет уполномоченным органам через ЕГАИС отслеживать объемы производства, поставок (закупок) алкогольной продукции от ее производителей и оптовых поставщиков до розничной сети, препятствуя нелегальному обороту данной продукции, то есть направлена как на защиту экономических интересов Российской Федерации, так и на обеспечение прав и законных интересов потребителей такой продукции.

Особое значение маркировки как формы правового регулирования производства и оборота алкогольной продукции обусловило установление законодателем не только административной ответственности (статья 15.12 КоАП Российской Федерации), но и уголовной ответственности (статьи 171.1 и 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) за нарушение законодательства о маркировке.

В пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления алкогольной продукции» разъяснено, что при рассмотрении дел, связанных с аннулированием лицензий, судам необходимо иметь в виду, что положение пункта 3 статьи 20 Закона может быть применено не только к производителю названной продукции, но и к организации-покупателю, которая согласно пункту 3.3 статьи 12 Закона обязана проверять подлинность федеральных специальных марок и акцизных марок визуально, а также с использованием доступа к информационным ресурсам уполномоченного Правительством Российской Федерации федерального органа исполнительной власти.

При этом организация-покупатель не может быть освобождена от применения последствий оборота продукции, информация о которой не зафиксирована в установленном порядке, только лишь на том основании, что при визуальном осмотре федеральной специальной марки или акцизной марки не могли возникнуть сомнения в их подлинности.

Изложенная правовая позиция свидетельствует о том, что организация-покупатель в силу закона несёт обязанность как проверки наличия, так и проверки подлинности федеральных специальных марок.

В части довода Департамента о том, что общество осуществляет оборот алкогольной продукции без маркировки (федеральных специальных марок), последнее возразило, что 26.01.2018 вино «Виноградная долина» (емкость 1 л, крепость 9-11 %, дата розлива 22.03.2017, производитель ООО «Винзавод «Надежда») 1 бутылка и напиток слабоалкогольный «Ягуар» (емкость 0,5 л, крепость 7,2 %, дата розлива 12.10.2017, производитель ООО «Юнайтед Боттлинг Групп») 1 банка были забракованы сотрудниками общества по причине отсутствия маркировки и отложены в специальное место для составления акта на утилизацию, что отражено в Акте от 26.01.2018.

В том же Акте от 26.01.2018 указано, что «до утилизации товар находился в магазине, но не подлежал обороту, что подтверждается видеосъёмкой, на которой видно его место хранения на момент проверки».

В судебном заседании представители общества пояснили, что названный немаркированный товар был изъят из оборота, находился вне торгового зала - в так называемой «зоне брака», - к реализации не предлагался.

Суд считает, что доводы общества в данной части основаны на неверном толковании норм материального права, поскольку в соответствии с подпунктом 16 статьи 2 Закона № 171-ФЗ под оборотом алкогольной и спиртосодержащей продукции понимается закупка (в том числе импорт), поставка (в том числе экспорт), хранение, перевозка и розничная продажа.

В соответствии со статьей 346.27 Налогового кодекса Российской Федерации, площадь торгового зала – часть магазина, павильона (открытой площадки), занятая оборудованием, предназначенным для выкладки, демонстрации товаров, проведения денежных расчетов и обслуживания покупателей, площадь контрольно-кассовых узлов и кассовых кабин, площадь рабочих мест обслуживающего персонала, а также площадь проходов для покупателей. Площадь подсобных, административно-бытовых помещений, а также помещений для приема, хранения товаров и подготовки их к продаже, в которых не производится обслуживание покупателей, не относится к площади торгового зала.

Как указывает общество, данная продукция была изъята из оборота, к продаже не предлагалась, находилась в «зоне брака».

Между тем, представленными заявителем фотоматериалами подтверждается, что «зона брака» представляет собой место под прилавком продавца в торговом зале; видеозапись осмотра помещений, представленная Департаментом, а также фото- и видеоматериалы с камер наблюдения, представленные заявителем, подтверждают, что 31.01.2018 немаркированная продукция обнаружена сотрудниками Департамента в торговом зале под прилавком продавца.

Таким образом, названные материалы дела, в совокупности с протоколами осмотра и изъятия от 31.01.2018, подтверждают, что фактически общество, в том числе и в период с 26 по 31.01.2018, осуществляло незаконный оборот немаркированной алкогольной продукции (в данном конкретном случае – её хранение, а именно – в торговом зале).

По каким причинам в период с 26 по 31.01.2018 немаркированная продукция не была списана обществом, при том, что факты отсутствия на спорной продукции федеральных специальных марок были установлены заявителем 26.01.2018, представители общества в ходе рассмотрения дела судом не пояснили.

В соответствии с Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 15.06.2016 № 84-н заявка о фиксации факта списания продукции в ЕГАИС представляется не позднее следующего рабочего дня после дня списания продукции по месту нахождения обособленного подразделения.

Однако, этого сделано обществом не было, факт нахождения немаркированной и не списанной своевременно продукции нашел свое подтверждение в ходе проведенной Департаментом проверки и при рассмотрении настоящего дела судом.

В силу части 1 статьи 20 Закона № 171-ФЗ действие лицензии на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции приостанавливается решением лицензирующего органа в случаях выявления нарушения, являющегося основанием для аннулирования лицензии.

В случае выявления нарушения, являющегося основанием для аннулирования лицензии, действие лицензии приостанавливается до дня вступления в законную силу принятого судом решения об аннулировании лицензии или об отказе в ее аннулировании.

Согласно положениям части 3, пункта 3 части 3.1 статьи 20 Закона № 171-ФЗ лицензия на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции аннулируется решением суда по обращению лицензирующего органа в случае выявления оборота алкогольной продукции без маркировки в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона либо с поддельными марками.

Учитывая изложенное, суд полагает, что у Департамента имелось основание для вынесения оспариваемого решения о приостановлении действия лицензии; в спорном случае действие лицензии приостановлено до дня вступления в законную силу принятого судом решения об аннулировании лицензии или об отказе в ее аннулировании (что соответствует положениям части 1 статьи 20 Закона № 171-ФЗ); фактически Департамент обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением об аннулировании лицензии, выданной ООО «НЗН», которое рассматривается в отдельном производстве.

Нарушения Департаментом положений Закона № 171-ФЗ судом не установлено.

Судом отклоняется довод общества об изъятии алкогольной продукции в присутствие понятых, не являющихся гражданами Российской Федерации и не владеющих русским языком, которым не были предоставлены услуги переводчика, в силу следующего.

Как установлено судом, в соответствии с частью 2 статьи 27.8 КоАП РФ осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов, осуществляется в присутствии представителя юридического лица или его представителя, а также в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Из материалов административного дела следует, что перечисленные требования законодательства при проведении осмотра сотрудниками Департамента, проводившими контрольные мероприятия в рамках административного расследования, были соблюдены.

Представители Департамента пояснили, что у специалистов, проводивших контрольные мероприятия, не было сомнения в том, что понятые владеют русским языком, так как они изъяснялись на русском языке, отвечали на поставленные вопросы на русском языке, перед составлением протокола от услуг переводчика отказались, при этом, в ходе осмотра дополнительно применялась видеозапись.

Обратное заявитель в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не доказал.

Судом также отклоняется и довод Департамента о недостоверности сведений в документах в отношении помещений, в которых осуществляется оборот алкогольной продукции, как не соответствующий фактическим обстоятельствам.

Согласно прилагаемым к обращению ООО «НЗН» о выдаче лицензии заверенным копиям документов в качестве документа, подтверждающего наличие у общества для целей розничной продажи алкогольной продукции стационарного торгового объекта и складских помещений, ООО «НЗН» представило лицензирующему органу копию договора субаренды нежилого помещения общей площадью 91,7 кв.м, лит. К, номера помещений на поэтажном плане № 3-8, расположенного по адресу: <...>, с целью размещения в нем магазина общей площадью 91,7 кв.м (в том числе торговый зал для продажи алкогольной продукции - 30,3 кв.м, склад - 49,1 кв.м).

На основании представленных обществом документов 31.12.2015 Департаментом заявителю выдана лицензия № 25РПА0004321 от 31.12.2015 на осуществление розничной продажи алкогольной продукции по адресу: <...> (Лит. К, помещения № 8, № 3, №4) сроком действия до 31.12.2016.

28.12.2016 обществу выдана лицензия на аналогичный вид деятельности № 25РПА0004321 от 28.12.2016 сроком действия два года – до 31.12.2018.

25.10.2017 срок действия вышеуказанного договора субаренды продлен до 31.12.2018. Договор в установленном законом порядке зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 09.11.2017.

К договору субаренды прилагались разделы 2, 5 Технического паспорта, содержащие показатели площадей и объемов здания, площадь застройки (участка) 193,9 кв.м, экспликацию, согласно которой общая площадь строения составляет 168,2 кв.м.

Указанные факты подтверждаются Техническим планом помещений магазина, выполненным кадастровым инженером, а также кадастровой выпиской от 30.03.2016 № 25/00-16-126300, в соответствии с которой общая площадь объекта составляет 168,2 кв.м, и выписками из ЕГРП от 19.10.2016 и от 01.02.2018 № 99/2018/71507927, в соответствии с которыми площадь объекта также составляет 168,2 кв.м, назначение – нежилое здание, наименование – объект розничной торговли – Магазин, и которые содержат сведения о зарегистрированных правах и обременениях (в том числе в отношении помещений №№ 3-8 – ООО «НЗН» по договору субаренды от 01.09.2015).

При этом сведения об объекте недвижимости имеют статус «актуальные, ранее учтённые», в связи с чем судом отклоняется ссылка Департамента на Технический паспорт склада по состоянию на 02.06.2003 как на неактуальный документ.

Статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусматривает, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных названным кодексом и иными законами (пунктом 1 статьи 131 ГК РФ).

Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним – это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»).

Как следует из Федеральной государственной информационной системы ЕГРН об объекте с кадастровым номером 25:28:030010:254, расположенном по адресу: Приморский край, г. Владивосток, ул. Киевская, д. 15, площадью 168,2 кв.м, он представляет собой нежилое здание, наименование – объект розничной торговли – Магазин, в связи с чем доводы Департамента о том, что фактически объект недвижимости представляет собой склад, то есть о неверном кадастровом учёте объекта недвижимости, судом отклоняются.

Помимо этого, судом отклоняется и довод Департамента о том, что при пересчете в ходе осмотра помещений алкогольной продукции Департаментом выявлено несоответствие количества единиц алкогольной продукции, находящейся в торговом зале ООО «НЗН», сведениям из системы ЕГАИС, поскольку фактически на момент осмотра в торговом зале и складе находилось 7584 ед. алкогольной продукции в то время, как согласно отчету из ЕГАИС на остатках числится 49995 ед. алкогольной продукции по состоянию на 01.02.2018

В обоснование своей позиции в данном части общество указало на то, что фактически пересчитать алкогольную продукцию в объеме 7581 единица в период проведения осмотра 31.01.2018 в течение нескольких часов физически не представляется возможным; согласно проведённой инвентаризации вся алкогольная продукция, имеющаяся на остатках в ЕГАИС, фактически имеется в наличии в магазине в полном объёме; расхождения, указанные Департаментом, не учитывают фиксацию алкогольной продукции одного и того же наименования по разным алкокодам.

Данные доводы общества нашли подтверждения в материалах дела.

Так, утверждая, что вся алкогольная продукция при проведении осмотра была пересчитана вручную сплошным методом, Департамент не смог представить надлежащих доказательств, поскольку имеющиеся в материалоах дела фото- и видеоматериалы фактический пересчёт продукции не подтверждают; в судебном заседании участвовавшие в осмотре сотрудники указали, что какие-либо черновики, иные записи по пересчёту продукции не составлялись, в связи с чем приобщить их в материалы дела не представляется возможным.

При этом, в ходе последующего выборочного и неполного пересчёта продукции в магазине общества в период с 05.02.2018 по 27.03.2018 (24 дня) сотрудниками Департамента установлено наличие алкогольной продукции в количестве более 40000 бутылок.

Сопоставляя составленную Департаментом справку «Анализ соответствия остатков алкогольной продукции в ЕГАИС с фактическим наличием на складе ООО «НЗН» на 27.03.2018 года» и представленные Департаментом и обществом Отчёт об объёмах остатков в торговом зале на 01.02.2018 01:50 и ведомость инвентаризации остатков алкогольной продукции по состоянию на 02.02.2018 с учётом различных алкокодов продукции с одинаковым наименованием, судом не установлено недостачи продукции на момент проверки.

Учитывая распределение обязанностей доказывания, установленное частью 5 статьи 200 АПК РФ, суд полагает, что Департамент не доказал, что его вывод о несоответствии остатков алкогольной продукции в ЕГАИС соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Однако, данные выводы суда не влияют на вышеуказанный вывод о том, у Департамента имелось основанием для вынесения решения о приостановлении действия лицензии, выданной ООО «НЗН».

Учитывая изложенное, суд считает, что оспариваемое решения Департамента лицензирования и торговли Приморского края от 02.02.2018 № 21 «О приостановлении действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции» вынесено в соответствии с законодательством Российской Федерации в области оборота алкогольной продукции и права заявителя в сфере предпринимательской деятельности не нарушает.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования

При изложенных обстоятельствах суд считает, что требование заявителя не подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ государственная пошлина относится судом на заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении требования Общества с ограниченной ответственностью «НЗН» о признании незаконным решения Департамента лицензирования и торговли Приморского края от 02.02.2018 № 21 «О приостановлении действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции» отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Судья Фокина А.А.