Постановление от 20 января 2025 г. по делу № А17-7667/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород Дело № А17-7667/2023 21 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21.01.2025

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Белозеровой Ю.Б., судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

при участии представителя

ФИО1: ФИО2 по доверенности от 12.08.2024,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 07.06.2024 и на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024

по делу № А17-7667/2023

по заявлению ФИО4 к ФИО3 о признании недействительной сделки должника – ФИО5 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) в Арбитражный суд Ивановской области обратился ФИО4 (далее – кредитор) с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 17.12.2015, заключенного между должником и ФИО3; о применении последствий недействительности сделки.

Требование заявлено на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано совершением должником в период наличия неисполненных обязательств перед кредитором сделки, направленной на вывод ликвидного имущества (квартиры) в пользу аффилированного лица с целью недопущения обращения взыскания на имущество в пользу кредитора.

Суд первой инстанции определением от 07.06.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024, удовлетворил заявление: признал договор купли-продажи от 17.12.2015 недействительной сделкой, применил последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры в конкурсную массу должника и восстановления права требования ФИО3 к ФИО5 в размере 2 100 000 рублей.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просила их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований

ФИО4

В кассационной жалобе заявитель ссылается на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие обстоятельствам дела выводов судебных инстанций о мнимости сделки и совершении ее с целью причинения вреда кредиторам должника.

ФИО3 указывает, что приобретала квартиру у ФИО5 для личного пользования в целях улучшения жилищных условий, до настоящего времени проживает в квартире и состоит на регистрационном учете в спорном помещении. Заявитель отмечает, что цена договора оплачена в полном объеме; сделка совершена с использованием кредитных средств; в период исполнения кредитных обязательств заявитель ежегодно осуществлял страхование приобретенного имущества. После совершения сделки произведена регистрация права собственности на покупателя, который несет бремя содержания помещения; полномочия собственника реализуются заявителем в полном объеме. На момент совершения сделки ФИО3 не являлась аффилированным по отношению к должнику лицом и не состояла с ним в фактических брачных отношениях.

Кассатор поясняет, что с целью приобретения у должника квартиры и оплаты части цены договора продал принадлежащую ему долю в праве собственности на коммунальную квартиру, приобретенное по оспариваемой сделке жилое помещение является для него единственным жильем.

По мнению заявителя, суды не дали надлежащей оценки доводам должника и представленным им доказательствам, подтверждающим, что ФИО5 приобрел спорное жилое помещение в 2007 году с использованием кредитных средств. Кроме данной квартиры, должником в 2008 и 2011 годах с привлечением кредитных средств куплены две другие квартиры с целью переоформления их в складские и офисные помещения для развития бизнеса. В конце 2015 года по причине накопившихся финансовых трудностей и невозможности дальнейшего исполнения ипотечных обязательств должник продал ранее приобретенные помещения, включая спорную квартиру, и погасил полученными от продажи денежными средствами свои обязательства перед кредитными организациями. Вырученных от реализации недвижимости денежных средств не хватило на исполнение обязательств должника перед всеми кредиторами.

Как указывает заявитель, судами также не учтено, что именно ФИО3 оплачивала все коммунальные платежи и несла иные расходы на содержание квартиры, факт выставления счетов за электроснабжение на имя должника не опровергает указанные обстоятельства. В жилом доме должника ФИО3 была зарегистрирована 23.07.2015 в связи с планируемой продажей (08.08.2015) принадлежащей ей доли в коммунальной квартире и в целях подготовки к совершению оспариваемой сделки. После приобретения права собственности на квартиру 14.01.2016 ФИО3 была снята с регистрационного учета в жилом доме должника и прописана в приобретенной квартире. Ответчик также ссылается на то, что до совершения сделки работал у должника и планировал вести

самостоятельную предпринимательскую деятельность, с целью чего учредил общество с ограниченной ответственностью «Кореш».

ФИО3 обращает внимание суда округа на то, что ФИО4 находился с должником в дружеских отношениях и был осведомлен о финансовом положении ФИО5 на дату заключения с ним договора займа от 01.12.2015. При этом срок исполнения обязательств должника перед ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки не наступил.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что перечисленные обстоятельства опровергают выводы судов и мнимости оспариваемой сделки и совершении ее сторонами с целью злоупотребления гражданскими правами.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Кредитор должника ФИО4 в возражениях на кассационную жалобу указал, что все доводы ФИО3 были предметом оценки судов нижестоящих инстанций. Кредитор отмечает, что на день совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства по уплате процентов за пользование займом перед ним и ФИО1

Доводы кассатора о реальном исполнении сторонами обязательств по договору купли-продажи от 17.12.2015 ФИО4 считает необоснованными, поскольку данные действия совершены с целью придания мнимой сделке видимости реального исполнения. Кредитор полагает, что фактически сторонами сделки произведена смена титульного собственника при сохранении за должником права пользования помещением, которое подтверждается фактом проживания в квартире после совершения сделки матери должника. Аргумент ФИО3 о том, что квартира является для нее единственным жильем, по мнению кредитора, не может служить основанием для отмены судебных актов, поскольку исполнительским иммунитетом в рамках дела о банкротстве обладает только единственное жилье должника ФИО5, которым спорная квартира не может быть признана.

ФИО4 отмечает, что ФИО3 и ФИО5 состоят в фактических брачных отношениях и являются заинтересованными лицами. После прекращения деятельности общества с ограниченной ответственностью «Шанс», единственным участником и руководителем которого являлся должник, ответчиком было зарегистрировано другое юридическое лицо, осуществляющее сходный вид деятельности.

Кредитор ФИО1 представил отзыв на кассационную жалобу, в котором указал, что при заключении договора купли-продажи от 17.12.2015 ФИО5 и ФИО3 не имели цели создать соответствующие данной сделке правовые последствия. Должник не утратил права пользования жилым помещением, в котором после заключения сделки на регистрационном учете состояла его мать. В рассматриваемом случае прослеживается транзитный характер движения полученных должником от ФИО6 по договору денежных средств, поскольку они поступили в совместное пользование ФИО5 и ФИО3, которые состоят в фактических брачных отношениях.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал возражения на кассационную жалобу. Позиция ФИО4 была озвучена его представителем в судебном заседании 03.12.2024.

Заявитель кассационной жалобы и иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, назначенном на 03.12.2024, объявлялся перерыв

до 11.12.2024.

Судебное заседание, назначенное на 11.12.2024, на основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 21.01.2025.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 17.12.2015 между должником и ФИО3 подписан договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств.

В соответствии с пунктом 1.1 договора ФИО3 за счет собственных средств и за счет денежных средств, предоставленных Банком ВТБ 24 в кредит согласно кредитному договору от 17.12.2015 № 623/5051-0001303, покупает в собственность у ФИО5 объект недвижимости: <...>.

Согласно пунктам 1.4, 2.1 договора стоимость квартиры составляет

2 100 000 рублей, из которых 840 000 рублей оплачиваются покупателем за счет собственных средств, 1 260 000 рублей – за счет предоставленного ФИО3 ипотечного кредита.

Право собственности ФИО3 на квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 22.12.2015.

Определением от 11.08.2023 Арбитражный суд Ивановской области принял заявление ФИО5 о несостоятельности (банкротстве), возбудил производство по делу о банкротстве должника № А17-7667/2023. Решением суда от 19.10.2023 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

Определением суда от 15.02.2024 признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника требования ФИО4 в сумме 23 794 677 рублей

78 копеек.

Полагая, что договор купли-продажи от 17.12.2015 заключен с целью недопущения обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество, ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального Закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Исходя из разъяснений, изложенных в четвертом абзаце пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63

«О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации

от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из содержания приведенных норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании названной нормы необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно и не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Как разъяснено в пункте 86 Постановления № 25, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что договор купли-продажи от 17.12.2015 является недействительной сделкой и заключен сторонами при злоупотреблении правом с целью причинения вреда кредиторам должника, а именно вывода имущества из-под обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

Суды установили, что сделка совершена должником более, чем за три года до возбуждения дела о банкротстве, и не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

На момент совершения сделки у ФИО5 имелись неисполненные обязательства пред кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника: ФИО8, ФИО9,

ФИО10, ФИО11, ФИО1 и ФИО4 Требования перед указанными кредиторами возникли у должника на основании договоров займа, заключенных в период с 27.11.2008 по 01.12.2015.

На основании представленных в материалы дела доказательств судебные инстанции заключили, что в связи с наличием признаков фактической аффилированности с должником ФИО12 является заинтересованным по отношению к ФИО5 лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве. К признакам фактической аффилированности сторон сделки суды отнесли факты: проживания ФИО5 и ФИО3 в одном гостиничном номере в периоды с 02.03.2021 по 03.03.2021, с 23.08.2021 по 24.08.2021, с 21.08.2022 по 23.08.2022 и с 27.02.2022 по 28.02.2022; управления ФИО5 01.02.2023 транспортным средством, зарегистрированным на имя ФИО3; регистрации ФИО3 по месту жительства в период с 23.07.2015 по 14.01.2016 в принадлежащем должнику жилом доме и регистрации 22.09.2015 по месту нахождения спорной квартиры общества с ограниченной ответственностью «Кореш», участником и директором которого являлась ФИО3

При таких обстоятельствах, суды установили, что ФИО12 была осведомлена о наличии у должника неисполненных обязательств и цели причинения вреда имущественным правам его кредиторов.

Судами также установлено, что в период с 07.08.2017 по 25.04.2018 в проданной ответчику квартире состояла на регистрационном учете мать должника ФИО13. Кроме того в период с 07.01.2014 по февраль 2019 года счета на оплату электроснабжения спорной квартиры направлялись энергоснабжающей организацией на имя ФИО14

Изложенные обстоятельства, по мнению судов, свидетельствуют о том, что, несмотря на заключение договора купли-продажи, спорная недвижимость не выбывала из владения должника, ФИО5 продолжал пользоваться квартирой и сохранял контроль над указанным помещением.

Таким образом, судебные инстанции пришли к выводу о том, что фактически в рассматриваемом споре заинтересованными лицами произведена смена титульного собственника в отношении принадлежащего должнику жилого помещения с целью недопущения обращения на него взыскания. Использование ФИО3 кредитных средств для оплаты цены сделки расценено судами как преследование цели создания видимости статуса добросовестного приобретателя, что является злоупотреблением правом, которое не подлежит судебной защите.

Отклоняя доводы должника и ответчика об отсутствии цели причинения вреда при совершении сделки, суды сослались на недоказанность того, что денежные средства, полученные ФИО5 по оспариваемой сделке, направлены на погашение требований кредиторов.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недействительности сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд округа не может согласиться с указанными выводами судов нижестоящих инстанций.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций заявитель кассационной жалобы ссылался на факт оплаты цены договора купли-продажи

от 17.12.2015 и получение должником оплаченных ответчиком денежных средств, что опровергает факт причинения вреда имущественным правам его кредиторов по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве.

Применяя последствия недействительности сделки по правилам пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды признали указанные обстоятельства доказанными, восстановив право требования ФИО3 к должнику в размере

2 100 000 рублей, что соответствует оплаченной ответчиком цене сделки.

Несоответствие цены договора рыночной стоимости отчужденного объекта недвижимости на момент его совершения судами не установлено.

Использование ФИО5 полученных от ответчика денежных средств не в целях погашения обязательств перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, не опровергает факт оплаты цены договора и не подтверждает совершение сделки с целью причинения вреда кредиторам должника. Данное обстоятельство не является основанием для признания договора недействительным.

Кроме того, в суде первой инстанции должник ссылался на использование им полученных от ответчика денежных средств на исполнение своих личных обязательств перед кредитными организациями, в том числе обязательств перед Банком ВТБ 24 (публичным акционерным обществом) по кредитному договору от 20.04.2007, заключенному с открытым акционерным обществом «Башэкономбанк», которые ранее были обеспечены залогом спорной квартиры и отражены в пункте 1.7 договора купли-продажи от 17.12.2015. Кредитор не опроверг представленные должником в подтверждение указанных доводов доказательства, в том числе справку Банка ВТБ (публичного акционерного общества) от 06.12.2022 о погашении 31.12.2015 задолженности ФИО5 по кредитному договору от 20.04.2007.

Факт использования ФИО3 переданных должнику по сделке денежных средств кредиторами на основании представленных в материалы дела доказательств не подтвержден и судами не установлен. Суды также не установили, что полученные ФИО5 от ФИО3 денежные средства являлись средствами самого должника.

Таким образом, в рассматриваемом споре судами не установлен факт причинения вреда кредиторам должника в результате совершения сделки, в связи с чем положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применены неверно.

Кроме того, суд округа считает необходимым отметить, что положенные в основу состоявшихся судебных актов обстоятельства совершения сделки полностью охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которая не может быть применена в рассматриваемом споре в связи с совершением сделки более, чем за семь лет до возбуждения дела о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции о наличии признаков мнимости договора

купли-продажи от 17.12.015 не могут быть признаны обоснованными, поскольку судом фактически установлены обстоятельства реального совершения сделки: переход права собственности на квартиру от должника к ответчику и оплата ответчиком цены договора.

Принимая во внимание изложенное, вывод судов первой и апелляционной инстанции о недействительности договора купли-продажи от 17.12.2015 является необоснованным и не соответствует установленным по делу обстоятельствам.

В силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены решения, постановления являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права.

Несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций установленным по делу фактическим обстоятельствам и неправильное применение норм материального права привело к необоснованному удовлетворению заявления кредитора, с вязи с чем определение Арбитражного суда Ивановской области от 07.06.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024 подлежат отмене.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется

арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 настоящей статьи.

Поскольку судами на основании представленных сторонами доказательств установлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии признаков мнимости сделки и факта причинения вреда имущественным правам его кредиторов, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления

ФИО4 о признании сделки должника недействительной.

В связи с удовлетворением кассационной жалобы ФИО12 и отменой состоявшихся судебных актов государственная пошлина за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на ФИО4

Руководствуясь статьями 110, 286, 287 (пунктом 2 части 1), 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ивановской области от 07.06.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024 по делу № А17-7667/2023 отменить.

Отказать ФИО4 в удовлетворении заявления о признании договора купли-продажи от 17.12.2015, заключенного между ФИО5 и ФИО3, недействительной сделкой.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 23 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалобы.

Арбитражному суду Ивановской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.Б. Белозерова

Судьи Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева