Постановление от 30 сентября 2024 г. по делу № А28-529/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А28-529/2022

01 октября 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 17.09.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Кузнецовой Л.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.,


при участии

финансового управляющего ФИО1 (паспорт);

представителей

от ФИО2:

ФИО3 по доверенности от 05.05.2023;

от ООО «Капитал Групп»:

ФИО4 по доверенности от 16.08.2024;

от ФИО5:

ФИО6 по доверенности от 05.05.2023


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего

гражданки ФИО5 –

ФИО1


на определение Арбитражного суда Кировской области от 10.01.2024 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024

по делу № А28-529/2022


по заявлению финансового управляющего ФИО1

к ФИО2

о признании сделки недействительной и

применении последствий ее недействительности


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

ФИО5


и   у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5(далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО1 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Кировской областис заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки по отчуждению должником в пользу ФИО2 10% доли в уставном капитале обществас ограниченной ответственностью «Капитал Групп» (далее – общество) и применении последствий недействительности сделки.

            Определением от 10.01.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024, в удовлетворении требований отказано.

            Не согласившись с состоявшимися судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой.

            Заявитель настаивает, что суды не полностью выяснили обстоятельства, связанныес вопросом несоответствия цены отчужденного актива его фактической стоимости.

            В заседании окружного суда заявитель поддержал доводы, изложенныев кассационной жалобе.

            Представители ответчика, должника, общества и ФИО7 в письменных отзывах и в судебном заседании отклонили позицию финансового управляющего, указав на законность и обоснованность обжалованных судебных актов.

            Индивидуальный предприниматель ФИО8 в отзыве на кассационную жалобу просил ее удовлетворить.

            Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времении месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителейв судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

            Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 10.01.2024и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу№ А28-529/2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобеи возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы обособленного спора, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзывах на нее, заслушав заявителяи представителей участвующих в деле лиц, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

            Как установили суды, ФИО5 принадлежало 10% доли в уставном капитале общества.

            По договору купли-продажи от 08.12.2017 должник (продавец) произвела отчуждение указанной доли в пользу ФИО2 (покупателя) по ее номинальной стоимости (1000 рублей).

            В дальнейшем на основании договора купли-продажи от 24.01.2023 ФИО2 (продавец) реализовал данную долю ФИО7 (покупателю) по цене10 000 000 рублей.

            Решением от 29.07.2022 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом),в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО1

            Сославшись на то, что сделка по отчуждению должником доли в пользуФИО2 совершена по заниженной стоимости в целях сокрытия имуществаот обращения на него взыскания, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

            Приняв во внимание, что оспоренный договор купли-продажи от 08.12.2017 совершен за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного специальной нормой пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), суды двух инстанций, с учетом доводов заявителя, проверили законность сделки применительно к общим нормам статей 10, 168 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации,а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем федеральном законе.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерацииот 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения,не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено,что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве),а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающийс обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомненийв истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

            Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке,не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

   Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы,но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

   Суды двух инстанций установили, что стоимость доли согласована сторонамив размере 1000 рублей, которые согласно условиям договора полностью оплачены ответчиком до его подписания; основания сомневаться в наличии у покупателя финансовой возможности уплатить должнику указанную сумму у судов отсутствовали.

   В ЕГРЮЛ 15.12.2017 внесены сведения о переходе доли к ФИО2

   Таким образом, как обоснованно заключили судебные инстанции, сделка являлась фактически исполненной.

   Исследовав протоколы общего собрания участников общества от 29.03.2018 № 8,от 01.06.2018 № 9, от 27.03.2019 № 10, от 16.03.2020 № 11, от 20.08.2020 № 12,от 31.03.2021 № 13, от 26.03.2022 № 14 суды констатировали, что ответчик принимал участие в собраниях общества в качестве участника.

   Ввиду того, что протоколы содержат оговорку об их юридической силебез нотариального заверения и подписаны всеми участниками общества, имеющими 100% доли участия в его уставном капитале, суды указали, что нотариальное удостоверение принятых решений в данном случае не требовалось.

   С учетом изложенного, приняв во внимание пояснения второго участника общества ФИО7 (доля участия на момент заключения оспариваемой сделки – 90%) о том, что ФИО2 в течение 5 лет с момента приобретения доли реально осуществлял права участника общества, суды обеих инстанций обоснованно резюмировали недоказанность сохранения должником фактического контроля за отчужденным активом и осуществления ею прав и обязанностей участника организации.

   При таких обстоятельствах суды правомерно отклонили доводы о мнимости оспоренного договора купли-продажи.

   В обоснование недействительности сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий сослался на то, что она заключена между аффилированными лицами по явно заниженной цене, в результате чего из собственности должника выбыл ликвидный актив, что повлекло причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

            По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применимаи к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов,в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

            В то же время, законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Законао банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителяоб обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

            Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожихпо признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), поэтому квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае, оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

            В силу изложенного, заявление об оспаривании сделки должника на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть удовлетворено только в том случае, если доказано наличие в сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016                              № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

            В рассмотренном случае обстоятельства, на которые ссылается финансовый управляющий, полностью охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Законао банкротстве.

            Доказательств наличия в сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, заявителем не представлено и судами не установлено.

            Требования в данной части направлены на обход трехлетнего периода подозрительности, установленного специальной нормой Закона о банкротстве, что недопустимо.

            В этой связи доводы о занижении цены отчуждения имущества не имеют правового значения.

            С учетом изложенного, суды правомерно отказали в признании договора купли-продажи недействительным как совершенного со злоупотреблением правом.

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

            Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенныхв кассационной жалобе доводов не имеется.

            Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

            Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первойи апелляционной инстанций не допущено.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 10.01.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу № А28-529/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего гражданки ФИО5 – ФИО1 – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренномстатьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


           Председательствующий


Л.В. Кузнецова



Судьи


В.А. Ногтева

В.П. Прыткова