Постановление от 26 августа 2025 г. по делу № А65-30188/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-5056/2025

Дело № А65-30188/2023
г. Казань
27 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 г.

Полный текст постановления изготовлен 27 августа 2025 г.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Советовой В.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Коноплёвой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии посредством веб-конференции конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Поволжское строительное предприятие» ФИО1 лично, паспорт;

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителя ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 16.05.2025,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025

по делу № А65-30188/2023

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Поволжское строительное предприятие», г.Казань, (ИНН <***> ОГРН <***>).

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 заявление Федеральной налоговой службы России о признании общества с ограниченной ответственностью "Поволжское строительное предприятие" (далее – должник) несостоятельным (банкротом) с применением правил отсутствующего должника признано обоснованным, в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2025 заявление конкурсного управляющего должником удовлетворено. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности. Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

 Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2025 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит принятые по делу судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы заявитель, ссылаясь на неправильное распределение судом апелляционной инстанции бремени доказывания, указывает, что именно на конкурсном управляющем лежит бремя доказывания того обстоятельства, что отсутствие документации существенно затруднило формирование конкурсной массы, а не наоборот, ответчик не обязан доказывать обратное.

По мнению кассатора, отсутствие документов, на которые ссылается конкурсный управляющий, никак не помешало ему в проведении процедуры банкротства и формирование конкурсной массы, в частности, в проведении мероприятий по взысканию дебиторской задолженности.

Кассатор обращал внимание суда округа на определение суда от 05.05.2025 по настоящему делу об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего должником об истребовании у ФИО2 документации должника.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, просил оставить их без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения, указывая, что при рассмотрении заявления об истребовании документации должника ФИО2 ссылался на отсутствие у него истребуемых документов, а также указал, что является номинальным руководителем должника. В данном случае ФИО2 не оказывает конкурсному управляющему содействие в установлении фактического руководства общества, а также места нахождения документов и имущества должника.

В судебном заседании представитель ФИО2 кассационную жалобу поддержал в полном объеме.

Конкурсный управляющим должником, считая доводы жалобы несостоятельными, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что в период с 24.09.2018 по 26.08.2024 ФИО2 являлся руководителем, а также с 04.10.2018 является учредителем должника.

Заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности основаны на положениях статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и мотивированы неисполнением ФИО2 обязанности по предоставлению конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета, иных документов должника, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Рассматривая требование о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов конкурсному управляющему, суд первой инстанции установил, что согласно данным бухгалтерского баланса на последнюю отчетную дату 31.12.2023, у должника имелось имущество: основные средства - 86 752 тыс. руб., запасы - 13 684 098 тыс. руб., дебиторская задолженность - 8 727 364 тыс. руб., финансовые вложения - 296 335 тыс. руб. Общая сумма активов составила 22 794 549 тыс. руб.

Учитывая, что ФИО2 не исполнил обязанность по передаче документов должника конкурсному управляющему, а отсутствие необходимых документов затрудняет наполнение конкурсной массы посредством взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок должника, возврата незаконно отчужденного имущества, суд первой инстанции признал подтвержденной совокупность элементов, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции отметил, что размер активов должника, в том числе, дебиторской задолженности, является существенным и соразмерным с размером реестра требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2, в том числе, указав, что активы должника по данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2023 составляли 22 794 549 тыс. руб. При этом, по результатам инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим, в конкурсную массу включены активы на сумму 216 024,73 руб.

Апелляционный суд отметив, что контролирующим должника лицом не представлены сведения об отраженных в бухгалтерском балансе по состоянию за 2023 год основных средств в размере 86 752 тыс. руб., запасов в размере 13 684 098 тыс. руб., финансовых вложений в размере 296 335 тыс. руб., указал, что установить их самостоятельно со стороны конкурсного управляющего не представляется возможным.

Как указано судом апелляционной инстанции, отсутствие расшифровки, отображенной в бухгалтерской отчетности за 2023 год суммы дебиторской задолженности должника в размере 8 727 364 тыс. руб., а также подтверждающих ее первичных документов не позволило конкурсному управляющему установить всех дебиторов и провести работу по взысканию задолженности.

Отклоняя доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что отсутствие документов, на которые ссылается конкурсный управляющий, никак не помешало ему в проведении процедур банкротства,  формировании конкурсной массы и взыскание дебиторской задолженности, суд апелляционной инстанции указал, что исковые заявления по делам №А65-800/2025 и №А65-807/2025 возвращены заявителю.  В рамках дел об оспаривании платежа в пользу ПСО "Казань" в размере 73 974 089,54 руб. ответчиками представлены документы, правомерность которых невозможно проверить в виду не передачи документов.

Апелляционным судом приняты во внимания пояснения конкурсного управляющего о том, что указанные исковые заявления были сформированы исходя из анализа банковских операций, ответов контрагентов, полученных по запросу конкурсного управляющего; первичная документация отсутствует.

Как указано апелляционным судом, отсутствие документации, которую по закону должен был хранить и передать бывший руководитель должника, приводит к тому, что в уже возбужденных спорах конкурсный управляющий не имеет возможность проверить правомерность заключенных актов, действительность обязательств, принятых к зачету.

Апелляционным судом отмечено, что уполномоченный орган, возражая по доводам жалобы, указывал, что в результате сравнительного анализа отгрузок по книгам покупок-продаж и анализа расчетного счета, налоговым органом установлена дебиторская задолженность должника.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо обычно лежит на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 постановления Пленума N 53).

В ряде случаев эта проблема решается законодательно введением презумпций - предположений, основанных на наибольшей вероятности наступления того или иного события (явления) при установлении прочих фактов. Презумпции считаются верными, пока не доказано иное.

Финансово-хозяйственная деятельность хозяйственных обществ отражается в документах, обязательность ведения и хранения которых устанавливается специальным законодательством. Так, в частности, Федеральный закон от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (пункт 3 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 9) обязывает руководителя хозяйственного общества вести бухгалтерский учет и хранить документы бухгалтерского учета, в которых должно непрерывно отражаться содержание фактов хозяйственной жизни этого общества. В связи с этим важнейшим источником сведений о деятельности общества и причинах его банкротства является его документация.

Предполагается, что отсутствие документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление конкурсному управляющему), связано с тем, что контролирующее должника-банкрота лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (пункты 1, 2, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, конкурсному управляющему, требующему привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, сокрывшего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно доказать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума N 53).

Создание препятствий конкурсному управляющему в защите прав кредиторов косвенным образом указывает на интерес контролирующего должника лица в сокрытии своих противоправных действий и намерении уйти от ответственности.

Указанная правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138.

Номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 6 постановления Пленума N 53).

Исследовав и оценив в совокупности все представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что невозможность формирования конкурсной массы как путем выявления и возврата в конкурсную массу основных средств стоимостью 86 752 тыс. руб., запасов на сумму 13 684 098 тыс. руб., так и путем выявления и оспаривания сделок, взыскания дебиторской задолженности, а также осуществления иных мероприятий конкурсного производства, обусловлены бездействием контролирующего должника лица, не передавшего бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанции действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанции о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам данного обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены.

При этом кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, судами первой и  апелляционной инстанции верно распределено бремя доказывания.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации и имущества должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

Доводы кассатора об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве со ссылкой на определение суда от 05.05.2025 по настоящему делу об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего должником об истребовании у ФИО2 документации должника, признаются судом округа несостоятельными.

Вынесение судебного акта об отказе в истребовании у бывшего руководителя должника документации не предрешает разрешение спора о субсидиарной ответственности, не означает невозможности привлечения руководителя к субсидиарной ответственности по соответствующим основаниям, в том числе связанным с неисполнением им обязанности по предоставлению конкурсному управляющему документов должника, надлежащему ведению бухгалтерского учета.

Суд округа отмечает, что отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании бухгалтерской и иной документации должника у ФИО2, суд руководствовался разъяснениями, содержащимися в абзаце первом пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", и исходил из отсутствия доказательств фактического наличия на момент разрешения спора у ФИО2 документации, не переданной конкурсному управляющему.

При этом суд в определении от 05.05.2025 указал, что вопрос о наличии или отсутствии уважительных причин неисполнения требований не входит в предмет доказывания по настоящему спору; неисполнение обязанности по хранению документации должника и имущества может являться основанием для постановки вопроса о привлечении соответствующего лица к ответственности, но не является основанием для удовлетворения требования о передаче отсутствующих документов и имущества.

Иные доводы заявителя направлены по существу на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств и представленных доказательств и не могут быть положены в основу отмены обжалуемых судебных актов, так как заявлены без учета норм части 2 статьи 287 АПК РФ, исключивших из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 по делу № А65-30188/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            В.Ф. Советова


Судьи                                                                                    А.Г. Иванова


                                                                                              М.В. Коноплёва