Постановление от 22 декабря 2019 г. по делу № А40-201207/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

23.12.2019

Дело № А40-201207/2016


Резолютивная часть постановления объявлена   16.12.2019

Полный текст постановления изготовлен  23.12.2019


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Коротковой Е.Н.

судей Кручининой Н.А., Петровой Е.А.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего  ООО «Омега-Юнион»  -  ФИО1,  доверенность от 30.07.2019,

от Левчука В.Я. – ФИО2, доверенность от 13.04.2018,

от ФИО3 – лично, паспорт, ФИО4, доверенность от 06.08.2018,

от ФИО5 – ФИО6, доверенность от 10.04.2019,

от ФИО10 .В.Ю. – ФИО7, доверенность от 08.09.2018,

рассмотрев 16.12.2019 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего  ООО «Омега-Юнион»  

на определение Арбитражного суда города Москвы   от 15.07.2019

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019

по  заявлению кредитора ООО «Медиа Сервис АБВ» и конкурсного управляющего о привлечении ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО5, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании ООО «Омега-Юнион» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2018 ООО "Омега-Юнион" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО11

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2018 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "Омега-Юнион", конкурсным управляющим утвержден ФИО12

В Арбитражный суд города Москвы поступили заявления кредитора  ООО "Медиа Сервис АБВ" и конкурсного управляющего ООО "Омега-Юнион" о привлечении контролирующих должника лиц: ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО5, ФИО10  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, объединенные для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.07.2019 заявления кредитора ООО "Медиа Сервис АБВ" и конкурсного управляющего должника удовлетворено в части, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Омега-Юнион" привлечены ФИО9 и ФИО10 солидарно; производство по заявлению о привлечении ФИО9 и ФИО10 к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, в остальной части требования судом первой инстанции отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО "Омега-Юнион" и ФИО10 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019 определение суда отменено в части привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в удовлетворении объединенного заявления конкурсного управляющего должника и ООО "Медиа Сервис АБВ" в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 отказано; в остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и постановлением судов в части отказа в привлечении Левчука В.Я., ФИО3, ФИО5, ФИО10 к субсидиарной ответственности, конкурсный   управляющий должника обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит судебные акты в обжалуемой части отменить, принять новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности Левчука В.Я., ФИО3, ФИО5, ФИО10 В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; полагает, что суды должны были применить  нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом округа отказано в приобщении письменных пояснений ФИО10, поскольку суд кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не наделен полномочиями по сбору, исследованию и оценке доказательств. Поскольку документы поданы в электронном виде, на бумажном носителе не возвращаются.

Судом округа отказано в приобщении отзыва ФИО3 на кассационную жалобу, в связи с отсутствием доказательств отправки копии отзыва остальным лицам заблаговременно. Поскольку документы поданы в электронном виде, на бумажном носителе не возвращаются.

Судом округа в порядке ст.279 АПК РФ приобщил к материалам дела отзыв Левчука В.Я. на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего   должника на доводах кассационной жалобы настаивал.

Представители Левчука В.Я., ФИО3, ФИО5,  ФИО10 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно сведениям из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц должность директора ООО "Омега-Юнион" замещали следующие лица: с 30.09.2011 по 04.12.2013 - ФИО8 (являлся участником должника с 26.09.2011 по 13.01.2014); с 13.12.2013 по 14.10.2014 - ФИО9 (являлся участником должника в период с 13.01.2014 по 19.11.2014); с 14.10.2014 по 17.08.2015 - ФИО3 (являлся участником должника с 19.11.2014 по 21.09.2015); с 17.08.2015 по 08.04.2016 - ФИО5 (являлся участником должника с 21.09.2015 по 29.04.2016);  с 08.04.2016 по 22.12.2016 - ФИО10 (являлся участником должника с 29.04.2016, а также ликвидатором должника с 22.12.2016 по 29.03.2018).

Обращаясь с заявлениями о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника и конкурсный кредитор указывали на причинение вреда имущественным правам кредиторов совершением ответчиками сделок от имени должника, на непередачу документации должника следующему руководителю должника и  ФИО10, соответственно, конкурсному управляющему должника.

Суд первой инстанции удовлетворил заявления частично,  привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Омега-Юнион" ФИО9 и ФИО10 солидарно. В качестве основания для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности судом указано на не передачу документации должника конкурсному управляющему должника, а также на не подачу заявления о признании должника банкротом.

Отказывая  в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности Левчука В.Я.,  ФИО3 и ФИО5, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные лица осуществляли полномочия руководителей должника за пределами предусмотренного законом для отнесения их к контролирующим лицам, кроме того, суд указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что документы бухгалтерского учета должника не в полном объеме переданы ответчиками друг другу, затем ФИО10, а также, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что сделки должника отвечают критерию значимости применительно к масштабам деятельности общества, а также критерию существенной убыточности.

Определение суда в части привлечения ФИО9 не обжаловалось в суд апелляционной инстанции и не обжалуется в суд кассационной инстанции по кассационной жалобе конкурсного управляющего, соответственно, судебный акт в указанной части не проверяется судом округа.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда   первой инстанции в части привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности, отказывая в удовлетворении требований к данному ответчику, и оставляя определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности Левчука В.Я.,  ФИО3 и ФИО5, пришел к следующим выводам.

Суд поддержал выводы суда первой ной инстанции о том, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что сделки должника отвечают критерию значимости применительно к масштабам деятельности общества, а также критерию существенной убыточности, кроме того, указав на то, что в материалы дела не представлены судебные акты о признании сделок недействительными.

По основанию непередачи документации общества должника конкурсному управляющему ответчиками Левчуком В.Я.,  ФИО3 и ФИО5 суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчики были освобождены от должности руководителей должника более, чем за два года до признания должника банкротом, в связи с чем у них отсутствовала обязанность по передаче документации конкурсному управляющему.

Отказывая в удовлетворении требований  к  ФИО10, суд апелляционной инстанции указал, что в материалах дела имеется акт приема-передачи документов должника от 21.12.2017, в отношении иной документации даны пояснения об изъятии их сотрудниками ФСБ России 06.10.2015. Кроме того, суд указал, что в бухгалтерском балансе должника в строке «прочие оборотные активы»  в сумме 405 880 тыс. руб. отражались произведенные должником расходы на уплату процентов и комиссии по кредитам, взятым в АО «Русстройбанк», соответственно, не имеют вещественной формы и являются убытками  организации от финансово-хозяйственной деятельности.

В отношении вмененной ФИО10 неподачи заявления  о признании должника банкротом судом апелляционной инстанции указано на то, что  заявителя не доказано наличие признаком объективного банкротства у  общества на 2013, а также наличие обязательств, возникших у должника в дату, когда должно было быть подано заявление о признании должника банкротом и до возбуждения дела о банкротстве.

Между тем судами не учтено следующее.

Как указано в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2,3) по делу №А22-941/2006, субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

 В данном случае заявители просили привлечь к субсидиарной ответственности Левчука В.Я.  за совершение сделок должника с 21.05.2012 по  04.12.2013,  ФИО3 - за совершение сделок с 29.12.2014 по 30.09.2015, ФИО5 - за совершение сделок 30.09.2015, а также за непередачу бухгалтерской документации должнику в период, когда указанные ответчики являлись руководителями должника,  то есть 2011 по апреля 2016.

Таким образом, обстоятельства, которые указаны заявителя в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, подпадают по действие положений статьи 10 Закона о банкротстве  в ред. Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ  (ФИО8) и Федерального закона № 134-ФЗ от 28.06.2013.

В силу ст.2 Закона о банкротстве (абзац введен Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 18.10.2016.

Таким образом, суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований к Левчуку В.Я., суды правильно применили положения ст.2 и ст.10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции и обоснованно признали отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, с учетом прекращения его полномочий руководителя общества более чем за два года до принятии заявления о признании  должника банкротом.

Оснований для отмены судебных актов судов первой  и апелляционной инстанции  в части отказа в удовлетворении заявленных требований к Левчуку В.Я суд не усматривает.

Кроме того, судебная коллегия кассационной инстанции согласна с выводами суда апелляционной инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 по основаниям неподачи заявления  о признании должника банкротом, с учетом установления судом апелляционной инстанции отсутствия обязательств, составляющих размер  ответственности по  п.2 ст.10, ст.61.12 Закона о банкротстве.

При этом, суд округа отмечает, что доводы кассационной жалобы не содержат указание на  наличие таких обязательств у должника в период с июля 2016 по октябрь 2016.

В то же время выводы суда первой инстанции о том, что ФИО3 и ФИО5 осуществляли полномочия руководителей должника за пределами предусмотренного законом срока для отнесения их к контролирующим лицам, не соответствуют фактическим обстоятельства дела и нормам ст.2 и ст.10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции, поскольку на 18.10.2016 двухлетний срок (до возбуждения дела о банкротстве) с учетом периода руководства обществом ФИО3 и ФИО5 не истек.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов о том, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что сделки должника (вменные в качестве основания для привлечения ФИО3 и ФИО5)  отвечают критерию значимости применительно к масштабам деятельности общества, а также критерию существенной убыточности.

В суде первой инстанции конкурсный управляющий ссылался на совершение должником  в период руководства и участия в обществе ФИО3 сделок с векселями на сумму 19 000 000 руб. и 17 000 000 руб., перечисление с расчетного счета должника 3 700 000 руб., в период руководства и участия в обществе ФИО5 – перечисление с расчетного счета должника 16 544 043 руб. 35 коп., 5 996 958 руб.,  3 700 000 руб. (т.3 л.д.54, 55).

В силу п. 23 Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление №53) к числу сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В то же время из судебных актов судов не следует, что именно указанные конкурсным управляющим должника сделки исследовались и оценивались судом. В судебных актах не приведено, на предмет чего суд оценивал значимость (существенную убыточность) вмененных сделок, отсутствует  ссылка на анализ баланса общества, оборота по счету должника, совершения иных сделок в совокупности, наличия обязательств перед кредиторами за соответствующий период.

В данном случае суды также не оценивали существенность влияния совершенных сделок на положение должника, не проверяли наличие причинно-следственной связи между совершенными сделками и фактически наступившим объективным банкротством.

Ссылка суда апелляционной инстанции на отсутствие судебных актов о признании сделок недействительными как на основание отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности не соответствует  п. 23 Постановления №53, согласно которому наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется, равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Кроме того, судами не учтены и положения п. 20 Постановления №53.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума ВС РФ №53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Однако, вмененные ответчикам как руководителям и участникам должника сделки  не были надлежащим образом оценены судами на предмет убыточности  общие положения о возмещении убытков (ст.ст.15, 393, 53.1 ГК РФ).

Как ранее, так и в настоящее время действует презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Не может суд согласиться и с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО5, а  суда апелляционной инстанции - об отсутствии оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника конкурсному управляющему.

В силу п.24 Постановления №53 в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (п.4 ст.10 и п.8 ст.61.11 Закона о банкротстве).

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что основанием для отказа в привлечении в отношении ФИО10 к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника конкурсному управляющему является данные ответчиком пояснения об изъятии их сотрудниками ФСБ России 06.10.2015, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Судом первой инстанции обстоятельства изъятия документации у должника соответствующим органами не исследовались и не устанавливались.

Как подтвердил  в ходе рассмотрения кассационной жалобы представитель  ФИО10, в материалах дела отсутствует постановление об изъятии документации именно должника.

Кроме того, вопрос о возможности восстановления документации общества, судьбы документов (в случае из изъятия), возможности у руководителей должника по их возврату в соответствии с нормами УПК РФ, судами не исследовался, соответствующие обстоятельства  не устанавливались.

Согласно п. 65 Положения по ведению бухгалтерского учета ибухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного ПриказомМинфина России № 34н от 29.07.1998, на который сослался суд апелляционной инстанции, затраты, произведенные организацией в отчетном периоде, но относящиеся к следующим отчетным периодам, отражаются в бухгалтерском балансе в соответствии с условиями признания активов, установленными нормативными правовыми актами по бухгалтерскому учету, и подлежат списанию в порядке, установленном для списания стоимости активов данного вида.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что в бухгалтерском балансе должника в строке «прочие оборотные активы»  в сумме 405 880 тыс. руб. в порядке п.65 Положения отражались произведенные должником расходы на уплату процентов и комиссии по кредитам, взятым в АО «Русстройбанк», соответственно, сделаны без указания на соответствующие доказательства, на основании которых суд пришел к данному выводу, в том числе без ссылок на конкретные кредитные обязательства, платежные поручения об уплате процентов и комиссии по кредитам.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что документы бухгалтерского учета должника не в полном объеме переданы ответчиками друг другу, затем ФИО10, также не указал на наличие в деле доказательств, подтверждающих такую передачу документов.

Таким образом, выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в отношении привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5 за совершение сделок и непередачу документации должника,  ФИО10 за непередачу документации должника являются преждевременными, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны в нарушение норм материального права.

На основании пункта 3 части 1 статьи 287, частей 1, 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в указанной части подлежат отмене.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в отменной части подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора в части суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения настоящего спора, дать оценку доводам сторон, оценить в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в дело доказательства, и применить закон, подлежащий применению, с учетом имеющейся арбитражной практики по спорным правоотношениям, с учетом разъяснений Постановления №53, а также разрешить вопрос о переквалификации требований; принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.07.2019 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО10 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 по делу  № А40-201207/2016 отменить, обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной обжалуемой части судебные акты  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий-судья                                     Е.Н. Короткова

Судьи:                                                                                 Н.А. Кручинина

                                                                                              Е.А. Петрова