Решение от 7 апреля 2026 г. АС Иркутской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, д. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,


тел. <***>; факс <***>

http://www.irkutsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск Дело № А19-26046/2023


«8» апреля 2026 года


Резолютивная часть решения объявлена «7» апреля 2026 года. Полный текст решения изготовлен «8» апреля 2026 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Рукавишниковой Е.В.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бальжинимаевой Б.Э., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

Межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664025, Иркутская обл., Иркутск г., Российская ул, д. 17)

к муниципальному унитарному предприятию «Водоканал» г. Иркутска (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664081, <...>)

третье лицо: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Сибирскому федеральному округу» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 630099, <...>)

о взыскании 2 781 129 руб.,


при участии представителя истца ФИО1 по доверенности от 06.03.2026 (паспорт), представителей ответчика ФИО2 по доверенности от 20.02.2025 (паспорт), ФИО3 по доверенности от 20.02.2025 (паспорт),

установил:

Иск заявлен о возмещении вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, в размере 2 781 129 руб.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 11.04.2025 по делу № А19-9560/2023, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой указал, что суды пришли к необоснованному выводу о недоказанности факта загрязнения, поскольку он стал известен истцу из средств массовой информации и не оспаривался самим ответчиком, не представившим доказательства проведения работ по восстановлению почвы. Истец также не согласился с выводами судов о недопустимости доказательств, подтверждающих отбор проб в отсутствие видеозаписи данного процесса, поскольку отсутствие видеозаписи компенсируют иные представленные в материалы дела доказательства. Кроме того, Управление оспорило вывод судов о непригодности примененного для определения координат точек отбора проб измерительного прибора GPSGarmineTrex 30x, указывая на его повсеместное использование в надзорной практике, а также на то, что прибор, будучи поверенным, соответствует требованиям Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений». Проведенные измерения загрязненного земельного участка, вопреки выводу судебной экспертизы, не относятся к геодезическим работам.

По итогам рассмотрения кассационной жалобы истца постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 05.11.2025 решение Арбитражного суда Иркутской области от 11.04.2025 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025 по делу № А19-26046/2023 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, отменяя судебные акты нижестоящих судов, указал, что судами не дана оценка всем собранным по делу доказательствам в их совокупности и взаимосвязи, в частности, протоколу поверки № 1124-66 от 01.03.2024 прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286 (представлен в материалы дела в электронном виде 08.04.2024), в котором указано, что погрешность определения координат составляет 4 метра, данный прибор соответствуем требованиям Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений». Между тем, вывод экспертов о величине погрешности прибора сделан по результатам оценки общих характеристик данного типа приборов, допускающих максимальную величину погрешности 15 м.


Как указал суд кассационной инстанции, нижестоящие суды, ограничившись ссылкой на экспертное заключение о неприменении данного прибора для геодезических работ (т.1 л.д. 144), не учли, что деятельность Управления по определению границ загрязненных участков и отбору проб по своему целевому назначению не относится к геодезическим и картографическим работам ни федерального назначения, ни специального (отраслевого) назначения по смыслу статьи 5 Федерального закона от 30.12.2015 № 431-ФЗ «О геодезии, картографии и пространственных данных и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Признавая результаты отбора проб недействительными и ссылаясь на невозможность определения точной площади загрязнения, суды не учли, что решение о взятии проб поверхностного слоя почвы не на самом участке, а по его контуру принято истцом в связи с тем, что ответчик самостоятельно снял верхний слой загрязненной почвы. При этом ответчик в опровержение доводов истца относительно размера земельного участка не представил какие-либо доказательства, подтверждающие иную площадь, с которой был вывезен соответствующий объем загрязненного слоя почвы.

Также признан неверным вывод судов о том, что отсутствие видеозаписи в ходе выездного обследования относится к грубым нарушениям, позволяющим признать результаты контрольного (надзорного) мероприятия недействительными. В данном случае для определения наличия вреда значение имеет сам факт разлива сточных вод, повлекший необходимость снятия загрязненного почвенного покрова. Между тем, ответчик в опровержение доводов истца о размере вреда не представил доказательства, подтверждающие иные параметры загрязнения.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел к выводу, что обжалуемые судебные акты не могут быть признаны законными и обоснованными, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

При новом рассмотрении истец поддержал исковые требования.


Ответчик исковые требования оспорил по доводам, изложенным в отзывах, полагал, что истцом не доказана площадь загрязнения почвы, представил контррасчет размера ущерба, исходя из координат, приведенных в заключении по результатам проведенной по делу судебной экспертизы, то есть с пересчетом на систему координат МСК-38 вместо системы координат WGS-84. Как указал ответчик, истцом не доказана обоснованность применения зарубежной системы координат WGS-84, запрещенной в Российской Федерации. Согласно контррасчету ответчика площадь участка загрязнения


почвы составляет 20,75 кв. м., тогда как истцом заявлено 116 кв. м. Учитывая указанную площадь, согласно доводам ответчика размер ущерба составляет 497 486,44 руб. (20,75 м2 × 2 781 129 руб. ÷ 116 м2).

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание своего представителя не направило, ранее в представленных отзывах и пояснениях поддержало доводы истца.

Поскольку неявка третьего лица в судебное заседание, уведомленного надлежащим образом, не является препятствием для рассмотрения дела, дело в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Как указал истец, Межрегиональным управлением Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории (далее - Управление) по результатам мониторинга СМИ установлен факт разлива хозяйственно-бытовых сточных вод на почву вследствие аварийной ситуации, произошедшей на канализационном коллекторе в районе п. Селиваниха г. Иркутска (вх. № СЗ-2102 от 11.07.2023).

Управлением установлено, что на основании распоряжения администрации г. Иркутска от 18.12.2007 № 504-02-3998/7 «О закреплении имущества на праве хозяйственного ведения за МУП ПУ ВКХ» правообладателем напорного канализационного коллектора от КНС-24 до камеры у ВСЖД и от камеры у ВСЖД до канализационных очистных сооружений левого берега г. Иркутск является МУП «Водоканал» г. Иркутска.

Согласно информации, представленной МУП «Водоканал» г. Иркутска по запросу истца (исх. № И-23-04742 от 18.07.2023), 02.07.2023 в диспетчерскую службу МУП «Водоканал» г. Иркутска поступила заявка от прохожего о наличии течи воды с запахом канализации в районе дома № 33 на улице Пляжной. На место прибыл мастер Ленинского эксплуатационного района сетей водопровода и канализации; определено место повреждения - утечка на левой нитке напорного трубопровода диаметром 1000 мм от КНС-24. Были организованы работы по откачке воды, отключение поврежденного участка трубопровода, для обеспечения возможности проведения сварочных ремонтных работ. Полное отключение повреждённого трубопровода было выполнено в 21 час. 50 мин. 02.07.2023. После вскрытия трубопровода была определена причина утечки - разгерметизация заводского сварного шва. Повреждение на напорном трубопроводе было


ликвидировано 05.07.2023 путём наложения на сварной шов ремонтной пластины. По поступившему обращению собственников участков на улице Пляжной проведена откачка воды с территории домовладений, обеззараживание территории, завезен плодородный грунт.

Аналогичную информацию на запрос истца представила администрация города (исх. № 405-70-д-3053/23 от 20.07.2023). Администрацией также сообщено, что участок канализационного трубопровода, на котором произошло повреждение, входит в состав объекта «Напорный канализационный трубопровод от КНС-24 до камеры ВСЖД и от камеры у ВСЖД до канализационных очистных сооружений левого берега г. Иркутска», который, в свою очередь, является частью эксплуатационного участка сетей канализации «Жилкино», находящегося в муниципальной собственности города Иркутска и переданного МУП «Водоканал» г. Иркутска на праве хозяйственного ведения.

На основании задания на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом от 02.08.2023 № 645-З Управлением с привлечением специалистов ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» 04.08.2023 проведено выездное обследование в районе произошедшего разлива сточных вод по адресу: Иркутская область, г. Иркутск, п. Селиваниха, в районе напорного канализационного коллектора от КНС-24, на земельном участке, государственная собственность на который не разграничена (географические координаты: 52.288049, 104.227963), что зафиксировано актом выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256 с приложением фототаблицы.

По результатам выездного обследования установлено, что разлив неочищенных хозяйственно-бытовых сточных вод от поврежденного участка канализационного коллектора произошел на незащищенный почвенный покров и далее на грунтовую дорогу. На месте разлива на почве зафиксированы следы техники и проведенных работ по ликвидации аварии.

Управлением в целях определения негативного воздействия на почву хозяйственно-бытовых сточных вод в рамках выездного обследования с привлечением экспертной организации ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» выполнен отбор проб почв на загрязненном участке и на сопредельной территории, не испытывающей негативного воздействия от данного вида нарушения (протокол отбора проб почв № ОТБ431П-23 от 04.08.2023).

По результатам проведения отбора проб, лабораторных исследований, измерений и испытаний (протокол испытаний № Б532П-23 от 18.08.2023) установлено наличие превышения концентраций загрязняющих веществ в пробах почв по сравнению с фоном по следующим веществам: нефтепродукты – более чем в 2,4 раза, нитрит-ион – более чем


в 2,1 раза; сульфат-ион - в 4,9 раз; фенолы – более чем в 1,7 раза; хлорид-ион - в 2,7 раза, а также превышение предельно-допустимых концентраций, установленных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 № 2 для почв населенных мест и сельскохозяйственных угодий по веществу: нитрат-ион - в 1,5 раза (экспертное заключение № 766-ГЛ-2023 от 18.08.2023).

На обследуемом земельном участке с использованием спутникового геодезического оборудования ЕFТ М2 GNSS (свидетельство о поверке № С-И/02-09-2022/183499222 от 02.09.2022, № С-И/02-09-2022/183499716 от 02.09.2022), система координат МСК-38 зона 3, определены географические координаты контура загрязненного хозяйственно-бытовыми сточными водами земельного участка, государственная собственность на который не разграничена.

При нанесении указанных координат в ГИС SASPlaneta версия 200606.10075 Stabl установлено, что общая площадь загрязнённого земельного участка составляет 116 кв. м.

Координаты места загрязнённой части земельного участка представлены в таблице, указанной в акте выездного обследования:

Место загрязнения


хозяйственно-бытовыми сточными

водами


52.2880516667


104.228125


52.2880866667


104.2280033333

52.2881383333


104.228035


52.2882066667


104.228095


52.288195


104.2281933333

52.2881533333


104.2281533333

При сопоставлении спутниковых снимков местности и рельефа со сведениями

публичной кадастровой карты установлено, что государственная собственность на земельный участок, на который осуществлен излив хозяйственно-бытовых сточных вод, не разграничена (находится в границах г. Иркутска), также установлено, что место разлива хозяйственно-бытовых сточных вод находится в границах водоохранной зоны водного объекта р. Иркут.

Применив правила расчета размера вреда в соответствии с пунктом 5 Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации № 238 от 08.07.2010, Управление определило размер причиненного вреда окружающей среде в сумме 2 781 129 руб.

Ссылаясь на нарушение ответчиком положений статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации, истец обратился с требованием о возмещении вреда, которое добровольно не удовлетворено, что послужило основанием для обращения в суд.


Исследовав представленные в дело доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, оценив их в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 1 Федерального закона от 10.01.2022 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон № 7-ФЗ) вред окружающей среде - негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

Охрана окружающей среды осуществляется на основе принципа «загрязнитель платит», который, как следует из статьи 3 Закона № 7-ФЗ, выражается в обязательном финансировании юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими хозяйственную и (или) иную деятельность, которая приводит или может привести к загрязнению окружающей среды, мер по предотвращению и (или) уменьшению негативного воздействия на окружающую среду, устранению последствий этого воздействия.

Пунктом 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации установлен приоритет охраны земли как важнейшего компонента окружающей среды.

Целями охраны земель являются предотвращение и ликвидация загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы, а также обеспечение рационального использования земель, в том числе для восстановления плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и улучшения земель (статья 12 Земельного кодекса Российской Федерации).

Из содержания пункта 3 статьи 77, абзаца второго пункта 1 статьи 78 Закона № 7-ФЗ, пункта 14 постановления № 49 следует, что причиненный окружающей среде вред должен возмещаться в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ.

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238 утверждена Методика исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды (далее - Методика № 238), согласно которой размер вреда зависит от площади загрязнения, степени и глубины загрязнения, категории земель и вида разрешенного использования, к которым относится данный земельный участок.


По смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для применения такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение вреда необходимо доказать одновременное наличие нескольких условий: факт причинения вреда и его размер, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, его вину, причинно-следственную связь между противоправным деянием и возникшим ущербом.

Согласно пункту 1 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон об охране окружающей среды) юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Закона об охране окружающей среды).

В соответствии со статьей 4 Закона об охране окружающей среды объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются: земли, недра, почвы; поверхностные и подземные воды; леса и иная растительность, животные и другие организмы и их генетический фонд; атмосферный воздух, озоновый слой атмосферы и околоземное космическое пространство.

Одним из основных принципов охраны окружающей среды является ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды (статья 3 Закона об охране окружающей среды), статьей 29 Федерального закона от 16.07.1998 № 101-ФЗ «О государственном регулировании обеспечения плодородия земель сельскохозяйственного назначения» (далее - Закон № 101-ФЗ) установлено, что нарушение законодательства Российской Федерации в области обеспечения плодородия земель сельскохозяйственного назначения влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.


В соответствии со статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту.

Статьей 78 Закона об охране окружающей среды установлено, что определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 49) разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об окружающей среде).

Согласно пункту 8 постановления Пленума ВС РФ № 49, по общему правилу, в соответствии со статьей 1064 ГК РФ и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», а также согласно статьям 15, 393 ГК РФ лицо, обратившееся с иском о взыскании убытков, должно доказать следующие обстоятельства: наличие убытков, факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика.

Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений, в частности, в постановлениях от 25.01.2001 № 1-П и от 15.07.2009 № 13-П, обращаясь к вопросам о возмещении причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой


обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину; наличие вины - общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно.

Лишь при доказанности совокупности всех указанных элементов причиненный вред подлежит возмещению.

В части 1 статьи 65 АПК РФ определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Заявляя требование о возмещении вреда, причиненного почве как объекту окружающей среды, истец указал на загрязнение земель (почв) ответчиком.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02.07.2023 на канализационном коллекторе в районе п. Селиваниха г. Иркутска произошла авария, повлекшая разлив неочищенных хозяйственно-бытовых сточных вод.

Истцом представлено распоряжение администрации г. Иркутска от 18.12.2007 № 504-02-3998/7 «О закреплении имущества на праве хозяйственного ведения за МУП ПУ ВКХ», в соответствии с которым правообладателем канализационного коллектора, на котором произошла аварийная ситуация, является МУП «Водоканал» г. Иркутска.

В качестве подтверждения факта причинения вреда почвам вследствие разлива неочищенных хозяйственно-бытовых сточных вод истец представил акт выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256 с приложением фототаблицы, протокол отбора почв № ОТБ431П-23 от 04.08.2023, протокол испытаний № Б532П-23 от 18.08.2023, экспертные заключения № 766-ГЛ-2023 от 18.08.2023, № 045-Г-2023 от 25.08.2023, а также информационные письма администрации города Иркутска и ответчика, которыми подтвержден факт аварийной ситуации, произошедшей на канализационном коллекторе в районе п. Селиваниха г. Иркутска.

Из представленных документов следует, что на основании задания на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом № 645-З от 02.08.2023 Управлением с привлечением специалистов ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» 04.08.2023 проведено выездное обследование, по результатам которого установлено, что разлив произошел от поврежденного участка коллектора на незащищенный почвенный покров и далее на грунтовую дорогу. На месте разлива зафиксированы следы техники и проведенных работ по ликвидации аварии. Данные


сведения отражены в акте выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256 с приложением фототаблицы.

В ходе обследования отобран и исследован ряд проб почвы. По результатам проведения лабораторных исследований, измерений и испытаний (протокол испытаний № Б532П-23 от 18.08.2023) установлено наличие превышения концентраций загрязняющих веществ в пробах почв по сравнению с фоном, а также превышение предельно-допустимых концентраций, установленных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 № 2, что отражено в экспертном заключении № 766-ГЛ-2023 от 18.08.2023.

Площадь загрязнения 116 кв. м определена посредством спутникового геодезического оборудования EFT М2 GNSS. Для определения координат точек отбора проб специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» использовалась навигационная аппаратура GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286. Поскольку верхний почвенный слой поврежденного участка снят ответчиком до подстилающей породы, сотрудником управления и специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» принято решение о взятии проб по контуру участка.

Таким образом, по результатам выездного обследования истцом установлено нарушение требований статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации, выразившееся в загрязнении почв в результате разлива хозяйственно-бытовых сточных вод на незащищенный почвенный покров земельного участка государственная собственность на который не разграничена (географические координаты: 52.288049, 104.227963).

Ответчиком не оспаривается факт разлива сточных вод в районе напорного канализационного коллектора от КНС-24, правообладателем которого он является, и факт принятия мер по ликвидации последствий аварии в виде снятия поврежденного грунта.

Вместе с тем, ответчик, оспаривая предъявленные к нему требования, указал на отсутствие в материалах дела видеозаписи отбора проб, полагает, что из фототаблицы к акту выездного обследования невозможно установить место съемки, а также указал, что выездное обследование, отбор проб произведены существенно позднее (более чем через месяц) после возникновения аварийной ситуации, в связи с чем в отсутствие доказательств, исключающих искажение результатов обследования и испытаний проб, истцом не доказана причинно-следственная связь между изливом сточных вод из канализационного коллектора ответчика и превышением концентраций загрязняющих веществ в пробах почв.


Оспаривая результаты отбора и испытания проб, ответчик также сослался на метеорологические условия в период с момента возникновения аварийной ситуации до проведения истцом выездного обследования, указав, что в июле и августе 2023 года шли дожди, что могло привести к вторичному загрязнению земельного участка атмосферными осадками и искажению результатов исследования проб.

Кроме того, ответчиком выражены сомнения относительно того, каким образом были определены границы загрязнения земельного участка, а также каким образом определены места отбора проб, поскольку в фототаблице к акту выездного обследования от 04.08.2023 зафиксирован сухой почвенный покров без следов излива сточных вод, при этом указано, что на месте разлива на почве зафиксированы следы техники и проведенных работ по ликвидации аварии. Ответчик указал, что при нанесении на карту географических координат загрязненного участка, указанных в акте выездного обследования от 04.08.2023, и географических координат места отбор проб почв, указанных в протоколе отбора, контур загрязнения не совпадает с местом отбора почв, из чего следует вывод, что на вменяемом в качестве загрязнения земельном участке пробы не отбирались и не исследовались. В обоснование указанного довода ответчиком в материалы дела представлены схемы мест отбора проб почв и загрязнения земельного участка, выполненные в цвете. Согласно представленным схемам участок земли, на котором отбирались пробы, и участок земли, который вменяется к загрязнению, представляют собой два разных участка, границы которых между собой не пересекаются.

Более того, согласно мнению ответчика, определение границ загрязненного участка с помощью измерительного прибора (спутниковое геодезическое оборудование EFT М2 GNSS) проводилось неуполномоченным лицом, у которого отсутствует допуск к работе на специальном оборудовании, а также отсутствует протокол инструментального обследования, составление которого обязательно при проведении измерительных работ.

Истец не согласился с доводами ответчика, указав, что размер и контур территории, загрязненной в результате излива сточных вод, определен по прямым признакам – на месте излива зафиксированы следы техники в результате проведенных работ МУП «Водоканал» г. Иркутска по ликвидации аварии.

По мнению истца осадки в виде дождей, на которые ссылается ответчик, привели только к уменьшению концентрации загрязняющих веществ в пробах почв и уменьшению исчисленной суммы вреда, что может трактоваться лишь в пользу ответчика. Кроме того, загрязняющие вещества, превышение концентраций которых обнаружено в пробах почв, характерны только для хозяйственно-бытовых сточных вод, ввиду чего несостоятелен довод ответчика о том, что вторичное загрязнение могло произойти вследствие дождей.


Истцом отмечено, что для определения координат точек отбора проб почв специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» использовалась поверенная навигационная аппаратура GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286, согласно метрологической характеристике погрешность которого составляет до 15 метров. При этом для определения площади загрязненного земельного участка специалистом Управления было использовано спутниковое геодезическое оборудование EFT N2 GNSS, система координат МСК-38 зона 3, которым определены географические координаты контура загрязненного участка, согласно метрологической характеристике погрешность средства измерения составляет до 3 мм. Таким образом, использованы разные средства измерения и имеется разница в величине погрешности приборов, в связи с чем координаты контура загрязненного земельного участка и координаты точек отбора проб находятся в границах погрешности средств измерений. С учетом погрешности пробы почв были отобраны по контуру загрязненного земельного участка.

Учитывая имеющиеся разногласия сторон относительно доказанности факта взятия проб непосредственно с поврежденного земельного участка, суд назначил судебную землеустроительную экспертизу, проведение которой поручил экспертам АНО НИЦНЭИ «Эксперт-Центр» ФИО4 и ФИО5. На разрешение экспертов судом поставлен следующий вопрос:

- Соответствуют ли географические координаты точек отбора проб границам земельного участка, вменяемого к загрязнению, с учетом погрешности технического прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286?

По результатам проведённого экспертами исследования в материалы дела представлено заключение экспертов № 28-03/24, согласно выводам которого географические координаты точек отбора проб не соответствуют границам земельного участка, вменяемого к загрязнению, с учетом погрешности технического прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286.

Допрошенные в судебном заседании в порядке ст. 86 АПК РФ эксперты ФИО4 и ФИО5 дали устные пояснения, из которых следует, что при выезде экспертов на указанные в протоколе отбора проб координаты установлено, что точки отбора проб фактически отмечены среди древесных насаждений, при этом погрешность средства измерения может быть как в большую, так и в меньшую сторону, ввиду чего невозможно установить точные координаты. Также экспертами указано, что прибор Garmine Trex 30x предназначен для бытовых целей, в целях геодезических измерений координат такую аппаратуру использовать нельзя. Во-первых, при использовании указанной аппаратуры применяется абсолютный автономный режим определения


координат и не зависит от привязки к местности; во-вторых, это американская система координат, которая в соответствии с Законом о геодезии не должна применяться в Российской Федерации. В-третьих, точность определения координат Garmine Trex 30x составляет 15 метров и определение площади с такой точностью приводит к тому, что погрешность в разы больше, чем сама площадь. По Методике, утв. Приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 23.09.2020 № П/0393, в населенных пунктах погрешность измерения одной точки составляет 0,1 м, а погрешность Garmine составляет 15 м. При этом эксперт ФИО5 пояснил, что определение координат земельного участка является именно геодезическими работами, поскольку целями и задачами определения координат являются определение точности местоположения разлива вод и координат фоновой и контрольной площадки.

Учитывая выводы экспертного заключения № 28-03/24, устные пояснения экспертов, при первом рассмотрении дела суд отказал в удовлетворении иска, исходя из недоказанности истцом причинно-следственной связи между причинением вреда ответчиком и наступившими последствиями, а также размера причиненного вреда, поскольку акт выездного обследования, протокол отбора проб почвы составлены без участия представителя ответчика и обязательной видеофиксации, а географические координаты отбора проб, указанные в протоколе отбора проб от 04.08.2023 № ОТБ431П-23, не признаны судом однозначно достоверными в связи с низкой точностью их определения, так как при отборе использовалась аппаратура Garmine Trex 30x зав. № 471126286, не предназначенная для проведения геодезических работ.

Между тем, с указанными выводами суда не согласился вышестоящий суд кассационной инстанции.

Как указано ранее, в постановлении от 05.11.2025 Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа отметил, что судами первой и апелляционной инстанции не дана оценка протоколу поверки № 1124-66 от 31.03.2024 прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286, в котором указано, что погрешность определения координат составляет 4 метра, данный прибор соответствуем требованиям Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений». Между тем, вывод экспертов (заключение № 28-03/24) о величине погрешности прибора сделан по результатам оценки общих характеристик данного типа приборов, допускающих максимальную величину погрешности 15 м.

Как указал суд кассационной инстанции, нижестоящие суды, ограничившись ссылкой на экспертное заключение о неприменении данного прибора для геодезических работ, не учли, что деятельность Управления по определению границ загрязненных


участков и отбору проб по своему целевому назначению не относится к геодезическим и картографическим работам ни федерального назначения, ни специального (отраслевого) назначения по смыслу статьи 5 Федерального закона от 30.12.2015 № 431-ФЗ «О геодезии, картографии и пространственных данных и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Также вышестоящим судом признан неверным вывод нижестоящих судов о том, что отсутствие видеозаписи в ходе выездного обследования относится к грубым нарушениям, позволяющим признать результаты контрольного (надзорного) мероприятия недействительными.

Повторно рассмотрев дело, суд, учитывая позицию и разъяснения суда кассационной инстанции, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, а также доводы участвующих в деле лиц, установив обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований с учётом следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02.07.2023 на канализационном коллекторе МУП «Водоканал» в районе п. Селиваниха г. Иркутска произошла авария, повлекшая разлив неочищенных хозяйственно-бытовых сточных вод на почву.

В ходе судебного разбирательства ответчик не оспаривал факт разлива сточных вод в районе напорного канализационного коллектора, правообладателем которого он является, и факт принятия мер по ликвидации последствий аварии в виде снятия поврежденного грунта

Таким образом, излив загрязняющих веществ на рельеф местности подтверждается самим ответчиком.

Размер вреда, причиненного почвам, в результате загрязнения почв рассчитан истцом в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды России от 08.07.2010 № 238, и составляет 2 781 129 руб.

Расчет ущерба произведен в соответствии с Методикой № 238, исходя из площади загрязнения - 116 кв. м. Указанная площадь определена и отражена в акте выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256.

Ответчик, оспаривая площадь загрязненного участка, ссылаясь на экспертное заключение № 28-03/24, выполненное в рамках судебной экспертизы, указал на то, что площадь определена с использованием оборудования (GPSGarmineTrex 30x зав. №


471126286), не предназначенного для геодезических измерений, а также измеряющего координаты в зарубежной системе WGS-84, не допустимой в Российской Федерации.

Ответчик представил контррасчет размера ущерба исходя из координат, приведенных в заключении по результатам проведенной по делу судебной экспертизы, то есть с пересчетом на систему координат МСК-38 вместо системы координат WGS-84. Как указал ответчик, истцом не доказана обоснованность применения зарубежной системы координат WGS-84, запрещенной в Российской Федерации.

Согласно доводам ответчика, в исследовательской части заключения № 28-03/24 , а также в ходе допроса в судебном заседании эксперты по настоящему делу пояснили, что система WGS-84 в Российской Федерации не применяется.

В соответствии с представленным контррасчетом ответчика площадь участка загрязнения почвы составляет 20,75 кв. м., а размер ущерба - 497 486,44 руб.

Рассмотрев вышеприведенный контррасчет ответчика, суд отклоняет его, поскольку ответчиком приведена площадь пробной площадки – 20, 75 кв. м., рассчитанной по системе координат МСК-38. Между тем, ответчику в качестве загрязнения вменяется не пробная площадка, а площадь земель, на которых был зафиксирован излив сточных вод, а именно: площадь земель в размере 116 кв. м., на которой зафиксированы следы переувлажнения почвы после аварии на коллекторе (от поврежденного участка канализационного коллектора в сторону грунтовой дороги – фото № 1-3 фототаблицы к акту выездного обследования). Также на указанном месте зафиксированы следы техники и проведения работ по ликвидации аварии (фото № 4-5 фототаблицы к акту выездного обследования).

Согласно акту выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256, географические координаты контура загрязненного хозяйственно-бытовыми сточными водами земельного участка определены с использованием оборудования ЕFТ М2 GNSS, система координат МСК-38 зона 3.

Координаты места загрязнённой части земельного участка представлены в таблице № 1 акта; при нанесении указанных координат в ГИС SASPlaneta версия 200606.10075 Stabl установлено, что общая площадь загрязнённого земельного участка составляет 116 кв. м.

Таким образом, неверным является вывод ответчика о том, что площадь загрязненного участка определена истцом с помощью оборудования GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286. Площадь загрязненного участка определена с использованием оборудования ЕFТ М2 GNSS, как это указано в акте выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256.


Как следует из материалов дела, решение о взятии проб поверхностного слоя почвы не на самом участке, а по его контуру принято истцом в связи с тем, что ответчик самостоятельно снял верхний слой загрязненной почвы.

Согласно протоколу отбора проб почв от 04.08.2023 № ОТБ431П-23 метод отбора проб почв – по контуру загрязненного участка. Таким образом, превышение концентрации загрязняющих веществ выявлено по контуру вменяемой к загрязнению площади.

Из пояснений ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» следует, что при осмотре места разлива сточных вод зафиксированы следы работы спецтехники - верхний почвенный слой (почва ненарушенного сложения) поврежденного участка был снят до подстилающей породы. Так как почва в данной местности имеет свои особенности — глинистая и суглинистая разновидность почвы - то загрязняющие вещества способны проникать вглубь не более, чем на 20 см. Сотрудником Управления совместно со специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» было принято решение проводить отбор проб по контуру, на границе участка нарушенного сложения. Согласно пояснениям третьего лица, проводить отбор проб в месте, где был снят верхний почвенный слой, не имело смысла, так как, скорее всего, загрязняющих веществ там уже не имелось и в данном случае отсутствовала возможность взять фоновую пробу.

В данном случае для определения наличия вреда значение имеет сам факт разлива сточных вод, повлекший необходимость снятия загрязненного почвенного покрова.

В нарушение требований пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик в опровержение доводов истца относительно размера земельного участка не представил какие-либо доказательства, подтверждающие иную площадь, с которой был вывезен соответствующий объем загрязненного слоя почвы.

Основные доводы ответчика сводятся к тому, что для определения координат точек отбора проб почв и для определения площади загрязненного земельного участка использовалось оборудование, не предназначенное для геодезических измерений, а географические координаты точек отбора проб не соответствуют границам земельного участка, вменяемого к загрязнению, с учетом погрешности прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286. Таким образом, по мнению ответчика, имеются сомнения, что на вменяемом в качестве загрязнения земельном участке отбирались пробы, по результатам исследований которых выдано заключение о превышении загрязняющих веществ. Ссылаясь на заключение экспертов, ответчик указал на недопустимость использования оборудования с зарубежной системой координат WGS-84, то есть определение координат с нарушением методики геодезических измерений. Также ответчик указал на отсутствие в материалах дела видеозаписи отбора проб и метеорологические условия (дожди) в период


с момента возникновения аварийной ситуации до проведения истцом выездного обследования, что могло привести к вторичному загрязнению земельного участка атмосферными осадками и искажению результатов исследования проб.

Суд полагает вышеприведенные возражения ответчика несостоятельными с учетом следующего.

В постановлении от 05.11.2025 судом кассационной инстанции указано, что деятельность Управления по определению границ загрязненных участков и отбору проб по своему целевому назначению не относится к геодезическим и картографическим работам ни федерального назначения, ни специального (отраслевого) назначения по смыслу статьи 5 Федерального закона от 30.12.2015 № 431-ФЗ «О геодезии, картографии и пространственных данных и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене судебного акта нижестоящего суда, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело. По смыслу изложенной нормы, обязательными для нижестоящих судов являются указания кассационного суда в части допущенных судами нарушений норм материального и процессуального права, либо в части исследования юридически значимых обстоятельств и оценки доказательств.

Учитывая изложенное, указание вышестоящего суда на то, что деятельность Управления по определению границ загрязненных участков и отбору проб по своему целевому назначению не относится к геодезическим и картографическим работам, является обязательным для суда при рассмотрении настоящего дела.

Таким образом, довод ответчика о том, что истцу для определения координат точек отбора проб почв и для определения площади загрязненного земельного участка следовало использовать оборудование, предназначенное для геодезических измерений, отклоняется судом.

Суд также критически оценивает выводы судебной экспертизы о том, что при отборе проб использовалось оборудование, не являющееся геодезическим инструментом, поскольку подобный вопрос перед экспертами не ставился.

Более того, в ходе допроса экспертов ими подтверждено, что применение геодезических технических средств и соответствующих геодезических требований в рамках федерального государственного экологического и/или земельного контроля (надзора) не установлено действующим законодательством.


Также суд критически оценивает доводы ответчика и выводы судебной экспертизы о том, что координаты земельного участка, представленные в акте выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256, определены с нарушением методики геодезических измерений, с использованием зарубежной системы координат WGS-84. Данный вопрос перед экспертами судом не ставился.

Суд соглашается с доводами истца о том, что система координат WGS-84 не запрещена в Российской Федерации.

Данная система координат относится к международным системам координат, использование которых осуществляется различными GPS-оборудованиями.

Согласно части 5 статьи 7 Федерального закона от 30.12.2015 № 431-ФЗ «О геодезии, картографии и пространственных данных и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» к международным системам координат относятся системы, применение которых предусмотрено международными договорами РФ, а также системы координат зарубежных спутниковых навигационных систем. К последним, в частности, относится WGS-84, которая используется в глобальной навигационной спутниковой системе GPS.

Система координат WGS-84 применяется в различных сферах, например, при определении географических координат объектов.

Таким образом, поскольку система координат WGS-84 не запрещена в Российской Федерации, координаты земельного участка, представленные в акте выездного обследования от 04.08.2023 № З-1256, не могут быть подвергнуты сомнению по этому основанию.

Кроме того, как указано судом ранее, в данном случае геодезические требования не могут распространяться ни на спорный прибор, ни на действия лаборатории и инспектора в рамках федерального государственного земельного надзора в рамках осуществления фиксации координат и определения площади загрязненных земель.

Технические приборы, используемые Управлением не привязываются к геодезической сети, так как не являются геодезическим оборудованием, а указывают координаты на основании спутниковых данных с погрешностью не более указанной в свидетельствах о поверке.

В соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 1 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений» (далее - Закон № 102-ФЗ) измерения при осуществлении деятельности в области охраны окружающей среды относятся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений.


Требования к измерениям, относящимся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, установлены в статье 5 Закона № 102-ФЗ. Одним из таких требований являются показатели точности измерений.

Согласно п. 1 ст. 5 Закона № 102-ФЗ измерения, относящиеся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, должны выполняться по первичным референтным методикам (методам) измерений, референтным методикам (методам) измерений и другим аттестованным методикам (методам) измерений, за исключением методик (методов) измерений, предназначенных для выполнения прямых измерений, с применением средств измерений утвержденного типа, прошедших поверку. Результаты измерений должны быть выражены в единицах величин, допущенных к применению в Российской Федерации.

В соответствии с п. 15, п. 17 ст. 2 Закона № 102-ФЗ поверка средств измерений (далее также - поверка) - совокупность операций, выполняемых в целях подтверждения соответствия средств измерений метрологическим требованиям; метрологические требования - требования к влияющим на результат и показатели точности измерений характеристикам (параметрам) измерений, эталонов единиц величин, стандартных образцов, средств измерений, а также к условиям, при которых эти характеристики (параметры) должны быть обеспечены.

По смыслу выше приведённых норм Закона № 102-ФЗ полученные результаты измерений с применением оборудования, проведшего поверку, являются верными.

В материалах дела имеются сведения о поверках использованной для определения координат точек отбора проб почв и для определения площади загрязненного земельного участка аппаратуры (протокол поверки № 1124-66 от 01.03.2024 прибора GPSGarmineTrex 30x зав. № 471126286, свидетельство о поверке ЕFТ М2 GNSS № С-И/02-09-2022/183499222 от 02.09.2022, № С-И/02-09-2022/183499716 от 02.09.2022).

Таким образом, суд приходит к выводу, что измерения координат для определения площади загрязненного земельного участка, а также координат точек отбора проб почв выполнены в соответствии с Законом № 102-ФЗ, следовательно, показатели данной аппаратуры считаются точными (верными).

Возражения ответчика относительно того, что определение границ загрязненного участка проводилось неуполномоченным лицом, у которого отсутствует допуск к работе на специальном оборудовании, относящимся к маркшейдерским работам, также подлежит отклонению, поскольку измерение координат для определения площади загрязнения не относится к маркшейдерским работам и не требует наличия лицензии на производство маркшейдерских работ.


Более того, Федеральный закон от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее - Закон № 248-ФЗ) не содержит требований о наличии у должностного лица, участвующего в контрольном надзорном мероприятии, специального допуска (образования, лицензии) к использованию оборудования для измерения площади земельного участка.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 82 Закона № 248-ФЗ под инструментальным обследованием в целях настоящего Федерального закона понимается контрольное (надзорное) действие, совершаемое инспектором или специалистом по месту нахождения (осуществления деятельности) контролируемого лица (его филиалов, представительств, обособленных структурных подразделений) либо по месту нахождения производственного объекта с использованием специального оборудования и (или) технических приборов для определения фактических значений, показателей, действий (событий), имеющих значение для оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований, а также подтверждения соответствия продукции (товаров) обязательным требованиям.

Согласно ч. 2 ст. 82 Закона № 248-ФЗ под специальным оборудованием и (или) техническими приборами в настоящем Федеральном законе понимаются все измерительные, испытательные приборы и инструменты, мини-лаборатории и переносные аппараты, утвержденные в установленном порядке в качестве применяемого испытательного оборудования, имеющие соответствующие сертификаты и прошедшие в случае необходимости метрологическую поверку, а также государственные и иные информационные системы, программные средства, созданные в соответствии с законодательством Российской Федерации. В случаях, установленных положением о виде контроля, для определения фактических значений, показателей, действий (событий), имеющих значение для проведения оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований, в ходе инструментального обследования могут применяться оборудование, государственные и иные информационные системы, программные средства, созданные в соответствии с законодательством Российской Федерации, обязательные к использованию контролируемым лицом, а также иные средства доступа к информации. Под средствами доступа к информации в настоящем Федеральном законе понимаются аппаратно-программные средства, обеспечивающие в установленном законодательством порядке доступ к информации, содержащейся в государственных информационных системах.


В силу положений ч. 3 ст. 82 Закона № 248-ФЗ инструментальное обследование осуществляется инспектором или специалистом, имеющими допуск к работе на специальном оборудовании, использованию технических приборов.

По результатам инструментального обследования инспектором или специалистом составляется протокол инструментального обследования, в котором указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы инспектора или специалиста, составивших протокол, сведения о контролируемом лице, предмет обследования, используемые специальное оборудование и (или) технические приборы, методики инструментального обследования, результат инструментального обследования, нормируемое значение показателей, подлежащих контролю при проведении инструментального обследования, и выводы о соответствии этих показателей установленным нормам, иные сведения, имеющие значение для оценки результатов инструментального обследования (ч. 4 ст. 82 Закона № 248-ФЗ).

Согласно ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» инструментальное обследование осуществляется инспектором или специалистом, имеющими допуск к работе на специальном оборудовании, использованию технических приборов.

По результатам инструментального обследования инспектором или специалистом составляется протокол инструментального обследования, в котором указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы инспектора или специалиста, составивших протокол, сведения о контролируемом лице, предмет обследования, используемые специальное оборудование и (или) технические приборы, методики инструментального обследования, результат инструментального обследования, нормируемое значение показателей, подлежащих контролю при проведении инструментального обследования, и выводы о соответствии этих показателей установленным нормам, иные сведения, имеющие значение для оценки результатов инструментального обследования (ч. 4 ст. 82 Закона № 248-ФЗ).

При этом измерение координат для определения площади загрязнения не относится к маркшейдерским работам и не требует наличия лицензии на производство маркшейдерских работ.

В состав маркшейдерских работ входят пространственно-геометрические измерения горных разработок и подземных сооружений, определение их параметров, местоположения и соответствия проектной документации; наблюдение за состоянием горных отводов и обоснование их границ; учет и обоснование объемов горных


разработок; определение опасных зон горных разработок, а также мер по охране горных разработок, зданий, сооружений и природных объектов от воздействия работ, связанных с пользованием недрами, проектирование маркшейдерских работ.

Согласно ч. 3 ст. 82 Закона № 248-ФЗ инструментальное обследование осуществляется инспектором или специалистом, имеющими допуск к работе на специальном оборудовании, использованию технических приборов.

Между тем, указанный федеральный закон не содержит требований о наличии у должностного лица, участвующего в контрольном надзорном мероприятии специального допуска (образования, лицензии) к использованию оборудования для измерения площади земельного участка.

Как отмечено ранее, оборудование ЕFТ М2 GNSS имеет свидетельство о поверке № С-И/02-09-2022/183499222 от 02.09.2022, № С-И/02-09-2022/183499716 от 02.09.2022.

Таким образом, координаты и площадь загрязненного земельного участка определены корректно поверенным оборудованием.

Обоснованными являются доводы истца, что экспертами не учтено при расчете погрешности оборудования также ее отрицательное значение. Так, из заключения экспертов следует, что при расчете погрешности учитывалось только положительное ее значение, тогда как наличие погрешности может свидетельствовать и о ее отрицательном значении.

Таким образом, погрешность средства измерения может трактоваться не только в пользу ответчика, но и в пользу истца, ввиду чего нельзя исключить отбор проб на вменяемом участке.

Суд полагает, что вывод экспертов о том, что географические координаты точек отбора проб не соответствуют границам земельного участка, вменяемого к загрязнению, с учетом погрешности технического прибора GPSGarmineTrex 30x, не опровергает обстоятельств, зафиксированных в акте выездного обследования, протоколе отбора проб, поскольку экспертами не учтено при расчете погрешности оборудования также ее отрицательное значение.

При этом из материалов дела следует, что отбор проб производился одновременно с осмотром участка специалистами Управления; таким образом, сотрудники ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» не могли отбирать пробы на ином участке.

В рассматриваемом случае судом принято во внимание, что вред почвам как объекту окружающей среды причинён вследствие излива сточных вод, при этом видимые последствия излива хозяйственно-бытовых сточных вод с течением времени и учитывая специфику выброса, установить объективно невозможно.


В соответствии с п. 4 ГОСТ 17.4.3.01-2017 «Почвы. Общие требования к отбору проб»: «Размер и контур территории, загрязненной при аварийной ситуации, могут определять либо по прямым, либо по косвенным признакам (в частности, по угнетению растительного покрова)».

Из пояснений третьего лица следует, что размер и контур территории, загрязнённой в результате излива хозяйственно-бытовых сточных вод, определен по прямым признакам: на месте излива зафиксированы следы техники в результате проведенных работ МУП «Водоканал» г. Иркутска по ликвидации аварии. Так, при осмотре места разлива сточных вод зафиксированы следы работы спецтехники - верхний почвенный слой (почва ненарушенного сложения) поврежденного участка был снят до подстилающей породы. Сотрудником Управления совместно со специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по СФО» было принято решение проводить отбор проб по контуру, на границе участка нарушенного сложения.

В ходе судебного разбирательства ответчик признал факт разлива сточных вод в районе канализационного коллектора, правообладателем которого он является, и факт принятия мер по ликвидации последствий аварии в виде снятия поврежденного грунта, однако в опровержение доводов истца относительно размера земельного участка не представил какие-либо доказательства, подтверждающие иную площадь, с которой был вывезен соответствующий объем загрязненного слоя почвы.

Как следует из материалов дела, в ходе обследования 04.08.2023 отобран и исследован ряд проб почвы. По результатам проведения лабораторных исследований, измерений и испытаний (протокол испытаний № Б532П-23 от 18.08.2023) установлено наличие превышения концентраций загрязняющих веществ в пробах почв по сравнению с фоном, а также превышение предельно-допустимых концентраций, установленных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 № 2, что отражено в экспертном заключении № 766-ГЛ-2023 от 18.08.2023.

Как указано в п. 32(1) постановления Правительства Российской Федерации от 30.06.2021 № 1096 (ред. от 28.02.2024) "О федеральном государственном экологическом контроле (надзоре)", федеральная служба по надзору в сфере природопользования для проведения экспертизы может привлекать экспертов и экспертные организации, включая подведомственные Федеральной службе по надзору в сфере природопользования федеральные государственные бюджетные учреждения, аккредитованные в соответствии с законодательством Российской Федерации об аккредитации в национальной системе аккредитации.


Пунктом 33 Постановления предусмотрено, что отбор проб (образцов) воды, почвы, воздуха, сточных и (или) дренажных вод, выбросов, сбросов загрязняющих веществ, отходов производства и потребления осуществляется в соответствии с утвержденными документами по стандартизации, правилами отбора проб (образцов) и методами их исследований (испытаний) и измерений, техническими регламентами или иными нормативными техническими документами, правилами, методами исследований (испытаний) и измерений и иными документами для направления указанных проб (образцов) на экспертизу в экспертную организацию.

В соответствии с п. 34 Постановления при проведении контрольных (надзорных) мероприятий для фиксации доказательств нарушений обязательных требований могут использоваться фотосъемка, аудио- и видеозапись, иные способы фиксации доказательств.

Пунктом 42 Постановления предусмотрено, что осмотр осуществляется должностным лицом, уполномоченным на проведение контрольного (надзорного) мероприятия, в присутствии контролируемого лица или его представителя и (или) с применением видеозаписи. Досмотр в отсутствие контролируемого лица или его представителя может осуществляться только в случаях наличия у контрольного органа сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) жизни, здоровью граждан, окружающей среде с обязательным применением видеозаписи.

Одним из видов контрольных (надзорных) мероприятий, в соответствии со статьей 75 Закона № 248-ФЗ является выездное обследование, которым признается контрольное (надзорное) мероприятие, проводимое в целях оценки соблюдения контролируемыми лицами обязательных требований. Выездное обследование может проводиться по месту нахождения (осуществления деятельности) организации (ее филиалов, представительств, обособленных структурных подразделений), месту осуществления деятельности гражданина, месту нахождения объекта контроля, при этом не допускается взаимодействие с контролируемым лицом (части 1 и 2 указанной статьи).

В силу пункта 2 части 3 указанной статьи, пунктов 77, 78, 79 Постановления Правительства РФ от 30.06.2021 № 1096 «О федеральном государственном экологическом контроле (надзоре)», в ходе выездного обследования может быть осуществлен, в том числе отбор проб (образцов), который осуществляется в присутствии контролируемого лица или его представителя и (или) с применением видеозаписи (часть 2 статьи 81 Закона № 248-ФЗ).

Вместе с тем, в данных нормативных актах не указано на то, что отсутствие видеозаписи лишает стороны в случае спора ссылаться на иные виды доказательств.


Положениями статьи 91 Закона № 248-ФЗ установлено, что отмена решений, принятых по результатам контрольного (надзорного) мероприятия, или признание результатов контрольного (надзорного) мероприятия недействительным, допускается лишь при наличии грубого нарушения требований к его проведению, указанных в части 2 названной статьи. Отсутствие видеозаписи не относятся к таким нарушениям.

В соответствии с подпунктом 5 статьи 2 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля" отбор образцов продукции, объектов окружающей среды, объектов производственной среды, исследований, испытаний, а также по проведению экспертиз и расследований является мероприятиями по контролю.

Ограничения при отборе проб установлены пунктом 4 статьи 15 Федерального закона № 294-ФЗ.

В частности, запрещено отбирать образцы продукции, пробы обследования объектов окружающей среды и объектов производственной среды для проведения их исследований, испытаний, измерений без оформления протоколов об отборе указанных образцов, проб по установленной форме и в количестве, превышающем нормы.

По результатам отбора проб ЦЛАТИ по СФО подготовлены акты отбора проб почв, протоколы испытаний, экспертное заключение по результатам отбора проб, в связи с чем положения статьи 15 Федерального закона № 294-ФЗ не нарушены.

Довод ответчика о допущенных нарушениях при отборе проб, в том числе, об отсутствии видеозаписи, отклоняется судом как противоречащий требованиям законодательства и материалам дела.

Так, отбор проб правомерно произведен в отсутствие представителя ответчика и без применения средств видеозаписи, поскольку контрольное (надзорное) мероприятие проведено в отношении объекта окружающей среды на основании задания, выданного по результатам мониторинга СМИ и выявленной информации о факте разлива хозяйственно-бытовых сточных вод на почву, то есть в порядке положений статей 56, 75 Федерального закона от 31.07.2020 № 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации" (в редакции, действующей на момент проведения обследования), а именно не в отношении ответчика и в отсутствие взаимодействия с ним.

Доводы ответчика о том, что обследование произведено лишь через месяц после аварии, а отобранные пробы почв могли быть искажены под влиянием атмосферных осадков, также признаются судом несостоятельными, поскольку с учетом погодных условий и длительного периода концентрация загрязняющих веществ в почве может


только снизиться. Кроме того, загрязняющие вещества, превышение концентраций которых обнаружено в пробах почв, характерны только для хозяйственно-бытовых сточных вод. При этом ответчиком не приведено каких-либо доказательств того, что атмосферные осадки могут негативно сказаться на концентрации загрязняющих веществ в почве.

В пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. В соответствии с указанной статьей обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Представленные в материалы дела доказательства, полученные по итогам обследования земельного участка, отбора проб и их последующего анализа, соответствуют критериям их относимости и допустимости, получены в установленном законом порядке и отвечают требованиям статей 67, 68 АПК РФ. Доказательства отсутствия наступления негативных последствий для почвы либо их возникновения в силу иных факторов ответчиком не представлены.

При рассмотрении вопроса о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившим вредом, суд усматривает, что для определения наличия вреда первостепенное значение имеет сам факт разлива канализационных сточных вод в результате повреждения трубопровода (разгерметизация заводского сварного шва) канализационного коллектора МУП «Водоканал» г. Иркутска в районе дома № 33 на улице Пляжной п. Селиваниха г. Иркутска, что подтверждается актом выездного обследования, фотографиями, экспертным заключением.


Представленные истцом доказательства, а также размер вреда ответчиком не опровергнут надлежащими доказательствами.

Ответчик не представил суду доказательства существования иной причины ущерба, не связанной с его деятельностью (его действиями). Ответчиком также не представлены доказательства того, что им были предприняты все необходимые меры для предупреждения причинения вреда почвам.

То обстоятельство, что ответчик после предъявления истцом требования о возмещении вреда почвам выразил несогласие с установленной истцом площадью загрязнения, само по себе не опровергает указанного выше, а также не освобождает его от ответственности за возмещение вреда.

Таким образом, в материалах дела содержатся достаточные материалы, указывающие на совокупность обстоятельств, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности на ответчика в виде возмещения вреда в результате порчи почв (наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями).

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 77 Федерального закона № 7-ФЗ, вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению виновным лицом независимо от того, причинен ли он в результате умышленных действий (бездействия) или по неосторожности.

Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Таким образом, закон исходит из презумпции вины причинителя вреда.

Кроме того, в соответствии с пунктом 7 постановления Пленума № 49, установлена презумпция причинения вреда окружающей среде в случае превышения юридическими лицами установленных нормативов допустимого воздействия на окружающую среду. При этом бремя доказывания обстоятельств, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов и их наступление вне зависимости от допущенного нарушения возлагается на ответчика.

Таким образом, ввиду отсутствия в материалах дела доказательств причинения вреда иным лицом, суд приходит к выводу, что именно по вине ответчика допущено


загрязнение земельного участка по причине излива хозяйственно-бытовых сточных вод на почву, вследствие чего причинен вред почвам, как объекту охраны окружающей среды.

В рамках настоящего спора истцом заявлено о взыскании убытков, размер которых определен в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды РФ от 08.07.2010 № 238.

Как указывалось судом ранее, согласно расчету истца размер вреда, причиненного почвам как объекту окружающей среды, составил 2 781 129 руб.

Расчет проверен судом и признан арифметически и методологически верным.


Ответчиком расчет надлежащими доказательствами не оспорен, доказательства возмещения вреда не представлены.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме в размере 2 781 129 рублей.

Поскольку истец на основании подпункта 1.1. пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ответчика в размере 36 905 руб. 65 коп.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражных судов в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Водоканал» г. Иркутска

(ОГРН <***>) в пользу Межрегионального управления Федеральной службы по


надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории (ОГРН <***>) 2 781 129 руб. убытков.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Водоканал» г. Иркутска (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 36 905 руб. 65 коп.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.

Судья Е.В. Рукавишникова