Постановление от 21 августа 2025 г. по делу № А65-2179/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-544/2024

Дело № А65-2179/2023
г. Казань
22 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 августа 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Советовой В.Ф.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 10.01.2025,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025

по делу № А65-2179/2023

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» ФИО3 о взыскании убытков с ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2023 по заявлению Федеральной налоговой службы (далее – уполномоченный орган) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство с применением положений отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании с ФИО1 в пользу должника убытков в размере 3 800 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2025, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены частично, с ФИО1 в пользу должника взыскано 1 736 029 руб. убытков. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального права. Заявитель жалобы указывает, что суды неправомерно не применили срок исковой давности, который следует исчислять c даты, когда о факте реализации транспортного средства стало известно контролирующему должника лицу, а не конкурсному управляющему; контролирующие должника лица должны были узнать о реализации актива должника не позднее 30.04.2018, когда был утвержден годовой баланс за 2017 год, в связи с чем срок исковой давности истек 30.04.2021.

В судебном заседании 29.07.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 16 ч. 30 мин. 12.08.2025. Информация о перерыве размещена на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» Арбитражного суда Поволжского округа. После перерыва судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Заявленные конкурсным управляющим требования мотивированы тем, что между должником (продавец) в лице директора ФИО4 и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства от 11.11.2017, по условиям которого продавец обязуется передать автомобиль MERCEDES-BENZ CLS 350 D 4MATIC, VIN <***>, 2016 года выпуска, государственный номер <***>, в собственность покупателя, а покупатель надлежащим образом принять и оплатить продавцу денежные средства в размере 60 000 руб.

Согласно акту от 11.11.2017 продавец передал автомобиль в собственность (полное хозяйственное ведение) и получил в полном объеме предусмотренную договором денежную сумму, а покупатель принял и оплатил вышеуказанное транспортное средство.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что в результате заключения договора купли-продажи должнику причинены убытки в размере 3 383 000 руб., поскольку согласно банковским выпискам по счетам должника оплата за транспортное средство не поступала; определенная в договоре купли-продажи цена автомобиля (60 000 руб.) не соответствует его действительной рыночной стоимости, так как в последующем спорное имущество было отчуждено в адрес третьего лица за 3 383 000 руб., сделка совершена между аффилированными лицами, на момент совершения сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности, обратился с настоящими требованиями в суд.

При разрешении спора суд первой инстанции установил, что в рамках выездной налоговой проверки должника за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 выявлено умышленное применение схемы незаконной налоговой минимизации с целью завышения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций со стоимости работ, выполненных в адрес заказчиков и, как следствие, уменьшения налогов, подлежащих уплате в бюджет в ходе ведения строительного бизнеса должником и подконтрольными ему организациями – ООО «КСК» (c 10.01.2019 ООО «СКС Вертикаль») и ООО «Бизнес-Строй» с привлечением официально нетрудоустроенных иностранных лиц и граждан Российской Федерации, не состоящих в трудовых отношениях с должником либо ООО «КСК» и ООО «Бизнес-Строй», под непосредственным руководством ФИО1

Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Республике Татарстан от 26.04.2022 № 2.16-08/6-р и решением Управления Федеральной налоговой службы от 19.09.2022                  № 2.7-18/030176@ о привлечении должника к ответственности налоговым органом установлены факты использования должника ФИО1 для вывода бюджетных денежных средств из хозяйственного оборота с целью их последующего присвоения и использования в личных целях.

Фактически решениями налогового органа о привлечении общества к ответственности установлен факт подконтрольности должника ФИО1

Судом первой инстанции принято во внимание, что в рамках дела № А65-27505/2022 бывшим руководителем должника ФИО4, в период действия полномочий которого как руководителя заключен спорный договор купли-продажи транспортного средства, даны пояснения, согласно которым с момента регистрации должника ФИО4 являлся номинальным руководителем; после получения документов в налоговой ФИО4 сделал печать, штамп с оттиском подписи, а также открыл счета в нескольких банках, с получением удаленного доступа к этим счетам (банк-клиент), после чего все штампы, печати и ключи ФИО4 передал ФИО1; ФИО4 договор купли-продажи автомобиля от 11.11.2017 не подписывал, что также подтвердили результаты проведенной почерковедческой экспертизы.

Суд первой инстанции, установив, что на дату заключения договора должник не исполнял обязательства перед кредиторами, транспортное средство реализовано не по рыночной стоимости (за 60 000 руб.), сделка совершена с заинтересованным лицом, какой-либо экономической выгоды от сделки с ФИО1 должник не получил, в результате заключения договора купли-продажи автомобиля от 11.11.2017 причинен вред имущественным правам кредитора (уполномоченного органа), выразившийся в выводе ликвидного имущества из конкурсной массы должника в пользу ФИО1, пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к ответственности в виде взыскания убытков.

Определяя размер убытков, суд первой инстанции принял во внимание представленный ФИО1 отчет об оценке № 438/1/11/24 рыночной стоимости автомобиля на дату заключения договора купли-продажи от 11.11.2017, согласно которому стоимость транспортного средства составляла 1 796 029 руб., а также суд учел, что согласно квитанции к приходному кассовому ордеру ФИО1 произведена оплата за автомобиль в размере 60 000 руб., и пришел к выводу о причинении должнику действиями ответчика убытков на сумму 1 736 029 руб. (1 796 029 руб. - 60 000 руб.).

Отклоняя довод ФИО1 о пропуске сроков исковой давности, суд первой инстанции, с учетом положений статьей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснений, изложенных в пункте 68 Постановления Пленума Высшего Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), принимая во внимание, что сложившаяся судебная практика выработала требование о начале течения срока исковой давности – с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для подачи заявления о взыскании убытков, и установив, что ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должником решением суда 17.04.2023 (резолютивная часть объявлена 13.04.2023), а обратился в суд с рассматриваемым заявлением 05.04.2024 (в течение года с момента введения процедуры банкротства в отношении должника), пришел к выводу о том, что срок исковой давности на дату обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением не истек.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признав их обоснованными.

Отклоняя довод ФИО1 о том, что срок исковой давности следует исчислять с даты, когда о факте реализации транспортного средства стало известно контролирующему должника лицу ФИО5 (участник должника), а не конкурсному управляющему, суд апелляционной инстанции указал, что согласно материалам дела участник должника ФИО5 являлась лицом, подконтрольным ФИО1, а утвержденный конкурсный управляющий должником является первым незаинтересованным руководителем должника.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума № 53, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Исходя из правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о причинении должнику убытков в связи с неправомерными действиями ФИО1 при совершении сделки, в результате которой транспортное средство должника выбыло без равноценного встречного предоставления, судебные инстанции пришли к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Довод ФИО1 в кассационной жалобе о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям подлежит отклонению.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

В силу статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

В абзаце втором пункта 10 постановления Пленума № 62 разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 68 постановления Пленума № 53.

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности с появлением у должника реальной возможности защитить свои нарушенные права и законные интересы.

В рассмотренном случае начало течения общего трехгодичного срока исковой давности обусловлено субъективным фактором и подлежало исчислению с момента утверждения конкурсного управляющего, незаинтересованного по отношению к должнику руководителя, обладающего интересом и возможностью к предъявлению требования о возмещении убытков к контролировавшему должника лицу, в связи с чем суды пришли к правомерному выводу о том, что срок исковой давности по заявленным конкурсным управляющим требованиям не был пропущен.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 по делу № А65-2179/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва


Судьи                                                                                    А.Г. Иванова


                                                                                              В.Ф. Советова