Решение от 22 февраля 2018 г. по делу № А79-7836/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-7836/2017
г. Чебоксары
22 февраля 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 15.02.2018.

Полный текст решения изготовлен 22.02.2018.

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии в составе судьи Трофимовой Н.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Епифановой С.П., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО1, Чувашская Республика, 1-ый Якимовский овраг, д.34, корп.1, ОГРНИП 313213030400054, ИНН <***>,

к индивидуальному предпринимателю ФИО2, <...>, ОГРНИП 304213414000254, ИНН <***>,

о взыскании 52 105 руб.,

третьи лица:

Управление Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике в лице Новочебоксарского городского отдела судебных приставов, <...>,

ФИО3, <...>,

при участии:

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 28.02.2015,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ответчик) 32 105 руб. ущерба, 20 000 руб. морального вреда.

Исковые требования мотивированы незаконными действиями ответчика, явивших следствием утрату истцом удерживаемого им имущества ФИО3

В судебном заседании 14.02.2018 судом в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 16 часов 00 минут 15.02.2018.

Истец и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, представителя в суд не направили.

От истца в суд поступили письменные пояснения, в которых истец указывает, что ИП ФИО1 на основании статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации было удержано имущество субарендатора – ИП ФИО3 (далее также – должник) По устной договоренности с ответчиком удерживаемое имущество должно было находится в его нежилом помещении. В момент сдачи помещения, арендуемого истцом у ответчика, удерживаемое истцом оборудование находилось в нем. Доступ в помещения ответчика без его разрешения осуществлен быть не мог. С момента вступления в силу решения Арбитражного суда Чувашской Республики от 10.11.2016 по делу №А79-4809/2016 истец приобрел статус залогодержателя в отношении имущества ИП ФИО3 Необходимости заключения договора хранения с ответчиком не имелось, поскольку стоимость удерживаемых вещей не превышала десятикратный размер оплаты труда, исчисленный исходя из МРОТ в сумме 7 500 руб. Утрата имущества по обстоятельствам, зависящим от ответчика, лишило истца права на обращение взыскания на данное имущество в рамках возбужденного исполнительного производства. Истец ссылается на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и указывает на признаки недобросовестности в действиях ответчика.

Представитель ответчика в ходе судебного заседания после перерыва пояснил, что требования не признает, наличие договоренности относительно передачи имущества ФИО3 на хранение ИП ФИО5 отрицал.

От УФССП по Чувашской Республики – Чувашии в суд поступили пояснения, согласно которым задолженность ФИО3 по исполнительному производству не погашена.

Дело на основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрено в отсутствие представителей истца и третьих лиц.

Выслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, суд установил следующее.

10.01.2014 между истцом (арендатор) и ответчиком (арендодатель) заключен договор аренды нежилого помещения №61 (далее – Договор от 10.01.2014 №61), по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору право временного возмездного пользования частью нежилых помещений, находящихся по адресу: <...>, на срок с 10.01.2014 по 31.12.2014 общей площадью 541,8 кв.м. под офис.

Дополнительным соглашением к Договору от 10.01.2014 №61 стороны предусмотрели право арендатора сдавать арендованное имущество в субаренду полностью или частично без согласования с арендодателем.

01.01.2015 между сторонами заключен договор аренды нежилого помещения №61 (далее – Договор от 01.01.2015 №61) на аналогичных условиях в части объекта аренды сроком действия с 01.01.2015 по 31.12.2015.

Помещение передано ответчиком истцу согласно акту приема-передачи от 01.01.2015 и возвращено арендодателю согласно акту приема-передачи нежилого помещения от 26.05.2016.

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Чувашской Республики от 10.10.2016 по делу №А79-4809/2016, 01.08.2014 между истцом (арендодатель) и ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения (далее - Договор от 01.08.2014), согласно пункту 1.1 которого арендодатель передает, а арендатор принимает в возмездное и срочное пользование нежилое помещение общей площадью 14 кв.м., расположенное по адресу: <...> (далее – Помещение), с целью использование его в качестве парикмахерской.

11.09.2015 комиссией в составе работников истца составлен акт об опечатывании помещения и удержании имущества парикмахерской в счет погашения задолженности ответчика по субарендной плате, согласно которому опечатано Помещение парикмахерской с находящимся имуществом (оборудование) путем замены замков и опечатывание дверей за подписью и печатью ФИО1 на бумажном носителе.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанным решением с ФИО3 взыскана задолженность по арендной плате за период с 01.05.2015 по 10.09.2015 по Договору от 01.08.2014 в размере 19 468 руб., пени в размере 8 458 руб. 23 коп. за период с 01.06.2016 по 29.09.2016.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 26.04.2017 по делу №А79-4809/2016 с ФИО3 в пользу истца взысканы судебные издержки на оплату услуг представителя в размере 4 178 руб. 77 коп.

На основании названных решения и определения по делу №А79-4806/2016 Арбитражным судом Чувашской Республики – Чувашии выданы исполнительные листы серии ФС №014450278 и №014452446.

05.04.2017 и 04.07.2017 судебными приставами-исполнителями возбуждены исполнительные производства на основании данных исполнительных листов: №24818/17/21018-ИП, предмет исполнения – задолженность в общей сумме 27 926 руб. 23 коп., и №52760/17/21018-ИП, предмет исполнения – задолженность в размере 4 178 руб. 77 коп.

Из представленных в материалы дела УФССП по Чувашской Республике документов и пояснений следует, что по состоянию на 13.02.2018 задолженность по исполнительным листам ФИО3 не погашена.

Полагая, что на ответчике в силу имевшейся между сторонами договоренности лежала обязанность по обеспечению сохранности имущества ФИО3, удерживаемого истцом, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением, в котором просил суд взыскать с ответчика 32 105 руб. ущерба, 20 000 руб. морального вреда, применить указанные в исковом заявлении нормы ГК РФ, ГПК РФ, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации РФ. В направляемых в ходе рассмотрения дела ходатайствах, истец при этом указывает, что его иск заявлен о признании незаконными действий по отчуждению имущества неуправомоченным лицом, признании данной сделки ничтожной в силу закона и применения последствий ее недействительности, возмещение убытков, включая упущенную выгоду, нарушения прав и охраняемых законом интересов граждан, посягающей на право собственности, повлекшие материальный ущерба в виде утраты имущества, удержанного в счет обеспечения обязательств и компенсации морального вреда.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд отказывает в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В обоснование исковых требований истец ссылается на совершение ответчиком противоправных действий, повлекших выбытие имущества должника – ФИО3 из владения истца, положения статей 15, 167, 168, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В обоснование того, что неправомерные действия ответчика повлекли ущерб истцу, истец ссылается на обязанность ответчика осуществлять хранение имущества ФИО3 в силу сложившихся между сторонами отношений по секвестру в соответствии со статьей 926 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 926 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору о секвестре двое или несколько лиц, между которыми возник спор о праве на вещь, передают эту вещь третьему лицу, принимающему на себя обязанность по разрешении спора возвратить вещь тому лицу, которому она будет присуждена по решению суда либо по соглашению всех спорящих лиц (договорный секвестр).

Таким образом, предмет договорного секвестра – вещь, в отношении которой имеется спор о праве на нее. Передача вещи осуществляется путем заключения в соответствии с принципом свободы договора трех – или многосторонней сделки: между спорящими в отношении права на данную вещь сторонами и лицом, которому передается на хранение вещь.

В материалах дела отсутствуют доказательства как наличия спора между истцом и ФИО3 о праве на удержанное истцом имущество последней, так и достижения трехстороннего соглашения между истцом. ФИО3 и ответчиком о передаче ему в порядке секвестра такого имущества.

С учетом изложенного судом отклоняется довод истца о передаче имущества ФИО3 ответчику в соответствии с названными нормами.

На наличие иных оснований для удержания непосредственно ответчиком имущества ФИО3, воспрепятствования ей в доступе к имуществу с учетом сдачи истцом помещения (в состав которого входит Помещение парикмахерской) ответчику по акту от 26.05.2016 истец не ссылается.

Более того, в соответствии с положениями статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации договор хранения должен быть заключен в письменной форме в случаях, указанных в статье 161 настоящего Кодекса. При этом для договора хранения между гражданами (подпункт 2 пункта 1 статьи 161) соблюдение письменной формы требуется, если стоимость передаваемой на хранение вещи превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда.

Договор хранения, предусматривающий обязанность хранителя принять вещь на хранение, должен быть заключен в письменной форме независимо от состава участников этого договора и стоимости вещи, передаваемой на хранение.

Простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю: сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем; номерного жетона (номера), иного знака, удостоверяющего прием вещей на хранение, если такая форма подтверждения приема вещей на хранение предусмотрена законом или иным правовым актом либо обычна для данного вида хранения.

В соответствии с положениями статьи 5 Федерального закона от 19.06.2000 №82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" исчисление платежей по гражданско-правовым обязательствам, установленных в зависимости от минимального размера оплаты труда, производится с 1 января 2001 года исходя из базовой суммы, равной 100 рублям.

Таким образом, сумма, равная десяти минимальным размерам оплаты труда, в целях применения статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет 10 000 руб.

Из изложенного следует, что в случае, если общая стоимость имущества ФИО3, находящегося в Помещении парикмахерской, составила 32 105 руб., договор хранения должен был быть заключен в письменной форме.

Между тем истец, ссылаясь на наличие в Помещении имущества ФИО3 на сумму, способную покрыть задолженность последней по исполнительным листам, не представил в материалы дела документы, предусматривающие заключение договора хранения.

Ответчиком достижение соответствующей договоренности отрицается.

Как следует из материалов дела, помещение, являвшееся объектом аренды по Договору от 01.01.2015 №61, передано истцом ответчику по акту приема-передачи 26.05.2016. Акт подписан сторонами без возражений, содержит указание на освобождение истцом помещения.

Таким образом, сторонами документально зафиксировано освобождение истцом помещений ответчика 26.05.2016. Оговорок о наличии на момент передачи какого-либо имущества, удерживаемого истцом, акт не содержит.

Акт комиссии от 11.09.2015 об опечатывании помещения, опись имущества также ответчиком не подписаны. В письме от 11.04.2017 в адрес ответчика истец сообщает о содержании текста печати, наложенной при опечатывании помещения, арендованного ФИО3 у истца, из которого также не усматривается указание на наличие какого-либо имущества.

Какие-либо иные документы, свидетельствовавшие бы о согласовании сторонами передачу истцом ответчику на хранение имущества ФИО3, в материалах дела отсутствуют.

Первое письмо, имеющееся в материалах дела и содержащее требование истца не предпринимать в отношении имущества ФИО3 каких-либо действий, датировано 11.04.2017, то есть после того как ФИО3 получила доступ в помещение совместно с сотрудниками полиции и забрала часть вещей.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности истцом наличия у ответчика обязанности обеспечивать сохранность имущества ФИО3, в том числе, путем воспрепятствования ей как собственнику имущества, находящегося в освобожденном истцом помещении, доступа к нему.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Довод истца о принятии им мер для обеспечения сохранности удерживаемого имущества в соответствии с пунктом 1 статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации путем опечатывания помещения с текстом "В соответствии со ст.359 ГК РФ помещение опечатано за неуплату субарендной платы. Самовольное вскрытие расценивается как самовольное проникновение в помещение в соответствии с УК РФ", судом отклоняется.

В соответствии с пунктом 3 части 1 названной статьи, подлежащей применению к отношениям по удержанию имущества по аналогии, в случае, если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество (статья 338), обязан не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества.

Возвращая ответчику помещение по акту от 26.05.2016, в том числе, включающее в себя Помещение парикмахерской, в котором находилось имущество третьего лица, а следовательно, утрачивая право владения и пользования данным Помещением, истец не предпринял мер по согласованию условий договора, связавшего бы ответчика обязательством по обеспечению сохранности имущества, либо по вывозу такого имущества. Само по себе наличие на двери в Помещение печати лица, утратившего право пользования им, о недопустимости проникновения в Помещение, в отсутствие законных оснований (например, наличие договора хранения с собственником) не может расцениваться как принятие мер по обеспечению сохранности имущества.

Соглашение об информационном объеме от 01.05.2016 №1 ответчиком не подписано.

Истец также не указывает на конкретные действия ответчика, которые он считает незаконными, конкретную сделку, которая, по мнению истца, должна быть признана ничтожной. Материалы дела не позволяют сделать однозначный вывод об осуществлении именно ответчиком действий, повлекших утрату имущества ФИО3, а также невозможность удовлетворения требований взыскателя по исполнительным листам, выданным Арбитражным судом Чувашской Республики по делу №А79-4809/2016 на всю взыскиваемую сумму.

Так, в объяснениях, отобранных судебным приставом - исполнителем Новочебоксарского городского отдела судебных приставов УФССП по Чувашской Республики – Чувашии, ФИО3, указала, что 17.03.2017 она обратилась в ОМВД г.Новочебоксарска с заявлением о пропаже вещей, которые находились по адресу: ул. Силикатная, д.20. Она выехала с работниками полиции сразу и через 2 дня забрала имущество. Мебель была испорчена, вздута от влажности, разбито зеркало, бойлер вздулся. Бойлер пришлось выкинуть, так как он не подлежит восстановлению, мебель вывезли к мужу в гараж (шкаф, скамейка, 2 зеркала).

Следовательно, часть имущества сохранилась в натуре и его местонахождение известно, часть имущества на момент изъятия предположительно была испорчена и в таком случае не могла бы быть реализована по обычным ценам на бывшие в употреблении предмета мебели, прочий инвентарь.

Истец также просит взыскать с ответчика 20 000 руб. морального вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из искового заявления, представленных истцом пояснений не усматривается, какие неимущественные права нарушены ответчиком, на какие нематериальные права посягают действия ответчика.

При таких обстоятельствах, поскольку у суда отсутствуют основания для вывода о незаконности либо недобросовестности действий ответчика, суд отказывает индивидуальному предпринимателю ФИО1 в удовлетворении исковых требований.

Государственная пошлина в размере 2 000 руб. подлежит отнесению на истца в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

отказать в удовлетворении исковых требований.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 084 (две тысячи восемьдесят четыре) руб.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Судья

Н.Ю. Трофимова