Решение от 30 сентября 2022 г. по делу № А40-64195/2022

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-64195/22-51-459
30 сентября 2022 года
город Москва



Резолютивная часть решения объявлена 23 сентября 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 30 сентября 2022 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Власенко А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ААЛТО» (ОГРН 1021000992924)

к ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЕ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (ОГРН 1047730015200)

о признании недействительным решения от 28 декабря 2021 года об отказе в государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447, об обязании зарегистрировать предоставление права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447 в рамках делопроизводства № 2021Д01039,

третье лицо – ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТЕЛЛАР ДИСТРИБЬЮШН РУС» (ОГРН 1175007009616),


при участии:

от заявителя – Маркин Д. Н., по дов. № б/н от 28 марта 2022 года; Самогулова И. И., по дов. № б/н от 28 марта 2022 года;

от заинтересованного лица – Кулакова К. В., по дов. № 04/32-393/41 от 24 февраля 2022 года;

от третьего лица – не явилось, извещено;

У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ААЛТО» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЕ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (далее – заинтересованное лицо, Роспатент) о признании недействительным решения от 28 декабря 2021 года об отказе в государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447, об обязании зарегистрировать предоставление права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447 в рамках делопроизводства № 2021Д01039

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТЕЛЛАР ДИСТРИБЬЮШН РУС».

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явилось.

С учетом своевременного размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, спор рассмотрен в его отсутствие на основании статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ».

Заинтересованное лицо против удовлетворения заявленных требований возражало по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей заявителя и заинтересованного лица, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что 22.01.2021 в Роспатент было подано заявление о государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков «РУССКИЙ ГАРАНТЪ» № 317657, «КАРЕЛЬСКИЙ СБОР» № 458447 по лицензионному договору между заявителем и третьим лицом. Роспатентом заявлению был присвоен номер 2021Д01039. В процессе рассмотрения заявления № 2021Д01039 Роспатент 16.03.2021 направил уведомление о необходимости представления недостающих или (и) надлежаще оформленных документов для рассмотрения заявления, в котором было указано на то, что у заявителя в отношении товарного знака «РУССКИЙ ГАРАНТЪ» № 317657 отсутствует право использования наименования места происхождения товара (далее - НМПТ) № 65 «Русская водка», были приведены ссылки на пункты 3 и 4 статьи 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в редакции, действовавшей на дату подачи заявления 2021Д01039 и принятия оспариваемого решения. В ответ на уведомление от 16.03.2021 № 2021Д01039 третье лицо 21.06.2021 направило развернутый ответ, в котором указало на необоснованность доводов Роспатента в названном уведомлении. Роспатент 11.08.2021 повторно направил уведомление о необходимости представления недостающих или (и) надлежаще оформленных документов для рассмотрения заявления, в котором вновь указал на отсутствие у заявителя права использования НМПТ № 65 «Русская водка». В ответ на уведомление от 11.08.2021 № 2021Д01039 третье лицо 10.1П2021 направило развернутый ответ, в котором снова указало на необоснованность доводов Роспатента в названном уведомлении. Роспатент 28.12.2021 принял решение в форме уведомления об отказе в государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков «РУССКИЙ ГАРАНТЪ» № 317657 и «КАРЕЛЬСКИЙ СБОР» № 458447 по лицензионному договору. Указанное решение мотивировано тем, что не допускается использование зарегистрированного НМПТ лицами, не имеющими соответствующего свидетельства, а также использование сходного обозначения, а распоряжение исключительным правом на НМПТ, в том числе путем предоставления другому лицу права использования этого наименования, не допускается.

Заявитель не согласен с указанным решением, считает его противоречащим нормам действующего законодательства.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием (статья 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 6 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Учитывая требования указанных норм процессуального права, бремя доказывания по таким спорам распределяется следующим образом: на орган, осуществивший оспариваемые действия, возлагается бремя доказывания наличия полномочий на осуществления оспариваемых действий и соответствие оспариваемых действий закону и иным нормативным правовым актам, в то время как на заявителя возлагается бремя доказывания нарушения оспариваемыми действиями своих прав и законных интересов в предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (пункт 4 статьи 198 АПК РФ).

Доказательств направления в адрес заявителя оспариваемого решения материалы дела не содержат, однако, учитывая, что решение в форме уведомления датировано 28.12.2021, а заявление направлено в суд средствами почтовой связи 28.03.2022, суд считает, что трехмесячный срок заявителем не пропущен.

Суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Согласно пункту 1 статьи 1481 ГК РФ, на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, выдается свидетельство на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем предоставления права использования по лицензионному договору исключительного права другому лицу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1232 ГК РФ в случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с этим Кодексом государственной регистрации, отчуждение исключительного права на такой результат или на такое средство по договору, залог этого права и предоставление права использования такого результата или такого средства по договору, а равно и переход исключительного права на такой результат или на такое средство без договора, также подлежат государственной регистрации, порядок и условия которой устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1232 ГК РФ, государственная регистрация отчуждения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации по договору, государственная регистрация залога этого права, а также государственная регистрация предоставления права использования такого результата или такого средства по договору осуществляется по заявлению сторон договора.

Заявление может быть подано сторонами договора или одной из сторон договора. В случае подачи заявления одной из сторон договора к заявлению должен быть приложен по выбору заявителя один из следующих документов: подписанное сторонами договора уведомление о состоявшемся распоряжении исключительным правом; удостоверенная нотариусом выписка из договора; сам договор.

В заявлении сторон договора или в документе, приложенном к заявлению одной из сторон договора, должны быть указаны: вид договора; сведения о сторонах договора; предмет договора с указанием номера документа, удостоверяющего исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации.

Согласно пункту 2 статьи 1490 ГК РФ, предоставление по договору права его использования, переход исключительного права на товарный знак без договора подлежат государственной регистрации в порядке, установленном статьей 1232 ГК РФ.

Как следует из Административного регламента предоставления Федеральной службой по интеллектуальной собственности государственной услуги по государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для электронных вычислительных машин, базу данных, утверждённого приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 10 июня 2016 года № 371, зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 14 июля 2016 года № 47489 (далее - Административный регламент), государственная регистрация предоставления права использования товарного знака осуществляется Роспатентом.

Согласно пункту 3 Правил государственной регистрации распоряжения исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для ЭВМ, базу данных по договору и перехода исключительного права на указанные результаты интеллектуальной деятельности без договора, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2015 года № 1416 (далее - Правила), государственная регистрация распоряжения исключительным правом и перехода исключительного права осуществляется при соблюдении следующих условий:

а) представлены заявление, предусмотренное пунктом 5 настоящих Правил, или документы, предусмотренные пунктом 10 настоящих Правил;

б) указанные в подпункте «а» настоящего пункта заявление или документы представлены в отношении зарегистрированных изобретения, полезной модели, промышленного образца, товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара, топологии интегральной микросхемы, программы для ЭВМ, базы данных, товарного знака и изобретения, охраняемых на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами Российской Федерации, правовая охрана которых не прекращена или не признана недействительной в установленном порядке;

в) представленные сведения о правообладателе (патентообладателе), предмете договора, соглашения об изменении или расторжении договора (включая номер патента, свидетельства, объем правовой охраны, срок действия исключительного права) или сторонах по договору соответствуют сведениям, имеющимся в Государственном реестре изобретений Российской Федерации, Государственном реестре полезных моделей Российской Федерации, Государственном реестре промышленных образцов Российской Федерации, Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, Перечне общеизвестных в Российской Федерации товарных знаков, Государственном реестре наименований мест происхождения товаров Российской Федерации, Реестре топологий интегральных микросхем, Реестре программ для ЭВМ, Реестре баз данных, международных реестрах объектов интеллектуальной собственности, которые ведутся в соответствии с международными договорами Российской Федерации;

г) представлены документы, предусмотренные пунктами 6 и 13 настоящих Правил (при необходимости);

д) в заявлении или в документах, представление которых предусмотрено пунктами 7 - 9 настоящих Правил, содержатся сведения, наличие которых предусмотрено указанными пунктами настоящих Правил;

е) документы удовлетворяют требованиям, предусмотренным пунктами 4 и 5 настоящих Правил;

ж) представленные в соответствии с пунктом 10 настоящих Правил документы подтверждают переход исключительного права с учетом положений пунктов 11 и 12 настоящих Правил;

з) права, являющиеся предметом договора, не выходят за пределы имеющихся у сторон договора прав;

и) отчуждение исключительного права на товарный знак, знак обслуживания, промышленный образец по договору не является причиной введения потребителя в заблуждение относительно товара или его изготовителя.

Как установлено судом, словесный товарный знак «РУССКИЙ ГАРАНТЪ» № 317657 зарегистрирован на имя компании ООО «ААЛТО».

На товарный знак № 317657 в установленном порядке выдано свидетельство, удостоверяющее исключительное право в отношении товаров, указанных в свидетельстве (статьи 1477, 1481 ГК РФ).

Указанное исключительное право не оспорено и не признано недействительным в установленном законодательством порядке. Таким образом, исключительное право на товарный знак № 317657 является действующим и не может быть произвольно ограничено.

Заявитель предоставляет право использования товарного знака № 317657 на имя третьего лица.

Каких-либо ссылок на несоответствие пункту 3 Правил Роспатент в оспариваемом решении не привел.

Ни заявитель, ни третье лицо не являются правообладателями НМПТ № 65.

Таким образом, заявитель при предоставлении права использования товарного знака по договору не выходит за пределы прав, которые у них имеются.

Соответственно, Роспатент не имел законных оснований для отказа в регистрации предоставления права использования товарных знаков № 317657 и № 458447.

Указанные в оспариваемом решении Роспатента пункты 3 и 4 статьи 1519 ГК РФ никоим образом не соотносятся с предоставлением права использования товарного знака № 317657 по лицензионному договору и являются неприменимыми к рассматриваемым правоотношениям.

Согласно пункту 3 статьи 1519 ГК РФ, не допускается использование зарегистрированного НМПТ лицами, не имеющими соответствующего свидетельства, даже если при этом указывается подлинное место происхождения товара или наименование используется в переводе либо в сочетании с такими словами, как «род», «тип», «имитация» и тому подобными, а также использование сходного обозначения для любых товаров, способного ввести потребителей в заблуждение относительно места происхождения и особых свойств товара (незаконное использование наименования места происхождения товара). Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно использованы НМПТ или сходные с ними до степени смешения обозначения, являются контрафактными.

Как напрямую следует из пункта 3 статьи 1519 ГК РФ, он регулирует использование зарегистрированного НМПТ.

Использованием НМПТ или товарного знака является его использование на товаре, его упаковке, при выполнении работ, оказании услуг, на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, в сети «Интернет» (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ, пункт 2 статьи 1519 ГК РФ).

Таким образом, пункт 3 статьи 1519 ГК РФ не регулирует регистрационные действия, не регулирует правила распоряжения правами на товарные знаки, в том числе государственную регистрацию предоставления права использования товарного знака.

В этой связи указание в оспариваемом решении на отсутствие у заявителя права использования НМПТ № 65 со ссылкой на пункт 3 статьи 1519 ГК РФ, является необоснованным и не может служить причиной для отказа в государственной регистрации предоставления права использования товарного знака № 317657.

Заявитель, обладающий исключительным правом на товарный знак № 317657 и не обладающий правом использования НМПТ, на законном основании передает права использования именно товарного знака, а не НМПТ № 65.

В свою очередь регистрационные действия, связанные с НМПТ, регулирует пункт 4 статьи 1519 ГК РФ, упомянутый в уведомлении.

Как следует из текста пункта 4 статьи 1519 ГК РФ, он регулирует распоряжение исключительным правом именно на НМПТ, а не на товарный знак, права использования которого предоставляются в рамках дела № 2021Д01039.

Природа запрета на государственную регистрацию предоставления права использования на НМПТ заключается в том, что НМПТ связано с территорией, определенной границами географического объекта, и характеристиками товара. Если лицо находится на той же территории и производит аналогичный товар, оно может само получить исключительное право на использование НМПТ при соблюдении установленных законом требований. Указанный запрет никоим образом не может быть распространен на исключительное право на товарный знак, поскольку товарный знак, в отличие от НМПТ не связан территорией, определенной границами географического объекта, а параллельное получение исключительного права на один и тот же товарный знак законом не допускается.

Таким образом, пункт 4 статьи 1519 ГК РФ также является неприменимым к рассматриваемым отношениям по государственной регистрации предоставления права использования товарного знака по свидетельству № 317657.

Пункт 3 Правил, содержащий условия государственной регистрации распоряжения исключительным правом, не предусматривает такие основания для отказа в государственной регистрации предоставления права использования товарного знака как сходство этого товарного знака с НМПТ.

Соответственно, и Роспатент не имеет возможности обосновать, какое именно из условий государственной регистрации, предусмотренных пунктом 3 Правил, не было соблюдено заявителем.

Более того, вопросы использования зарегистрированного НМПТ и нарушения исключительного права на него не входят в компетенцию Роспатента. Роспатент является лишь регистрирующим органом, в компетенцию которого не включены полномочия по контролю за использованием зарегистрированных объектов интеллектуальной собственности и пресечению действий по нарушению исключительных прав. В связи с чем, применение Роспатентом положений пункта 3 статьи 1519 ГК РФ представляется не соответствующим закону.

Суд считает необходимым отметить, что аналогичные требования были рассмотрены судом в рамках дела № А40-35976/21. В постановлении от 29 апреля 2022 года по указанному делу Суд по интеллектуальным правам отметил «ошибочное толкование Роспатентом положений пункта 3 статьи 1489 ГК РФ, согласно которому, предоставление права использования товарного знака, включающего в качестве неохраняемого элемента географическое указание или наименование места происхождения товара, которым на территории Российской Федерации предоставлена правовая охрана (пункт 7 статьи 1483 названного Кодекса), допускается только при наличии у лицензиата исключительного права на такое географическое указание или такое наименование. Указанное положение может быть применено только в отношении товарного знака, который изначально зарегистрирован с включением в него в качестве неохраняемого элемента географическое указание или НМПТ. При этом регистрация такого товарного знака может быть осуществлена, если 1) заявитель товарного знака одновременно является правообладателем такого наименования места происхождения товара, 2) охраняемое наименование места происхождения товара или обозначение, сходное с ним до степени смешения, будет включено в товарный знак в качестве неохраняемого элемента, 3) регистрация товарного знака осуществляется только в отношении тех товаров, для индивидуализации которых зарегистрировано наименование места происхождения товара. В рассматриваемом деле товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 277987 изначально не был зарегистрирован как включающий в качестве неохраняемого элемента НМПТ, в материалах дела нет сведений и о том, что общество «Собрание» является правообладателем названного НМПТ. Применение положений пункта 3 статьи 1489 ГК РФ в случаях предполагаемого сходства товарного знака и НМПТ свидетельствует о недопустимом расширительном толковании названной нормы административным органом».

В постановлении от 24 мая 2022 года по делу № А40-121670/21 Суд по интеллектуальным правам также указал: «Основанием для решения Роспатента об отказе в государственной регистрации отчуждения спорных товарных знаков послужил его вывод о том, что в состав этих знаков входит элемент, сходный с наименованием места происхождения товара. Действительно, в силу пункта 3 статьи 1488 ГК РФ отчуждение исключительного права на товарный знак, включающий в качестве неохраняемого элемента географическое указание или наименование места происхождения товара, которым на территории Российской Федерации предоставлена правовая охрана (пункт 7 статьи 1483), допускается только при наличии у приобретателя исключительного права на такое географическое указание или такое наименование. Вместе с тем Роспатент ошибочно читает эту норму саму по себе, в отрыве от действительного правового регулирования и от существа соответствующих отношений… в ситуации, когда спорные товарные знаки зарегистрированы не на имя обладателя права использования наименования места происхождения товара, выводы Роспатента о сходстве их с таким наименованием (а соответственно, о противоречии их регистрации пункту 7 статьи 1483 ГК РФ) расходятся с принципом презумпции законности существования зарегистрированных товарных знаков. Соответствующая презумпция может быть опровергнута только по результатам рассмотрения поданного в установленном порядке возражения (статьи 1512, 1513 ГК РФ, пункт 52 Постановления № 10)».

На основании изложенного, суд считает, что Роспатент при принятии оспариваемого решения допустил нарушение положений статей 1232, 1233, 1490 ГК РФ, положений пункта 3 Правил, в связи с чем признает заявленные требования о признании недействительным решения от 28 декабря 2021 года об отказе в государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447 подлежащими удовлетворению.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должны содержаться, в том числе, указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Устранением нарушенных прав и законных интересов заявителя в данном случае является обязание Роспатента зарегистрировать предоставление права использования товарных знаков № 317657 и № 458447 в рамках делопроизводства № 2021Д01039.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины относятся на заинтересованное лицо в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 106, 110, 123, 156, 167-170, 176, 198, 200 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным решение ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ от 28 декабря 2021 года об отказе в государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447.

Обязать ФЕДЕРАЛЬНУЮ СЛУЖБУ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ зарегистрировать предоставление ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТЕЛЛАР ДИСТРИБЬЮШН РУС» права использования товарных знаков по свидетельствам РФ №№ 317657, 458447 по лицензионному договору № 01082020 от 01 августа 2020 года, заключенному между ОБЩЕСТВОМ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ААЛТО» и ОБЩЕСТВОМ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТЕЛЛАР ДИСТРИБЬЮШН РУС», в рамках делопроизводства № 2021Д01039.

Взыскать с ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ААЛТО» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова