Решение от 23 марта 2020 г. по делу № А37-2858/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А37-2858/2019
г. Магадан
23 марта 2020 г.
Резолютивная часть решения объявлена 16 марта 2020 г.

Решение в полном объёме изготовлено 23 марта 2020 г.

Арбитражный суд Магаданской области в составе судьи А.М. Марчевской,

при ведении протокола судебного заседания до объявления перерыва секретарём судебного заседания ФИО1, по окончании перерыва секретарём судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Омсукчанскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 686410, Магаданская область, Омсукчанский район, пгт. Омсукчан, ул. Ленина, д. 2)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 310491135000012, ИНН <***>)

о взыскании 323 726 рублей 63 копеек

при участии в заседании до объявления перерыва 12 марта 2020 г. и по окончании перерыва 16 марта 2020 г.:

от истца – ФИО4, ведущий специалист-эксперт отделения договорной работы правового отдела УМВД России по Магаданской области, доверенность от 09 января 2020 г. № 1/3, диплом;

ответчик – индивидуальный предприниматель А.В. Мякота, паспорт;

УСТАНОВИЛ:

Истец, Отделение Министерства внутренних дел Российской Федерации по Омсукчанскому району (далее – истец, Отделение МВД России по Омсукчанскому району), обратился в Арбитражный суд Магаданской области с исковым заявлением к ответчику, индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик, А.В. Мякота), о взыскании суммы штрафа в размере 123 757 рублей 50 копеек, начисленного в связи с неисполнением ответчиком всего объёма обязательств, принятых по государственному контракту от 24 июля 2017 г. № 0347100007317000004-1 на выполнение работ по капитальному ремонту дежурной части Отд МВД России по Омсукчанскому району, находящегося по адресу: <...>, в рамках капитального ремонта, а также суммы пени в размере 199 969 рублей 13 копеек, начисленной за период с 23 сентября 2017 г. по 24 декабря 2017 г. в связи с просрочкой ответчиком обязательств, принятых на себя по указанному контракту, а всего 323 726 рублей 63 копеек.

В материально-правовое обоснование заявленных исковых требований истец сослался на статьи 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), условия государственного контракта от 24 июля 2017 г. № 0347100007317000004-1 на выполнение работ по капитальному ремонту дежурной части Отд МВД России по Омсукчанскому району, находящегося по адресу: <...>, в рамках капитального ремонта, а также на представленные доказательства.

Определением суда от 04 октября 2019 г. указанное исковое заявление было принято к рассмотрению в порядке упрощённого производства без вызова сторон в соответствии со статьёй 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) (л.д. 1-3 том 1).

Определением от 26 ноября 2019 г. арбитражный суд, ввиду необходимости полного и всестороннего выяснения всех обстоятельств дела перешёл к рассмотрению дела по общим правилам искового производства (л.д. 137-139 том 1), а определением суда от 17 февраля 2020 г. по ходатайству ответчика рассмотрение дела в судебном заседании было отложено до 14 час. 00 мин. 12 марта 2020 г. (л.д. 62-64 том 2). При этом, в указанном судебном акте арбитражный суд разъяснил, что ходатайства истца от 21 октября 2019 г. № 1-2-716 (л.д. 103-105 том 1), от 17 декабря 2019 г. № 1-2-893 (л.д. 146-148 том 1), от 20 января 2020 г. № 1/2-2/по (л.д. 27-28 том 2) об уточнении суммы исковых требований, а также ходатайство ответчика от 18 декабря 2019 г. № 7 о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля ФИО5 (л.д. 158 том 1) не подлежат рассмотрению судом по правилам статьи 159 АПК РФ в связи с их фактическим отзывом представителями истца и ответчика в судебном заседании под аудиозапись в порядке статьи 81 АПК РФ.

В соответствии со статьёй 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания в установленном порядке размещена 18 февраля 2020 г. на официальном сайте Арбитражного суда Магаданской области - www.magadan.arbitr.ru.

От истца в материалы дела до начала судебного заседания поступили письменные пояснения от 11 марта 2020 г. № 1/2-209, согласно которым Отделение МВД России по Омсукчанскому району просит суд удовлетворить исковые требования в полном объёме и указывает на отсутствие оснований для уменьшения размера суммы начисленной неустойки.

В судебном заседании по ходатайству ответчика в материалы дела приобщены дополнительные доказательства, а также дополнение № 3 от 12 марта 2020 г. № 9 к отзыву на исковое заявление, в котором ответчик сообщил, что оснований для взыскания штрафа не имеется, в связи с чем просит суд отказать истцу в иске в части взыскания штрафа, относительно пени, предъявленной истцом к взысканию, просит снизить ей размер до 80 010 рублей 00 копеек.

Представитель истца на удовлетворении заявленных при подаче иска в суд исковых требований настаивал в полном объёме по основаниям, изложенным в иске, в письменных пояснениях от 20 января 2020 г. № 1/ПО (л.д. 22-25 том 2), в письменных пояснениях от 14 февраля 2020 г. №1/2-139 (л.д. 49-51 том 2), в письменных пояснениях от 11 марта 2020 г. № 1/2-209 (представлены истцом в материалы дела 11 марта 2020 г.), полагает, что исковые требования являются законными и обоснованными. Считает, что просрочка ответчиком исполнения обязательств по своевременному и полному выполнению работ по государственному контракту, а также факт выполнения работ ответчиком по указанному контракту не в полном объёме, подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, при расчёте суммы неустойки (пени) применена ключевая ставка в размере 7,5%, действующая на дату подготовки претензии от 05 августа 2019 г. № 2565, истец настаивает на верности произведённого в соответствии с положениями пункта 12.3 государственного контракта расчёта пени. Кроме того, истец сообщает, что контракт был расторгнут 25 декабря 2017 г. по соглашению сторон в связи с тем, что Отделение МВД России по Омсукчанскому району было необходимо закрыть бюджетный год и освоить лимиты бюджетных обязательств по государственному контракту. Вместе с тем истец не достиг того результата, на который рассчитывал, заключая указанный контракт – работы сданы в меньшем объёме, чем было согласовано сторонами. В данном случае невыполнение ответчиком принятых на себя обязательств по контракту является существенным нарушением контракта, поскольку работы по капитальному ремонту, являющиеся предметом заключённого между сторонами контракта, в срок установленный контрактом, в полном объёме не выполнены. По мнению истца, в подтверждение необходимости применения положений статьи 333 ГК РФ ответчиком не представлено никаких доказательств для снижения размера неустойки, оснований для уменьшения размера неустойки в виде пени отсутствуют. Также истец просит обратить внимание суда на то, что ответчиком не представлены в материалы дела доказательства извещения истца в порядке, установленном статьёй 716 ГК РФ о наличии объективных обстоятельств, препятствующих завершению работ. Кроме того, как полагает истец, доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие того, что у А.В. Мякота данная деятельность является единственным источником дохода, которая в дальнейшем может привести к затруднению осуществления его деятельности, а также задержку выполнения работ по другим контрактам ввиду того, что закупкой строительных материалов до сдачи всех работ ответчик осуществляет из собственных средств, само по себе не может служить основанием для снижения неустойки.

Ответчик в судебном заседании просил суд отказать истцу в удовлетворении иска в части взыскания штрафа в полном объёме, а сумму пени, подлежащую взысканию с ответчика просил снизить до 80 010 рублей 00 копеек, применив положения статьи 333 ГК РФ, поддержал доводы, изложенные в отзыве от 25 октября 2019 г. без номера на исковое заявление (л.д. 121-124 том 1) в дополнении от 18 декабря 2019 г. № 5 к отзыву (л.д. 155-156 том 1), в дополнении от 20 января 2020 г. № 2 к отзыву на исковое заявление (л.д 20-21 том 2), в возражениях от 11 февраля 2020 г. № 7 на письменные пояснения истца (л.д. 44-46 том 2), в дополнении от 12 февраля 2020 г. № 8 к возражению на письменные пояснения истца (л.д. 47-48 том 2), в дополнении от 17 февраля 2020 г. № 2 к отзыву (л.д. 53-55 том 2), в дополнении № 3 от 12 марта 2020 г. № 8 к отзыву (представлен для приобщения в материалы дела ответчиком в ходе судебного заседания), сообщил, что в период выполнения работ по контракту возникла необходимость смены рабочей бригады, что повлекло за собой приостановление работ для оформления пропусков и командировочных, в результате чего работы не были сданы в срок, о чём истец был извещён. Полагает, что при подписании акта о приёмке выполненных работ от 25 декабря 2017 г. № 3 истец должен был составить в одностороннем порядке акт, фиксирующий нарушение контракта, а именно ненадлежащее исполнение контракта и нарушение сроков его исполнения, более того, в соглашении о расторжении контракта от 25 декабря 2017 г. также не отражены нарушения условий контракта, а указывается, что с момента его расторжения стороны не считают себя обязанными правами и обязанностями. Кроме того, при расторжении контракта стороны пришли к соглашению об изменении цены государственного контракта в сторону уменьшения до 1 113 733 рублей 00 копеек, а следовательно и расчёт суммы пени должен быть произведён исходя из указанной стоимости работ. Помимо этого, просил суд обратить внимание на то обстоятельство, что ответчик выполнил работы, предусмотренные контрактом, в полном объёме и надлежащего качества, на момент сдачи работ у истца претензий ни к срокам, ни к качеству, ни к объёмам работ не было, что подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами. Как указывает ответчик, оставшуюся часть работ ответчик не мог закончить по вине заказчика, которому необходимо было закрыть финансовый год и он сам выступил с предложением заключить соглашение о расторжении контракта, тем самым не позволив завершить работы в полном объёме несмотря на то, что ответчик готов был выполнить оставшийся объём работ, предусмотренный контрактом. Ответчик пояснил, что у него данная деятельность является единственным источником дохода, которая в дальнейшем может привести к затруднению осуществления его деятельности, а также задержку выполнения работ по другим контрактам ввиду того, что закупкой строительных материалов до сдачи всех работ ответчик осуществляет из собственных средств, ответчик ведёт свою деятельность с 2010 года, и образовавшаяся просрочка в его практике впервые. В связи с указанными обстоятельствами ответчик просит суд снизить размер заявленной к взысканию неустойки до 80 010 рублей 00 копеек. Именно данная сумма, по мнению ответчика, необходима истцу для того, чтобы самостоятельно закончить ремонт объекта в полном объёме.

В судебном заседании в соответствии с положениями статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 12 марта 2020 г. до 09 час. 00 мин. 16 марта 2020 г., о чём были сделаны публичные извещения, размещённые в сети Интернет на сайте Арбитражного суда Магаданской области - www.magadan.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда (публичное объявление о перерыве и продолжении судебного заседания).

По окончании перерыва в судебном заседании представитель истца и ответчик в устных выступлениях поддержали свои правовые позиции и доводы, изложенные до объявления в заседании перерыва.

Установив фактические обстоятельства дела, выслушав представителя истца, а также ответчика, исследовав и оценив представленные в материалы дела письменные доказательства, с учётом норм материального и процессуального права, арбитражный суд пришёл к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, между Отделением МВД России по Омсукчанскому району (заказчик) и А.В. Мякота (подрядчик) 24 июля 2017 г. в соответствии с протоколом рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе от 06 июля 2017 г. № 0347100007317000004 (01-ЭА-17) был заключён государственный контракт от 24 июля 2017 г. № 0347100007317000004-1 на выполнение работ по капитальному ремонту дежурной части Отд МВД России по Омсукчанскому району, находящегося по адресу: <...>, в рамках капитального ремонта (далее – контракт) (л.д. 11-39 том 1), согласно которому подрядчик принял на себя обязательство в установленный контрактом срок в соответствии с техническими регламентами, нормами и правилами, действующим в Российской Федерации, выполнить работы по капитальному ремонту дежурной части Отд МВД Росси по Омсукчанскому району, находящегося по адресу: <...>, в рамках капитального ремонта, а заказчик принял на себя обязательство принять выполненные работы и оплатить их (пункт 1.1 контракта).

Срок выполнения работ по контракту установлен сторонами с момента заключения контракта в течение 60 календарных дней (пункт 3.1 договора). В пункте 3.2 контракта стороны согласовали, что подрядчик вправе досрочно выполнить работы, без ущерба для качества и имущественных интересов заказчика. Дата начала работ в соответствии с пунктом 3.2 контракта определяется наличием на месте проведения работ необходимого технического персонала, оборудования, материалов, обеспеченных подрядчиком. Как установлено пунктом 3.4 контракта, в случае нарушения подрядчиком срока начала работ заказчик в одностороннем порядке составляет акт (акты) о задержке срока начала работ. Место работ определено пунктом 3.5 контракта: <...>.

Цена контракта в соответствии с пунктом 2.1 контракта составляет 1 237 575 рублей 00 копеек. Цена контракта является твёрдой и определяется на весь срок исполнения контракта, и не может изменяться в ходе его исполнения за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2.2, 2.3 контракта.

Как следует из пункта 2.3 контракта, цена контракта включает в себя все расходы, необходимые для выполнения работ, в том числе стоимость материалов и оборудования, услуг по использованию машин и механизмов, рабочей силы, расходы по вывозу строительного мусора, полной уборки помещений, транспортные расходы, накладные расходы, таможенные пошлины, налоги, другие обязательные платежи, а также все прочие расходы, необходимые для выполнения подрядчиком всех обязательств по контракту.

Сроки и порядок оплаты работ согласованы сторонами в пункте 2.4 контракта., согласно которому оплата выполненных работ производится заказчиком по факту выполнения работ, в том числе допускается поэтапная оплата фактически выполненных объёмов работ на основании следующих документов: оригинала счёта (счёта-фактуры) подрядчика на оплату выполненных работ, акта о приёмке выполненных работ (формы № КС-2), подписанного представителями подрядчика и заказчика, справки о стоимости выполненных работ и затрат (формы № КС-3). Расчёт за выполненные работы производится заказчиком на расчётный счёт подрядчика в течение 30 дней после подписания акта формы № КС -2 и справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3), при наличии предельных объёмов финансовых расходов, в соответствии с приказом Минфина России от 21 декабря 2015 г. № 204н.

Согласно пункту 12.1 контракта за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по контракту стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Исходя из условий пункта 12.3 контракта в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, подрядчик уплачивает заказчику неустойку (штраф, пени).

В пункте 12.3.1 контракта стороны установили, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком исполнения обязательства, предусмотренного контрактом (в том числе гарантийного), начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства и устанавливается в размере одна трёхсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется по приведённой формуле.

Пунктом 12.3.2 предусмотрено, что штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийных), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы, определяемой в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 г. № 1063, в размере 123 757 рублей 50 копеек (10% от цены контракта в случае, если цена контракта не превышает 3 млн. рублей).

Как следует из пункта 18.1 контракта, он считается заключённым с момента размещения его в единой информационной системе и подписания заказчиком. Контракт действует до 30 октября 2017 г., при этом в случае, если на момент окончания срока действия контракта сторонами не выполнены любые обязательства, контракт продолжает действовать до полного исполнения сторонами взаимных обязательств и проведения окончательных расчётов (пункты 18.2, 18.3 контракта).

Согласно акту о приёме выполненных работ унифицированной формы № КС-2 от 23 сентября 2017 г. № 1, А.В. Мякота сдал, а Отделение МВД России по Омсукчанскому району приняло работы на общую сумму 281 928 рублей 00 копеек (л.д. 41 том 1).

24 октября 2017 г. и 09 ноября 2017 г. истец обращался к ответчику с уведомлениями № 35/3128 (л.д. 47-48 том 1), № 35/3355 (л.д. 50-51 том 1) о нарушении установленного контрактом срока выполнения работ и об обязанности ответчика при выполнении работ и подписании актов о приёмке выполненных работ формы № КС-2, справки формы № КС-3 уплатить заказчику пени за просрочку исполнения обязательств в соответствии с условиями пункта 12.3 контракта с учётом зафиксированных выполненных работ на момент окончания срока работ по контракту. Указанные уведомления были получены А.В. Мякота 01 ноября 2017 г. и 09 ноября 2017 г. соответственно.

Далее, согласно акту о приёмке выполненных работ унифицированной формы № КС-2 от 25 декабря 2017 г. № 2 (л.д. 42-43 том 1) предусмотренные контрактом работы (с учётом ранее выполненных по акту от 23 сентября 2017 г. № 1) ответчиком А.В. Мякота были выполнены и приняты ответчиком Отделением МВД России по Омсукчанскому району без возражений на сумму 1 113 733 рубля 00 копеек. Справка о стоимости выполненных работ и затрат формы № КС-3 от 25 декабря 2017 г. № 2 на сумму 1 113 733 рубля 00 копеек (л.д. 44 том 1) также подписана обеими сторонами без возражений.

На оплату выполненных работ истец выставил ответчику счёт от 25 декабря 2017 г. № 88 на сумму 1 113 733 рубля 00 копеек (л.д. 45 том 1). Истец платёжным поручением от 28 декабря 2017 г. № 424172 перечислил ответчику денежные средства в размере 1 113 733 рубля 00 копеек (л.д. 46 том 1).

25 декабря 2017 г. стороны подписали соглашение (л.д. 40 том 1), согласно которому государственный контракт от 24 июля 2017 г. № 0347200007317000004-1 был расторгнут по соглашению сторон с 25 декабря 2017 г. Как определено в данном соглашении, исходя из фактического объёма исполненных работ цена контракта составляет 1 113 733 рубля 00 копеек, соглашение вступает в силу с момента его подписания и является неотъемлемой частью контракта, с момента расторжения контракта стороны не считают себя обязанными правами и обязанностям по контракту (пункты 1, 2, 3, 4 соглашения).

Истец указывает, что на дату расторжения контракта по соглашению сторон в нарушение условий контракта работы ответчиком были выполнены не в полном объёме, и кроме того, фактические работы были выполнены только 25 декабря 2017 г., то есть с просрочкой ответчиком исполнения обязательство по контракту.

Претензия истца от 03 апреля 2019 г. № 35/1185 (л.д. 56-57, 58, 60 том 1) о начислении неустойки (пени) на основании пункта 12.3.1 контракта, а также претензия истца от 05 августа 2019 г. № 2565 (л.д. 61-65 том 1) с предложением в срок до 06 сентября 2019 г. в добровольном порядке перечислить сумму пени в размере 199 969 рублей 13 копеек и сумму штрафа в размере 123 757 рублей 50 копеек на расчётный счёт заказчика, оставлены ответчиком без ответа и без удовлетворения.

Оставление ответчиком требований претензий без удовлетворения явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Возникшие между сторонами правоотношения вытекают из подрядных отношений, в связи с чем в данном случае подлежат применению нормы параграфа 1 «Общие положения о подряде», параграфа 5 «Подрядные работы для государственных или муниципальных нужд» главы 37 «Подряд» ГК РФ, общие положения ГК РФ об обязательствах, положения Федерального закона Российской Федерации от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), условия контракта.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Заключённый сторонами договор является договором подряда и регулируется как общими положениями гражданского законодательства об обязательствах, так и нормами, установленными в Кодексе для отдельных видов договоров.

В соответствии со статьёй 768 ГК РФ к отношениям по государственным или муниципальным контрактам на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд в части, не урегулированной настоящим Кодексом, применяется закон о подрядах для государственных или муниципальных нужд.

Названная статья предусматривает принятие отдельного закона о подрядах для государственных и муниципальных нужд, однако соответствующий закон до настоящего времени не принят.

Как разъяснено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 октября 2011 г. № 9382/11, в регулировании подрядных работ для государственных и муниципальных нужд приоритетное значение остаётся за нормами Кодекса: в части, не урегулированной статьями 763 - 767 Кодекса, должны применяться в зависимости от вида подрядных работ положения параграфа 3 или 4 главы 37 Кодекса, а затем - общие положения о договоре подряда (параграф 1 главы 37 Кодекса).

При таких обстоятельствах в регулировании подрядных работ для государственных и муниципальных нужд приоритетное значение остаётся за нормами ГК РФ: в части, не урегулированной статьями 763-767 ГК РФ, должны применяться положения главы 37 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок.

Согласно статье 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определённую работу и сдать её результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определёнными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода (статья 721 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В силу статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объём, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

Законом, иными правовыми актами, условиями государственного контракта предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по контракту. Подрядчик обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования.

Подрядчик может принять на себя по контракту обязанность выполнить работу, отвечающую требованиям к качеству, более высоким по сравнению с установленными обязательными для сторон требованиями (пункт 1.2 контракта).

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несёт ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 1 статьи 708 ГК РФ).

Таким образом, требования указанной нормы права об определении периода выполнения работ по договору подряда как существенного условия этого договора установлены с целью недопущения неопределённости в правоотношениях сторон.

Невыполнение работы к обусловленному договором сроку является нарушением обязательства, именуемым просрочкой, что влечёт за собой общие последствия просрочки исполнения, предусмотренные пунктом 2 статьи 405 ГК РФ. В свою очередь просрочка в действиях подрядчика предоставляет заказчику право отказаться от договора, если окончание работы к обусловленному сроку становится явно невозможным (пункт 2 статьи 715 ГК РФ). Таким образом, условие о сроке является существенным условием договора подряда.

Пунктом 3.1 контракта установлены сроки исполнения обязательства по контракту: с момента заключения контракта в течение 60 календарных дней.

Таким образом, срок окончания выполнения работ по контракту установлен сторонами до 22 сентября 2017 г. включительно (24 июля 2017 г. + 60 календарных дней).

По смыслу статьи 702 ГК РФ подрядчик может считаться исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиком, частично работы им были выполнены 25 декабря 2017 г., при этом фактическая стоимость выполненных работ составила 1 113 733 рубля 00 копеек.

Таким образом, общий срок просрочки исполнения контракта на дату, предшествующую дате его расторжения по соглашению сторон составил 93 календарных дня.

Каких-либо доказательств возникновения обстоятельств, объективно препятствовавших выполнению подрядчиком работ в установленный срок - до 22 сентября 2017 г., в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представлено.

При этом суд находит ошибочным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела довод ответчика о том, что цена контракта была изменена сторонами при подписании соглашения от 25 декабря 2017 г. без номера о расторжении контракта, поскольку указание в пункте 2 данного соглашения стоимости работ в размере 1 113 733 рублей 00 копеек исходя из фактического объёма выполненных ответчиком работ было обусловлено особенностями финансирования контракта, связанного со статусом заказчика. Более того, из указанного соглашения не усматривается, что стороны путём его подписания внесли изменения в пункт 2.1 контракта.

В соответствии со статьёй 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (часть 1).

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2).

Из приведённой правовой нормы следует, что значение условия договора, в том числе, исходя из установившейся практики взаимоотношений сторон, допускается лишь в случае, если установить буквальное значение его условий не представляется возможным.

Как установлено пунктом 2.1 контракта, цена контракта составляет 1 237 575 рублей 00 копеек.

25 декабря 2017 г. стороны подписали соглашение (л.д. 40 том 1), согласно которому государственный контракт от 24 июля 2017 г. № 0347200007317000004-1 был расторгнут по соглашению сторон с 25 декабря 2017 г. При этом, в пункте 2 указанного соглашения стороны установили, что из фактического объёма исполненных работ цена контракта составляет 1 113 733 рубля 00 копеек.

В рассматриваемом случае, суд исходит из того, что пункт 2.1 контракта, в котором указывается, что цена контракта составляет 1 237 575 рублей 00 копеек, сформулирован достаточно чётко и конкретно, неясности контракта не усматривается. В связи с чем условия спорного контракта (в том числе в части условия о цене) принимаются судом такими, как они указаны в контракте.

Доказательств, подтверждающих, что сторонами были внесены изменения в пункт 2.1 контракта в части установления новой цены контракта в порядке, установленном пунктами 2.2, 18.5 контракта материалы дела не содержат.

В соответствии со статьями 309, 310, 408 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из положений статьи 12 ГК РФ, взыскание неустойки является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со статьёй 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Статьёй 330 ГК РФ определено, что неустойкой (штрафом, пенёй) признаётся определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Неустойка выступает не только одним из способов обеспечения исполнения обязательства, но и мерой гражданско-правовой ответственности.

На основании статьи 332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определённой законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

Частью 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ установлено, что в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

В соответствии с частью 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Частью 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату заключения контракта, применимой к спорным правоотношениям) установлено, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определённом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трёхсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определённой в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (часть 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в редакции, действовавшей на дату заключения контракта, применимой к спорным правоотношениям).

С учётом изложенного, арбитражный суд приходит к выводу о допущенной ответчиком просрочке выполнения работ и наличии оснований для привлечения ответчика к ответственности, предусмотренной частью 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ и пунктами 12.3, 12.3.1 контракта, согласно которым в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, подрядчик уплачивает заказчику неустойку (штраф, пени). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком исполнения обязательства, предусмотренного контрактом (в том числе гарантийного), начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства и устанавливается в размере одна трёхсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется по приведённой формуле.

Согласно абзацу четвертому пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). День фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчёта неустойки.

В пункте 66 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (пункт 4 статьи 329 ГК РФ).

Истцом определён период просрочки исполнения ответчиком обязательств по контракту с учётом условий пункта 3.1 контракта, с 23 сентября 2017 г. по 24 декабря 2017 г. (то есть до дня, предшествующего прекращению исполнения обязательства в связи с расторжением контракта по соглашению сторон от 25 декабря 2017 г.) что составляет 93 дня, и не нарушает прав и законных интересов ответчика. Представитель истца в устных выступлениях в судебном заседании сообщил о том, что период просрочки исполнения ответчиком обязательств по контракту, а также количество дней просрочки истцом определены верно, изменению исковые требования не подлежат, истец настаивает на удовлетворении исковых требований в части взыскания суммы неустойки в виде пени в сумме 199 969 рублей 13 копеек.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика пени за период с 23 сентября 2017 г. по 24 декабря 2017 г. соответствует пункту 12.3.1 контракта, положениям статей 330, 331 ГК РФ и признаётся правомерным.

При проверке произведённого истцом расчёта суммы неустойки судом установлено, что при расчёте применена ключевая ставка Банка России в размере 7,5%.

Вместе с тем, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 04 декабря 2018 г. № 302-ЭС18-10991, «определённость в отношениях сторон по вопросу о размере неустойки, подлежащей уплате в связи с допущенной подрядчиком просрочкой выполнения работ по контракту, наступила в момент окончания исполнения таких обязательств, в связи с чем при расчёте неустойки истец обоснованно руководствовался ставкой Центрального банка Российской Федерации, действовавшей на день прекращения обязательства, а выводы судов об исчислении размера неустойки, исходя из ставки рефинансирования, действовавшей на дату принятия решения, являются ошибочными».

При таких обстоятельствах, по расчёту суда, произведённому на основании постановления Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 г. № 1063 (действовавшего в момент заключения контракта и подлежащего применению к спорным правоотношениям), с применением ключевой ставки Центрального Банка России 7,75%, действовавшей на день прекращения обязательства – 25 декабря 2017 г. (дата расторжения контракта) за период с 23 сентября 2017 г. по 24 декабря 2017 г. размер неустойки составляет 206 634 рубля 77 копеек исходя из следующего расчета: П = (Ц - В) * С (ставка), где Ц (цена контракта) = 1 237 575 рублей 00 копеек; В (стоимость фактически исполненного в установленный срок подрядчиком обязательства) = 281 928 рублей 00 копеек; ДК - 60 дней; ДП – 93 дня; К (ДП : ДК * 100%) = (93 : 60 *100%) = 155% = 0,03; С (Ставка ЦБ*ДП) = (0,03 * 7,75%) * 93 = 0,2325% *93 = 21,6225; П = 955 647 рублей 00 копеек * 21,6225 = 206 634 рубля 77 копеек.

Истцом предъявлена к взысканию сумма неустойки в виде пени за просрочку исполнения ответчиком обязательств по выполнению работ в размере 199 969 рублей 13 копеек. Иных ходатайств, а также уточнений суммы иска от истца на момент рассмотрения судом исковых требований в материалы дела не поступило.

Нормы АПК РФ не предусматривают право арбитражного суда по собственной инициативе выходить за пределы заявленных исковых требований и принимать решения в отношении требований, которые истцом не заявлялись. Иное противоречит статьям 9 и 49 АПК РФ, предусматривающим принцип состязательности судебного процесса и наличие процессуального права на определение предмета и оснований заявленных требований исключительно у истца.

Поскольку иных уточнений исковых требований от истца не поступило, суд рассматривает исковые требования о взыскании с ответчика пени в пределах заявленной истцом суммы 199 969 рублей 13 копеек.

Альтернативный расчёт суммы пени, предложенный ответчиком, произведённый с применением исходных данных, указанных в расчёте ответчика (от цены контракта 1 113 733 рубля 00 копеек, ключевой ставки Банка России, равной 6,0%) не принимается судом по вышеприведённым основаниям.

По своей правовой природе названный контракт является договором подряда.

В силу пункта 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работ. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несёт ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Таким образом, ответственность за нарушение конечного срока работ установлена законом (статья 708 ГК РФ), вид ответственности в виде уплаты неустойки и её размер установлены Законом № 44-ФЗ и заключённым сторонами контрактом.

При таких обстоятельствах, пени за просрочку ответчиком выполнения работ по контракту подлежит взысканию за период с 23 сентября 2017 г. по 24 декабря 2017 г. в размере 199 969 рублей 13 копеек согласно расчёту, произведённому истцом (л.д. 9 том 1).

Как указывает ответчик, между сторонами было подписано соглашение от 25 декабря 2017 г. без номера о расторжении государственного контракта от 24 июля 2017 г.№ 0347100007317000004-1 (л.д. 40 том 1) в котором указано, что с момента расторжения контракта стороны не считают себя обязанными правами и обязанностями по контракту. По мнению ответчика, подписание данного соглашения свидетельствует об отсутствии правовых оснований для взыскания неустойки. Указанный довод отклоняется судом в связи со следующим.

При расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 453 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06 июня 2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора», по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Аналогичные разъяснения о начислении неустойки до момента прекращения основного обязательства при расторжении договора содержатся в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». Следовательно, по смыслу изложенного правового подхода, факт прекращения основного обязательства не прекращает обязанности по оплате неустойки, установленной за нарушение сроков его исполнения, за тот период, пока основное обязательство существовало. Иное означало бы полное освобождение должника от ответственности за нарушение принятых на себя обязательств.

Ссылка ответчика в обоснование своего довода на условие соглашения к контракту о том, что с момента расторжения контракта стороны не считают себя обязанными правами и обязанностями по контракту, не может быть признана судом обоснованной, поскольку данное условие не содержит указание на освобождение ответчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ, установленных контрактом.

Далее, как следует из условий пункта 12.4 контракта, сторона освобождается от уплаты неустойки, если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошла вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ предусмотрено, что лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

На основании части 9 статьи 34 ФЗ № 44-ФЗ сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности её существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости.

Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы «нормального», обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах.

Доказательств наступления указанных обстоятельств ответчиком в материалы дела не представлено.

Далее, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 ГК РФ).

Вместе с тем, ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих, что до подписания сторонами соглашения от 25 декабря 2017 г. без номера о расторжении контракта, у ответчика, несмотря на согласованный в контракте срок выполнения работ, имелись объективные препятствия, не позволившие ему сдать результат работ.

В силу пункта 1 статьи 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями на свой риск.

Условие о сроке выполнения работ по контракту, равно как и о размере неустойки и порядке её начисления, было включено в условия контракта и известно ответчику при подписании данного контракта. При этом условие о неустойке, как и любое другое соглашение в рамках гражданского законодательства, совершается его участниками своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ).

Ответчик добровольно принял на себя обязательство по выполнению работ в согласованном контрактом объёме и в установленный контрактом срок, и в соответствии с требованиями статей 307, 309 ГК РФ должен был предпринять все меры к надлежащему исполнению этого обязательства, нарушение которого порождает право заказчика требовать взыскания неустойки в виде пени как меры ответственности.

Ответчик, подписав контракт с истцом, согласовав условия, в том числе, о сроках выполнения работ, а также о размере ответственности, порядке её исчисления, являясь самостоятельным хозяйствующим субъектом, несёт риск наступления неблагоприятных экономических последствий в результате не исполнения контракта либо нарушения его условий.

Из материалов дела не усматривается наличие вины истца в неисполнении ответчиком обязательства по выполнению работ в установленный контрактом срок. Оснований полагать, что в действиях истца имеются признаки злоупотребления правом согласно статье 10 ГК РФ, у арбитражного суда не имеется.

При таких обстоятельствах, А.В. Мякота доказательств отсутствия вины в допущенной просрочке, либо наличия оснований к уменьшению размера ответственности в соответствии со статьями 404, 405, 406 ГК РФ не представлено.

В силу требований статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а также допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела документы, суд не установил оснований для освобождения ответчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ по контракту.

Далее, исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своём интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

Ответчик, не оспаривая факт просрочки им выполнения работ по контракту, в дополнениях к отзыву на иск заявил ходатайство о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ до 80 010 рублей 00 копеек в связи с её явной несоразмерностью последствиям нарушенного обязательства.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд приходит к выводу об его отклонении в силу следующего.

В настоящем деле А.В. Мякота выступал в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта, обязанного своевременно выполнить работы по контракту в силу принятых на себя обязательств.

В соответствии со статьёй 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

По смыслу названной нормы уменьшение неустойки является правом, а не обязанностью суда, наличие оснований для её снижения и критерии соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств. При этом соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21 декабря 2000 г. № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причинённого в результате конкретного правонарушения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии обоснованного заявления со стороны ответчика, являющегося или коммерческой организацией, или индивидуальным предпринимателем, или некоммерческой организацией при осуществлении ею приносящей доход деятельности.

При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

Пунктом 73 Постановления № 7 установлено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ) (пункт 75 Постановления № 7).

Сопоставление размера суммы контракта, а также того результата, на получение которого рассчитывал истец при надлежащем исполнении ответчиком своих обязательств по своевременной сдаче работ, с размером взыскиваемой неустойки, а также отсутствие в материалах дела достоверных доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и того, что взыскание неустойки приведёт к получению истцом необоснованной выгоды, не позволяют суду прийти к выводу о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в связи чем суд не усматривает оснований для применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения неустойки.

Как указывает ответчик, в ходе производства работ возникла необходимость смены рабочей бригады, в связи с оформлением пропусков и командировочных удостоверений подрядчик не смог своевременно выполнить работы, о чём заказчик был извещён в устном порядке.

Согласно пункту 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

Условия статьи 716 ГК РФ предполагают обязанность подрядчика не просто сообщить заказчику о сложностях, связанных с выполнением работ, но прямо и очевидно предупредить последнего о возможных неблагоприятных для заказчика последствиях выполнения его указаний о способе выполнения работы, которые по не зависящим от подрядчика обстоятельствам грозят годности или прочности результатов выполняемой работы или создают невозможность её завершения в срок.

Именно подрядчик должен по существу разъяснить заказчику риск продолжения выполнения работы без учёта выявленных подрядчиком обстоятельств. Обязанность подрядчика состоит не только в том, чтобы уведомить об обнаруженных негативных обстоятельствах, но и после предупреждения и до получения от заказчика соответствующих указаний приостановить работу.

Как следует из материалов дела и подтверждается ответчиком и представителем истца в ходе судебного разбирательства по настоящему делу, А.В. Мякота не обращался к заказчику, Отделению МВД России по Омсукчанскому району, с письменным предупреждением о возникших обстоятельствах, которые создают невозможность завершения работы в срок, установленный контрактом, а соответственно и не вправе на них ссылаться в силу положений статьи 716 ГК РФ.

Приведённые ответчиком в обоснование ходатайства о снижении в порядке статьи 333 ГК РФ размера неустойки факты (необходимость замены рабочей бригады, возможность задержки выполнения работ по другим контрактам в случае взыскания суммы пени в полном объёме, первый случай допущения просрочки исполнения обязательств при осуществлении ответчиком соответствующей деятельности) сами по себе не могут служить обстоятельствами, свидетельствующими об отсутствии его вины в нарушении сроков выполнения работ по контракту, и не являются основанием для снижения размера ответственности ответчика по правилам статьи 333 ГК РФ.

Принимая участие в аукционе, А.В. Мякота, действуя разумно, добросовестно и осмотрительно, имел возможность ознакомиться с условиями предстоящего выполнения работ, в том числе, со сроками и условиями выполнения работ в месте производства подрядных работ и оценить возможность или невозможность надлежащего исполнения обязательств в этой части.

Таким образом, указанные ответчиком обстоятельства сами по себе не могут рассматриваться в качестве основания для снижения неустойки, поскольку, подписав контракт и приняв его условия, в том числе по сроку выполнения А.В. Мякота не мог не знать об условиях, при которых предстояло выполнять спорные работы, а также об особом пропускном режиме объекта, на котором предстояло вести работы по капитальному ремонту.

По тем же мотивам судом отклоняется довод ответчика об отсутствии у него специальных материалов, необходимых для производства работ в установленный контрактом срок.

Далее, согласно доводам истца, работы подрядчиком не были выполнены в полном объёме ни в соответствии со сроками, определёнными контрактом, ни к дате подписания сторонами соглашения о расторжении контракта, в связи с чем ответчик обязан оплатить штраф в сумме 123 757 рублей 50 копеек, предусмотренный пунктом 12.3.2 контракта.

Как установлено судом, государственный контракт от 24 июля 2017 г. № 0347100007317000004-1 расторгнут по соглашению сторон на основании пункта 14.1 контракта, при этом соглашение не содержит указания на то, что причиной расторжения контракта послужило ненадлежащее исполнение или неисполнение ответчиком своих обязательств по контракту.

Согласно пункту 8 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

Статьёй 450 ГК РФ установлено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменён или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признаётся нарушение договора одной из сторон, которое влечёт для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Между тем, как следует из материалов дела, государственный контракт расторгнут не по требованию истца в связи с существенным нарушением ответчиком условий договора, а по соглашению сторон.

Согласно пояснениям истца от 14 февраля 2020 г. № 1/2-139 (л.д. 49-51 том 2), поддержанным представителем истца в судебном заседании, контракт расторгнут в связи с окончанием финансового года и необходимостью освоения Отделением МВД России по Омсукчанскому району лимитов бюджетных обязательство по государственному контракту.

Обстоятельства заключения сторонами соглашения о расторжении контракта по инициативе истца в связи с окончанием финансового года подтвердил и ответчик в устных выступлениях в судебном заседании под аудиозапись в порядке статьи 81 АПК РФ, сообщил о том, что у ответчика имелась реальна возможность завершить выполнение работ.

Доводы истца о необходимости расторжении договора в связи с окончанием финансового года суд считает необоснованными в силу следующего.

Согласно статье 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечёт прекращение обязательств сторон по договору.

Договор, в котором отсутствует такое условие, признаётся действующим до определённого в нём момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Согласно пунктам 18.1, 18.2, 18.3 контракта он считается заключённым с момента размещения его в единой информационной системе и подписания заказчиком. Контракт действует до 30 октября 2017 г., при этом в случае, если на момент окончания срока действия контракта сторонами не выполнены любые обязательства, контракт продолжает действовать до полного исполнения сторонами взаимных обязательств и проведения окончательных расчётов.

Ни действующим законодательством, ни контрактом не предусмотрено, что окончание срока действия договора влечёт прекращение обязательств сторон по договору.

Пунктом 1 статьи 407 ГК РФ установлено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Поскольку ответчиком обязательства по контракту не были исполнены в полном объёме до 30 октября 2017 г., то оснований для прекращения обязательств не имелось.

Окончание финансового года и необходимость освоения заказчиком лимитов бюджетных обязательств не является основанием для расторжения контракта.

Кроме того, проанализировав условия контракта и основания его расторжения - по соглашению сторон, суд приходит к выводу о том, что истец не представил доказательств нарушения ответчиком своих обязательств по контракту до даты его расторжения, являющихся основанием для начисления штрафа в соответствии с пунктом 12.3.2 контракта.

Сведений о расторжении контракта по вине ответчика материалы дела не содержат.

Таким образом, суд считает, что штраф за невыполнение полного объёма работ не подлежит взысканию с ответчика, так как государственный контракт расторгнут по обоюдному согласию сторон в связи с окончанием финансового года и необходимостью освоения заказчиком лимитов бюджетных обязательств.

На основании изложенного арбитражный суд приходит к выводу о том, что неисполнение А.В. Мякота контракта в полном объёме не связано с его виновными действиями, а является следствием прекращения обязательств сторон ввиду расторжения контракта по обоюдному соглашению сторон, что исключает возможность применения ответственности, предусмотренной пунктом 12.3.2 контракта за неисполнение контракта в полном объёме.

При таких условиях, отсутствует совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения подрядчика к ответственности в виде штрафа за невыполнение полного объёма работ.

Остальные доводы истца и ответчика, изложенные в письменных пояснениях, отзывах и дополнениях к ним, сводятся к уточнению их правовой позиции, оценены и признаются судом не имеющими существенного правового значения при рассмотрении настоящего дела.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию пеня в размере 199 969 рублей 13 копеек, в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика штрафа в размере 123 757 рублей 50 копеек надлежит отказать.

Порядок распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, предусмотрен статьёй 110 АПК РФ, в соответствии с частью 1 которой судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально удовлетворённым требованиям.

По настоящему делу от суммы иска 323 726 рублей 63 копеек в соответствии с положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) размер государственной пошлины составляет 9475 рублей 00 копеек.

Истец при обращении с исковым заявлением в суд государственную пошлину не оплачивал, поскольку освобождён от её уплаты в соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 части 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

В связи с удовлетворением исковых требований в сумме 199 969 рублей 13 копеек государственная пошлина в размере 5853 рублей 00 копеек относится на ответчика со взысканием её суммы в доход федерального бюджета, в связи с отказом в удовлетворении исковых требований в остальной сумме 123 757 рублей 50 копеек государственная пошлина в размере 3622 рублей 00 копеек подлежит отнесению на истца, освобождённого от её уплаты.

На основании статьи 176 АПК РФ датой принятия настоящего решения является дата его изготовления в полном объёме – 23 марта 2020 г.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1. Взыскать с ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 310491135000012, ИНН <***>), в пользу истца, Отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Омсукчанскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>), неустойку (пени) в размере 199 969 рублей 13 копеек, о чём выдать исполнительный лист истцу по его ходатайству после вступления решения в законную силу.

2. В удовлетворении остальной части заявленных требований истцу отказать.

3. Взыскать с ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 310491135000012, ИНН <***>), в доход федерального бюджета сумму государственной пошлины в размере 5853 рублей 00 копеек, о чём выдать исполнительный лист налоговому органу после вступления решения в законную силу.

4. Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Магаданской области.

5. Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Магаданской области при условии, что оно было предметом рассмотрения Шестого арбитражного апелляционного суда или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.М. Марчевская