Решение от 24 мая 2017 г. по делу № А76-4955/2017

Арбитражный суд Челябинской области Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-4955/2017
25 мая 2017 года
г. Челябинск
Резолютивная часть решения объявлена 18.05.2017

Решение в полном объеме изготовлено 25.05.2017

Судья арбитражного суда Челябинской области Трапезникова Н.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

общества с ограниченной ответственностью «ПродХимПром» к Межрайонной ИФНС России № 17 по Челябинской области о признании частично недействительным решения от 29.09.2016 № 14-30

в судебном заседании участвовали:

от заявителя: ФИО2 - представитель по доверенности, паспорт,

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности, служебное удостоверение, ФИО4 – представитель по доверенности, служебное удостоверение.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ПродХимПром» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 17 по Челябинской области о признании частично недействительным решения от 29.09.2016 № 14-30.

В обоснование неправомерного доначисления НДС заявитель ссылается на то, что финансово-хозяйственные операции со спорными контрагентами носили реальный характер, а документальное оформление соответствующих хозяйственных операций было произведено надлежащим образом; документы

налогоплательщика содержат полную и достоверную информацию и подтверждают взаимоотношения со спорными контрагентами; отношения между заявителем и спорными контрагентами имели разумный экономический смысл и осуществлены в процессе реальной предпринимательской деятельности заявителя.

Налогоплательщик считает, что доказательства, полученные налоговым органом, негативно характеризующие спорных контрагентов не могут быть положены в основу доначисления оспариваемых сумм НДС, ввиду отсутствия доказательств того, что налогоплательщик знал об этих негативных характеристиках, либо мог влиять на спорных контрагентов.

Ответчик требования заявителя не признал, по основаниям, изложенным в отзыве от 06.04.2016 № 05-1-14/11607.

В обоснование законности оспариваемого решения, инспекция указывает на то, что установленные ею в ходе проверки обстоятельства, подтвержденные соответствующими доказательствами, свидетельствуют о том, что спорные контрагенты налогоплательщика не обладали необходимыми ресурсами для выполнения спорных хозяйственных операций, более того заявителем был создан формальный документооборот со спорными контрагентами.

Заслушав представителей сторон, оценив в совокупности их доводы и имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статей 9, 65, 71, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Инспекцией была проведена выездная налоговая проверка заявителя по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов, по результатам которой составлен акт от 28.08.2016 № 14-30.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, инспекцией было вынесено решение от 29.09.2016 № 14-30 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщик привлечен к ответственности, в том числе:

-по пункту 1 статьи 122 НК РФ (с учетом пункта 3 статьи 112 НК РФ) за неполную уплату сумм НДС за 1,3,4 кварталы 2013 г., 2 квартал 2015 г. в результате неправильного исчисления налога в виде штрафа в размере 35 176 руб.

Кроме того, обществу начислены, в том числе: НДС за 1,3,4 кварталы 2013 г., 2 квартал 2015 г. в общей сумме 1 055 274 руб., пени по НДС в сумме 271 072 руб.

Решением Управления ФНС России по Челябинской области от 07.12.2016 № 16-07/005909 решение инспекции от 29.09.2016 № 14-30 было оставлено без изменения.

Воспользовавшись правом на судебную защиту, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, государственных органов, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушает их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создает иные препятствия осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из оспариваемого решения, инспекцией установлено неправомерное применение налоговых вычетов по НДС за 1,3,4 кварталы 2013 г., 2 квартал 2015 г. в общей сумме 1 055 274 руб. по товарам (дизельное топливо), поставленным (согласно представленным документам) обществами «СТ Групп», «Айрон».

По результатам мероприятий налогового контроля инспекцией были установлены обстоятельства, свидетельствующие о фиктивности и нереальности хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентами: ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», к тому же по выводу налогового органа представленные заявителем, в обоснование налоговых

вычетов по НДС первичные документы не соответствуют требованиям пунктов 5,6 статьи 169 НК РФ, поскольку содержат недостоверные сведения.

Налогоплательщик в свою очередь с приведенными претензиями налогового органа не согласился, аргументируя свою позицию соблюдением им норм, предусматривающих право на налоговые вычеты по НДС (ст.ст.169,171,172 НК РФ).

Разрешая спор, суд исходит из следующего.

На основании статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации заявитель является плательщиком налога на добавленную стоимость.

В соответствии со статьей 146 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные этой статьёй налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы данного налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в силу гл. 21 Налогового кодекса Российской Федерации, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В статье 172 Налогового кодекса Российской Федерации определён порядок применения налоговых вычетов, согласно которому налоговые вычеты, установленные статьей 171 Налогового кодекса Российской Федерации, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав после принятия на учёт указанных товаров и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно статье 169 Налогового кодекса Российской Федерации счёт- фактура является документом, служащим основанием для принятия к вычету сумм налога, предъявленных покупателю продавцом товаров.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В пункте 5 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации перечислены все обязательные реквизиты, которые должен содержать правильно оформленный счёт-фактура.

При этом указанные реквизиты должны не только иметь место, но и содержать достоверные данные.

Из системного анализа статей 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном выполнении следующих условий: наличие счёта-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации; принятие товара (работ, услуг) к своему учёту на основании первичных учётных документов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для её получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 10 данного постановления факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентами, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентами.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных статьями 171,172 Налогового кодекса Российской Федерации, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе контрагента.

Пунктами 3, 5 названного постановления определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтверждённые доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учётом времени, места нахождения имущества или объёма материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей

экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств.

В случае наличия особых форм расчётов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Согласно пункту 6 указанного постановления судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчётов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций.

Однако, эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с пунктом 9 данного постановления установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учётом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели.

Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счёт налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности её получения может быть отказано.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что в соответствии с ч.1 ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учётом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, возможность применения налоговых вычетов по НДС, обусловливается наличием реального осуществления хозяйственных операций.

Налоговый орган вправе отказать в принятии к вычету НДС, если факт реального совершения хозяйственных операций не подтверждён надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.

Как отмечено в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18.04.2006 № 87-О, от 24.01.2008 № 33-О-О, от 16.07.2009 № 924- О и др., разрешение споров, касающихся выполнения обязанности по уплате налогов, относится к компетенции арбитражных судов, которые не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства, в том числе правомерности применения налоговых вычетов, обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств.

При этом, как разъяснено в постановлении Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09, доказательством должной осмотрительности служит не только представление стандартного перечня документов, но и обоснование мотивов выбора контрагента и пояснение обстоятельств заключения и исполнения договора с контрагентом, при этом последние обстоятельства должны в равной степени устанавливаться в целях установления факта реальности хозяйственной операции.

При этом обоснование выбора в качестве контрагентов, а также доказательства фактических обстоятельств заключения и исполнения спорных договоров имеют существенное значение для установления судом факта реальности исполнения договоров именно заявленными контрагентами.

Согласно части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, а также законности принятия оспариваемого решения и обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Вместе с тем, данные обстоятельства не исключают обязанности налогоплательщика доказать обоснованность предъявляемых сумм вычетов

налога на добавленную стоимость по операциям приобретения товаров (работ, услуг).

Как видно из материалов дела, инспекцией установлено неправомерное применение налоговых вычетов по НДС за 1,3,4 кварталы 2013 г., 2 квартал 2015 г. в общей сумме 1 055 274 руб. по товарам (дизельное топливо), поставленным (согласно представленным документам) обществами «СТ Групп», «Айрон».

Вместе с тем, инспекцией в ходе проверки налогоплательщика, установлено отсутствие реальной возможности у ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» осуществить спорные хозяйственные операции, ввиду того, что они являются номинальными субъектами (анонимными структурами).

Так, инспекцией установлено, что у ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» отсутствуют материальные ресурсы, транспортные средства, штатная численность, имущество для осуществления финансово-хозяйственной деятельности.

При анализе движения денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон») налоговым органом установлено отсутствие расходов, присущих хозяйствующим субъектам, а именно: оплата коммунальных услуг, электроэнергии, связи, аренды помещений (транспортных средств), оплата канцелярских расходов, расходов на выплату заработной платы, на уплату взносов во внебюджетные фонды и другое.

В этой связи, спорные контрагенты (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон»), имеющие признаки анонимных структур, по объективным причинам никак не могли исполнить обязательства перед заявителем, так как у них отсутствовали необходимые ресурсы (персонал, транспортные средства), а участие спорных контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон») сводилось к лишь к формальному оформлению комплекта документов.

Материалами дела подтверждено, что налоговая отчетность спорных контрагентов не отражает фактов их реальной финансово-хозяйственной деятельности и не сопоставима с финансовыми оборотами организаций.

Исполнение обязанности по исчислению, удержанию и перечислению в бюджет законно установленных налогов осуществлена спорными контрагентами в минимальных размерах.

Вопреки доводу заявителя в настоящем деле налоговый орган не только приводит внешние характеристики спорных контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон»), указывающие на сомнения в ведении ими самостоятельной предпринимательской деятельности, но и подтвердил совокупностью представленных доказательств фиктивность заявленных хозяйственных операций, которая обусловлена не только отсутствием необходимых ресурсов у спорных контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон»).

Руководителем ООО «СТ Групп» с 19.10.2011 по 27.11.2013 является ФИО5, с 28.11.2013 по 13.11.2014 - ФИО6, с 14.11.2014 - ФИО7

Руководителем и учредителем ООО «Айрон» является ФИО8

В соответствии с пп.11 п.1 статьи 31 и п.1 статьи 95 НК РФ в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении выездных налоговых проверок, налоговым органом может быть привлечен эксперт.

По смыслу положений п.1 статьи 95 НК РФ эксперт может быть привлечен для участия в любых действиях по осуществлению налогового контроля.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 № 928-О-О, привлечение налоговым органом эксперта в порядке статьи 95 НК РФ позволяет получить при осуществлении мероприятий налогового контроля достоверную и объективную информацию для целей налогообложения.

Согласно заключения эксперта ООО «Южно-Уральский Центр Судебных Экспертиз» от 18.08.2016 № 16/561 подписи от имени ФИО5,

изображения которых расположены в финансово-хозяйственных документах: счетах-фактурах от 06.03.2013 № 155, от 02.09.2013 № 266, от 07.11.2013 № 394, товарных накладных от 06.03.2013 № 155, от 02.09.2013 № 266, от 07.11.2013 № 335, выставленных ООО «СТ Групп» в адрес общества, выполнены не Киселевым В.С., а другим лицом с подражанием подлинным подписям Киселева В.С.

Согласно заключению ООО «Южно-Уральский Центр Судебных Экспертиз» от 18.08.2016 № 16/560 подписи от имени ФИО8, изображения которых расположенных в финансово-хозяйственных документах: счете- фактуре, товарной накладной от 16.06.2015 № 96, выставленных ООО «Айрон» в адрес общества, выполнены не ФИО8, а другим лицом с подражанием подлинным подписям ФИО8; счете-фактуре, товарной накладной от 03.04.2015 № 40, выставленных ООО «Айрон» в адрес общества, выполнены ФИО8

Рассматриваемое почерковедческое исследование проведено и оформлено в соответствии с традиционной методикой судебно - почерковедческой экспертизы, изложенной в рекомендованных для использования методических пособиях.

В ходе почерковедческой экспертизы в полном объеме проведены объективные и всесторонние исследования документов с применением необходимых приборов и инструментов.

Нарушений методики проведения почерковедческой экспертизы, а также действующего законодательства, регламентирующего производство судебных экспертиз, не выявлено.

Судом установлено и из материалов дела следует, что экспертиза проводилась компетентным лицом в соответствии с нормами действующего законодательства, с изложением всех используемых методик и образцов; эксперт был предупрежден об ответственности в соответствии с требованиями НК РФ.

Проведение почерковедческой экспертизы в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 3, пунктом 1 статьи 95 Налогового кодекса РФ является правом, а не обязанностью налогового органа.

Экспертное заключение является одним из видов доказательств, не имеющим преимущественного положения по отношению к другим доказательствам.

В соответствии с п.5 ст.95 НК РФ эксперт может отказаться от дачи заключения, если предоставленные ему материалы являются недостаточными или если он не обладает необходимыми знаниями для проведения экспертизы.

Поскольку действующее законодательство не предусматривает невозможность использования результатов почерковедческой экспертизы, проведенной на основании копий документов, либо невозможность проведения почерковедческой экспертизы на основании копий документов, то заключение почерковедческой экспертизы, назначенной на основании ст.95 НК РФ, проведенной на основании копий документов, признается допустимым доказательством.

Согласно ст.19 Федерального закона от 31.05.2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 73-ФЗ) орган или лицо, назначившие судебную экспертизу, представляют объекты исследований и материалы дела, необходимые для проведения исследований и дачи заключения эксперта.

В соответствии со ст.10 Федерального закона № 73-ФЗ объектами исследований являются, в том числе, вещественные доказательства, документы, образцы для сравнительного исследования, а также материалы дела, по которому производится экспертиза.

В силу ст.9 Федерального закона № 73-ФЗ образцы для сравнительного исследования - объекты, отображающие свойства или особенности человека, а также другие образцы, необходимые эксперту для проведения исследований и дачи заключения.

Из анализа указанных норм следует, что достаточность и надлежащее качество образцов для исследования определяются непосредственно самим экспертом.

При этом выводы экспертизы согласуются с иными представленными налоговым органом доказательствами в отношении фиктивности хозяйственных операций с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон».

Аналогичная правовая позиция изложена в Определениях Верховного суда Российской Федерации от 20.04.2015 № 305-КГ15-2779 и от 06.11.2014 № 305- КГ14-2314.

Учитывая, что эксперт при проведении экспертизы счел материалы для исследования достаточными, отсутствуют основания, чтобы считать экспертизу недостоверной.

Довод заявителя о том, что согласно выводам экспертизы часть подписей на документах принадлежит руководителю ООО «Айрон», решающего значения в исходе настоящего спора не имеет, ввиду того, заключение эксперта не является единственным доказательством в арбитражном процессе, определяющим исход спора, а оценивается в совокупности с другими, применительно к установленным обстоятельствам дела.

Также, об отсутствии реальной возможности у ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» осуществить спорные хозяйственные операции свидетельствует и анализ движения денежных потоков по их расчетным счетам, согласно которым поступившие на них денежные средства перечислялись в дальнейшем таким же номинальным организациям, и физическим лицам.

Таким образом, денежные средства обналичивались либо перечислялись в адрес ограниченного круга организаций, физических лиц, что также свидетельствует о перечислении денежных средств, не опосредующих реальную оплату товаров (работ, услуг).

Суд исходит из того, что ведение реальной деятельности всегда приводит к тому, что между контрагентами имеется постоянный контакт, то есть они оба

обладают информацией о лицах, принимающих непосредственное участие в хозяйственных операциях.

В тоже время, из изученных свидетельских показаний: руководителя ООО «ПродХимПром» ФИО9 суду не представилось возможным произвести однозначный вывод о реальных взаимоотношениях налогоплательщика с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», более того эти показания соотносятся с иными доказательствами, свидетельствующими о созданном заявителем формальном документообороте путем вовлечения номинальных организаций - ООО «СТ Групп», ООО «Айрон».

Налогоплательщиком в опровержение позиции инспекции об отсутствии хозяйственных отношений с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», и о совершении действий, направленных на необоснованное получение налоговой выгоды, не приведено убедительных доводов в обоснование выбора ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении данного выбора оцениваются деловая репутация и платежеспособность контрагентов, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, спецтехники, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта с учетом характера соответствующей сферы деятельности (см.Постановление Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09).

Суд также отмечает, что проявление должной осмотрительности возможно лишь при совершении реальных сделок.

Между тем в рассматриваемом споре судом установлено отсутствие реальных хозяйственных операций между налогоплательщиком и ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», материалы дела содержат доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» не осуществляли фактическую хозяйственную деятельность, а были созданы и действовали лишь для использования в сделках, направленных на получение

неправомерной налоговой выгоды, создания формального документооборота, что само по себе исключает какую-либо должную осмотрительность.

При этом свидетельство о государственной регистрации и постановки на учет свидетельствует лишь о наличии юридического лица в системе государственной регистрации лиц и не характеризует организацию как добросовестного налогоплательщика, имеющего деловую репутацию, как конкурентоспособное лицо на рынке товаров (работ, услуг), действующее через уполномоченного представителя, обеспечивающего интересы организации.

Меры на получение свидетельств и выписок из ЕГРЮЛ, иных документов регистрационного характера, не являются достаточными, эти сведения не позволяют квалифицировать контрагента как добросовестного налогоплательщика, гарантирующего исполнение своих обязательств.

Регистрация юридического лица в реестре без получения сведений о хозяйственной деятельности этой организации, его деловой репутации, не может безусловно свидетельствовать о добросовестности такой организации, ее способности поставить товары, выполнить работы, оказать услуги.

Информация о регистрации в качестве юридических лиц и постановка на учет в налоговом органе носят справочный характер и не характеризуют их как добросовестных, надежных и стабильных участников хозяйственных взаимоотношений.

Уровень внимания к выбору контрагентов не может ограничиваться только проверкой наличия у контрагента статуса юридического лица.

Допрошенные в качестве свидетелей работники налогоплательщика также не смогли убедительным и непротиворечивым образом объяснить, каким образом им был найден спорные контрагенты: ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», как осуществлялось деловое общение по вопросам заключения и исполнения спорных договоров.

В материалах дела не содержится доказательств, свидетельствующих о ведении деловых переговоров, принятии мер по установлению и проверке деловой репутации спорных организаций (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон»),

выяснению адресов и телефонов офисов, должностей, имен и фамилий должностных лиц и других действий.

Доводы заявителя относительно отсутствия доказательств возврата налогоплательщику денежных средств, перечисленных ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», отклоняются судом, поскольку не опровергают выводы суда об умышленно созданном формальном документообороте.

Довод заявителя о его добросовестности в связи с отсутствием в налоговом законодательстве норм, возлагающих на налогоплательщика, обязанности осуществлять контроль за контрагентами, мотивируя это тем, что законодательство о налогах и сборах не устанавливает прямую обязанность налогоплательщика проверять достоверность реквизитов, указанных контрагентом, в представленных им документах, судом отклоняется.

В силу действующего законодательства обязанность подтверждать правомерность налоговых вычетов по НДС, первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг).

При этом, как указывалось выше, документы, подтверждающие налоговые вычеты, должны отражать достоверную информацию.

Напротив, исходя из условий и обстоятельств заявленных «сделок», налогоплательщику должно быть известно о том, что в качестве контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон») указаны лица, не осуществляющие реальной предпринимательской деятельности.

Налогоплательщиком не представлено доказательств того, что представленные документы, по взаимоотношениям с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», являются достоверными и отражают реальные хозяйственные операции, в то время, как инспекцией представлены доказательства, которые в своей совокупности и взаимной связи подтвердили обоснованность выводов налогового органа о нереальности хозяйственных операций.

Недостоверность счетов-фактур аналогична их отсутствию, а п. 1 ст. 172 Налогового кодекса установлено, что налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 Налогового кодекса, производятся на основании счетов-фактур,

выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) (см. Постановление АС Уральского округа от 13.07.2016 по делу № А60-62507/2015).

Налогоплательщиком не было доказано в ходе судебного разбирательства, что сведения, отраженные в счетах-фактурах по взаимоотношениям с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», являются достоверными и отражают реальные хозяйственные операции, в то время, как инспекцией представлены доказательства о нереальности таких хозяйственных операций.

Доводы заявителя о том, что непредставление ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» сведений о заработной плате сотрудников, уплата в бюджет незначительных сумм налогов, отсутствие в собственности движимого и недвижимого имущества, необходимого для осуществления хозяйственных операций, не опровергают сведения об осуществлении хозяйственных операций, признаются судом необоснованными и подлежащими отклонению, поскольку налоговым органом собрана достаточная совокупность доказательств, указывающая на создание формального документооборота с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон».

Довод заявителя о том, что налогоплательщику не было известно о нарушениях, допущенных спорными контрагентами, судом отклоняется, так как применительно к спорной ситуации, в условиях фиктивного документооборота, отказ в применении вычетов по НДС предопределен именно действиями налогоплательщика, не обеспечившего надлежащее документальное обоснование спорных хозяйственных операций с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» и не подтвердившего их реальность.

Оформление операций с вышеуказанными контрагентами (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон») в учете налогоплательщика не свидетельствует об их реальности, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Заявленные налогоплательщиком «сделки» с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон» создают только видимость совершения хозяйственных операций, и

имитируют внешнее соответствие действий налогоплательщика требованиям налогового законодательства, тогда как, реально действительной целью «заключенных сделок» налогоплательщика являлось необоснованное получение налоговой выгоды в виде завышения вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений ООО «СТ Групп», ООО «Айрон», не обусловлены разумными экономическими причинами, имитируют, посредством сформированного документооборота хозяйственные операции, при этом реальность операций налогоплательщика с данными контрагентами материалами дела не подтверждена.

Возражения заявителя не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку налогоплательщиком этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика.

При этом, заявитель игнорирует полученные налоговым органом доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорными контрагентами, об активном участии налогоплательщика в создании формального документооборота с ООО «СТ Групп», ООО «Айрон».

Ссылка заявителя в обоснование своей позиции на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 отклоняется судом, поскольку в рассматриваемом деле установлена иная совокупность обстоятельств, подтверждающих нереальность взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами (первичные документы в подтверждение хозяйственных операций с контрагентами содержат недостоверные сведения, подписаны неуполномоченными лицами, контрагенты зарегистрированы без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность).

Напротив, в деле № А40-71125/2015 (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399), на которое ссылается

заявитель, судом установлены факты перевозки угля железнодорожным транспортом, разгрузки товара на станциях назначения, налогоплательщиком представлены документы о качестве товара, свидетель подтвердил участие в заключении договора поставки и т.д.

Довод заявителя о том, что печати спорных контрагентов налоговым органом не дефектованы, их подлинность под сомнение не поставлена, судом признается необоснованным, поскольку положения пункта 6 статьи 169 НК РФ не требуют заверять счет-фактуру печатью. Кроме того, факт установления подлинности печатей, которыми пользовались спорные контрагенты, не признается доказательством их правоспособности.

Таким образом, совокупность перечисленных выше обстоятельств, а именно отсутствие у спорных контрагентов (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон») реальной возможности совершить спорные хозяйственные операции, ввиду отсутствия у них собственных материальных, технических, трудовых и иных ресурсов, недостоверность и противоречивость документов, представленных в обоснование налоговых вычетов по НДС, позволяет суду сделать вывод не только о непроявлении заявителем должной осмотрительности при выборе спорных контрагентов, но и об отсутствии реальных хозяйственных отношений между заявителем и спорными контрагентами (ООО «СТ Групп», ООО «Айрон»), и об умышленном использовании реквизитов данных организаций исключительно для создания фиктивного документооборота.

Таким образом, вывод налогового органа о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного применения налоговых вычетов по НДС за 1,3,4 кварталы 2013 г., 2 квартал 2015 г. в общей сумме 1 055 274 руб. по товарам (дизельное топливо), поставленным (согласно представленным документам) обществами «СТ Групп», «Айрон», признается судом обоснованным.

При указанных обстоятельствах, решение Межрайонной ИФНС России № 17 по Челябинской области от 29.09.2016 № 14-30 соответствует положениям

Налогового кодекса РФ и не нарушает прав и законных интересов заявителя. В связи с чем, в удовлетворении требований заявителя следует отказать.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам отнесены государственная пошлина, судебные издержки.

Учитывая, что требования заявителя удовлетворению не подлежат, расходы по государственной пошлине следует отнести на него.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 201 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья Н.Г. Трапезникова

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.