Постановление от 2 декабря 2024 г. по делу № А12-9951/2024

ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-9951/2024
г. Саратов
03 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «21» ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «03» декабря 2024 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Измайловой А.Э., Судаковой Н.В.,

при  ведении  протокола  судебного  заседания  секретарем  судебного заседания  Мацуциным Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2024 года по делу № А12-9951/2024

по заявлению ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» (400066, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании: индивидуального предпринимателя ФИО1 – лично, представителя  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» ФИО2 - ФИО3, действующей на основании доверенности от 18.06.2024,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.05.2024 ООО «Спринт Сеть» признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Информационное сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликовано в газете «Коммерсантъ» 25.05.2024.

13.06.2024 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило требование ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов в сумме 1 661 522,71 руб. основного долга.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 19.08.2024 требования ФИО1 в размере 1 661 522,71 руб. основного долга признаны  обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Спринт Сеть», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к третьим лицам, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ФИО1 не согласился с принятым судебным актом, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить полностью, принять новый судебный акт, которым включить требование в размере 1 661 522,71 руб. основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Спринт Сеть».

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что: суд должен был назначить судебное заседание в целях установления обстоятельств заключения и исполнения договора аренды, характера сложившихся взаимоотношений между кредитором и должником; в резолютивной части определения суда от 24.07.2024 суд признал требование по уплате государственной пошлины в размере 29 615 руб. обоснованными, а в полном тексте определения суда от 19.08.2024 требование о включении в реестр требований должника государственной пошлины, отсутствует; не обращение в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о взыскании задолженности по арендной плате связано с тем, что между кредитором и должником регулярно подписывались акты сверок, велась претензионная работа, в то время, как расчетные счета ООО «Спринт Сеть» были заблокированы, наложены аресты службой судебных приставов и выставлены инкассовые поручения налоговым органом; судом первой инстанции не принято во внимание, что ООО «Спринт Сеть» является организацией обслуживающей социально значимые объекты инфраструктуры Волгоградской области, в связи с чем, выводы суда о компенсационном характере задолженности по арендным платежам не имеют оснований; между ПАО «Ростелеком» и ООО «Спринт Сеть» было подписано соглашение о конфиденциальности №01/25/1102/23 от 02.03.2023, в связи со сделкой между сторонами по покупке ПАО «Ростелеком» линий связи и абонентской базы ООО «Спринт Сеть», но в конце 2023 года ПАО «Ростелеком» перестало выставлять счета по части договоров аренды, чтобы не увеличивать свою дебиторскую задолженностью; в соответствии с Обзором от 29.01.2020 требования аффилированных с должником кредиторов не подлежат субординации по умолчанию.

Индивидуальный предприниматель ФИО1, представитель конкурсного управляющего ООО «Спринт Сеть» ФИО2  считают определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19.08.2024 по делу № А12-9951/2024 незаконным и необоснованным, просят определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие представителей лиц, участвующих в обособленном споре, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Пунктом 5 статьи 71 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. По смыслу перечисленных норм права, регулирующих порядок установления размера требований кредиторов в делах о банкротстве, не подтвержденные судебным решением требования кредитора могут быть установлены лишь при условии, если представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Цель проверки судом требований кредиторов состоит, прежде всего, в недопущении включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Проверка обоснованности требования кредитора состоит в оценке доказательств, представленных в подтверждение наличия перед ним денежного обязательства.

В обоснование требования о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 указывает, что 01.12.2021 между ООО «Спринт Сеть» (арендатор) и ИП ФИО1 (арендодатель) был заключен договор аренды №4/21. В соответствии с условиями договора арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение  и пользование за плату объект недвижимости, а именно встроенное помещение расположенное по адресу: <...> общей площадью 84,8 кв.м. для ведения коммерческой деятельности и размещения телекоммуникационного оборудования.

Срок договора до 31.10.2022.

Размер арендных платежей 82.080 руб. в месяц. С октября 2022 года образовалась задолженность в размере 24 082,71 руб.

01.11.2022 был заключен договор аренды №4/21 сроком до 30.09.2023 на тех же условиях, что и прежний договор аренды.

Дополнительным соглашением от 01.12.2022 с 01.01.2023 размер арендной платы установлен 92 080 руб. Оплата арендной платы производится ежемесячно до 15 числа каждого месяца за прошедший месяц. 01.10.2023 заключен договор аренды №4/21 сроком до 31.08.2024.

Материалами дела подтверждается, что задолженность ООО «Спринт Сеть за период с октября 2022 по 30.04.2024 перед заявителем составила 1 661 522, 71 руб. основной долг.

Основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления Пленума № 35, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что требования кредитора в заявленном размере подтверждены материалами дела. В указанной части судебный акт сторонами не оспаривается.

Определяя очередность удовлетворения требования кредитора ФИО1, судом правомерно учтено следующее.

Очередность удовлетворения требований кредиторов установлена статьей 134 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Верховным Судом Российской Федерации последовательно формируется правоприменительная практика, определяющая для судов ориентиры в исследовании вопросов аффилированности участников хозяйственного оборота, обстоятельств и доказательств, которые могут и должны быть исследованы для проверки соответствующих доводов.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между ними сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требования в реестр требований, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии с п.2 ст.19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

ИП ФИО1 является собственником помещений, предоставленных в аренду ООО «Спринт Сеть», и в  период действия арендных отношений являлся руководителем и участником ООО «Спринт Сеть».

Таким образом, ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Как разъяснено в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2020 года, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора аренды, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 19.10.2020 N 307-ЭС19-1671(2,3,4) указал, что неистребование кредитором задолженности длительное время указывает на предоставление должнику компенсационного финансирования, что, в свою очередь, указывает на необходимость субординации долга перед компанией, поскольку со стороны ситуация выглядит таким образом, что компания не предпринимала мер по истребованию задолженности вплоть до банкротства должника, позволяя последнему продолжать осуществлять предпринимательскую деятельность, не раскрывая перед независимыми кредиторами наличие финансового кризиса.

Подобное поведение значительно отличается от того, что можно было бы ожидать от любого независимого кредитора, который должен был бы незамедлительно принять меры по защите своих прав.

Разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, должны толковаться в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В связи с этим, доводы  ИП ФИО1 о том, что не обращение в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о взыскании задолженности по арендной плате связано с тем, что между кредитором и должником регулярно подписывались акты сверок, велась претензионная работа, в то время, как расчетные счета ООО «Спринт Сеть» были заблокированы, наложены аресты службой судебных приставов и выставлены инкассовые поручения налоговым органом, подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно счел требования ИП ФИО1  в размере 1 661 522, 71 руб. подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Спринт Сеть», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Доводы апеллянта об отсутствии аффилированности между ИП ФИО1 и должником были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обоснованно отклонены, им дана надлежащая оценка.

Согласно сложившейся судебной практики Верховного Суда РФ, фактическая аффилированность выражается в: 1) наличие у таких юридических лиц в числе контрагентов одних и тех же лиц, 2) пересечение основных видов деятельности юридических лиц, 3) постановка контрагента в преимущественное положение перед другими контрагентами и длительные экономические отношения, 4) отгрузка принадлежащей одному лицу продукции со складов контрагента, 5) выступление данных юридических лиц взаимными кредиторами и дебиторами друг друга, 6) подача заявления о банкротстве обеих компаний по упрощенной процедуре в один день и др. (Определение Верховного Суда РФ от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607 по делу N А63-4164/2014, Определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014, Определение Верховного Суда РФ от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652(3) по делу N А43-10686/2016).

По смыслу позиции высших судебных инстанций отношения, обусловливающие наличие определенных экономических и производственных мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими. Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015).

Согласно действующей правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; но также не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. О наличии подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. Указанные правовые позиции изложены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) по делу N А40-122605/2017.

В рассматриваемом случае, поведение сторон как в момент заключения договоров аренды на значительную сумму, так и в последующем, длительное невостребование суммы арендных платежей по наступлению срока, правомерно квалифицировано судом первой инстанции в качестве обстоятельств, свидетельствующих о взаимозависимости кредитора и должника, а также заинтересованности арендатора по отношению к должнику.

Согласно абз. 1 п. 3.3 "Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.).

Установленные судом обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о компенсационном финансировании должника, в связи, с чем признать указанные требования подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника наравне с требованиями независимых кредиторов правовых оснований не имеется.

Относительно иных доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Рассмотрение требования ИП ФИО1  в  упрощенном производстве производится судом при отсутствии возражений кредиторов.

Рассмотрение дела в порядке упрощенного производства не препятствовало представлению сторонами всеми доступными средствами доказательств в обоснование своих доводов и возражений относительно обстоятельств дела, при этом  выводы суда, изложенные в финальном судебном акте,  не зависят от порядка рассмотрения спора.

Также суд при выяснении всех существенных обстоятельств дела по требованию аффилированного кредитора о включении его требования в реестр, не связан наличием или отсутствием возражений иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, он осуществляет проверку и устанавливает очередность удовлетворения требования такого кредитора самостоятельно исходя из представленных в дело доказательств и общедоступных сведений.

Довод апеллянта об отсутствии в полном тексте судебного акта указания на очередность распределения государственной пошлины, отклоняется апелляционным судом, поскольку определением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.09.2024 данная опечатка исправлена, государственная пошлина в размере 29 615 руб. признана обоснованной и подлежащей удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Спринт Сеть», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к третьим лицам, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

При этом, поскольку основное требование кредитора было субординировано судом, то и судебные расходы не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота, подлежат удовлетворению в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

К апелляционной жалобе, ФИО1 приложены: выписки операций по расчетному счету с 01.11.22 по 30.04.2024, по состоянию на ноябрь 12022, на июнь 2023, на декабрь 2023, на январь 2024, информация с сайта ФССП об исполнительных производствах, государственный контракт от 11.12.2023, контракт №ОИС-2/24 от 19.12.2023, государственный контракт №09-С-2024 от 21.12.2023, государственный контракт №07-С-2024 от 28.12.2023, государственный контракт №08-С-2024 от 09.01.2024, государственный контракт от 23.01.2024, договор об оказании услуг связи №05-С-2024 от 25.12.2023, соглашение о конфиденциальности №01/25/1102/23 от 02.03.2023.

Суд апелляционной инстанции приобщил указанные документы к материалам дела, однако указанные документы касаются взаимоотношения кредитора с ПАО «Ростелеком» и не опровергают выводы суда об аффилированности должника с кредитором, и отнесения оспариваемой задолженности к компенсационному финансированию.

Более того, указанные документы в противовес доводам самого же апеллянта, косвенно подтверждают нахождение должника в тяжёлом финансовом состоянии в период действия и неисполнения договорных арендных отношений и предоставление со стороны кредитора компенсационного финансирования.

Каких-либо иных доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по делу принято законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному делу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу ИП ФИО1 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2024 года по делу № А12-9951/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.


Председательствующий                                                                                   О.В. Грабко


Судьи                                                                                                                 А.Э. Измайлова


                                                                                                                            Н.В. Судакова