Решение от 5 ноября 2024 г. по делу № А46-11917/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-11917/2024
05 ноября 2024 года
город Омск



Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2024 года.

В полном объеме решение изготовлено 05 ноября 2024 года.


Арбитражный суд Омской области в составе судьи Чекурды Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Токаревой К.И., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Антикор-Нефтехимпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к акционерному обществу «Омское монтажное управление специализированное №1» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 131 342 949 руб. 69 коп.,

при участии в деле в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Газпромнефть-Омский НПЗ» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


в судебном заседании приняли участие:

от истца – ФИО1 по доверенности от 01.12.2023 (паспорт гражданина РФ, диплом),

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 15.08.2023 (паспорт гражданина РФ, диплом),

от третьего лица – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью Строительная компания «Антикор-Нефтехимпром» (далее – ООО СК «Антикор-Нефтехимпром», истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к акционерному обществу «Омское монтажное управление специализированное №1» (далее – АО «ОМУС №1», ответчик) о взыскании 86 955 247 руб. 60 коп. убытков, из которых: 28 635 938 руб. 33 коп. реального ущерба, 58 319 309 руб. 27 коп. упущенной выгоды, 15 517 440 руб. 24 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Омской области от 08.07.2024 указанное исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании, к участию в деле в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Газпромнефть-Омский НПЗ» (далее – АО «Газпромнефть-Омский НПЗ», третье лицо).

В судебном заседании 07.08.2024 от ответчика поступил отзыв, в котором заявлено о пропуске срока исковой давности, указано, что согласно пункту 5.1 договора срок окончания работ – 31.12.2019, истец обратился с иском в суд 01.07.2024, в связи с чем срок исковой давности является истекшим. Также отмечено, что срок исковой давности исчисляется не с момента прекращения договора, а с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Полагает, что отказ от договора является ничтожным, не влияет на течение срока исковой давности. Также отмечено, что истцом вся совокупность необходимых для взыскания убытков элементов состава не обоснована. Основания для взыскания заявленной истцом суммы, квалифицируемой как убытки, отсутствуют. Также указано, что расчет размера убытков не представлен, противоправное поведение ответчика не доказано. Кроме того, отмечено, что цена договора не является показателем причиненных убытков. Указано, что в связи с отсутствием со стороны истца действий по исполнению договора, несение прямых затрат истцом не обосновано.

В судебном заседании 07.08.2024 от третьего лица поступил отзыв, в котором указано, что между АО «Газпромнефть-ОНПЗ» (Заказчик) и АО «ОМУС-1» (Подрядчик) заключен договор строительного подряда № ОНЗ-18/07100/01349/Р/44 от 18.09.2018 (Договор), в соответствии с которым Подрядчик обязуется выполнить работы по Объекту «Установка гидроочистки/депарафинизации ДТ» (комплекс строительно-монтажных и пусконаладочных работ) в соответствии с Договором и Рабочей документацией. Работы, предусмотренные Договором, в том числе антикоррозийные работы, выполнены Подрядчиком в полном объеме, что подтверждается Актом приемки законченного строительством объекта от 11.05.2021 № 05-21.

В судебном заседании 19.09.2024 от истца поступили дополнительные пояснения, в которых возражает относительно применения срока исковой давности, поскольку обязанность по возмещению убытков возникла у ответчика после получения 06.09.2023 уведомления об одностороннем отказе от договора, срок исковой давности составляет 3 года с даты расторжения договора. Также сослался на пункт 32.2 договора, согласно которому договор утрачивает силу после полного выполнения сторонами обязательств по договору. У истца не было оснований полагать, что ответчик утратил интерес в исполнении сделки, так как ответчик не заявил об отказе от договора.

Также истцом заявлено ходатайство об истребовании доказательств у третьего лица, а также у ООО «Сибирская антикоррозийная защита».

01.10.2024 от ответчика поступило дополнение к отзыву, в котором приведено обоснование заявления о пропуске срока исковой давности. Отмечено, что письмами истца от 10.06.2019 № 199, 17.07.2019 № 282, 15.10.2019 № 506 подтверждается тот факт, что в указанные даты истец знал о нарушении своих прав со стороны ответчика, выразившемся в непредставлении, как считает истец, фронта работ.

02.10.2024 истцом представлены дополнительные пояснения, согласно которому срок исковой давности подлежит исчислению с момента прекращения договора.

В судебном заседании 22.10.2024 истцом заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы, об истребовании доказательств, а также об уточнении заявленных требований. В обоснование уточненных требований истцом указано, что в целях исполнения договора истцом осуществлены действия по приему сотрудников, заключению договора страхования, произведено обучение и обеспечение специальной одеждой сотрудников, приобретены материалы, оборудования. Также приведен расчет неполученного дохода.

Уточнения судом приняты.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований, представил дополнительные пояснения, в которых указано, что спорный договор являлся рамочным, предоставление фронта работ истцу было правом ответчика, а не обязанностью, отказ истца от договора является ничтожным, оснований считать действие договора продолженным после 31.12.2019 не имеется.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей не обеспечило.

Рассмотрев заявленное истцом ходатайство об истребовании доказательств, суд не находит правовых оснований для его удовлетворения.

Из положений абзаца 2 части 4 статьи 66 АПК РФ следует, что в ходатайстве об истребовании доказательств должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, статья 66 АПК РФ закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств.

В данном случае, суд полагает, что необходимость получения дополнительных доказательств при поданном заявлении и имеющихся в материалах дела письменных доказательствах отсутствует, а, следовательно, оснований для совершения испрашиваемых процессуальных действий суд не усмотрел.

Рассмотрев заявленное истцом ходатайство о назначении судебной экспертизы, суд не находит правовых оснований для его удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 АПК РФ рассматривается судом, разрешающим дело по существу, исходя из предмета доказывания, имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью. В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос о необходимости разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, за исключением тех случаев, когда назначение экспертизы предписано законом.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных участниками спора доказательств (статьи 64, 66, 71, 168 АПК РФ).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства, в том числе заключения судебной экспертизы, не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Учитывая наличие в материалах дела иных относимых и допустимых доказательств, суд не усматривает оснований для назначения по делу судебной экспертизы, и полагает необходимым рассмотреть спор на основании имеющихся в деле доказательств.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

07.03.2019 ОАО «Омское монтажное управление специализированное № 1» ( Генподрядчик) и ООО Строительная компания «Антико-НефтеХимПром» (Подрядчик) заключен Договор строительного подряда№ 15с/2019 (далее по тексту — Договор).

Согласно пункту 1.44 Договора Заказчиком по данному договору являлось АО «Газпромнефть-ОНПЗ».

В соответствии с пунктом 2.1 Договора Подрядчик принял на себя обязательства по выполнению работ по Объекту «Установка гидроочистки/депарафинизации ДТ» (Комплекс строительно-монтажных, пусконаладочных работ) в соответствии с Договором и Рабочей документацией, включая, но не ограничиваясь работами:

• выполнение антикоррозийных работ на объекте;

• поставку Материалов и Оборудования (за исключением Материалов и Оборудования поставки Генподрядчика) с обязательным предварительным согласованием с Генподрядчиком производителей и поставщиков указанных Материалов и Оборудования;

• иных неразрывно связанных с Объектом Работ;

• устранение дефектов и недостатков, выявленных при приемке работ, а так же в период гарантийной эксплуатации Объекта;

• участие в сдаче Объекта в эксплуатацию в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ и выполнение обязательств в течение Гарантийного срока.

Согласно пункту 3.1 Договора договорная цена Работ, подлежащая оплате Подрядчику ориентировочно составляет 117 003 937,20 (сто семнадцать миллионов три тысячи девятьсот тридцать семь) рублей 20 коп., в том числе НДС (20%) в сумме 19 500 656,20 (девятнадцать миллионов пятьсот тысяч шестьсот пятьдесят шесть) рублей 20 коп. Определение стоимости фактически выполненных Подрядчиком Работ осуществляется в соответствии с Порядком определения стоимости работ, являющимся неизменным на весь период выполнения Работ, предусмотренных настоящим Договором.

В пункте 5.1. Договора стороны согласовали сроки выполнения работ: начало Работ: 01 июня 2019 г., окончание Работ: 31 декабря 2019 г.

10.06.2019 ООО СК «Антикор-НХП» направило в адрес АО «ОМУС-1» письмо № 199, в котором просило предоставить график сдачи готовности трубопроводов, конструкций и оборудования под антикоррозийные работы, выдать разрешение и дать возможность ООО СК «Антикор-НХП» приступить к выполнению работ.

17.07.2019 ООО СК «Антикор-НХП» направило в адрес АО «ОМУС-1» письмо № 282, в котором просил решить вопрос по предоставлению работ по договору строительного подряда № 15с/2019 от 07.03.2019 г. по Объекту «Установка гидроочистки/депарафинизации ДТ», так как на неоднократные письменные и устные обращения к Руководителю строительства ФИО3 ответа не получили. Из Кемеровской области с объекта ЯНПЗ из командировки возвращается часть работников ООО СК « Антикор-НХП» и нам необходимо их задействовать на объекте ОНПЗ для исполнения договора 15с//2019 от 07.03.2019 г. Просил принять меры по обеспечению фронта работ.

15.10.2019 ООО СК «Антикор-НХП» направило в адрес АО «ОМУС-1» письмо № 506 по предоставлению работ по договору строительного подряда № 15с/2019 от 07.03.2019 по Объекту «Установка гидроочистки/ депарафинизации ДТ», так как антикоррозийные работы на этом объекте начали выполняться другими субподрядчиками, т.е. на один и тот же объем работ Ответчик заключил несколько договоров с другими организациями, ООО СК «Антикор-НХП» так и не было задействовано на объекте.

01.09.2023 ООО СК «Антикор-НХП» в целях досудебного (претензионного) порядка урегулирования спора направило в адрес ОАО «ОМУС-1» претензию с уведомлением о расторжении договора.

11.06.2024 истцом в адрес Ответчика направлена претензия о возмещении всех понесенных убытков по договору, а также процентов по ст. 395 ГК РФ.

Оставление требований ответчиком без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав и оценив обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, суд полагает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статье 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнение его обязанности.

В рассматриваемом случае правоотношения сторон регулируются положениями параграфа 1 главы 37 ГК РФ.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 ГК РФ).

В силу статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В качестве убытков, понесенных в связи с неисполнением договора по причине не предоставления фронта работ ответчиком, истец ссылается на несение убытков в виде упущенной выгоды в размере 28 635 938 руб. 33 коп., а также реального ущерба в размере 28 635 938 руб. 33 коп.

Согласно частям 1,2 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328). Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 14 указанного Постановления упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Таким образом, для взыскания убытков истец должен доказать совокупность обстоятельств: наличие убытков и их размер, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между действием (бездействием) причинителя вреда и возникшими убытками. При этом причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

Бремя доказывания наличия убытков, обоснования с разумной степенью достоверности их размера и причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства ответчиком и названными убытками возлагается на истца.

В судебной практике выработан подход, в соответствии с которым при исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота.

Заявленный истцом размер требований, подлежащих взысканию в качестве убытков, должен быть не только установлен с разумной степенью достоверности, но и документально подтвержден.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

При этом правовое значение имеет реальность таких приготовлений и отсутствие объективных препятствий для получения выгоды при реализации приготовлений при обычных условиях гражданского оборота.

Поскольку возмещение убытков является мерой ответственности, в предмет доказывания по делу входит установление противоправности действий (бездействия) причинителя вреда, наличия и размера убытков, а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и возникшими убытками.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При этом, само по себе наличие права требовать возмещения убытков не освобождает подрядчика от доказывания факта причинения и размера убытков, а также причинно-следственной связи между действиями заказчика и возникшими убытками.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то в отношении договора подряда она должна определяться как разница между полученными в счет оплаты работ денежными средствами и понесенными в связи с выполнением работ расходами и затратами.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела ООО СК «Антикор-НХП» доказательства, суд приходит к выводу, что из их совокупности нельзя сделать вывод о том, что в обычных условиях гражданского оборота ООО СК «Антикор-НХП», действительно, получило бы прибыль в заявленном размере.

Само по себе приобретение материалов и оборудования, привлечение работников не может в безусловном порядке гарантировать получение прибыли, поскольку сам положительный результат производственной деятельности заказчика и подрядчика не может быть гарантирован и зависит от множества факторов.

В ходе рассмотрения спора истец пояснил, что к выполнению работ не приступал, на строительную площадку работники истца, техника не выходили.

Возможный доход в виде сметной прибыли определяется только для случая полного выполнения работ по договору.

Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Неподтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание.

Деятельность ООО СК «Антикор-НХП» по получению прибыли основана на риске и не является плановой и влекущей при обычных условиях оборота получение фиксированного стабильного дохода.

Рисковый характер предпринимательской деятельности заключается в том, что субъект, рассчитывающий на получение прибыли по результатам осуществления той или иной сделки, может эту прибыль и не получить, в том числе по причинам, от него не зависящим.

Суд учитывает, что получение платы по договору подряда, прежде всего, обусловлено передачей заказчику результата работ. Вместе с тем, заключение с ООО СК «Антикор-НХП» договора неминуемо не предрешает качественное и своевременное его исполнение, не исключает возможность последующего отказа заказчика от его исполнения или от приемки и оплаты результата работ, имеющего недостатки, взыскания или удержания неустоек, уменьшающих ожидаемую экономическую выгоду подрядчика.

Указанное соответствует правовым позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2020 № 305-ЭС20-21695 по делу № А40-197007/2019, от 25.01.2021 № 307-ЭС20-21735 по делу № А56-68426/2019, от 23.01.2018 № 309-ЭС17-15659 по делу № А34-5796/2016.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ООО СК «Антикор-НХП» не представлены достаточные доказательства причинно-следственной связи между действиями заказчика и неполучением подрядчиком прибыли от исполнения договора.

Из представленных в материалы дела доказательств не следует реальная возможность получения ООО СК «Антикор-НХП» дохода (упущенная выгода), который оно достоверно получило бы в случае исполнения договора.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что наличие убытков в виде реального ущерба, а также наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями ответчика, истцом не доказано.

Так, суд полагает необходимым отметить, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что приобретенные инструменты, материалы являются сугубо специфическими и не могут быть использованы в хозяйственной деятельности ООО СК «Антикор-НХП» в рамках иных гражданско-правовых отношений. Расходы ООО СК «Антикор-НХП» в связи с выплатой заработной платы сотрудникам, оплатой образовательных услуг для повышения их квалификации не могут быть квалифицированы как убытки ООО СК «Антикор-НХП», поскольку представляют собой расходы, которые вынужден нести любой профессиональный участник подрядных правоотношений в рамках своей обычной хозяйственной деятельности вне зависимости от заключения конкретных договоров.

По общему правилу указанные действия должны были быть совершены ООО СК «Антикор-НХП» еще до вступления в подрядные правоотношения с конкретным контрагентом, являются необходимым условием для осуществления соответствующей деятельности, финансируются за счет самой подрядной организации и не подлежат оплате заказчиком.

При этом, согласно сведениям из открытых интернет-источников выручка ООО СК «Антикор-НХП» в 2019 году составила 89,7 млн. руб., в 2020 году – 54,2 млн. руб., что свидетельствует об осуществлении истцом предпринимательской деятельности в спорный период. В связи с чем суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между несением затрат на подготовку к исполнению договора подряда, предъявленных истцом к возмещению в виде реального ущерба, с исполнением спорного договора.

Таким образом, оснований для возмещения ООО СК «Антикор-НХП» убытков судом не установлено. Представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается совокупность обстоятельств, необходимых и достаточных для взыскания убытков.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Названная норма права сформулирована таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 516-О, от 27.06.2017 № 1329-О и др.).

Таким образом, при разрешении вопроса о том, когда истец узнал либо должен был узнать о нарушении своего права, следует исходить из существа заявленного требования, а также фактических обстоятельств, на которых оно основано.

При этом заблуждение стороны спора относительно порядка применения соответствующих норм права не может служить основанием для изменения порядка исчисления срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (часть 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 5.1 Договора стороны согласовали сроки выполнения работ: начало Работ: 01 июня 2019 г., окончание Работ: 31 декабря 2019 г.

Доказательств достижения сторонами соглашения относительно продления сроков выполнения работ материалы дела не содержат.

После истечения сроков выполнения работ (31.12.2019) истец не мог не знать о неисполнении договора со стороны ответчика в части не предоставления истцу фронта работ.

С иском в суд истец обратился 30.06.2024, то есть по истечении более трех лет.

По убеждению суда право требовать исполнения по договору, а также требовать оплату стоимости фактически понесенных расходов, упущенной выгоды наступило у истца после 31.12.2019, то есть после истечения сроков выполнения работ по договору, поскольку с указанной даты истец должен был узнать о нарушении своих прав со стороны ответчика, связанных с ненадлежащим исполнением обязательств по договору.

Поскольку условиями договора определены сроки выполнения работ, которые не изменялись, доводы истца о действии договора до момента заявления истцом одностороннего отказа от договора и исчислении срока исковой давности с момента расторжения договора, подлежат судом отклонению с учетом правовых позиции, изложенные в Определении ВС РФ от 21.08.2017 № 305-ЭС17-1467 по делу № А40-229083/2015 и Постановлении Президиума ВАС РФ от 21.10.2003 № 6290/03 по делу № А47-141/2002-18 ГК.

Исходя из разъяснений Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ следует, что прекращение действия договора не влияет на исчисление срока исковой давности, который начинает свое течение с момента, когда лицо узнало о нарушении своих прав.

Кроме того, из приведенных правовых позиций следует, что даже в том случае, если договор действует до полного завершения исполнения обязательств, срок исковой давности исчисляется не с момента прекращения договора, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Так, после истечения сроков выполнения работ истцу должно было быть известно как о нарушении своего права, так и о лице, его нарушившем, и оно имело право реализовать способ защиты: требовать в судебном порядке возмещения убытков.

Исходя из правовой природы спорных отношений, односторонние действия истца по расторжению договору не могли повлиять на изменение момента начала течения исковой давности по обращению с иском о взыскании убытков. Вопреки доводам истца, то обстоятельство, что условия договора распространяют свое действие на отношения сторон до полного их завершения исполнения обязательств, также не влияет на течение исковой давности.

При одном и том же нарушении права выбор способа его защиты не должен приводить к возможности изменения исчисления срока исковой давности. Иной подход позволил бы манипулировать институтом исковой давности в ущерб принципу правовой определенности в гражданско-правовых правоотношениях.

Кроме того, условие о сохранении действия договора до полного исполнения обязательств, предусмотренное договором, не влияет на исчисление срока исковой давности и не продлевает его течение, а лишь устанавливает период применимости к отношениям сторон условий договора (статья 425 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем доводы истца в указанной части подлежат судом отклонению.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что наличие у общества права на предъявление в порядке пункта 2 статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомления о расторжении договора в связи с тем, что он является действующим, не свидетельствует о возможности удовлетворения иска о взыскании убытков в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору, когда нарушение условий договора имело место за пределами срока исковой давности.

К требованию о взыскании убытков в связи с нарушением его условий заказчиком, который не выполнил действий по передаче задания на выполнение работ в установленные договором сроки и в пределах сроков выполнения работ, подлежит применению общий трехлетний срок исковой давности, который исчисляется с момента получения истцом информации о нарушении права.

Таким образом, к моменту инициирования настоящего спора (30.06.2024), срок исковой давности в отношении указанных требований истцом пропущен.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в отдельности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив, что оснований для возмещения ООО СК «Антикор-НХП» убытков, судом не установлено, а также с учетом применения судом срока исковой давности, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается совокупность обстоятельств, необходимых и достаточных для взыскания убытков.

В главе 9 АПК РФ определен общий порядок разрешения вопросов о судебных расходах. Согласно статье 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально сумме удовлетворенных требований.

С учетом отказа в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, суд полагает необходимым возвратить обществу с ограниченной ответственностью Строительная компания «Антикор-Нефтехимпром» с депозитного счета суда 200 000 руб., уплаченных на основании платежного поручения от 20.10.2024 № 70.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Антикор-Нефтехимпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>) отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью Строительная компания «Антикор-Нефтехимпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>) с депозитного счета суда 200 000 руб., уплаченных на основании платежного поручения от 20.10.2024 № 70.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Омской области в порядке апелляционного производства в Восьмой арбитражный апелляционный суд (644024, <...> Октября, д. 42) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а после проверки законности решения в апелляционном порядке также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625010, <...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объеме) постановления судом апелляционной инстанции.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайтах Восьмого арбитражного апелляционного суда: http://8aas.arbitr.ru и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа: http://faszso.arbitr.ru.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».


Судья Е.А. Чекурда