Постановление от 5 апреля 2026 г. АС Новгородской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург


06 апреля 2026 года

Дело №

А44-6078/2024


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Богаткиной Н.Ю., Тарасюка И.М.,

при участии от индивидуального предпринимателя ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 25.04.2024,

рассмотрев 30.03.2026 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3 и индивидуального предпринимателя ФИО1 определение Арбитражного суда Новгородской области от 17.09.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 по делу № А44-6078/2024,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 23.09.2024 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 в отношении ФИО3, адрес: 173021, Новгородский р-н, Ермолинское с/п, Новая Мельница, 2-я Загородная ул., д. 15, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 23.12.2024 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Финансовый управляющий 05.02.2025, 15.02.2025 и 10.03.2025 обратился в суд с заявлениями, в которых просил соответственно:

1. признать недействительным заключенный должником и ФИО6, действующей как законный представитель своих несовершеннолетних детей – ФИО7 и ФИО8, договор дарения от 16.03.2023 земельного участка общей площадью 1505 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800613:135 и размещенного на нем жилого дома общей площадью 175,5 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800603:505, расположенных по адресу: Новгородская обл., Новгородский р-н, Ермолинское сельское поселение, <...>

(далее – договор дарения земельного участника с жилым домом от 16.03.2023), и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника данного имущества;

2. признать недействительным заключенный 19.05.2023 должником и его родной сестрой ФИО9 договор дарения 1/5 доли в праве общей собственности на квартиру общей площадью 58,4 кв. м с кадастровым номером 53:11:2600103:2422, расположенную по адресу: Новгородская обл., Новгородский р-н, Панковское городское поселение, <...> (далее – договор дарения доли от 19.05.2023), и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника данного имущества;

3. признать недействительным заключенный должником и ФИО6 брачный договор от 15.03.2023 об установлении режима раздельной собственности на имущество, приобретенное в период брака и в случае его прекращения по любым основаниям, и о передаче совместно нажитого в период брака земельного участка общей площадью 570 кв. м с кадастровым номером 50:08:0060449:20, расположенного по адресу: Московская обл., Истринский р-н, Костровское сельское поселение,

д. Скрябино, участок № 30, в личную собственность ФИО6

Определением суда первой инстанции от 17.04.2025 обособленные споры по указанным заявлениям объединены для совместного рассмотрения.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены прокуратура Новгородской области, отдел опеки и попечительства Комитета образования администрации Новгородского муниципального района (определение от 24.03.2025), ФИО10, брат должника ФИО11, мать должника ФИО12 как долевые сособственники квартиры с кадастровым номером 53:11:2600103:2422 (определение от 25.03.2025) и дочь должника ФИО13 (протокольное определение от 05.08.2025).

Определением суда первой инстанции от 17.09.2025, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025, заявление удовлетворено частично. Признан недействительным договор дарения доли от 19.05.2023 и применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника 1/5 доли в праве общей собственности на квартиру с кадастровым номером 53:11:2600103:2422. Признан недействительным брачный договор от 15.03.2023 и применены последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов ФИО14 в отношении совместно нажитого имущества. В остальной части заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 17.09.2025 и постановление от 24.12.2025 отменить в части признания договоров недействительными и применения последствий их недействительности, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Податель жалобы считает недоказанным наличие у сделок, признанных судами недействительными, признаков подозрительности, отмечает, что одной кредиторской задолженности было недостаточно для установления признаков неплатежеспособности должника, а его родственная связь с ответчиками не исключала их фактическую неосведомленность о таких признаках, даже если таковые имелись. Так, должник и его супруга отмечали, а суды не оценили, что супруга не знала о судебных спорах не в пользу должника.

По вопросу дарения доли суды, как полагает кассатор, не оценили доказательства реального пользования квартирой одаряемой, например, факт ее регистрации в данном жилом помещении.

Относительно брачного договора без надлежащей оценки, по мнению кассатора, оставлено возражение о том, что раздел общего имущества касался лишь земельного участка, на котором после заключения договора усилиями и средствами супруги должника возведен жилой дом, что с учетом позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 305-ЭС22-11553, исключает такой дом из состава совместно нажитого имущества и конкурсной массы должника, свидетельствует об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов последнего.

Кроме того, податель жалобы ссылается на неучет судами доказательств проведения должником взаимозачетов требований с группой кредиторов в феврале 2023 года, что свидетельствовало об активном урегулировании долгов и отсутствии признаков неплатежеспособности; кредитные и иные обязательства должник исполнял надлежащим образом вплоть до возбуждения процедуры банкротства.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор индивидуальный предприниматель ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 17.09.2025 и постановление от 24.12.2025 отменить в части отказа в удовлетворении требования, принять по делу новый судебный акт о признании недействительным договора дарения земельного участника с жилым домом от 16.03.2023 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника данного имущества.

ФИО1 отмечает, что земельный участок с жилым домом подлежат возврату в конкурсную массу, поскольку сделка по их отчуждению обладает всеми признаками подозрительности. Суды неверно посчитали, что ссылка на исполнительский иммунитет исключала возможность применения реституции, а притязания кредиторов о возврате данного имущества со ссылкой на «роскошность» и принятие кредиторами решения о приобретении замещающего жилья, подлежат рассмотрению в отдельном обособленном споре. С учетом отказа в признании сделки недействительной земельный участок и жилой дом должнику не принадлежат, следовательно, финансовый управляющий и кредиторы лишены возможности заявить о включении указанного имущества в конкурсную массу. Поэтому кассатор полагает, что имущество подлежит возврату по недействительной сделке, а вопросы квалификации его как единственного жилья, наделения признаками «роскошности» и приобретения в связи с последними замещающего жилья – рассмотрению в будущем в самостоятельном обособленном споре.

Отзывы на кассационные жалобы не поступили.

В заседании Арбитражного суда Северо-Западного округа представитель ФИО1 поддержала доводы своей кассационной жалобы, возражала против удовлетворения кассационной жалобы должника.

Информация о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, должник с 26.06.2016 состоит в браке с ФИО6 и имеет общих с ней несовершеннолетних (малолетних) детей ФИО7 и ФИО8 Также у должника есть родная сестра ФИО9

Должник 15.03.2023 заключил с супругой брачный договор об установлении режима раздельной собственности на имущество, приобретенное в период брака и в случае его прекращения по любым основаниям, и о передаче совместно нажитого в период брака земельного участка в личную собственность супруги.

Далее 16.03.2023 должник заключил с супругой, действующей как законный представитель их детей, договор дарения названного земельного участка и размещенного на нем жилого дома.

После чего 19.05.2023 должник заключил с родной сестрой договор дарения доли в праве собственности на квартиру.

Ссылаясь на то, что договоры заключены в период наличия у должника признаков неплатежеспособности, при заинтересованности с ответчиками, безвозмездно и со злоупотреблением правом, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Установив признаки подозрительности, суды признали брачный договор и договор дарения доли в квартире недействительными, отказав в признании таковым договора дарения земельного участка с жилым домом со ссылкой на исполнительский иммунитет, отметив, что вопросы «роскошности» и приобретения замещающего жилья могут быть рассмотрены в отдельном обособленном споре.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Производство по делу о банкротстве возбуждено 23.09.2024, оспариваемые договоры заключены 15.03.2023, 16.03.2023 и 19.05.2023, то есть в трехлетний период подозрительности.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктами 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Суды установили, что о признаках неплатежеспособности должника на даты сделок свидетельствует наличие задолженности перед заказчиком в размере около

9 млн руб., обязательство по уплате которой имелось на дату направления и получения должником 09.02.2023 уведомления заказчика о расторжении договоров подряда и возврате денежных средств, что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Новгородской области от 03.06.2024 по делу № А44-2631/2023. Также должник имел обязательства по кредитным договорам от 30.11.2022 и 10.01.2023, требования по которым в суммах около 1,7 и 1,9 млн руб. установлены в реестре требований его кредиторов, что с учетом правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) и по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве, абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума № 63 подтверждает неплатежеспособность должника.

Должник активно возражал против наличия в тот период имущественного кризиса, ссылаясь на несогласие с притязаниями заказчика, принятие мер по урегулированию задолженностей, отсутствие просрочек по погашению кредитных долгов, совершение взаимозачетов.

Суды верно исходили из того, что согласно позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

Сделки между родственниками (должник, его супруга, дети и родная сестра) в силу прямого указания пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаются совершенными при наличии заинтересованности.

Оспариваемые договоры привели к отчуждению ликвидного имущества должника безвозмездно в пользу заинтересованных лиц, осведомленность которых о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается и не опровергнута достоверными доказательствами, в связи с чем сделки обоснованно признаны судами обладающими всеми признаками подозрительности и подлежащими признанию недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с отклонением ссылки на статьи 10 и 168 ГК РФ ввиду отсутствия у сделок пороков, выходящих за пределы диспозиции нормы о подозрительных сделках.

Довод должника о том, что раздел общего имущества касался лишь земельного участка, на котором после заключения договора усилиями и средствами супруги должника возведен жилой дом, что с учетом позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 305-ЭС22-11553, исключает такой дом из состава совместно нажитого имущества и конкурсной массы должника, свидетельствует об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов последнего, – подлежит отклонению.

Судами установлено, что на дату отчуждения должником земельного участка по брачному договору в пользу супруги, на нем имелся жилой дом, строительство которого осуществлялось как до, так и после заключения брачного договора за счет совместных денежных средств супругов, поскольку ФИО6 не представила доказательств, что она имела самостоятельный источник дохода, достаточный для строительства жилого дома без участия ФИО3

Также суд первой инстанции правильно отклонил ссылку ФИО3 на то, что строительство жилого дома осуществлялось супругой за счет денежных средств, полученных от предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Исходя из данных налогового органа, ФИО6 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с 09.11.2023. Согласно выписке из ЕГРН дата завершения строительства жилого дома – 2023 год. 11.12.2023 жилой дом зарегистрирован за ФИО6

Строительство жилого дома за один месяц является невозможным, что свидетельствует о несостоятельности позиции должника о возведении объекта недвижимости исключительно супругой и за ее счет.

Следовательно, как земельный участок, так и находящийся на нем жилой дом относятся к совместно нажитому имуществу супругов, несмотря на то, что дом зарегистрирован за ФИО6 11.12.2023 после заключения брачного договора.

Этот вывод, вопреки доводу кассатора, не вступает в противоречие с определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 305-ЭС22-11553, обстоятельства спора в котором не тождественны рассматриваемому.

Ссылка должника на оставленный, по его мнению, без надлежащей оценки довод о пользовании его сестрой квартирой, доля в которой перешла к ней по спорному договору дарения, правомерно отклонена, поскольку и в отсутствие договора пользование квартирой члену семьи должника могло быть обеспечено и для этого не требовалось передавать долю в праве собственности. С учетом обстоятельств, при которых такое распоряжение произведено (признаки неплатежеспособности должника, заинтересованность со стороной сделки и безвозмездность последней), в отсутствие разумного обоснования смены собственника, приведенное обстоятельство пользования квартирой одаряемой не ставит под сомнение правомерность выводов судов о подозрительности данной сделки.

Таким образом, судебные акты в части удовлетворения требований о признании недействительными договора дарения доли от 19.05.2023 и брачного договора от 15.03.2023 с применением соответствующих последствий недействительности сделок являются правильными, а доводы кассационной жалобы должника несостоятельными и подлежащими отклонению в полном объеме.

Вместе с тем, судебные акты в части отказа в признании недействительным договора дарения земельного участника с жилым домом от 16.03.2023 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника данного имущества суд кассационной инстанции признает необоснованными и подлежащими отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований на основании следующего.

Действительно, в пункте 20 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, отражено, что не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если по результатам применения реституции оно будет защищено исполнительским иммунитетом.

Однако в том же пункте указано, что суд, разрешая спор об оспаривании сделки с таким недвижимым имуществом, должен решить вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении спорного имущества. Для оценки юридической силы сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения такого ограничения, так как результатом оспаривания может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах.

Обстоятельства данного спора не позволяют установить высокую вероятность наделения отчужденного по сделке имущества исполнительским иммунитетом.

В материалы банкротного дела 04.06.2025 посредством системы «Мой арбитр» финансовым управляющим представлен реестр требований кредиторов по состоянию на 30.05.2025, по которому общий размер включенных в третью очередь требований равен 25 629 594 руб. 20 коп.

Согласно не опровергнутому участниками спора отчету об оценке от 29.01.2025 (том дела № 1, лист 52) рыночная стоимость отчужденного земельного участка равна 2 371 000 руб., а жилого дома – 15 868 000 руб., их общая стоимость – 18 239 000 руб.

Таким образом, реализация данного имущества позволит погасить более 50% требований, включенных в реестр требований кредиторов.

Как следует из представленного вместе с реестром документа, кредиторы должника провели собрание, оформленное протоколом от 30.05.2025, на котором утвердили порядок предоставления должнику и членам его семьи замещающего жилья в случае возврата в конкурсную массу земельного участка (площадью 1505 кв. м) с жилым домом (площадью 175,5 кв. м), в соответствии с которым за счет средств, вырученных от реализации данного имущества, планируется приобрести замещающее жилье для должника и членов его семьи в д. Новая Мельница в пределах социальных норм площади жилья, необходимой для нормального проживания, установленных действующим законодательством и нормативно правовыми актами соответствующего субъекта не менее 72 кв. м на всех членов семьи (18 * 4 = 72 в соответствии с постановлением администрации Новгородской области от 03.07.2006 № 307).

Приведенному выше Обзору предшествовало принятие Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определения от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542(1,2), согласно которому исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления – отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах.

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации по судебному утверждению условий и порядка предоставления замещающего жилья и прочим практическим вопросам ограничения исполнительского иммунитета к единственному жилью ранее изложена в определении от 26.06.2021 № 303-ЭС20-18761, где помимо прочего указано, что для оценки рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего, необходимо и предпочтительно проведение судебной экспертизы. Кроме того, судебной оценке подлежит стоимость замещающего жилья и издержки конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого. Выяснение данных обстоятельств имеет значение в том числе и при оспаривании сделок должника для оценки перспективы применения ограничения исполнительского иммунитета.

С учетом изложенного и поскольку суды установили наличие признаков подозрительности, в том числе у рассматриваемой сделки, но отказали в признании ее недействительной, разрешив вопрос о наделении спорного имущества исполнительским иммунитетом преждевременно, суд кассационной инстанции полагает возможным отменить обжалуемые определение от 17.09.2025 и постановление от 24.12.2025 в части отказа в удовлетворении требований и принять новый судебный акт об их удовлетворении с учетом того, что вопросы наделения отчужденного по договору дарения от 16.03.2023 земельного участника с жилым домом исполнительским иммунитетом, признаками «роскошности» и приобретения замещающего жилья подлежат рассмотрению после возвращения данного имущества в конкурсную массу должника в самостоятельном обособленном споре.

Признание недействительным договора и применение последствий его недействительности не препятствует рассмотрению в дальнейшем вопросов как о распространении исполнительского иммунитета на объект недвижимости (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2019 № 305-ЭС19-10785(2)), так и о его ограничении с предоставлением должнику и членам ее семьи замещающего жилья.

В связи с удовлетворением кассационной жалобы ФИО1 понесенные ею расходы на уплату государственной пошлины в сумме 20 000 руб. подлежат возмещению за счет конкурсной массы должника по правилам части 2 статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 17.09.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 по делу № А44-6078/2024 отменить в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным заключенного ФИО3 и ФИО6, действующей как законный представитель своих несовершеннолетних детей – ФИО7 и ФИО8, договора дарения от 16.03.2023 земельного участка общей площадью 1505 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800613:135 и размещенного на нем жилого дома общей площадью 175,5 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800603:505, расположенных по адресу: Новгородская обл., Новгородский р-н, Ермолинское сельское поселение, <...>.

В отмененной части принять по делу новый судебный акт.

Признать недействительным заключенный ФИО3 и ФИО6, действующей как законный представитель своих несовершеннолетних детей – ФИО7 и ФИО8, договор дарения от 16.03.2023 земельного участка общей площадью 1505 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800613:135 и размещенного на нем жилого дома общей площадью 175,5 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800603:505, расположенных по адресу: Новгородская обл., Новгородский р-н, Ермолинское сельское поселение, <...>.

Применить последствия недействительности сделки.

Возвратить в конкурсную массу ФИО3 земельный участок общей площадью 1505 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800613:135 и размещенный на нем жилой дом общей площадью 175,5 кв. м с кадастровым номером 53:11:0800603:505, расположенные по адресу: Новгородская обл., Новгородский р-н, Ермолинское сельское поселение, <...>.

В остальной части определение Арбитражного суда Новгородской области от 17.09.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 по делу № А44-6078/2024 оставить без изменения.

Взыскать из конкурсной массы ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 20 000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.


Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи


Н.Ю. Богаткина

И.М. Тарасюк